slumber party

— Нет, Феликс, я совсем не считаю забавным то, что для выполнения проекта меня поставили в пару с Хваном. Он вообще разговаривать умеет? Мятая толстовка, растрёпанные волосы и пальцы, которые постоянно испачканы в грифеле. Я понимаю, что он творческий человек, но ходить в институт для того, чтобы поводить карандашом на листе с конспектом по физике за последней партой — не самое умное решение. — Тебя так сильно это раздражает? Или ты просто завидуешь тому, что он легко может забить на учёбу, а потом как ни в чём не бывало сдать все экзамены? — спрашивает Феликс, поправляя заколку в виде сердечка на угольных волосах, и вытаскивает жевательную резинку с ароматом клубники из сумки с пушистыми брелоками. — Я не знаю. Понимаешь, не знаю! Он просто вызывает у меня негативные эмоции, смотреть тошно, — Минхо морщит нос. — Что за гадость ты засунул в свой рот прямо сейчас?  — Не знаю, Чан из Японии привёз. Сказал, что выглядит так же сладко, как и я, — улыбается веснушчатый, пока Минхо закатывает глаза. — Преподаватели считают Хёнджина безответственным, а ты, как самый сексуальный и умный парень курса, — Феликс показывает пальцами кавычки, — сможешь его проконтролировать. — Можно было и не говорить насколько сладким тебя считает Чан, — Минхо слышит тихий смех в ответ, — и как будто у нас мало сексуальных и умных. — Феликс пожимает плечами. — Я правда не могу даже представить, как буду говорить с ним, — подводит итог Ли, тяжело вздыхает и поправляет съехавшие на нос очки. — Удачи, мой хороший. Я пошёл, водитель уже на месте. — Передавай Чану привет. — Я обязательно поцелую его в нос от тебя.  — Несносный, — улыбается Минхо и направляется в сторону аудитории, в которой его должен ждать Хван. Пока Минхо думал, какую часть проекта лучше дать своему напарнику, громко шаркая белоснежной обувью по старому паркету, который лежал в университетских коридорах, он дошёл до нужной аудитории, но перед тем, как раскрыть дверь, остановился. Он услышал странный звук, который исходил из помещения. Минхо нахмурился и предпочел бы подумать, что у него слуховые галлюцинации, вызванные усталостью из-за тяжелой учебной недели. Ли вошёл в аудиторию, но то, что он увидел заставило его замереть. Хёнджин спрыгивал с кафедры, судорожно застегивая кожаный ремень на джинсах, пока парень напротив не мог оторваться от губ Хвана. — Хан Джисон?! — на имя откликнулись только тогда, когда Хёнджин агрессивно похлопал по чужому плечу. — Что тут, мать его, происходит? — Хани, — Хёнджин запнулся, нервно пытаясь оправдаться, — Хан помогал мне с проектом. Я подумал, что буду раздражать тебя и решил сделать часть, пока ждал конца твоих пар. Джисон любезно согласился мне помочь, — он мило улыбнулся и вытер губы тыльной стороной ладони.  Парень в тёмно-серой толстовке ухмыльнулся и кинул взгляд на Минхо. В его глазах горел огонь, и, казалось, что сердце Ли медленно плавится. Хан облизнул губу и сжал задницу Хёнджина в своей руке. — Да, я помогал. Только жаль, что у нас вышло сделать часть работы, так хотелось закончить, — он наклонил голову, изображая грусть, но хитрая улыбка моментально его выдала. Минхо молчал. Он смотрел на Хвана, который отводил свой взгляд куда угодно, лишь бы не пересекаться с чужими глазами. — Я жду тебя в машине, Джини, — Джисон еле коснулся губами чужой щеки и направился к выходу. — Чёрт, что здесь только что было?! — шкала возможного количества возмущения в интонации Минхо превышала норму.  Хёнджин всё также стоял с отведённым взглядом. — Мы ждали тебя, чтобы отдать карту памяти. Всё? — Но он же… — Это неважно, Минхо. Возьми, пожалуйста, мне нужно идти, — Хван решился заглянуть в глаза Ли, и старший клянётся, что этот взгляд не выражал ничего приличного. — Мой номер у тебя есть, если что-то не так, позвонишь мне, ладно?  Хёнджин покинул кабинет и оставил Минхо наедине с мыслями. Пугающими его мыслями.  Джисон и Хёнджин вместе. Джисон, который был главным заводилой в университете и устраивал веселье почти на каждой студенческой тусовке и Хёнджин, который никогда на этих тусовках не был и никак не контактировал с Ханом в свободное время на учёбе или на потоковых лекциях. Но они вместе выглядели до боли красиво. Минхо подумал о том, что хотел бы быть на месте Джисона или Хёнджина, возможно даже быть с ними. Он испугался своих непрошеных мыслей. Было странно думать о том, как он лежит зажатый между двумя горячими телами и ощущает мокрые поцелуи повсюду. Странно, но жутко приятно. Ли очнулся всё также стоя посреди аудитории с флеш-картой в руках. Он тяжело вздохнул, осознавая своё положение и решил поторопиться домой.

***

— Что за?.. — Минхо сидел за ноутбуком, изучая информацию, подготовленную Хваном. Материал был полезным, однако один из файлов оказался несчитываемым. Ли стоило бы позвонить Хёнджину и попросить скинуть на почту повреждённый фрагмент проекта, но от одной мысли о разговоре с Хваном после того, что Минхо сегодня увидел, ему становилось не по себе. 

***

— Хо, ты либо самый тупой человек в этом мире, либо работаешь по плану «вовремя притвориться тупым». Третьего не дано, — Феликс сидел рядом, пролистывая свои конспекты, и слушал жалобы Минхо на то, что ему не нравится поведение Хана и Хвана.  — На самом деле, если бы тебе было всё равно на Хёнджина, ты бы даже не обращал внимание на то, что он ходит в мятой одежде. Это если возвращаться к нашему вчерашнему разговору. И волосы его растрёпанные тебя привлекают. Я правда не понимаю, почему ты делаешь вид, что он тебе не нравится. Если ты будешь не любить всех тихих студентов, а таких в принципе огромное количество, то это не повысит твою репутацию «холодного секси боя». — Ты должен был поддержать меня, а не промыть мозг. И вообще, почему ты продолжаешь наш вчерашний разговор?  — Мне было интересно, как ты отреагируешь на то, что творила эта парочка вчера.  — Ты знал?! — Меня как-то Ёдзи позвала на посиделку с настолками и чаем. Туда же пришёл Хёнджин, а затем и Джисон подъехал. Это всё какого-то хера переросло в игру в бутылочку. А там по классике: Хёнджин крутит, выпадает на Джисона, их закрывают в другой комнате на пять минут, но проводят они там целый час, потому что про них забывают из-за курьера с пиццей. Вышли они оттуда очень хорошими друзьями, — последняя фраза сопровождается тихим смешком. — А вчера я просто видел, что они вдвоём зашли в аудиторию, как раз за несколько минут до твоего прихода. Минхо никак не комментирует историю Феликса. Он отпивает сок из стакана, обдумывая всё ранее сказанное, пока громкий звук чужого приземления на соседний стул не выводит его из своих мыслей. — Ликс, я имею наглость попросить у тебя конспект. Ой, Минхо-хён, привет, — Хан ухмыляется, замечая парня напротив, — как дела? Как настроение? — Спасибо за беспокойство, всё отлично, — с безразличием отвечает Минхо. — Ты сможешь передать Хвану, что один из документов в проекте повреждён? Его сегодня нет, и я подумал, что раз уж вы работали вместе, то ты мог бы сказать ему об ошибке. — Конечно, хён, — улыбка не планирует пропадать с лица Джисона. — Лишний повод увидеться с лапочкой. — Он принимает тетради из рук веснушчатого и быстро кивает ему. — Ладно, спасибо за конспекты, Феликс. До встречи, Минхо-хён. — У него точно шило в заднице. — А что, вытащить захотелось? — произносит Феликс и играет бровями. — Да пошёл ты, Ли Феликс, твои слова всё ещё никак не были подтверждены, поэтому на твоём месте я молчал бы в тряпочку. — Я никогда не ошибаюсь, Ли Минхо

***

— Привет, Минхо-хён, — Ли отвечает на поздний звонок и слышит сонный голос Хёнджина, — прости, что звоню очень поздно, Джисон только сейчас вспомнил, что ты просил мне передать информацию о проекте.  — Ничего страшного, я не спал. Как предлагаешь исправлять? — Завтра у нас выходной? Ты сможешь прийти ко мне, если тебе удобно?  — Окей, во сколько подойти и по какому адресу? — Ближе к четырём вечера. Адрес скину сообщением. Спокойной ночи, Минхо, — Хёнджин бросает трубку, и Ли понимает, что этой ночью, он не сможет нормально поспать. Нет, Минхо не боялся Хвана, но ситуация, в которой он оказался его настораживала. После слов Феликса о том, что он просто испытывает симпатию к Хёнджину, Ли начал пугаться своей реакции на парня. Последние отношения старшего закончились очень давно из-за того, что партнёру не хватало чувств со стороны Ли. Минхо не каменный, он правда старался показывать любовь к человеку, но после последних слов, произнесённых в его адрес, он понял, что в одиночестве ему будет лучше всего. Ведь люди чувствуют себя намного лучше, когда лишены любви. Ты точно не разобьешься о скалы с названием «надежда» и не перестанешь чувствовать разницу между взлётом и падением. Когда долго падаешь, уже не понимаешь, летишь ты вверх или с каждой секундой тонешь в апатии. Весь следующий день Минхо ничего не делал, мысли о вечерней встрече не хотели покидать его голову, мешали идти по привычному дневному плану. Он смог встать кровати и привести себя в порядок. Сил хватило только на это. Благодарить бесполезно, считать проклятием — тоже. И раз уж верить законам вселенной, то всё, что сейчас происходит можно назвать некой кармой, если не огромным приколом той же самой вселенной. Хотя какая ей разница: занимается ли не влияющий на бесконечное пространство человек плохой деятельностью или наоборот — делает всё, чтобы добиться пощады от этого же пространства. 

***

— Привет, хён! Я рад, что ты всё-таки пришёл, — Хёнджин стоял перед Ли в жёлтой пижаме и очках. Его непослушные каштановые волосы очаровательно дополняли домашний образ. Минхо засмотрелся, точно засмотрелся как последний дурак. — Минхо?  — Привет, Хёнджин, — Ли чувствовал себя неловко после небольшой паузы, во время которой он только и рассматривал лицо младшего. — Я не мог не прийти, ответственность за проект лежит на нас двоих. Не хочу подводить себя в первую очередь. Где мы сможем просмотреть материал? — В моей комнате. Пошли, я провожу тебя. Минхо последовал за Хёнджином. Квартира была достаточно большой, и в мыслях старшего промелькнуло, что он смог бы легко в ней потеряться.  — Ты живёшь с родителями? — любопытство берёт верх в схватке с уместностью задаваемого вопроса, и Минхо не решается препятствовать ему. Хёнджин шаркает мягкими тапочками, не сразу отвечая Минхо. Он думает о чём-то несколько секунд, после чего тихо произносит:  — Нет, я снимаю эту квартиру.  Старший только кивает и заходит в комнату, дверь в которую ему любезно открыл Хван, сразу замечая рабочий стол с разбросанными художественными принадлежностями и рядом стоящий мольберт с холстом, на котором создавалось произведение искусства, словно сборка пазла из сотен мазков масляной краски. — Извини, пожалуйста, — Хёнджин словно небольшой зверёк приближается к столу и откладывает всё в сторону, освобождая место перед монитором. — Я совсем забыл убраться вчера. Устал, пока рисовал и уснул, как только моя голова оказалась на подушке. У Хвана в глазах пляшет детское дружелюбие, а губы цвета бутонов вишни растягиваются в неловкую улыбку, когда он смотрит на Минхо.  — Всё в порядке, не думай много. Я понимаю тебя, — старший чувствует себя шоколадной конфетой в знойный день, улыбка Хвана — солнце, заставляющее нежную сладость таять. Хёнджин с облегчением выдыхает, включая ноутбук и напевая что-то ему одному известное. Минхо чувствует себя комфортно, что кажется ему очень странным. Буквально два часа назад он боялся, что отменит встречу или сбежит под давлением окутывающей его неловкости, но сейчас он стоит перед своим одногруппником и ждёт момента, когда они будут проверять проект на наличие ошибок. — Я принесу второй стул, пока можешь подготовить документ, если тебе не трудно, — Минхо кивает и вставляет флеш-карту в разъём. На экране быстро открывается приложение, и Ли кликает на знакомое имя документа.  Через пару мгновений Хёнджин оказывается рядом. — В этом файле ошибка, видишь? Половина текста исчезла, я пытался дома разобраться, но это невозможно. — Странно, я перепроверил несколько раз. Ладно, у меня сохранилась копия, поэтому мы можем всё быстро… — Хёнджини, куда ты пропал, ты же знаешь, что я не смогу проспать долго без… В моей квартире в два раза больше шикарных парней, это чудо? Джисон появился на пороге комнаты с растрёпанными волосами и заспанным лицом. Минхо мог бы умилиться такому виду младшего, если бы он вообще знал, что Хан всё это время мирно спал в другой комнате. Хан, мать его, Джисон, который стоял с голым торсом и светил своими татуировками.  — Минхо-хён, можешь, пожалуйста, не пялиться так нагло на меня? — парень ухмыльнулся и облокотился рукой о косяк, — Я, конечно, понимаю, что моё тело завораживает, но это немного смущает. — Вау, неотразимый Хан Джисон умеет смущаться, — с сарказмом говорит Минхо. Хочется то ли ударить, то ли нелепо зачмокать щёки. Ли и сам не может понять, почему его настроение бурлит контрастами так, будто он подросток в пубертате. — Джисон, я скоро вернусь. Мы должны доделать проект, — Хёнджин аккуратно стучит по плечу Ли, и когда старший обращает своё внимание на него, то кажется, что Хван в ту же секунду взорвётся от смущения и тревоги. — Я забыл предупредить, что Хан тоже здесь живёт. — Я тоже здесь живу?! Детка, это ты у меня уже неделю ночуешь. У Минхо не было желания слушать, как однокурсники разбираются в своих бытовых проблемах. Всё, чего он хотел — сохранить хладнокровие, поскорее разобраться с проектом и свалить домой, где он мог бы в спокойствие подумать о своих чувствах. Сидеть рядом с возможной симпатией (хотя об этом он подумает чуть позже) и слушать, как она мило беседует со своей второй половиной — так себе удовольствие.  — Я всё понимаю, но давайте мы закончим с проектом. — Я останусь с вами, — Джисон подходит к спине Хёнджина и опирается ладонью на спинку кресла. — Малыш, ты пропустил отступ в этом месте, — Хан указывает пальцем на экран, и Хван сразу исправляет недочёт. Минхо чувствует, что на его плечо приземляется чужая рука, но не решается что-либо сказать. 

***

— Спасибо, что нашёл время для того, чтобы прийти сюда и вообще за то, что помогаешь с проектом. Когда я увидел тебя в паре со мной, решил, что откажешься, — Хёнджин нелепо улыбается и наблюдает за тем, как Минхо завязывает шнурки. — На самом деле я боялся, что ты ничего не сделаешь. Стыдно сейчас это признавать, ты мне казался безответственным. Но после работы с вами, я понял, что ошибался, — на лице старшего расцветает улыбка, которая ослепляет. Иначе Хёнджин не может объяснить, почему не видит сейчас ничего кроме неё.  — Так ты приходи к нам завтра, — Джисон приближается к Хёнджину и зарывается ладонью в его каштановых прядях. — Устроим что-то типа пижамной вечеринки. Ты не такой хмурый, каким кажешься в институте, поэтому было бы прикольно провести чуть больше времени с тобой, — в голосе Джисона нет ни капли стеснения, только чистая искренность и ещё что-то, чего Минхо понять не может. — Заодно потренируете защиту проекта. Хёнджин толкает Хана локтем, что не остаётся незамеченным. Джисона этот жест ещё больше веселит. Старший резко краснеет от такого предложения, будто в него кинули мешочек с краской холи, который мгновенно взорвался и окрасил всё его тело. — Я подумаю. Спасибо за гостеприимство, — выдавливает из себя Ли и стремится к выходу. — До встречи, Минхо. Напиши, если захочешь потусить, мы будем ждать.

***

— Ликс, мне понравилось проводить с ними время. Пока мы говорили о преподавателях, Джисон подхватывал мои шутки, которые даже ты не понимаешь. И я не хочу сказать, что это меня пугает. Скорее наоборот. Привлекает? Но напрягают вечные попытки обнять или как-то потрогать меня. И они делают это вдвоём. У меня паранойя? По возвращении домой Минхо решил позвонить Феликсу. Он не мог справиться с ураганом в голове, который сносил все эмоции в один огромный ком, поэтому ему срочно нужно было поделиться ими с кем-то, чтобы почувствовать облегчение и вспомнить, как дышать. — Я не могу сказать, что ты параноик, — на другом конце трубки были слышны шуршания одеяла, — потому что чуваки позвали тебя на ночёвку. Вы общаетесь от силы день, а тут уже так. Не исключаю факт того, что это их способ узнать тебя поближе и скорешиться, но всё равно как-то подозрительно. Хотя, если они тебе нравятся, — Минхо подавился, — Ну-ну, полегче. Я принимаю любой вид отношений, не волнуйся. Так вот, можешь попробовать, а почему нет? Может вы подойдёте друг другу. И знаки внимания со стороны Джисона и Хёнджина в твою сторону говорят, нет, даже кричат, что это взаимно. — Ты издеваешься надо мной? Я неделю назад говорил тебе, что не подойду к Хёнджину ближе, чем на пять метров, а сейчас задумываюсь о том, что он и его парень мне нравятся. Это безумие. Почему я вообще думаю о том, что эти двое задумали что-то? Может они реально переживают за проект и хотят, чтобы мы потренировали защиту. — Джисон со своей харизмой слишком быстро тебя взял, хотя если бы я был на твоём месте, то ни минуты не раздумывал, прежде чем дать ему, — старший Ли услышал голос Чана, — не переживай, не уйду от тебя, пока наследство не перепишешь, малыш. — хихикает Феликс, замечая реакцию своего парня, — А ещё, тебе нравится Хёнджин, даже не смей отрицать. Я пойду спать, а ты подумай. Спокойной ночи. Феликс сбросил звонок и оставил Минхо наедине с его мыслями. Он считал, что всё это было чем-то неправильным и таким чувствам нет места в этом мире, но справиться с желанием пойти на эту проклятую ночёвку почти не получалось. Точнее, Ли даже не пытался его побороть. Противоречивые действия не были фишкой его поведения, скорее являлись объектом осуждения данной черты характера у других людей. Зачем что-то утверждать, если ты не до конца уверен в своих поступках? А сейчас он яро отрицает существование полиаморных отношений и связей «на одну ночь», но тайно думает о том, что ему хотелось бы попробовать. Ради интереса и дозы адреналина. Возможно, ради Хван Хёнджина. Минхо открывает чат с одногруппником.

***

— Он написал, что придёт?! Джисон запрыгивает на диван, на котором несколько минут назад Хёнджин расслабленно водил карандашом в скетчбуке, пока его не отвлекло уведомление, неожиданно пришедшее из интересного чата. — Спросил, какую пижаму лучше взять. Вопрос только один: почему меня привлекают бесцеремонные парни? — Хван опускает голову на плечо Джисона и показывает ему экран телефона. — Интересно, он осознаёт в какую ловушку попал? — Хан поглаживает упругое бедро Хёнджина. — Мне кажется, что Минхо сначала проклял нас, а потом начал искать плюсы и минусы, — старший тихо смеётся, — но вообще-то для меня важно, чтобы он не думал о том, что мы хотим его использовать. Это даже говорить мерзко. Я бы предпочёл с ним поговорить сначала. — Хёни, он — человек, который нравится нам. Мы с тобой не хотим, чтобы Минхо чувствовал дискомфорт. Я понимаю, что для него будет не так просто избавиться от гложущих его чувств, но я и ты сделаем всё возможное. В первую очередь объяснимся. Всё-таки такая резкая смена обстановки его шокировала с огромной вероятностью, — Джисон улыбается и смотрит в глаза Хёнджина. В них присутствует легкое волнение, поэтому младший раскрывает руки в объятиях, и Хван сразу же отвечает на этот жест.

***

Утро следующего дня Минхо проводит в ожидании вечера, в который его жизнь либо перевернётся на 180 градусов, либо совершит оборот в 360: он продолжит жить обычную жизнь, но перед этим побудет в необычном для себя положении. Главное — не чувствовать боль и вину.   — Пижама с капибарами? Я смотрю, Хёнджин тебе хорошо помог, — Джисон с ног до головы осматривает Минхо в невероятно очаровательном обличии. Привыкший видеть его только в классической одежде, Хан радуется, что им с Хваном выпал шанс посмотреть на такого Минхо. — Обычно я сплю в футболке, но ради вашей ночёвки, решил разнообразить свой гардероб, — ухмыляется Ли и входит в квартиру, сразу же принимаясь развязывать шнурки на кроссовках. — Привёт, хён! — Хёнджин выбегает из кухни и приносит с собой аромат какой-то сладкой выпечки. Видимо, он весь вечер вычитывал рецепты десертов и много старался ради такого приятного запаха и, Минхо почему-то уверен, вкуса. — Привет, я полностью распечатал и принёс реферат к проекту. Поэтому предлагаю не терять времени и сразу пойти тренировать защиту, — Ли показывает одногруппникам папку, в которой лежат несколько листов с напечатанным текстом. — Мистер идеальность так хорошо подготовился, — Джисон смеётся, забирая у старшего пакет с какими-то напитками и уходит на кухню. — Спасибо, Минхо, — Хёнджин улыбается и его глаза принимают привычную форму полумесяцев, а на щеках мгновенно появляются милые ямочки, — я рад, что мы работаем вместе, и нам удалось поладить. Внезапные дружелюбные слова выбивает Минхо из колеи ещё сильнее. Будто колёса машины, в которой он медленно добирался до одному ему известного пункта, зарылись в снег ещё глубже. Вроде бы обычные слова, чтобы поддержать атмосферу, но они действуют на Минхо как серотонин, только что выброшенный в кровь.  — Я тоже рад, Хёнджин. Будет круто поработать с тобой ещё. — Пошли в комнату, презентацию я уже открыл. Позову нашего единственного слушателя и начнём. После двух часов смеха над тем, как Хёнджин выговаривал термины, которые видел первый раз за три года учёбы и принятия решения о том, что говорить будет Минхо, парни решили отдохнуть от загруженной недели и по канонам любой ночёвки выбрать какой-нибудь ужастик, чтобы испугаться и от души посмеяться над глупыми действиями главных героев. И всё было бы хорошо, если бы не Джисон со своими неоднозначными фразами. Минхо не станет отрицать, что поддерживал этот откровенный флирт и сам неоднократно заводил разговор с Хёнджином в другую сторону. Ли хотел уйти, сбежать, раззадоривая свою паранойю, но, отбросив все мысли о неправильности его поступков, остался. — Я схожу за снэками, — Джисон, понимая, что они забыли принести из кухни тарелки с чипсами и приготовленные Хёнджином печенья, решил взять на себя их доставку из комнаты в комнату. Он странно подмигнул. Минхо стал рассматривал комнату. На удивление, она была красиво украшена гирляндами, которые распространяли мягкий и тёплый свет. Много пушистых пледов было разбросано на диване, а милые подушки только дополняли обстановку. — Кстати, — тихо начал говорить Хёнджин, — я никогда не видел тебя без очков, хён. Ты постоянно в них, не пробовал носить линзы? — Пробовал, но мне легче снимать очки вечером, чем забывать про наличие инородных предметов в глазах, — Минхо тихо смеётся. — У тебя красивое лицо, хочу посмотреть на него без очков. Ли не успевает сообразить, как Хван оказывается на его коленях и притрагивается к лицу, чтобы медленно стянуть очки. Всё, что может делать Минхо — молчать. Постепенно окутывающее его тело, щекочущее чувство отбирает у старшего возможность что-либо говорить. Хёнджин наблюдает сверху вниз, улыбаясь от вида чужого рта, который открывался и закрывался как у рыбы. — Прости, видимо я не оставил тебе возможности что-то сказать. Я слишком бесцеремонный, не думаешь? Но мне так захотелось поближе посмотреть на твоё красивое лицо, — Хёнджин убирает волосы Минхо за уши и проводит большим пальцем по щеке. Ли чувствует призрачные прикосновения и прикрывает глаза. В следующее мгновение его губ касается что-то мягкое. Минхо не сразу понимает, что Хёнджин целует его. — Ч-что ты делаешь? — старший несильно отталкивает Хвана, испугавшись настолько смелых действий. — Вы решили, что начать пижамную вечеринку без меня — хорошая идея? Какие у вас будут оправдания, молодые люди? — Хан влетает в комнату с несколькими тарелками и возмущённо смотрит на Хёнджина, спокойно располагавшегося на коленях Минхо.  — Прости, хён, — Хван аккуратно переползает на своё место, пока Джисон ставит тарелки на стол и садится рядом с парнями, — это всё слишком сумбурно и неловко, я больше не верю романтическим фильмам. — Всё в порядке. Наверное, — добавляет Минхо после небольшой паузы. — Я бы хотел понимать, что сейчас произошло, — еле выдавливает из себя. — Боже, какие же вы школьники, — Хан забавно закатывает глаза и сразу же смотрит на Ли, — ты нравишься нам. И лично мне многое подсказывает, что это взаимно. Мы не хотим тебя как-то пугать, и если тебе некомфортно, то ты можешь уйти, мы не обидимся.  Хёнджин прячет лицо в ладонях, осознавая всё, что сейчас происходит и издаёт тихие звуки: то ли плач, то ли смех. Минхо смотрит на парней по очереди. В его взгляде читается лёгкое удивление, восторг и смятение — коктейль Молотова из чувств, которые Ли не привык испытывать.  — Никогда не думал, что буду находиться в подобной ситуации, — Ли сжимает одеяло под ним в кулаках и мнётся, не понимая, как правильнее ответить, — но губы у Хёнджина очень мягкие, — он нелепо улыбается и смотрит на переглядывающихся парней. Под двумя пылающими обжигающим пламенем взглядами становится невыносимо жарко. Минхо не замечает, как пуговицы его пижамной рубашки за считанные секунды остаются растёгнутыми с помощью ловких пальцев Хёнджина. Хван гладит ладонями грудь Ли и льнёт к его лицу. Кончик языка робко касается чужих губ, как бы спрашивая разрешения войти. На этот раз старший не отталкивает парня, только берет его за плечи и прижимает сильнее. Джисон, всё это время наблюдавший за ними, приближается к Ли, помогая стянуть с плеч такую ненужную им сейчас ткань. Он облизывает губы и оставляет влажный след на ключице старшего, прикусывая молочную кожу до красной отметины. Джисон продолжает сеять поцелуи на груди Минхо, и кажется, что он вот-вот растает, как кубик сахара в горячем чае. Без стеснения старший стонет прямо в губы Хёнджина, одаривая тело парня приятной вибрацией. Хан ласкает сосок Минхо, пальцами другой руки поддевая резинку его пижамных штанов. Он проскальзывает по тазовым косточкам, медленно ведя ладонью ниже и чувствует как член старшего напрягается. Хёнджин отрывается от губ Ли, и между ними образуется тонкая нить слюны. — Хён, можешь перевернуться? — шепчет Джисон, продолжая ласкать возбуждение старшего через тонкую ткань. Измученный мокрыми поцелуями Минхо покорно выполняет просьбу, перед этим подождав, пока Хёнджин поможет ему полностью стянуть штаны вместе с нижним бельем. Ли тихо вздыхает и приземляется щекой в какую-то мягкую игрушку. Нежная ладонь проходит по его спине, позволяя мурашкам покрыть всё его тело. Минхо уязвимый, и парни ощущают, буквально слышат это через тяжёлое дыхание. Джисон льнёт поцелуями к пояснице старшего, облизывает, прикусывает, вдыхая приятный аромат его кожи. Ли плавится, и ему кажется, что он вот-вот позорно кончит не прикасаясь к себе. Длительное одиночество даёт о себе знать.  Минхо вскрикивает, закатывая глаза от наслаждения и сжимая пушистый плед под ним. Чёртов Хан Джисон, раздвинув его половинки, влажно и широко провёл языком между ними и начал поедать его, словно умирает от голода. Минхо чувствует, как Джисон, причмокивая, вылизывает его, не оставляя без внимания ни один миллиметр такой чувствительной кожи. Ли смущается, утыкается носом в мягкую игрушку, в надежде хоть как-то скрыть наплывающий на его щёки румянец.  Хёнджин словно пантера передвигается по дивану, оказываясь сзади Джисона. Он оглаживает спину парня двумя руками, привлекая его внимание. Хан с неохотой отрывается от своего занятия, поворачивая голову к Хёнджину. Припухшие губы блестят под светом гирлянд, а по подбородку медленно стекает слюна. Хван несколько секунд любуется на такой, как ему кажется, милый вид своего парня и облизывает чужой подбородок. Льнёт к губам, бесцеремонно посасывая чужой язык и мычит от удовольствия. Хёнджин пальцами подхватывает низ его футболки, тянет вверх, торопясь сбросить с Джисона всю одежду. Хан только смеётся в его губы, беря чужие запястья в свои ладони, чтобы остановить хаотичные действия. Он отстраняется от Хёнджина и сам снимает верх. Минхо, что обернулся, как только почувствовал пустоту внутри себя, наблюдал за тем, как парни делили его вкус между собой. И он нагло солжёт, если скажет, что ему не понравилось смотреть на это. Он засматривается на татуировку Джисона и не замечает, как Хёнджин переключает всё своё внимание на него. — Минхо-хён, когда ты последний раз был растянутым? — спрашивает Хван, доставая из под плюшевой игрушки небольшую бутылочку смазки. Этот вопрос вводит в ступор.  — Я не помню. Последние отношения у меня были очень давно, после них я завалил себя работой и учебой. С тех пор времени не хватало ни на что, кроме быстрой дрочки в душе, — Джисон что-то быстро шепчет Хёнджину, на что он кивает и выдавливает небольшое количество лубриканта на свои пальцы. Минхо громко выдыхает, когда чувствует, как один палец Хёнджина без предупреждения входит в него. Хван медленно двигает им, плавно растягивая Минхо и давая ему время привыкнуть. Когда добавляется второй палец, старшему хочется скулить от удовольствия, потому что Хёнджин так быстро и точно находит ту самую точку и бьет по ней несколько раз. Он разводит пальцы ножницами, сосредоточено наблюдая за реакцией Минхо, чтобы не навредить ему. Тот только сильнее выгибается в спине, еще больше отводя бедро в сторону. — Пожалуйста… — тихо просит старший, когда Хёнджин трахает его тремя пальцами, ускоряясь с каждой секундой. Он слышит мольбы Минхо и его губы растягиваются в ехидной улыбке. — Чего ты хочешь, хён? — Джисон наклоняется к самому лицу старшего, проводя большим пальцем по его губам, — расскажешь? — Хани, Хёнджини, — он задыхается и сильнее прижимается пахом к покрывалу под ним, — пожалуйста… — Мы тебя не слышим, Минхо-хён, — твердым голосом произносит Хёнджин, дразня старшего медленными движениями пальцев.  — Войдите в меня, прошу, — он стыдливо краснеет и прячет лицо в мягкую игрушку, пока Хёнджин, хихикая, вытаскивает пальцы. Он снимает свою одежду и раскатывает любезно поданный Джисоном презерватив по члену. Хан помогает Минхо подняться, пока Хёнджин садится, облокачиваясь на спинку дивана. Джисон сажает старшего на колени Хёнджина и моментально целует его шею, придерживая за бёдра, пока Хван медленно входит в Минхо, вжимая ладони в его талию. Старший прикрывает глаза, но не успевает издать и звука — Джисон ловит стон губами, вторгаясь в рот Минхо своим языком. Ли кажется, что его начинает трясти от количества ощущений. Он прижимает руки к торсу Хана, пальцами очерчивая компас, набитый на правой ключице и медленно начинает двигаться на члене Хёнджина, слыша, как тот тихо поскуливает, помогая Минхо двигаться. Хван толкается глубже и целует плечо старшего, когда тот вскрикивает.  Джисон обхватывает возбуждение Минхо и начинает медленно водить верх вниз,  размазывая каплю предэякулята по всей длине. Ли скулит, жалобно пытаясь выговорить слова о большем. Он растворился в сладкой неге, в телах двух человек, которые зажали его между собой и старались дать то, что Минхо так не хватало всё это время. Он был не здесь, не в этой маленькой комнате, не в Сеуле. Хёнджин чувствует, как Минхо сжимает его, пока Джисон ускоряет движения руки. Они стонут в унисон и одновременно заканчивают, замедляя темп и тяжело вдыхая резко ставший тяжелым воздух. Хан целует Минхо: внезапно, нежно и чувственно, как бы говоря ему, что он хорошо постарался. Он отстраняется от губ старшего с громким мокрым звуком и подносит испачканную ладонь ко рту, слизывая семя Минхо с каждого пальца. Джисон смотрит прямо в глаза Ли и видит в них смесь удивления и по-новой появляющегося возбуждения. — Хани, — поддаёт голос Хёнджин, что все это время гладил талию Минхо, — иди сюда. Он бережно кладёт Ли на диван, целуя его в висок и смотрит на Джисона, в чьем лице читалось недопонимание. — Джини, вы устали, — он гладит щёку своего парня и мягко улыбается, — отдохните. — Хан Джисон, трахни меня, иначе я откушу твой член, — слишком уверенно угрожает Хёнджин и обвивает чужую шею, заглядывая в самую глубь карих глаз.  Джисон смеётся и резко кладёт Хёнджина под себя. Он находит лубрикант и выдавливает немного на пальцы, быстро входя в парня и растягивая его. Джисон почти сразу добавляет ещё два пальца. Он прекрасно помнит, что Хёнджин часто задерживается в душе, дабы немного поиграть с собой. Хван откровенно скулит, прося большего, а младший дразнит, находя комочек нервов и врезаясь в него несколько раз подряд. Когда Хёнджин начинает извиваться словно уж, поднимая бёдра, Джисон заменяет пальцы членом, входя резко и сразу же начиная двигаться с безумной скоростью. Хёнджин громко стонет и обнимает талию Хана длинными ногами, прижимая чужое тело ещё ближе.  Минхо, таявший рядом, чувствует, как возбуждение медленно возвращается к нему, пока он наблюдает за происходящей перед ним сценой. Он слышит, как Джисон и Хёнджин почти одновременно стонут, а белёсая жидкость пачкает их животы. Хан прижимается к открытому рту Хёнджина своим, затягивая его в страстный поцелуй.

***

Через некоторое время Минхо засыпает в объятиях двух парней. Голову не терзают разные мысли, он обдумает и поговорит обо всём позже. И, возможно, вступит в новые отношения, в которых любви будет в два раза больше. Но это всё потом, сейчас хочется лишь слушать тихое дыхание Хёнджина и Джисона и растворяться в этом моменте. — Мы любим тебя, Минхо, — шепчет кто-то из них в самую макушку, на что Ли приподнимает уголки губ. Им точно нужно будет поговорить.