Разговоры не на корейском

Припарковаться пришлось с другого конца здания из-за отсутствия свободных мест на парковке танцевальной студии. Чанбин проклял конец весны за поднятие у людей желания заняться спортом и тут же извинился: всё-таки Минхо постоянно платил за друзей. Не хотелось лишаться постоянной темы для шуток из-за отсутствия у него клиентов. Захватив из машины полуторалитровую бутылку минеральной воды и серую кепку, Чанбин по жаре пошёл к дверям студии, поправляя резинку шорт. Солнце жгло нещадно. Наверное, человечество в конец выбесило его, и таким способом он избавлялся от неугодных. — Чёрт возьми, Минхо, я убью тебя. Какого чёрта ты Джисону не отвечаешь? — Нашёл козла отпущения Чанбин и почти застонал от удовольствия, оказавшись в тени навеса. Одним шагом пропустив три ступеньки, он дёрнул ручку белой двери, ступая в блаженную прохладу помещения. — Чанбин-а, — поприветствовал его брат, уже третий год работающий тут администратором. На самом деле, через него Чанбин и познакомился с Минхо: пришёл посреди дня принести блокаторы, так некстати забытые дома перед течкой. Минхо тогда как раз выходил из зала и обеспокоился состоянием своего работника, ну и тем, что в его танцевальной студии находится альфа. Брат уверил, что может продолжать работу, а Чанбин продолжил изредка ошиваться рядом и советовать студию друзьям. — И тебе привет, — махнул рукой Чанбин, ставя бутылку на регистрационную стойку. — Минхо здесь? — Нет, уехал срочно куда-то, — брат выключил свой телефон, откладывая на стол с компьютером. — Просил сказать тем, кто будет спрашивать, что объяснит всё позже. Чанбин попытался вспомнить, что могло заставить Минхо так пропасть, но никаких важных дат вроде рядом не стояло. За два с половиной года он узнал о Минхо всё, и точно мог сказать, что ни его день рождения, ни дни рождения его кошек и родителей были не сейчас. Но с этим он разберётся позже. Из ближайшего зала для занятий слышалась приглушённая музыка. Чанбин нахмурился: это время занятий Минхо, и он никому не позволяет подменять себя. Куда легче ему отменить занятие и вернуть за него деньги, нежели доверить вести его часы постороннему. Может, это ребята из группы “Хастл”? Обычно они занимаются во втором зале, но могли решить воспользоваться и пустующим первым. — Не угадал, — словно прочитал мысли брат. — Минхо сам привёл какого-то альфу на замену. — Серьёзно? — На этом моменте Чанбин не поверил собственным ушам. Минхо нанимает на работу омег, зная, что так танцоры чувствуют себя в большей безопасности, да и в ученики берёт только их. Сама студия Минхо была только для омег. Неужели он поступился своими принципами? Что же это за дело такое, что он вместо отмены тренировки пустил в зал альфу? Своих друзей он первое время гнал, пока сами танцоры его группы не разрешили им заходить и оставаться во время их занятий, уверенные в своей безопасности. Признаться честно, это льстило Чанбину. Добиться уверенности омег, которые специально пришли в заведение без альф много стоило. Он знал, что такие обычно или научены горьким опытом, или очень остерегаются, поэтому оказаться в кругу их доверенных лиц было честью. Парочку раз они с Чонином даже помогали некоторым: одному с переездом, а детей другого забрали со школы, когда того задержали на работе. Дружеская атмосфера студии всем очень нравилась. Сколько Чанбин знает Минхо, тот ни разу не изменял собственным правилам насчёт работников. И никогда не говорил ни об одном альфе, кто бы не входил в их круг друзей. А Чанбин уверен — никого постороннего он в студию не пустит. Значит, или Минхо сошёл с ума, или Чанбин плохо его слушал, раз за почти три года не слышал про какого-то альфу, которому Минхо может доверить такое. И неужели танцоры согласились? — Эй, мелкий, — Чанбин опёрся руками о регистрационную стойку. — Ты здесь дольше меня. Минхо когда-нибудь позволял альфам входить сюда? — Вообще-то я старше, — брат сморщился и Чанбин захотел схватить его за нос. — При мне нет, но прошлый администратор рассказывал про одного, мол, лучший друг с детства, танцор балета и ла-ла-ла какой классный. И танцоры встретили его хорошо, когда Минхо сказал о замене. Ты ведь знаешь, джаз-модерн закрытая группа с фиксированным количеством учеников, новенький там может появиться только если кто-то уйдёт. За три года только пять таких. Так что почти все знают Бан Чана. — Чана? — Заинтересовался Чанбин. Имя приятно ложилось на язык, а в мозгу что-то щёлкало, словно оно уже было знакомо. — Танцор балета? Почему тогда он ведёт занятие джаз-модерна? — Я его видел, милый парень, кажется очень хорошим и плюшевым. Хочу взять у него номер телефона. — Ну если даже избирательный Минхо ему доверяет, то я не буду тебе мешать, — Чанбин забрал свою бутылку со стойки и пошёл в сторону залов, желая на секунду заглянуть и посмотреть на этого альфу. Задерживаться дольше в планы не входило: надо ещё разобраться с поставщиками и отписаться Джисону, что Минхо в полном порядке и не отвечает из-за дел. — Ещё бы ты мне помешал, — пробурчал брат, но Чанбин оставил слова без ответа. Из второго зала тоже текла тихая музыка, что лишний раз убедило в правдивости чужих слов: кто-то был на замене. Тихо приоткрыв дверь, Чанбин заглянул внутрь, осматриваясь. Восемнадцать омег лежали и полусидели на полу, явно отдыхая после чего-то изнурительного. Один заметил его и махнул рукой. — Привет, хён. Чанбин закатил глаза и открыл дверь полностью. — Рад видеть вас, — он улыбнулся и нашёл наконец-таки новое лицо. Альфу. Чан стоял в светлых шортах чуть выше колена и чёрной майке, немного потный, но улыбающийся и бодрый. — Здравствуйте. — Давай не официально, Чанбин, — попросил Чан и Чанбин опешил. Смутила его совсем не просьба и собственное имя, а знакомый красивый голос, который он слушает почти каждый день. Ничего не сказать, но песни CB97 занимали добрые семьдесят процентов его плейлиста. Чанбин извинится в будущем перед братом, потому что теперь этого альфу он намерен забрать себе. — Минхо говорил, что тебя могут послать проверить его. Он вернётся как раз к концу занятия, ты можешь подождать его здесь. — Если он так скоро вернётся, почему вы просто не перенесли тренировку? — Чанбин сделал шаг вперёд и закрыл за собой дверь. Михёк, последний новенький, смущённо поднял руку и отозвался. — Мне на самолёт надо успеть, младшему брату рожать с часу на час. Ни раньше, ни позже рейс взять не мог. Чанбин помнил Михёка в первые недели их знакомства: пугливый и опасающийся всех альф паренёк, чей брат забеременел вследствие изнасилования. Несмотря на то, что после знакомства с компанией Минхо он быстро оттаял к ним и даже немного флиртовал с Феликсом, к другим альфам он отношения не менял. Однако сейчас явно не чувствовал себя скованно в одном помещении с Чаном. Что же это за чудесный альфа? Нет, серьёзно, Бом Сок, прости, но твой брат тоже положил глаз на Чана. — Я как раз вернулся в город, поэтому согласился помочь Минхо, — напомнил о себе Чан. — Он помог мне, когда я не знал, что делать со своей жизнью, поэтому я ему обязан. Улыбчивость и доброжелательность этого альфы заставляла Чанбина сдерживать порыв выпустить свои феромоны. Он уважал омег и не хотел их пугать неожиданным потоком альфьих феромонов, поэтому нервно улыбнулся и слегка поклонился Чану, хватаясь за ручку двери. Ему надо подышать свежим воздухом, иначе он пойдёт соблазнять нового знакомого, о котором на самом деле знает и мечтает последние шесть лет жизни. CB97 выпускал свою музыку уже давно, навёл шумихи среди слушателей, но так и не раскрыл личность. Чанбин наслаждался мягким голосом, мечтая когда-нибудь познакомиться с тем, кто так сладко поёт и пишет такую глубокую лирику. Может быть, CB97 и не был самой главной мечтой жизни, но точно являлся первым среди знаменитостей, с кем Чанбин хотел иметь личное знакомство. И теперь на это есть шанс. И чего Минхо скрывал такой алмаз всё время общения. Ладно, возможно он понимает, но всë равно чуть-чуть обидно за то, как безучастно Минхо слушал его фанатский плач по тому, как прекрасен голос CB97, особеннно на английских партиях. И ведь не спалился этот кошачий гад! Жара на улице теперь не бесила так сильно, мысли все были заняты открытой улыбкой Чана и его пушистыми волосами, маленькие прядки которых прилипли к потному лбу. Возможно, Чанбин поступал неправильно, позволяя себе представлять совсем не те вещи, которые представляют с человеком, с которым знаком пять минут, но это был CB97. До этого момента Чанбин никогда не думал о нём, как о ком-то большем, чем потенциально хорошем друге, но после личной встречи - а он не сомневался, что это он - вдруг захотел стать не только другом. То, как омеги доверяли ему настолько, что лежали расслабленно на полу, значительно понижая свои шансы при возможности нападения, говорило о Чане слишком много. В мире страха и боли, через который прошли все ученики Минхо, доверие значило слишком много. Доверие альфам - ещë больше. Это не было влюблённостью, точно нет, но Чанбин хотел взять его за руку и поцеловать мягкие губы. Простым желанием потрахаться тоже не пахло. Скорее природа чувств была чем-то средним. Чанбин хотел проводить время с ним, хотел иметь возможность влюбиться и получить взаимность. Чан был ему симпатичен. Очень симпатичен. Молодой, красивый, талантливый, гибкий, пластичный, добрый, умный, улыбчивый, надëжный, ответственный. Идеальный альфа. Чанбин достал из кармана телефон и открыл блог CB97. Он не проверял его несколько последних дней, полностью утонув в делах бизнеса, и сейчас собирался наверстать упущенное. Обычно он всегда смотрит блог, находя в нём отдушину, но проблемы с поставщиком заставили забыть даже о сне и еде, не говоря уже о чём-то другом. 14.05. CB97. 9:11 Как вы знаете, последний месяц мы с моим менеджером обсуждали возможность продлить контракт кое с кем. СВ97. 9:11 С моей основной работой. Я же не только музыку пишу. CВ97. 9:12 Он мне советовал этого не делать и возвращаться в страну, в которой я провëл шесть лет до переезда сюда. СВ97. 9:12 Сегодня я согласился. СВ97. 9:12 ㅠㅠㅠㅠ СВ97. 9:13 Хочу оставить это и полностью отдаться музыке. СВ97. 12:45 Может мне стоит раскрыть свою личность? СВ97. 12:48 Не надо так реагировать, я только предполагаю. ㅠㅠㅠㅠ СВ97. 15:09 Мой друг говорит, что если я это сделаю, вы взорвётесь. СВ97. 17:19 Не люблю говорить о себе, но мне тоже нравится моя внешность. СВ97. 17:21 На это ушло много времени, но я полностью полюбил себя. СВ97. 17:22 Надеюсь, вы тоже любите себя! СВ97. 22:51 Я почти собрал вещи для переезда. Устал и хочу спать. СВ97. 22:52 Сейчас напишу несколько строк и лягу. Спокойных всем снов. СВ97. 22:54 И доброго времени суток тем, кто в другом часовом поясе! 15.05. СВ97. 6:07 Доброе утро! СВ97. 6:07 Сегодня у меня много дел, поэтому я не буду тут появляться. СВ97. 6:08 Хорошего всем дня! СВ97. 23:17 Я отработал свой последний рабочий день там, где работал последние три года. СВ97. 23:18 Без лëгкого мандража не обошлось, но коллеги меня поддержали. СВ97. 23:18 Они такие милашки. Я буду по ним скучать. СВ97. 23:19 Вы не знаете их, но напишите, пожалуйста, что они молодцы! Они всë читают. СВ97. 23:23 Спокойной ночи! 16.05. СВ97. 8:17 Доброго утра! СВ97. 8:25 Сегодня днём у меня самолëт, так что простите мне моë отсутствие. СВ97. 8:25 Второй день подряд, извините меня. СВ97. 8:25 Потом обещаю исправиться. СВ97. 8:26 Как закончу со всеми делами. СВ97. 8:26 Ждите меня! СВ97. 16:01 У меня только что завершилась посадка. Скоро полетим. Несколько часов до города. Ура! 17.05. СВ97. 3:47 Сейчас в отель и спать. Устал сильнее, чем после семи часов репетиции. СВ97. 4:23 Отмените живодëров, пожалуйста. СВ97. 4:36 Всë, я спать. Всем ночи. СВ97. 12:06. Меня разбудили. СВ97. 12:06 Доброе утро. СВ97. 12:07 Я очень люблю своих друзей, но вообще-то хочу поспать. СВ97. 12:25 Собраться за пятнадцать минут и понять, что ты в отеле, а не дома. Спасибо, это я. Мог собираться не так торопливо. СВ97. 12:32 Ладно, мой будильник вызвал мне такси. СВ97. 12:39 Я заменяю его сегодня кое-где. В первый день после возвращения. СВ97. 12:39 Совсем он меня не ценит. СВ97. 12:56 Мне пора. Надо подготовиться к занятию. Выключив экран телефона после последнего сегодняшнего поста, Чанбин глубоко вдохнул. Он серьёзно собирался пригласить на свидание своего давнего кумира, о котором не думал в романтическом плане до сегодняшнего дня? Он очень глуп, да? Чанбин уронил крышку бутылочки, когда открывал её, и злобно зашипел на себя. Присев на корточки за ней, он совершенно не ожидал увидеть перед собой Минхо, когда поднимется. Тот усмехался, довольно глядя на растерянного друга. — Это на тебя так жара влияет или Чан? Или правильней будет сказать CB97? — Так ты ещё и об этом знал? — Чанбин почти взвыл, пусть и догадывался раньше. — Минхо, ты ужасный друг. — Как грубо, — не обиделся Минхо. — Я всего лишь выполнял просьбу лучшего друга о сокрытии его личности. Даже не думай обижаться. — И не собирался, — Чанбин вернул себе лицо. — Но я всё равно ещё поною. Тебе не спрятаться. — Ну ты и жестокий, — закатил глаза Минхо, поднимаясь в тень под навес, забирая до сих пор открытую бутылку и выпивая несколькими глотками половину. — Спасибо. Чанбин сморщился, закручивая крышку обратно. — Чан встречается с кем-то? — Пришло ему в голову спросить то, что узнать стоило изначально, а то он уже построил планы на их теоретическое будущее. — Нет, — Минхо хмыкает. — Чан – танцор балета, у него не было времени последние три года на отношения. — Это хорошо, — тихо сказал Чанбин для себя, поправляя кепку на волосах. — Совесть не будет мучить, когда захочешь подрочить? — В своей манере откровенно усмехнулся Минхо. — Ещë обрадую: у тебя все шансы, Чан предпочитает альф. Он раньше встречался с Чонином. — Погоди, что? — Да, два года встречались. Расстались за полтора месяца до его отъезда в Сидней. — Он из-за этого уехал? — Нет, — Минхо дëрнул плечами, поворачиваясь и открывая дверь в студию: несмотря на приближение вечера температура становилось только выше. — Остались друзьями. Чан будет свидетелем со стороны Чонина на его свадьбе с Сынмином. Они зашли в прохладное помещение, Минхо поздоровался со своим администратором и опëрся спиной и локтями о стойку регистрации, оглядывая хорошо знакомые стены. Чанбин встал рядом, лицом к выходу и спиной к залам. — Так вот что за тайный друг, — Чанбин хмыкнул, одобряя выбор. Полгода от него скрывали информацию о человеке, получившем от Чонина приглашение и просьбу. — Да, мы хотели сделать тебе сюрприз: Чан должен был спеть несколько песен специально для молодожёнов, а ты упасть в обморок от шока, но потом передумали. — Я не упал бы в обморок, — возмутился Чанбин и хотел ещë что-то сказать, но почувствовал, как на плечо ложится чья-то рука. — Я потерял своего главного фаната? — Сказал ему на ухо Чан, мягко сжимая голую кожу. Чанбин еле сдержал дрожь и впервые за дни жары пожалел о создании человечеством маек. Кожа под прикосновениями Чана покрылась мурашками, руку прошибло током. Шесть лет лютого фанатства, и он действительно не был уверен, что не упал бы в обморок, исполни друзья свой план на свадьбе. — Он только что нагло соврал, — безапелляционно заявил Минхо. — Хëн, он кончает от одного твоего голоса, убери руку. Чан засмеялся и послушался дельного совета, но не отошëл, продолжая горячо дышать в затылок. Чанбин еле сдержал желание тут же выпрямить спину, чтобы соответствовать идеальному Чану, который не только ходил с прямой осанкой, но и двигался, словно аристократ: изящно и изысканно. — Не кончал ни разу, не ври, — пробурчал Чанбин, имея в виду то, что никогда таким не занимался и не планировал до сегодняшнего дня, но формулировка сама располагала к шуткам. — Что, так и не получилось? — сочувственно хмыкнул Чан. За смущением Чанбин подумал, что не сможет повторить это: ухмыльнуться и выглядеть при этом раскаявшимся. — Я могу предложить помощь, всë-таки я тоже причастен к такому положению дел. — Чëрт возьми, — подал признаки жизни брат Чанбина. — Ты у меня его украл! Минхо издал громкий смешок, закатывая глаза. Чанбин отвернулся, разглядывая светло-зеленоватые стены. Боковым зрением он уловил Чана и слегка подвинул голову, сильно смущаясь. Слишком неловко для него. — Никто меня не крал, — понизил голос Чан. — Меня не привлекают омеги, молодой человек. А вот ваш брат давно знаком мне по многочисленным рассказам друзей. И в нëм я очень даже заинтересован. Бом Сок сбивчиво извинился, садясь на стул и опуская его максимально, чтобы спрятаться за стойкой. Чанбин почувствовал лёгкое удовлетворение от того, что не он один тут умирает от смущения. — Ладно, — Чан положил руку ему на талию, губами почти соприкасаясь с ухом. — Мне пора в отель и душ, я поехал. — Чанбин на машине, он может подвезти, — без каких-либо посторонних намерений упомянул Минхо, но Чан махнул головой. — Если мы вместе окажемся в отеле, то займёмся сексом, а я не хочу заниматься им где-либо кроме своего дома. — Откровенно, — глупо кивнул головой Чанбин. — Очень откровенно. — Я предпочитаю говорить о своих желаниях и планах открыто. Слова – лучшее, что придумало человечество. — Ух, — выдохнул Чанбин. — Привыкай, — подмигнул Минхо и пожал руку Чану. Тот отошёл от Чанбина, кивая Бом Соку на прощанье. — Возьми мой номер у Минхо, милый, — на английском обратился к Чанбину Чан. — Напиши мне завтра, сегодня я буду спать весь оставшийся день. — Ага, — только и вымолвил Чанбин, совершенно не понимая, как его жизнь изменилась так быстро. Английский из чужих уст он даже не заметил.

***

Минхо прислал номер сам, не дожидаясь просьбы. Чанбин сначала выключил экран телефона, глубоко вдыхая. Он совсем не был таким стеснительным, но то, как неловко прошла первая встреча с новым объектом воздыханий, заставляло жмурить глаза и одновременно надеяться забыть этот день и отпечатать его в памяти навсегда. Поблагодарив Минхо, Чанбин внёс номер в список контактов и с сожалением посмотрел на время. Одиннадцать часов вечера. Он уже закончил все свои дела, а ещё столько времени до момента, когда Чан проснётся и сможет ответить на сообщение. Его твиттер не обновлялся с последнего сообщения в двенадцать пятьдесят шесть, из чего Чанбин сделал вывод, что Чан действительно устал и сразу после душа лёг спать. Тревожить его сон не хотелось, Минхо говорил, что уведомления он не отключает из-за того, что на прошлой работе в театре он в любой момент может понадобиться, если кто-то из других актёров балета по каким-либо причинам не сможет выступать. Конечно, сейчас Чан уже там не работал, но прошли всего сутки, так что скорее всего звук был включён. Отложив телефон, Чанбин лёг спиной на подушки, оставляя одеяло только ниже бёдер. Кондиционер работал не исправно, и в комнате оставалось немного душно. Раннее утро началось с горячей кружки крепкого чëрного чая. Раньше он пил кофе, но около года назад CB97 устроил шуточную лекцию о вреде кофеина, и теперь Чанбин даже не смотрел на полки с ним в магазинах. Джисон в начале вылупился на него своими большими глазами, но после смирился, что теперь в гостях не получится пить кофе. Да уж, Чан давно оказывает не маленькое влияние на его жизнь. Пожалуй, слишком много для незнакомца из интернета. — Теперь уже не незнакомец, — вслух усмехнулся Чанбин, отставляя недопитый чай на столешницу. Наверное, уже можно было писать. Ну не может же человек спать вечно?

Вы. 9:12

Привет! Это Чанбин. Тот фанат, который на самом деле не потерялся.

Вы. 9:13

Извини, но я буду жужжать о любви к твоей музыке ближайшие три вечности.

Ответ ждать долго не пришлось, Чанбин успел лишь допить чай и подумать над тем, что сделать на завтрак. Мечта. 9:23 По-моему у меня есть кинк на похвалу, так что я не буду против слушать тебя ближайшие три вечности. Чанбин сжал губы, на секунду представляя голого Чана под ним, который скулит от удовольствия и прячет лицо от смущения. Слишком идеальная картина, чтобы продолжать фантазировать об этом сейчас. Махнув головой, Чанбин быстро печатает ответ.

Вы. 9:24

Тогда обещаю ближайшие три вечности хвалить тебя так, как ты этого заслуживаешь.

Вы. 9:24

Я не умею говорить так же красиво, но обещаю постараться ради тебя.

Мечта. 9:25 Не того обманываешь, милый. SpearB. Знакомо имя? Чанбин чуть не выронил телефон из рук. Под этим псевдонимом он не выпускал музыку уже несколько лет, и тот факт, что его главный музыкальный кумир слушал те треки немного… путал мысли. Мечта. 9:25 Мне очень понравились все твои работы, жаль, что давно нет новых. Выключив телефон и положив его экраном вниз, Чанбин сел на пол, пальцами обхватывая край стола и утыкаясь в костяшки лбом. От смущения хотелось визжать. Ну какой же Чан прекрасный. Так и хотелось его затискать и зацеловать. Подавив в себе желание тут же сорваться к нему и затащить в кровать на вечность, Чанбин поднялся на стул.

Вы. 9:27

Как скоро ты будешь свободен?

Мечта. 9:30 Я собираю вещи, чтобы уехать из отеля.

Вы. 9:30

Могу подвезти.

Мечта. 9:30 Этого ответа я и ждал. Жди адрес. Когда полностью собранный Чанбин сел в машину, быстрым движением пальцем поправляя поднявшуюся серую майку, звук со стороны телефона оповестил о новом входящем сообщении. Минхот. 9:46 Удачного свидания. Чанбин уже хотел ответить ему что-то язвительное, потому что чувствовал, как по ту сторону экрана собеседник ухмыляется и уже придумывает новые тонкие и не очень подъёбы, но следующее сообщение сбило все планы. Минхот. 9:46 Смазку взял? Телефон полетел на соседнее сидение. Чанбин привык быть откровенным в вопросах сексуального характера, но эта открытость распространялась только на партнёров, которым Минхо к общему счастью не являлся. Не в его вкусе омеги. Это больше относилось к Джисону. Единственный в их компании друзей, предпочитающий не таких же альф, как он сам, а омег. Дорога до отеля Чана заняла полчаса. Тот ждал его с одним единственным чемоданом у входа, в укороченной белой футболке, открывающей выдающийся пресс, низко посаженных зеленоватых шортах и небольшой серой поясной сумкой. Чанбин захотел коснуться голой кожи кончиками пальцев и языком. Чан подмигнул ему, подходя к багажнику и укладывая туда чемодан. Чанбин замер, рассматривая его спину. Правее от крестца виднелась совсем маленькая чёрная татуировка “CB97”, написанная явно не почерком Чана. У него буквы были более размашистые и уверенные, что не раз показывали скинутые в твиттер фотографии старых и новых бумажных черновиков песен. — Это Ханна написала, — повернулся Чан, захлопывая багажник и поднимая резинку шорт выше, чтобы скрыть татуировку. — Пока я спал, она залезла в комнату и хотела нарисовать это мне на заднице, но когда поняла, что я голый, замерла. В итоге, очнулась тогда, когда я почти проснулся, быстро черкнула ручкой где пришлось и сбежала. А я потом татуировку сделал ей в напоминание, чтобы не думала издеваться над братом. — Ты спишь голым? — извлёк главную информацию Чанбин, обходя машину со стороны Чана и открывая ему дверцу. Чан поднял на это брови, мол, что за ухаживания, и сел в удобное кожаное кресло, мельком осматривая салон. — Да, давно, — ответил на вопрос он, когда Чанбин сел за руль, пристегнувшись. — Я не могу заснуть в одежде. Чанбин не решился ехать, пока перед глазами мелькают картинки ходящего по его квартире обнажённого Чана. Повернувшись и взяв с заднего сидения полную полуторалитровую бутылку воды, он двумя глотками отпил значительную часть, гулко сглотнул слюну и повернулся к Чану. — Так где твой дом? Остановившись в дорогом районе Сеула у красивого белого дома, Чанбин невольно удивился внешней простоте. Это так в стиле Чана, что даже сам Чан не сможет повторить лучше. — Зайдёшь на рамён? — усмехнулся Чан, ухватившись за ручку двери. Чанбин не любил отвечать на риторические вопросы, поэтому заглушил мотор и поспешил выйти из машины, закрывая её на сигнализацию. Чан уже стоял рядом с чемоданом в руках, игнорируя задравшуюся футболку-топ. Чанбин решил не медлить и не строить из себя неловкого школьника: смело подошёл ближе, положил руку на талию, наконец касаясь голой кожи. Под его пальцами она покрылась мурашками, что заставило улыбнуться: не только он тут был взволнован. Внутри дом оказался не менее “чановским”. Простой интерьер, никакого цветового шума и ощущения жизни. Пусть Чан и не жил здесь последние три года, дом всё равно сохранил ощущение тепла и уюта. Наверняка сюда периодически приходили убираться нанятые люди из клининговых служб, чтобы поддерживать порядок. Из весьма откровенного и содержательного блога СВ97 все фанаты знали, что их кумир большой любитель чистоты. — Завтракал? — спросил Чан, оставляя чемодан в коридоре и проходя на кухню. — У меня в холодильнике ничего нет, но мы можем заказать. — Я не голоден, — отозвался Чанбин, следом заходя в просторное светлое помещение. Он прижался к спине Чана, обвил его талию руками и коснулся губами открытой шеи, получая в ответ лёгкую дрожь. — Уверен? — с придыханием уточнил Чан, выгибаясь в спине и вплетая пальцы в чужие волосы. — Я хозяин гостеприимный, могу хорошенько накормить. — Давай оставим эту вежливость, — Чанбин горячо выдохнул, правую руку спуская с живота на пах. — По-моему, мы оба знали, что едем сюда не любезничать. — Спальня на втором этаже. — Веди, — с сожалением оторвавшись от чужой кожи, Чанбин облизнул пересохшие губы. Шаги по лестнице казались беззвучными. Чанбин просто шёл следом за хозяином дома, взглядом пожирая соблазнительную открытую часть спины. Накачанные ноги невероятно сексуально смотрелись в этих шортах, заставляя желать сжать собственный член через слои ткани. Комната Чана отличалась от всего дома: выполненная преимущественно в чёрном цвете, она выглядела так контрастирующе на фоне всего остального, что Чанбин невольно задумался, а не попал ли в другой мир. Но сам Чан и без того был другим миром. Неизведанным, но самым интересным и многогранным. Чанбин не собирался терять возможность изучить его всего. — Советую тебе снять эту майку, — последнее слово прозвучало на английском, и Чанбин замер с зажатыми в руках краями одежды. — Ой, извини, я привык разговаривать на двух языках. — Всё нормально, я понимаю английский, — Чанбин махнул головой, бросил снятую майку в сторону чёрного кресла-мешка и встал напротив Чана, заглядывая в глаза. — На самом деле, твой английский – самое возбуждающее, что я слышал. — В моих песнях много английского, — подметил Чан, разрывая зрительный контакт, пробегая взглядом по обнаженной груди и облизывая губы. Он расстегнул свою поясную сумку и достал средних размеров тюбик смазки и презерватив. — Как ты предпочитаешь? Я уни, так что приму любые правила игры. — Мне тоже всё равно, но сегодня я собираюсь разобрать тебя на части, — Чанбин залез пальцами под шорты Чана, притягивая его к себе и запечатывая уверенный поцелуй на губах. Чан кинул вещи на кровать и руками обвил чужую талию, углубляя поцелуй и закрывая глаза. Несмотря на всю спесь с самого начала знакомства, сейчас всё выходит нежно. И определённо трепетнее, чем когда-либо в жизни Чанбина. Сильные руки на талии ощущаются, как божье благословение, голова начинает кружиться, а под закрытыми веками горит пламя. Чанбин опускает их на кровать, и они осторожно ложатся, соединяя губы в очередном медленном поцелуе. Чан обхватывает его голову ладонями, ероша волосы. Лëгкий стон раздаëтся в комнате, когда Чанбин коленом раздвигает податливые ноги, задевая пах. — Мне больше нравится лежать в кровати без одежды, — прерывает поцелуй Чан и пальцами пробегается по чужой шее и ключице, останавливаясь на груди и сжимая сосок. Чанбин в ответ глухо промычал и уткнулся носом в висок. Чан повернул голову и запечатал на мягких губах короткий поцелуй. — У кого-то очень чувствительные соски. Я обязательно воспользуюсь этим на нашей следующей встрече. — Хочешь и второе свидание провести в постели? — прошептал на ухо Чанбин и тут же отпрянул, чтобы стянуть с себя шорты и скинуть их вниз. Чан последовал примеру и снял через голову футболку-топ. Он приподнял бëдра, чтобы отправить вслед и остальную одежду, но Чанбин опередил и первым потянул за резинку, пальцами подхватывая и нижнее бельë. — Ты так вкусно выглядишь, — томно сказал Чан на другом языке, садясь на кровати, чтобы провести руками по крепким мышцам торса. Чанбин почувствовал, как от нахлынувшего возбуждения закружилась голова. — Я хочу тебя всего вылизать. — Ну если сегодня тебя хватит на второй раунд, то моё тело в твоём распоряжении. — А ты хочешь сохранить нам разум? Лично я планировал на нашу встречу обессиленные обнимашки после оргазма. — Я собирался разобрать тебя на множество частей, ты прав, у тебя не останется сил после того, как я заставлю тебя кончить, — Чанбин надавил на грудь Чана, заставляя упасть обратно на простыни. — Ты такой красивый, — прошептал в самые губы он, рукой шаря по кровати в поисках ранее брошенных смазки и презерватива. — Помолчи, — смущённо потребовал на английском Чан, избегая смотреть в глаза. Его руки застыли на голой спине, короткими ногтями слабо царапая мягкую кожу. — Весь такой уверенный со всеми, а в постели смущаешься? — Чанбин вскинул брови и усмехнулся, носом задевая чужой. — Мой хороший, ты такой идеальный для меня. Твой голос невероятно красив, даже когда ты стонешь или мычишь, твои невероятно сексуальные ноги заставляют меня забыть о том, как правильно дышать. Чанбин угадал реакцию: Чан глухо простонал, пряча лицо у него в плече, приятно щекоча кожу тёплым дыханием; длинные пальцы сильнее сжались на лопатках, а дёрнувшийся член задел его бедро. — Значит, не соврал о кинке на похвалу, — хмыкнул Чанбин и продолжил на чистом английском: — Умничка, мне врать не стоит. — Чан оторвал лицо от его плеча и попытался свести ноги, но лишь наткнулся на преграду в виде чужого тела. — Ну чего ты, ещё вчера ты говорил об откровенности в своих сексуальных предпочтениях, — Чанбин опустил ладонь ему на внутреннюю часть бедра, поглаживая. — Давай продолжим на английском? Твой голос сводит меня с ума каждый раз, когда ты говоришь на нём. — Ты, — сдавленно простонал Чан, но послушался и продолжил на английском. — Может перестанешь сидеть на месте, пора бы уже засунуть пальцы мне в… — Я понял, — рассмеялся Чанбин. — Мне нравится долгая прелюдия. — Мне тоже, — Чан нащупал рукой смазку и ткнул ей Чанбину в грудь, — но твоя наглая задница делает меня очень нетерпеливым. — Я польщён. Несмотря на желание ещё подразниться, Чанбин сползает на кровати, оказываясь между широко разведённых ног. Он ещё испытает гибкость Чана, заработанную несчитаемым количеством тренировочных часов, но не сейчас. Как-нибудь после обязательно. — Хочу отпечатать эту картину на веках, — признаётся он. — Ты слишком прекрасен, милый. Любые возмущения в сторону намеренных комплиментов прерываются первым касанием покрытых смазкой пальцев к анусу. Чан хватается за простыни, прикусывает губу и внимательно наблюдает за действиями. — Я смотрел твои балетные выступления, — признался Чанбин, медленно погружая один палец. — Ты превосходно двигаешься, я не мог сосредоточиться ни на чём, кроме тебя. Пропустил весь сюжет и не понял, что произошло, но не жалею. Кто-то должен выразить тебе то восхищение, которое ты заслуживаешь, — он оставляет нежные поцелуи на внутренней стороне бёдер, наблюдая за тем, как Чан судорожно выдыхает и сгибает левую ногу в колене. Его член наливается всё больше, становясь ярче. Бёдра оказываются безумно чувствительной частью тела. Чанбин ещё не знает, где находятся зоны, заставляющие Чана сжимать зубами нижнюю губу, чтобы не стонать слишком очевидно, но он легко может узнать просто посмотрев на лицо Чана: когда Чанбин касался чувствительных точек, тот слегка приоткрывал рот и выдыхал. Но есть более важный и заметный признак: он краснел. Не только его лицо, но и плечи. Кожа под губами Чанбина пылает, словно раскалённая лава. Он добавляет второй палец и вслушивается в тихие мычания. Чан поднимает спину, опирается на руку и вплетается пальцами второй Чанбину в волосы, чтобы притянуть к себе для горячего поцелуя. Воздух между ними жжётся, тяжело оседая в лёгких. — Давай третий, — несколько минут спустя просит Чан, опускаясь обратно на спину. Его голос и английская речь заставляют Чанбина ощутить, как дёргается просящий о внимании собственный член. Чанбин жалеет о разорванном поцелуе: он хочет целоваться с Чаном вечность, потому что это приятно. — Уверен? — Да. — Умничка. Чанбин добавляет на пальцы немного смазки и выполняет просьбу, следя за тем, чтобы на красном лице не отразилась боль. Убедившись, что всё нормально, он опускает голову и касается языком чужого члена, ощущая, как в ответ тот вновь дёргается. — Чёрт, — ругается на английском Чан, вскидывая бёдра. Чанбин припечатывает их обратно и решает больше пока не заниматься сторонней стимуляцией. Иначе кое-кто кончит раньше времени. — Я не могу поверить, что ты сейчас подо мной. Никогда не смогу. У меня кружится голова от тебя, милый, — шепчет Чанбин, погружая пальцы глубже, чем это возможно. Чан стонет в голос. — Жаль, что под рукой нет диктофона, я бы записал себе это. Я думал, что не услышу ничего лучше твоего голоса в последней вышедшей песне, но твои стоны наедине со мной… Люди многое упускают, не имея возможности их слушать. — Сейчас и ты не сможешь, — ворчит Чан, лодыжкой ударяя Чанбина в плечо и морщась от короткой вспышки боли. — Но если ты поспешишь заменить пальцы членом, то я подумаю над тем, чтобы записать тебе в студии отдельный трек. — Или я мог бы тебя трахнуть под запись. Ты очень красиво звучишь. — Что угодно, если ты заставишь меня кончить в ближайшие пятнадцать минут. — Такой нуждающийся, — Чанбин с тихим хлюпом вытащил пальцы, оценил свою работу и потянулся к презервативу. Чанбин медленно входит, и глаза Чана закатываются, прежде чем он закрывает их. Мысли путаются, единственной чёткой остаётся имя: “Чан, Чан, Чан, Чан, Чан”. Чанбин упирается рукой рядом с его головой, пальцы второй переплетая с пальцами Чана. Тот подносит их сцепленные ладони ко рту и целует, не открывая глаз. Чанбин чувствует, как это отдаётся сбитым ритмом сердца в груди. Медленные толчки сводят обоих с ума, но Чанбин не ускоряется, медленно двигая бёдрами и наблюдая, как разной степени удовольствие отображается на красивом лице Чана. Он видит как пульсирует сонная артерия на чужой шее, и прижимается к ней губами, оставляя влажный след. Прикасаться к Чану приятно. Приятнее, чем что угодно в этой жизни. Чанбин занимался сексом, прыгал с парашутом, обнимал свою маму, держал в руках почти полтора миллиарда вон, но ничего из этого не приносило того удовлетворения, к которому привёл Чан. Чанбин рискует стать зависимым. Безумно захотелось увидеть, как кончает Чан, до чего Чанбин может довести его. Ускорив толчки, он сомкнул их губы в поцелуе, проникая языком в рот. Как-нибудь в будущем обязательно надо будет исполнить римминг. Чанбин знал, что в нём он мастер и хотел узнать, как хорошо справится Чан. На самом деле римминг был одной из его любимых частей секса. Получать или делать — неважно, это всегда доводило до оргазма. — Сильнее, — разорвал поцелуй Чан, практически скуля. — Иначе я сам тебя трахну. — Мой хороший мальчик, как мы заговорили, — Чанбин усмехнулся, но послушался и усилил толчки. Чан почти начал задыхаться, и заскулил при виде расширенных зрачков и скользких красных губ Чанбина. Он потянулся для ещё одного поцелуя, но вместо этого Чанбин сильнее прижал его к кровати и наклонился ближе, продолжая говорить. — Английский, милый, английский. Я обязательно накажу тебя в следующий раз за непослушание, но сегодня я добрый. Чан поймал его губы своими, позволяя следующим словам утонуть в поцелуе. Чанбин не возражал. Ровный ритм толчков нарушился, когда Чан повёл бёдрами в поисках трения для собственного члена. Чанбин мягко улыбнулся и накрыл изнывающую плоть рукой, расцепив пальцы с Чаном. Провёл несколько раз по всей длине и удовлетворённо хмыкнул, слыша в ответ скулёж. Идеально для ушей. Звучит, как мечта на всю оставшуюся вечность. Когда Чан вцепился ему в волосы на грани оргазма, Чанбина охватила восхитительная волна тепла, прошедшая от пальцев ног до кончиков ушей. Наблюдать за находившимся на краю Чаном приносило отдельное удовольствие. Он вышел почти полностью, оставил внутри только головку и с силой двинул бёдрами вперёд, ловя губами сорвавшийся чановский стон. — Кончай, детка, — промычал он, убирая испачканную в предэякуляте руку от чужого члена и кладя её на красную щёку дрожащего от нахлынувшего оргазма Чана. — Какой послушный, мне нравится. Идеальный для меня. Чан заскулил. То ли от похвалы, то ли от продолжающейся стимуляции. Чанбин поцеловал его почти невинно и выпрямился, правой рукой обхватив бедро, а левой отодвинув ягодицу в сторону. Вид собственного члена, погружающегося в Чана, заставил прикрыть глаза и тихо выдохнуть, отпуская себя. Оргазм выбил последние силы. Чанбин лёг на Чана, игнорируя испачканный спермой живот. Чан со смехом обнял его за спину, прижимая к груди и поглаживая по влажным волосам. — Нам надо в душ и позавтракать. — Ради своей задницы, дай мне отдышаться. — Хорошо, — Чан поцеловал его в волосы. — Хочешь я тебя отнесу в ванную и сам помою? — Вот это вообще хорошо, детка. Чанбин не знал, что будет через год. Будут ли они с Чаном вместе, как пара, или забудут друг о друге, разойдясь, как в море корабли, но сегодня и сейчас всё было хорошо. Сегодня и сейчас они собираются провести весь день вместе, целуясь и развлекаясь.