Пельмеш жрёт стекло эвридей

      Был обычный вечер, туны занимались своими делами и готовились ко сну. Большинство из них уже были по комнатам, занимались вечерним моционом или же просто отдыхали от тяжёлого дня. И Глистен мог бы заниматься точно тем же, но сейчас ему было достаточно плохо в моральном плане. То ли он себя закрутил из-за мелочи, то ли просто слишком сильно задумался, но по итогу зеркальце сидел за туалетный столиком и плакал, находясь в не лучшем расположении духа. Часто в таком состоянии Глистен занимался каким либо селфхармом: от обычных кусаний и впивания своими ногтями в нежную кожу, до хождения в уборную и избавления недавно поступившей пищи из желудка, что обычно называют анорексичным поведением. Сегодня же зеркало не стал мудрить над "наказанием" для себя и просто взял лезвие, став делать множественные глубокие раны на руках, вперемешку с этим плача и бормоча себе пол нос, что он ужасен. Так бы мог пройти весь вечер модника, но вдруг кто-то постучался в дверь, от чего Глистен испугался и быстро поправил рукав и убрал лезвие, а также быстро стёр слёзы с щёк. —Да-да, заходите, — проговорил зеркало своим обычным тоном, словно ничего тут не происходило.       В комнату зашёл его давний друг - Роджер. Да, хоть чисто визуально они плохо подходили друг другу, но их характеры складывались так же ровно, как кусочки паззлов. Детектив всегда был готов помочь и выслушать модника, но второй не хотел казаться каким-то жалким и ничтожным туном. Это просто полностью рушило образ, который долгие годы выстраивал Глистен. Но, несмотря на некоторую замкнутость зеркала, всё же у этих обоих были тёплые и милые взаимоотношения. — Здравствуй, Глистен, — сказал Роджер, зайдя в комнату. В первую же очередь его привлекло помятое состояние друга, из-за чего детектив встревожился. —Ты плакал? — Что? Не-е-ет! Конечно нет! Наверно, я слишком сильно зевнул, вот и пошли слёзы, — попытался найти отмазку модник улыбаясь. — Глистен, — серьёзно сказал лупа нахмурившись — я не настолько глупый, чтобы не отличить обычный зевок от плача. Он тяжело вздохнул и подошёл к другу поближе, положил ладонь на плечо. — Опять что-то случилось? — спросил Роджер, явно переживая. — Ну... — Глистен пытался придумать новую отмазку, при этой стараясь убрать руку подальше от острого взора лупы — просто опять загнался, вот и расстроился.       Роджер внимательно слушал и осматривал модника, пока не заметил, что тот пытается спрятать руку, а после и вовсе ужаснулся, увидев на рукаве кровь. Он резко взял его руку и вытанул её, после чего задёрнул рукав. Зеркальце не ожидал такого действия, поэтому не успел среагировать вовремя. — Боже, Глистен... — ошарашенно прошептал Роджер, смотря на достаточно сильно травмированную руку модника.       Зеркало смотрел на всю эту картину и на глазах стали наворачиваться слёзы. Он очень не хотел, чтобы хоть кто нибудь узнал о "решении его проблем". И ещё страшнее был факт того, что это узнал Роджер. Конечно, Глистен ему более менее доверял, но... Всё равно не хотелось раскрываться с такой стороны. Вдруг лупа что-то сказал ему и ушёл. Из-за паники он его не услышал, от чего Глистен подумал, что детектив его возненавидел от этого и ушёл, не желая больше оставаться с таким ничтожным туном. Он сильнее зарыдал, прикрыв ладонями глаза...

***

      Через время Роджер почему то вернулся и, когда Глистен глянул на него, он увидел при детективе аптечку. Лупа вновь что-то ему сказал и, взяв изрезанную руку друга, стал аккуратно обрабатывать раны, а затем забинтовал её. — Глистен... Ты настолько сильно распереживался? — наконец смог услышать зеркало от Роджера.       Модник кивнул на его вопрос, смотря в пол. Детектив, чуть подумав, аккуратно поцеловал тыльную сторону ладони, рука который была как раз забинтована. А после он обнял зеркальце, нежно прижав к себе. — Глистен, пожалуйста, если тебя будет что-то беспокоить или волновать, то заходи ко мне, хорошо? Я тебя выслушаю и поддержу.       Модник удивился от этих слов, а затем обнял в ответ и уткнулся лицом в плечо детектива. — Хорошо, Роджи... Спасибо тебе большое, что ты рядом... — сказал тот со спокойствием и закрыл глаза.