Long Distance

Жана не было уже неделю. Эта разлука стала самой долгой с тех пор, как ты переехала к нему — довольно странно, но ты приспособилась. Он согласился на повышение из-за солидной зарплаты, сказав, что это поможет обеспечить будущее для вас двоих. И именно то, как он это сказал, убедило тебя. Часы работы стали длиннее, несколько раз в год Жану приходилось уезжать за город на встречи, но все это было ради будущего — нашего будущего, говорил он. Но сегодня была седьмая ночь, когда ты будешь спать одна. Седьмая ночь, когда тебе придется сворачиваться калачиком под одеялом, пытаясь согреться. Седьмая ночь, когда тебя не будет успокаивать Жан, лежащий на кровати рядом, и тихие звуки его дыхания. Конечно, ты никогда не пожалуешься ему. Ты понимала, как больно Жану жертвовать таким количеством времени с тобой, и осознавать, что его отсутствие оставляет дыру в твоей груди. С полной уверенностью ты могла сказать, что он отдал бы все, чтобы вернуться к тебе домой. Поэтому ты прикусила язык, надела его рубашку и включила очередную серию своего любимого сериала. Поплотнее закутавшись в простыни, ты попыталась заснуть, надеясь, что тихие звуки ноутбука смогут в этом помочь. Но это не сработало, потому что внезапно из тумбочки раздалось знакомое жужжание, и ты выскочила из своего гнездышка и схватилась за телефон. — Привет, малышка. — Привет, Жан, — заворковала ты, широко улыбаясь при звуке его голоса. — Что ты делаешь? — Я только что вернулся в отель, — он тяжело вздохнул. Пока Жан говорил, на другом конце линии стал слышен шелест одежды: он снял пиджак и, возможно, ослабил галстук. — Сегодня весь день были совещания, а после работы менеджеры пригласили меня выпить. — Они тебя напоили? — Немного, — признался Жан, усмехаясь. — Я подумал, почему бы и нет? Это за счет фирмы. — Звучит забавно, — произнесла ты, стараясь поддержать его. Когда ты думала о руководстве фирмы Жана, то представляла душных, скучных, пожилых мужчин. Определенно не из тех, кто заинтересован в том, чтобы выпить в будний день после работы. Значит ли это, что в офисе, в котором работал Жан, были люди помоложе? — У тебя появились друзья? — поинтересовалась ты, чувствуя вину за то, что сердце сжималось от ревности. — Да, у нас в офисе классная компания, я отрываюсь по полной. Это не тот ответ, на который ты рассчитывала. — О, я рада, что тебе весело. — Да, — с легким, спокойным вздохом ответил Жан. — Хотя я бы хотел, чтобы ты была здесь. Ты сморщила нос — как будто он заметил твое раздражение. — О, да? В этой фирме нет других симпатичных девушек? — Единственная симпатичная девушка, которую я знаю, — это та, которую я оставил дома. — Отвратительно, — сказала ты. Щекам стало жарко, и тебе пришлось надуть губы, чтобы усмирить улыбку. — Я скучаю по тебе, Жан. — Я тоже по тебе скучаю, малышка, — вздохнул он. — Я не позвонил слишком поздно? Ты собираешься спать? — Скоро. Я как раз хотела досмотреть еще одну серию. — Хорошо, — от неровности его дыхания ты заерзала. — Я много думал о тебе сегодня, — Жан вздохнул — мягкий, воздушный звук, от которого по твоему позвоночнику пробежали разряды электричества… Он…? — Я думал о ночи перед отъездом. — О? — спросила ты, заставив Жана хихикнуть. — И о чем же? — Я очень скучаю по тебе, — повторил он, тяжело выдыхая. — Может, мы… попробуем что-нибудь сделать? Я очень хочу… хочу тебя, прямо сейчас. — Конечно, — хмыкнула ты, уже чувствуя, как по коже начало расцветать тепло. — Что на тебе надето? — Эм… — его вопрос застал тебя врасплох. Одна из старых рубашек Жана и пара свободных шорт не были самой сексуальной пижамой в твоем шкафу, поэтому ты попыталась найти другой ответ. — На мне… нижнее белье. Ты закрыла глаза и попыталась представить, как лежишь с Жаном в постели, а не разговариваешь с ним по телефону. Он позвонил, когда вернулся в отель, так что, скорее всего, все еще был одет в свою рабочую одежду. Тебе нравилась его рабочая одежда. Темные брюки, обтягивающие мышцы его бедер. Чистая белая рубашка с закатанными до локтей рукавами, обнажающие его сильные, покрытые венами предплечья. Ты представила, как он откидывается на подушки гостиничной кровати, раздвинув перед собой ноги, а его толстый член упирается в брюки. Он, наверное, уже трогал его, подумала ты, судя по тихим вздохам, которые он продолжал издавать. Как долго он работал в таком состоянии? Может, он пролистывал старые фотографии на телефоне, пока ждал лифт? Эта мысль заставила гореть от возбуждения. Ты сжала бедра вместе, чтобы заглушить боль, и сглотнула. — Тебе удобно? — спросил Жан. — Да, удобно, — ты кивнула. — Где ты сейчас? — Лежу в постели, — ты провела ладонью свободной руки по простыням, разглаживая их. — Холодно? — Уже нет. — Нет? Тебе жарко от мыслей обо мне? — от его хрипловатого голоса ты вздрогнула. — Мне тоже. Я думал о том, как весело мы провели время до того, как я уехал, — продолжил Жан. — Помнишь? Твоя рука начала спускаться вниз по животу. — Можешь мне напомнить? Ты могла услышать, как рот Жана расплылся в улыбке. — Ты лежала на спине в постели — точно так же, как сейчас, — а я держал руки на твоих бедрах, раздвигая их для себя, — Жан испустил дрожащий вздох. Через телефон стало слышно, как зашуршали простыни на его кровати. — Ты уже была такая мокрая, промокшая насквозь, а я еще даже не прикоснулся к тебе. Я просто целовал твой живот, твои бедра, твои ляжки — ты так сильно извивалась для меня. Твои глаза закрылись, а в голове всплыла картина той ночи. Ты помнила, как Жан касался своей щетиной твоей кожи, как его широкие плечи держали твои ноги открытыми, пока он ласкал чувствительную кожу бедер. Его потемневшие глаза были устремлены на твое лицо, наблюдая за реакцией. Ты помнила, как отчаянно желала его. Как сильно хотела, чтобы он стянул с тебя нижнее белье. Ты помнила, как умоляла его прикоснуться к тебе. — Жан, — прохрипела ты, скользнув рукой между бедер. Ты была так же возбуждена, как и в ту ночь, а его даже не было рядом, чтобы посмотреть на это. Он застонал, и ты услышала знакомый лязг ремня. Рот начал наполняться влагой от предвкушения. Ты внимательно прислушалась к звуку расстегивающейся молнии его брюк. Выводя кончиками пальцев контуры клитора через шорты ты чувствовала, как он пульсировал и жаждал прикосновений. — Ты была такой мокрой и нуждающейся, — повторил Жан. — Черт, я не мог решить, хочу ли я прикоснуться к тебе или попробовать тебя на вкус. Я просто знал, что хочу почувствовать, как ты кончаешь. Мне нужно было услышать твои красивые стоны — то, как ты произносишь мое имя, когда ты уже близко… Черт, малышка, мне это было нужно. — Жан… — Черт, милая, вот так. Ты нажала на кнопку громкой связи и положила телефон на грудь, чтобы освободить обе руки. Большими пальцами ты стянула шорты с бедер, прежде чем раздвинуть ноги. Закрыв глаза, ты представила, что это большие грубые руки Жана трогают тебя, а не твои собственные — хватают за бедра, грудь, горло, а затем проскальзывают между ног и трутся о клитор через тонкую ткань. Как и тогда — ты уже насквозь промокла. Ты крепко сжала грудь ладонью, дыхание перехватило — как будто он был здесь, с тобой. — Я очень мокрая, — пробормотала ты, чувствуя, как температура тела повысилась от возбуждения. Когда пальцы скользнули ниже, ты почувствовала, как шелковистая влага пропитала хлопок нижнего белья. — Да? — спросил Жан, улыбаясь. — Ты трогаешь себя? Ты хмыкнула в ответ, не решаясь заговорить и отчаянно пытаясь сдержать хныканье от собственных нежных прикосновений. Жан громко сглотнул, и ты услышала стон по ту сторону разговора. — Да, я тоже. После его признания ты отчетливо услышала мягкое поглаживание его ладони по члену и позволила себе громко заскулить. — Я бы хотела, чтобы ты был здесь, — призналась ты, просовывая руку под пояс трусиков. — Мне тоже, — хмыкнул он. — Я очень хочу прикоснуться к тебе — почувствовать, как ты становишься мокрой для меня, даже когда я не нахожусь рядом. Стоны становились еще громче. Это было так чертовски горячо, что ты просунула палец внутрь, содрогаясь от ощущения. — Жан, ты мне нужен. — Ты тоже мне нужна, — вздохнул Жан. Его ладонь быстрее задвигалась по члену. — Хотел бы я, чтобы ты видела, какой я сейчас охренительно твердый, — простонал он. Голос стал глубже, а дыхание — чаще. Услышав отчетливый звук, как Жан шлепнул членом по животу, в твоей голове пронеслись развратные мысли. Ты представила, как рука Жана обхватывает член, нежно проводя вверх-вниз по всей длине и сжимая головку. Ты вставила в себя еще один палец, скуля от ощущения — они не были такими широкими, как пальцы Жана, поэтому тебе не хватало приятного растяжения. — Я хочу тебя, — дыхание перехватило сильнее. — Черт, — зашипел он, — я слышу, как ты трогаешь себя. Ты такая мокрая, — Жан стонал так глубоко, что это пронзало до глубины души. Ты услышала, как его рука снова дернулась. — Ты используешь свои пальцы? — Да. — Возьми игрушку. Какую хочешь? — Твою. — Я знаю, малышка, но меня там нет, — Жан засмеялся. Жалобно заскулив, ты прикусила губу и подразнила себя, впиваясь пальцами в свое тело, загибая кончики пальцев и пытаясь найти то место, которое Жан всегда находил так легко. Откинув голову в сторону, ты посмотрела на прикроватную тумбочку и подумала о том, что там лежало. Вибраторы, фаллоимитаторы, наручники, повязки на глаза — широкий ассортимент различных игрушек, которые вы двое собирали на протяжении всех ваших отношений. Жан всегда любил подразнить тебя игрушкой, прежде чем дать свой член — что-то меньшее и более тонкое, заставляющее умолять о том, чтобы тебя заполнили. Ты вынула из себя пальцы, но продолжила водить ими вверх-вниз. Затем скользнула вверх, чтобы провести кончиком пальца по клитору, но не оказывая на него нужного давления. Когда ты была так возбуждена — все, чего ты хотела, — это Жан, Жан, Жан. — Я хочу, чтобы ты использовала свой вибратор, — произнес он. — Кролика. Ты перевернулась на бок, одной рукой открывая ящик, и быстро нашла кролика во всем его ярко-фиолетовом великолепии. Несмотря на размер, он все равно не был таким толстым и длинным, как член твоего парня. Кролик вибрировал по всей длине, и имел небольшой внешний вибратор для клитора. Он был одним из твоих фаворитов. Ты положила игрушку на живот и снова потянулась к тумбочке, чтобы найти маленький флакончик со смазкой. Открыв крышку, ты произнесла: — Я собираюсь нанести на него смазку, — и выдавила немного на ладонь, а затем провела ею по всей длине кролика. — Да, — прошептал Жан, — мне бы не хотелось, чтобы тебе было больно. Жан снова шлепнул своим членом по животу. Его головка, вероятно, покраснела и опухла, жаждущая освобождения. Ты представила, как Жан крепко сжимает член у основания; как его рука скользит вниз, чтобы схватить яички, и тянет их, пока кожа на его члене не натянется. Эти звуки заставили тебя тяжело сглотнуть. Тебе нравился вкус члена Жана, и тебе нравилось выражение его лица, когда ты облизывала его снизу вверх. Жан всегда был таким щедрым в спальне. Он никогда не отказывал, если ты просила поклониться его члену своим горлом. Потребовалось много времени, чтобы научиться расслаблять горло настолько, чтобы принять всю длину. Ты до сих пор помнила тот день — рот обхватил основание его члена, нос уткнулся в лобок, а глаза еле сдерживали слезы. Жан смотрел на тебя с темными, покрасневшими щеками и полузакрытыми глазами. Его рука прижимала тебя к себе, когда ты кашляла, сжимая горло вокруг его члена. Это воспоминание заставило тяжело дышать. Твоя рука двигалась вверх и вниз по стволу вибратора, жаждущая тепла члена Жана на своей ладони. Отчаянно желая быть заполненной, ты включила кролика на самый низкий режим. — Эй, подожди секунду, — цокнул Жан. — Я еще не сказал, что ты можешь включить его. — Хорошо, — ты задрожала и выключила игрушку, опуская ее между бедер, и прижала прохладный силикон к коже, двигая ее головкой по половым губам. — Скажи мне, что ты чувствуешь, — его голос стал хриплым шепотом. — Скажи мне, как сильно ты этого хочешь. — Мне это нужно, — настаивала ты. Пальцы крепко обхватили основание кролика и прижали его к входу. Ты застонала от желания, прежде чем снова отстраниться и поднять вибратор, чтобы потереть им о клитор. — Я чувствую себя такой пустой, Жан. — Да, малышка, я знаю, — захрипел он. Ты услышала, как Жан сплюнул, прежде чем вернуть руку к своему члену. Каждое движение становилось громче, влажнее. — Теперь вставь ее внутрь. Ты взволнованно захныкала, прежде чем раздвинуть бедра. Мгновение подразнив себя, ты провела концом игрушки между складками, прежде чем приставить ее к входу. Даже с добавлением смазки, когда ты пыталась ввести ее, возникало некоторое сопротивление — ты громко вздохнула от этого ощущения. — Тише, малышка, — заворковал Жан, трогая свой член. — Я знаю, какая ты тугая, не торопись. Ты пыталась ответить, но могла только постанывать, прикусывая губу. С каждым толчком ты вводила кролика все глубже и глубже, наслаждаясь растяжением по сравнению с твоими маленькими пальцами. Ты застонала, двигая игрушкой немного быстрее, и — боже — ты была так возбуждена сейчас, что это оказалось слышно. Наклонив голову, чтобы посмотреть, ты уже заметила грязное белое кольцо, покрывающее основание игрушки. Ты вытаскивала ее до конца, видя, как она блестит и скользит от твоего возбуждения, прежде чем снова ввести ее с громким, влажным хлюпаньем. — Я слышу тебя. Я слышу, как ты растягиваешься для меня. Такая хорошая девочка. Запястье Жана двигалось вдоль члена, качая вверх и вниз в такт его прерывистому дыханию. Вероятно, он поворачивал запястье каждый раз, когда доходил до головки, размазывая смазку и слюну по чувствительной коже, прежде чем снова скользнуть вниз к основанию. Эта мысль заставила тебя сжать игрушку и застонать. Кролик был жестким, поэтому, когда ты сжимала его, это было почти больно. — Жан, — задыхаясь, произнесла ты. — Черт, я так хочу тебя. Я хочу твой член. Жан испустил дрожащий вздох, и ты услышала, как он замедлил движения руки. — Я знаю, я знаю, — ответил он, — но я сейчас не с тобой, так что почему бы тебе не включить эту игрушку и не позволить мне рассказать тебе, как ты это делаешь? Одобрительно хмыкнув, ты сменила хватку на игрушке и нажала кнопку «Вкл.». Ты вздрогнула от ощущения вибрации внутри тебя. Кролик загудел прямо против того самого чувствительного пучка нервов. — Черт, — застонала ты, каждый раз касаясь внешней частью игрушки своего клитора. — Приятно? — спросил Жан. — Включи следующий режим. Ты нажала кнопку второй раз. Ноги задрожали, когда интенсивность вибраций увеличилась. Ты покачала бедрами на матрасе в такт движениям руки, впиваясь пятками в кровать, и чувствовала, как жар в животе начал нарастать. — Вот так. Моя девочка такая красивая и влажная для моего члена. Было трудно оставаться тихой при такой интенсивной вибраций. Ты скулила, дергалась и хлюпала вокруг игрушки, гонясь за оргазмом. Это приятно — так приятно. На мгновение ты забыла, что находишься одна, когда услышала хриплый голос Жана через динамик. — Ты так сильно хочешь, чтобы эта крошечная игрушка была моим большим членом? Я знаю, что тебе это нужно, малышка. Я слышу это в твоем голосе. Каждое слово было пропитано страстью. Ты чувствовала, как пот стекал по спине от того, как неистово двигались твои бедра. Голос Жана проникал прямо в душу. Ты пыталась засунуть кролика глубже, отчаянно пытаясь имитировать длину члена и то, как он всегда заставлял тебя чувствовать. Но силиконовая игрушка — плохая имитация настоящего Жана. — Не могу дождаться, когда вернусь домой и трахну тебя — скучаю по тому, как ты сжимаешь меня, — застонал он. — Хочу трахнуть тебя до беспамятства, малышка — чувствовать, как ты кончаешь на мой член, пока единственное слово, которое ты знаешь, — это мое гребаное имя. — Жан! — ты захныкала. — Жан! — Да, именно так, — ты услышала глухой стук головы Жана, ударившейся о стену, и еще один длинный, прерывистый вздох. — Звучит чертовски возбуждающе. Все эти стоны и отчаяние… Включи следующий режим для меня, малышка. Поласкай свой клитор. Голова была так затуманена возбуждением, что ты едва чувствовала свою руку. Нажав на кнопку еще раз, ты сильно выгнулась в спине с не сдерживаемым криком удовольствия. Внешний вибратор игрушки двигался против твоего клитора и внутренних половых губ так, что твои колени сжимались от стимуляции. — Черт, Жан! — выдохнула ты, опустив спину на матрас. Сжав бедра, ты продолжала прижимать игрушку к точке G и клитору, сжимая простыню в кулаках. Зубы стучали от того, как близко вы оба были — это так сильно, так сильно — что ваши бедра не переставали дрожать. — Да? — подразнил он. — Готов поспорить, ты сжимаешь его так крепко, да? Я слышу, какой беспорядок ты устраиваешь, а ты еще даже не кончила. Хочу попробовать тебя на вкус, малышка. Его стоны превратились в задыхающееся дыхание. Это почти звучало так, как будто Жан был здесь и трахал тебя, уткнувшись лицом в твою шею. Как будто его бедра ударялись о твои бедра, когда он наполнял тебя снова и снова, а ты бормотала его имя, как его хорошая девочка. — Я чертовски возбужден из-за тебя, — каждое слово вырывалось с громким выдохом. — Ты сводишь меня с ума — черт — я так сильно тебя хочу. — Жан, я кончаю… — Давай, малышка. Я хочу услышать, как ты кончаешь для меня — мне это чертовски нужно, я не могу… Запах одеколона Жана на его рубашке заставил твою голову кружиться. Ты практически ощущала вес его тела на своем и растяжение его члена внутри. Ты чувствовала каждый горячий, прерывистый вдох. То, как губы скользили по твоей коже, когда он упирался предплечьями в матрас по обе стороны от твоей головы. Ты чувствовала, как его щетина грубо скользит по твоей щеке, когда он подносит губы к твоему уху: — Ты заставишь меня кончить, — тепло его дыхания обволакивало твою кожу. Грубое давление его члена на твои точки заставляло тебя выдыхать его имя, царапать его спину и зарываться лицом в его грудь. Ты пульсировала вокруг члена, когда он входил в тебя — так глубоко, как только мог. Жан кончал, изливая тепло в твой живот, и стонал тебе на ухо. Каждый выброс спермы сопровождался низким рыком. Жан тяжело задышал во время оргазма, пока не упал на тебя с тяжелым вздохом. Чрезмерная стимуляция вибратора быстро вырвала тебя из фантазий. Пришлось просунуть руку между бедер, чтобы вытащить игрушку, одновременно пытаясь успокоить собственное тело. Ты делала глубокие вдохи, пока сердце бешено колотилось в груди. Когда туман в твоей голове начал рассеиваться, ты протянула руку, чтобы выключить игрушку, а затем бросила ее на кровать рядом с собой. Тебе нужно будет не забыть помыть ее утром — сейчас ты слишком устала, чтобы двигаться. — Ты еще здесь? — спросил Жан слабым, прерывистым голосом. Он все еще тяжело дышал. — Да, я здесь. Телефон завибрировал на груди, и ты протянула руку, чтобы поднять его и увидеть сообщение от Жана. Ты открыла диалог и увидела фотографию, от которой перехватило дыхание. Его член лежал на животе, все еще толстый и красный от возбуждения. Пресс был украшен густыми белыми брызгами, стекающими в углубления на животе. Его рука все еще обхватывала член, и на фотографии было видно блеск спермы на его костяшках. Должно быть, Жан спешно снял штаны — они были опущены только до середины бедер. — Черт, Жан, — ты выдохнула, нежно проводя пальцами по экрану, желая быть там, чтобы очистить его от грязи. — Видишь, что ты со мной делаешь? — хихикнул он. В ответ ты отправила ему несколько фотографий, первая из которых — твой фиолетовый вибратор. Кончик игрушки был гладким и блестящим, с белыми полосками от густых капель твоей смазки. Вторая фотография — твое лицо. Ты задрала рубашку Жана до подмышек, обнажая грудь, а затем прикусила губу для камеры. В твоих глазах все еще была видна послеоргазменная дымка. Ты поняла, что Жан получил фотографии, потому что он застонал в трубку. — Черт, малышка, — ответил он с прерывистым вздохом. — Ты пытаешься снова возбудить меня? — Да, может быть. — Я так по тебе скучаю. Ты нахмурилась. Переворачиваясь на бок, ты свернулась калачиком в одеяле, положив телефон на подушку рядом с лицом. Жан всегда становился мягким после секса — всегда хотел обнимать тебя, целовать и напоминать, как сильно он тебя любит. То, что он не мог увидеть тебя сейчас, должно быть, убивало его. — Я тоже скучаю по тебе, — ответила ты с вздохом. — Еще одна неделя, и ты вернешься домой, верно? — Да… Да, — по его голосу было слышно, как он подавлен. Жан зашаркал ногами на другом конце провода, вероятно, вставая, чтобы привести себя в порядок, но каждое его движение звучало тяжело и с трудом. — Я не знаю, хочу ли я больше заниматься этой работой. Ненавижу быть так далеко от тебя. Сегодня я весь день не мог перестать думать о тебе, я просто хотел увидеть тебя, обнять тебя и… черт, я просто хочу снова быть с тобой. — Я знаю, милый, — ты положила руку на кровать — там, где лежал бы Жан, если бы был здесь с тобой — и вздохнула, чувствуя пустоту. — Может, в следующий раз я смогу поехать с тобой. — Да? Ты хочешь этого? — ты понимала, что Жан пытался сохранять ровный тон, но в его голосе слышалось волнение. — Конечно, почему бы и нет? — ответила ты с улыбкой. — Я могу взять отпуск на работе, и мы сможем вместе посмотреть город. — Но ты будешь просто сидеть в отеле, пока я буду работать. — Я не против. Но если мне станет скучно, я могу просто пойти погулять или что-нибудь в этом роде. Может, пойти по магазинам. — Мне бы очень хотелось, чтобы ты поехала со мной в следующий раз. Если ты не против! Я просто… — Я не против, Жан, — сказала ты, на этот раз более строго. — Окей, да. Клево. Это здорово. Может, я представлю тебя команде в этом офисе, они все тоже очень классные. Мы могли бы пойти пообедать или даже выпить вместе. Здесь есть один парень, Конни, он чертовски забавный — тебе он понравится! Ты улыбалась, когда Жан рассказывал о людях, которых он встретил, и о том, что он делал, пока был в отъезде — о вещах, которыми он так хочет поделиться с тобой. Но было уже поздно, и после оргазма ты чувствовала, как сон тянет тебя вниз. Несмотря на все усилия остаться бодрой, ты зевнула. — О, черт. Уже поздно, да? — произнес Жан. — Ложись спать. Мы поговорим завтра. Хотя тебе было приятно засыпать под голос Жана, ты не могла протестовать. — Хорошо, поговорим завтра, Жан. Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — улыбнулся он. Борясь с сонливостью, ты успела окликнуть Жана, прежде чем он повесил трубку. — Эй, подожди, Жан? — Да, я еще здесь. — Можем мы когда-нибудь повторить? — Секс по телефону? — Да. Мне понравилось. — Конечно, мы можем делать все, что ты хочешь. Ты улыбнулась, протягивая руку к телефону, чтобы поднести его ближе к лицу. Твой голос становился тяжелым из-за сонливости, а дыхание глубоким. — А в следующий раз мы можем сделать это через FaceTime? Жан резко вдохнул. — Да, конечно, можем.