Падший ангел

Падший ангел пьёт сегодня в баре,  

Тихо спрятав крылья под пальто.

Он один в баре со стаканом виски. Вместе у них была только одна ночь. После праздничного банкета в честь победы «Акул» предложил Ольге Сергеевне выпить бокал красного сухого вина у себя в номере. Она сразу же согласилась, не ожидал от неё такого; думал, будет отказываться. Правда, до вина так и не дошли.   Оказавшись в номере, он помог ей снять пальто, а дальше окончательно попал в её плен, был одурманен её близостью, казалось, что сходит с ума.   Рассыпанные каштановые волосы он положил на одно плечо, а на открывшемся свободном участке оставил легкий поцелуй. В ответ на это услышал её лёгкий стон.   — Вадим Юрьевич, мы, кажется, хотели выпить вина, — слишком заговорщически произнесла она, обернувшись.   — Вина, — повторил он, окончательно пропадая в её глазах.   Его взгляд скользнул по её губам, затем опустился ниже, к тонкой линии шеи, скрытой тканью блузки. В воздухе повисло напряжение, которое казалось можно было ощутить физически. Вадим медленно протянул руку, коснулся её щеки, ощущая мягкость кожи под пальцами. Её дыхание стало прерывистым, и она слегка наклонила голову, словно приглашая его к большему.   Он притянул её ближе; их тела почти соприкоснулись. Её глаза блестели, в них отражалось желание, которое он не мог игнорировать. Вадим наклонился к её губам, и в этот момент весь мир вокруг исчез. Их поцелуй был глубоким, страстным, полным невысказанных эмоций и обещаний. Время словно остановилось, и они существовали только в этом мгновении, в этой близости.   Когда они отстранились, оба тяжело дышали. Её губы были слегка припухшими, а в глазах точно танцевали чертики. Вадим улыбнулся, но в его взгляде читалась решимость.   — Вино подождёт, — прошептал он, снова притягивая её к себе. Вадим медленно провел руками по силуэту, словно проверяя: не сон ли это; его дыхание участилось. Он мечтал о ней так долго, что едва мог сдерживать себя. Его пальцы судорожно начали расстегивать пуговицы её блузки, одну за другой, словно сбрасывая оковы. Блузка упала на пол, и Вадим почувствовал, как её тепло разливается по его рукам.   Бретельки её лифчика соскользнули с плеч от его прикосновения, и Ольга ощутила, как её тело пронзила дрожь. Он поднял её на руки, и она обвила его торс ногами; их губы встретились в страстном поцелуе.   Вадим нетерпеливо уложил её на белоснежную кровать, нависая сверху; его глаза горели от желания.   Он быстро снял с неё брюки, открыв вид на её стройные ноги.   Одной рукой он начал ласкать её грудь через ткань, слегка сжимая, а другой пытался расстегнуть застёжку её бюстгальтера.   — Он спереди, — прошептала Ольга, прерывая поцелуй.   После её подсказки он мгновенно справился с бюстгальтером и отбросил его в сторону. Его руки и губы исследовали её тело, о котором он так долго мечтал.   Но ей всё ещё было мало. Она случайно провела ногой по его торсу, опускаясь ниже. Он поймал её ногу, когда была уже в области паха, поцеловал лодыжку и продолжил прокладывать дорожку поцелуев вверх по её бедру, срывая стоны с её губ. Он видел, как она судорожно сжимала простыни, как сильно она его хотела.   — Вадим, пожалуйста, — умоляла она, прося большего.   Он немного отстранился, чтобы снять с себя брюки; ещё раз посмотрел на неё, стараясь запечатлеть этот момент в своей памяти. Она поманила его к себе, не желая больше ждать и терпеть. Она чувствовала его приближение; её желание достигло предела.   Ладонь в ладонь, лбом к лбу — первый толчок... Ольга изогнулась; он поймал стон с её губ поцелуем. Он переместил руки ей на талию; их разгорячённые тела стали ещё ближе: она обняла его ногами, притягивая ближе... Его резкие толчки один за другим вызывали её стоны. Он смотрел в её глаза, полные страсти и любви. В каждом движении была нежность и сила; в каждом взгляде — обещание счастья. Она обхватила его руками, прижимая к себе, в ответ на это он ускорил свои движения, ощущая, как она становится все ближе к вершине наслаждения. Она же отчаянно пыталась набрать воздух, но не получалось — её вздох создавал стон. Переплёл их руки, словно создавая невидимую связь, которая объединяла их сердца и души. Их тела слились воедино, создавая ритм, который невозможно было остановить. Мир вокруг исчез; остались только они двое, наслаждаясь каждым мгновением этой бесконечной ночи любви и страсти. Он выпил залпом ещё один стакан — легче не становилось. В очередной раз крикнул бармену: «Повтори». Мелодия продолжала играть:

«Ты любила меня несерьёзно».

Усмехнувшись на слова песни, играющей на телевизоре, он продолжил погружаться в воспоминания: А потом было утро, в котором не было их. В котором был он и её утреннее исчезновение. Надеялся поймать Москвину в стенах университета — зря. Секретарь сообщила ему о том, что Ольга Сергеевна уехала к мужу и дочери. Он вышел из её кабинета со своей фирменной улыбкой, не показав ни одной эмоции. Мужчина медленно покинул Политех, стараясь не привлекать внимания. Его шаги были тяжёлыми, а взгляд — холодным. Внутри всё кипело от ярости и разочарования. Он не мог поверить, что она уехала. Выйдя из здания, он остановился, глубоко вдохнув свежий воздух. Его взгляд упал на машину, припаркованную неподалёку. Он резко развернулся и направился к ней. Опустил водителя... Сел за руль, завёл двигатель и резко тронулся с места. Он не знал, куда едет, но ему нужно было вырваться из этого удушающего ощущения пустоты. На улицах города было тихо и спокойно. Люди спешили по своим делам, не подозревая, что творится в душе этого мужчины. Он ехал, не глядя на дорогу, пока не оказался у небольшого бара на окраине города. Зайдя внутрь, он заказал себе виски и сел за столик у окна. Пил стакан за стаканом, словно пытаясь утопить в алкоголе не только предательство Москвиной, но и себя. Вокруг мелькали лица, музыка гремела, но он не замечал ничего вокруг. Он думал о ней, о том, как она всегда ускользает, как он никогда не может удержать её рядом. В голове пульсировала одна мысль: «Почему? Почему она так поступила?»

Падший ангел пьёт сегодня в баре,  

Тихо спрятав крылья под пальто.  

Падший ангел, лёд смешав в стакане,  

Плачет от бессилья своего.