Ужасная реальность

Эндрю давно похоронил надежду на тепло настоящего дома. Сменяющиеся опекуны, каждый раз обрывая тонкую нить привязанности, возвращали его в холодное одиночество системы. Но в один момент забрезжил слабый луч – семья Спиров. Кэсс, его новая мама, казалась воплощением ангельской доброты, её прикосновения не знали грубости, а слова всегда были наполнены нежностью и любовью. Однако за этим хрупким счастьем скрывалась зловещая тень – Дрейк Спир, его приемный старший брат. Какая бездна мрака таилась в душе этого парня? Эндрю нутром чувствовал: все пережитое до Дрейка насилие было лишь жалкой прелюдией к настоящему кошмару, который только начинался. И вот одна из таких леденящих душу историй. В тот злополучный день родители уехали, оставив мальчиков в звенящей тишине дома. Эндрю, наконец-то освободившись от ночных кошмаров, безмятежно спал в своей комнате, когда безжалостное вторжение разорвало хрупкую ткань сна. Дверь распахнулась с оглушительным скрипом, и на пороге возникла зловещая фигура Дрейка. Сон как рукой сняло, а сердце сковал первобытный, ледяной ужас. Инстинкт закричал: бежать! Но Дрейк был воплощением хищной стремительности. Сильная, чужая рука грубо схватила его, словно тряпичную куклу, и швырнула обратно на мягкую, но теперь предательскую постель. — Ну что ты, как неродной? Мы же просто поиграем, тебе ведь так нравятся наши игры, правда? – прошипел Дрейк, и жуткая, кривая усмешка исказила его лицо, обнажая волчью сущность. Эндрю замер, парализованный страхом, понимая всю бессмысленность любого сопротивления. Дрейк, крепкий и жестокий, словно воплощение кошмарного сна, не оставил бы ему ни единого шанса. Зловещий щелчок закрывающегося замка отрезал последнюю надежду на спасение. Дрейк надвигался, словно неотвратимая тьма. Одним властным движением он вдавил хрупкое тело Эндрю в матрас, а другая его рука, грубая и чужая, потянулась к тонкой ткани детской пижамы. Отчаянный, полный ужаса крик Эндрю о помощи захлебнулся в зловещей тишине комнаты. Дрейк не слышал, не хотел слышать мольбы маленького, беззащитного существа. "ОТПУСТИ МЕНЯ ПОЖАЛУЙСТА ПРОШУ ТЕБЯ - Я НЕ ХОЧУ ИГРАТЬ ПОЖАЛУЙСТА ОТПУСТИ" – кричал ребенок, захлебываясь слезами, но его слова разбивались о глухую стену равнодушия и жестокости. Удар по голове, резкий и болезненный, должен был заставить его замолчать, сломить волю к сопротивлению. Но Дрейк, не дожидаясь тишины, грубо перевернул дрожащее раздетое тело Эндрю на живот и безжалостно завел его тонкие ручки за спину, лишая последней возможности защититься. Дрейк уже успел снять с себя штаны и пристроиться между ног блондина, и в один из секундных перерывов между криками о пощаде старший полностью вошёл в Эндрю. Сразу выступила кровь, но его это не останавливало: он всё быстрее и грубее делал толчки, пока тем временем Эндрю из последних сил пытался выбраться из этой ужасной ловушки. По ощущениям Эндрю этот ужас продолжался вечно, а Дрейк даже не думал заканчивать: он наращивал темп и все сильнее вдалбливался в ребенка. Примерно через пятнадцать минут старший кончил в Эндрю, а затем встал и, одевая штаны, сказал: — Если ты расскажешь об этом кому-то, я тебя убью. А теперь приберись тут. Дрейк покинул комнату, оставив блондина одного в истерике. Через время Эндрю поднялся и пошёл в душ. Там он тер себя так, как будто пытался отодрать кожу, которой касался Дрейк. После душа он переоделся и пробрался в свою комнату. Как раз в это время пришли родители, которые даже не подозревали, что произошло, пока их не было дома. Эндрю ничего не сказал им и не скажет.