Я брошен

Белёсая простынь, такой же Андрей. Кричал до последнего: "блять, я не гей!" Но Федю ничуть сей ответ не смутил Он просто блондина к стене пригвоздил, Уверенно в рот свой язык запуская, На что среагировать не понимая Как можно, певец упустил свой отказ, Ведь Букер не спросит его лишний раз, Пред тем как всадить в его душу желанье Попробовать, враз пройти сквозь отрицанье, Сомнение, принципы, злобу... Рукам Отдаться забвенно. Ведь знал Пиро сам, Что нравится Федя ему не как друг... Засос отрывает от нравственных мук, Заставив не думать о том, что неверно, Неправильно, грязно, но так непомерно Манило Андрея, его погубило Столь страстное, властно-обманчиво мило, Почти целомудренно нежное губ Касание. Блядский кудрявый инкуб Приблизившись к алому уху вопрос Оставил на коже мурашками. Врос Костяшками пальцев в простынку блондин. Разврата спросил у него паладин: "Андрюш, ты готов?". Да готов он на все! Зачем тот томит, почему он ещё Раздетый не стонет на Феди кровати Под тембр столь низкий, приятный и кстати При каждом звучанье сбивающий в хлам Дыхание, принципы, ненависть, сам Собой отрицая все мысли о том, Что Пиро не первый, не пятый, потом Он будет отброшен как все до него. Как девушки, парни, ведь блять всё равно На всех суке Букеру, в них лишь возможность Он видит, отбросив к чертям осторожность, Моральные нормы, стеснения, чувства... Андрей в этом блядстве находит безумство: Как можно ебать, но в душе не любить, До ран целовать а потом отпустить. Они уже в спальне, Андрей уже голый А Федя столь нежный, либидо покорный, К любви же небрежный, для Пиро опасный, Андрей его любит, - он хочет атласный Платок повязать на плечо: одного Лишь Пиро Игнатьев, Андрей - лишь его. Готов на крови договор подписать... Тогда как для Букера просто ебать Не значит ничто. Испаряется спирт - И Фёдор в отрубе, спокойненько спит. Андрей же от боли в подушку заплачет - Он больше не нужен, он больше не значит Для Феди ничто, ведь они переспали. Друзьями за ночь парни быть перестали, Ведь больше не может Андрей с ним как прежде... А Феде не нужен Анрейка в одежде.