Багряные Нити

Мы сидели с юристом в полной тишине уже минут десять. Он просто молча наблюдал за всем, что происходит за окном. Лил дождь, единственное, что разбавляло эту скуку. Интересно, чего это меня решили кинуть мои френды. Пока я не воспринимаю это именно так, как предательство. Нужно разобраться во всём, а не делать поспешных выводов. Тем более, что я знаю про уговор "каждый сам за себя", но мы всё равно команда, и по возможности должны помогать друг другу, и только в редких случаях разделяться. Всё должно было быть по плану, но.. Новак этот.. Будто знал всё. — Настя, вы дизайнер? — Да.. Вы всё знаете обо мне, или как-то догадались. — О, вы теперь на "вы" со мной, как мило с вашей стороны. — Я пытаюсь понять, что вы от меня хотите. Он, наконец, удосужил меня своим вниманием, развернувшись ко мне. Сел в своё дорогущее кожаное кресло, склонив голову на бок. Охраны в его кабинете не было, но я и не попыталась сбежать и глупо попасться ещё раз. Камера была, но помимо его загадочного вида, что-то заставляло смотреть на этого человека, тянуться за ним. Должно быть, он обаятельный милый человек с кем-то из близких. Весьма аристократичный, уважительный, вымеренный, чёткий, ну прямо идеал любой девчонки. И в то же время эта его манера добродушно улыбаться, а затем в миг становиться хладнокровно-серьёзным, вот как сейчас! Меня жутко раздражала и отталкивала. Игра в гляделки продлилась ещё добрых минуты две, пока мне не надоело. — Что? — Вы разбили очень дорогую моему отцу вещь, реквизит, но.. — Нет. Уронила её я, но вы надавили мне на руку! Откройте камеры, взгляните. — Сожалею, но вам показалось. — с уважительной улыбкой ответил мне он, выставляя меня за дуру. Я позволила себе расслабиться, откинувшись на спинку стула, смотрела куда-то перед собой зло и укоризненно, спокойно ответив. — Вы обкуренный. — Вы уже.. говорили это. Кхм, впрочем.. Вы правы, я заставил вас разбить эту несчастную вазу. Я вам даже больше скажу, если бы не вы, боюсь, у меня бы ничего не вышло. Видите ли, как я и говорил, эта вещица очень дорога моему отца, даже, может быть дороже, чем наши с вами жизни на чёрном рынке, но, не в этом дело, а в том, что я вам очень благодарен за то, что мы с вами сделали. — И что? — я скучающе повернулась к нему, а он взглянул на меня как-то искренне, сочувствующе. — Вас бросили ваши напарники, мне жаль. — Мне всё равно. — отвернула голову я, равнодушно опустив глаза на секунду. — От меня что нужно вам, Альберт. — Я бы хотел сотрудничать с вами и вашей командой, конечно, если они.. Таким способом как сегодня, не решили просто отказаться от вас. — Есть право отказаться? — Вы даже не знаете от чего. Я могу предложить вам хорошие деньги. — За кражу? Мне и так хорошо платят. — Я понимаю ваше недоверие ко мне, но позвольте завоевать ваше доверие. Просто попробуйте, что вы потеряете? — Я могу идти? — я молча поднялась с кресла. — Дайте хотя бы обещание подумать. И визиточку всё же прихватите, пожалуйста. Я молча взяла из его нежных ручек визитку, и поспешила покинуть кабинет как можно скорее. — До встречи, Настя!

***

— ...Тома? — Абонент временно недоступен, перезвонить позже, или оста-... — Сука... Я сбросила трубку, спрятав телефон в карман. Нацепив на голову капюшон, шла по двору, мимо всех этих фриков-подростков, что просирают детство в бутылке эссы. Меня в моём районе почти многие запомнили благодаря маме, а точнее её уходу. Когда то здесь был вполне хороший район, хорошие ребята, у меня были друзья. Но мы общались только в школе, после были уже ностальгические ослабшие узы. Так бывает, когда ты растёшь, меняются интересы и взгляды на жизнь. — Насть? Я невольно поморщилась. Этот голос узнаю из тысячи. Не оборачиваясь, через плечо кинула. — Обознались. — Избегаем друг друга? Как в старые добрые. — хмыкнула она. Глаза разглядывали асфальт под ногами. Ничего не сказав, я ушла от старый подруги, о которой от одиночества вспомнила. Глупо разошлись, но больше нас ничего не объединяет. Столько лет прошло.. Я не буду вестись на нелепые провокации. И в ответ ничего не послышалось. Наверное, она тоже скучает, но так будет правильно. Учитесь отпускать. Как бы больно не было. Ещё несколько долгих гудков, и противны голос автоответчика. Закусывая нижнюю губу, я жевала отодранные кусочки кожи. Потупив, достала с кармана мятую карточку, вложенную наспех. — Яковлевич. Альберт Яковлевич. — проговорила под нос я, хмыкнув, и помахала визиткой, будто рядом стояла мама. Мы бы посмеялись с ней над всеми неудачами. Зато вместе. Сколько прошло уже с того времени, как её нет? Полгода. Тягостно мне. Не смотря на то, что изо всех сил я стараюсь убежать от этого. Я обняла ноги руками, утыкаясь подбородком в колени, смотрела куда-то грустными щенячьими глазами. Жалко, должно быть, смотрюсь. И что теперь делать. Мне нужны деньги. В тишине пустой квартиры неожиданно раздался стук в дверь, я вздрогнула, и подошла к ней, прислонившись ухом к двери. — Это я.