Автограф на теле

Почему всё так несправедливо? Ещё вчера я видела два свободных места в первом ряду концертного зала. Я до сегодняшнего дня думала, что эти места будут свободны до момента, как получу зарплату, но все мои надежды были впустую. Билеты распроданы! Все, абсолютно!  Токио Отель. Моя любимая немецкая рок-группа. Почему у меня такая неудача? Единственное, что я могу теперь себе позволить — это посмотреть концерты в историях Инстаграм.  С испорченным настроением я собрала вещи и вышла из здания, где работаю. По дороге домой мне позвонила моя лучшая подруга Тейлор. — Привет, Тейлор. Как ты? — сказала я спокойно, выглядывая свой автобус. — Лорен, у меня есть две новости. Одна — хорошая, другая — плохая. С какой начинать? — когда Тейлор заговорила о хорошей новости её голос будто светился радостью, интересно было узнать о чём будет речь.  — Ну, думаю моему настроению хуже не будет, так что начинай с плохой. — Я рассталась с Ноа. Он сказал, что мы не подходим друг другу и хочет разойтись мирным путём. — Знаешь, это даже похоже на хорошую новость, Тей. Я тебе сколько раз говорила, что он не для тебя? Он же ведёт себя как ребёнок в свои то двадцать два года.  — Ой, да ладно тебе, Лорен. Ты мне лучше расскажи, что с твоим настроением. Опять на работе завал? — Если бы. Ты знаешь как я мечтаю попасть хоть на один концерт Токио Отель. Вчера я регулярно смотрела их сайт с билетами и видела два свободных места в первом ряду. Знаешь, как обидно, когда до твоей зарплаты осталось совсем немного и тут внезапно все места забронированы, — я была будто униженной. Надеяться что места в первом ряду не будут забронированы? Наверное только во снах. — Но ладно, рассказывай хорошую новость.  — Ах, да… Лорен, можешь больше не унывать, эти два места купила я. Так что в следующую пятницу будь готова к срыву потери голоса, мы будем орать наши любимые песни. — Что?! — От таких новостей я аж подскочила на сиденье. Половина пассажиров посмотрели на меня, я чувствовала стыд, но мне было так хорошо знать, что Тейлор купила эти билеты. — Боже мой, Тейлор, ты лучшая! Клянусь, когда-нибудь я тебя покатаю на яхте, — кататься на яхте было любимом занятием Тей, но из-за переезда в Париж ко мне у неё стало больше работы, поэтому о яхтах она может только мечтать на данный момент.  — Да ладно тебе, из-за каких-то билетов на яхту меня приглашать. — Не «каких-то билетов», Тейлор, а билетов моей мечты! Всё, ладно, я тебе позже перезвоню, я почти приехала домой. Хочу отдохнуть немного после работы.  — Как скажешь, Лорен. Приятного отдыха! Повесив трубку, я выдохнула с облегчением и радостью. Я наконец-то буду на концерте Токио Отель. Увижу их вживую, особенно Тома. Не понимаю, почему именно он, но меня тянет к нему, как к магниту. 

💿

Неделя прошла слишком быстро. До концерта осталось два часа, а я сильно нервничала. Я не понимала, что мне надеть, как выглядеть, чем пахнуть… Чего сложно то так? — Слушай, может мне поярче одежду выбрать? Или красную юбку надеть? Хотя это как-то слишком… — Лорен, одевайся так, как ты чувствуешь. Главное быть собой. Том ведь не будет на тебя весь концерт пялится.  — Тей, а если будет? Я должна выглядеть отлично… Даже не один зрительный контакт. — Лорен, ты выглядишь сногсшибательно. Просто будь собой.  Я неуверенно кивнула и оделась в свой стиль. Ехать к залу полтора часа, поэтому Тейлор вызвала такси и мы поехали.  Концерт был на пике. Свет, дым, оглушительные рифы — всё сливалось в одно большое пьянящее чувство нереальности. Я стояла как вкопанная, забыв даже дышать. Музыка пробирала до костей, сердце стучало в ритм ударных, но было и кое-что сильнее — его взгляд.  Сначала я подумала, что мне показалось. Ну как может Том Каулитц, стоящий на сцене перед тысячами людей, смотреть именно на меня? Но взгляд повторился. Он был точен, настойчив и чуть прищурен. А потом — снова. И снова. Как будто он узнавал меня. Или искал. С каждой песней он всё чаще поворачивался в мою сторону. Его тело двигалось в ритме, плечи плавно перекатывались под тяжестью гитары, но глаза… глаза будто держали меня в плену. Я чувствовала, как щеки начинают гореть, но отвести взгляд не могла — между нами будто натянулась невидимая струна. И в какой-то момент он развернулся почти полностью в мою сторону. Подошёл ближе к краю сцены и встал точно напротив меня. Гитара повисла низко, пальцы скользили по струнам с грацией, которую можно было только чувствовать. Он играл. Для всех. Но смотрел — на меня. Том слегка наклонил голову и усмехнулся, будто знал, какое впечатление производит. Он сделал акцент на одном риффе, перевёл взгляд на свои пальцы — и снова поднял глаза прямо в мои. Я поймала себя на том, что вцепилась в барьер сцены так, что побелели пальцы. — Лорен, — прошептала Тейлор, толкая меня в бок. — Он реально пялится на тебя, это жесть… — Тише, — прошептала я в ответ. — Не спугни. Том сыграл ещё одну быструю партию, а потом театрально повёл плечами, будто разминаясь после напряжения. Всё это время он не выпускал меня из поля зрения. Его взгляд был такой… цепкий, как будто он что-то понял. Как будто решил. И я тоже поняла. Этот вечер меняет всё.

💿

Свет погас. Последние аккорды отзвучали, будто врезались в сердце навсегда. Толпа ревела, звала на бис, но я стояла на месте, не в силах пошевелиться. Всё внутри дрожало — от адреналина, от жара эмоций, от его взгляда, который продолжал преследовать меня даже после того, как он ушёл за кулисы. Через пару минут участники группы снова вышли — уже без инструментов, с фломастерами и улыбками. Начался момент, который я считала недостижимым: раздача автографов. Они шли вдоль первого ряда, оставляя подписи, обмениваясь парой слов с фанатами. Но моё сердце билось всё быстрее — я видела, как Том приближается. Когда он оказался прямо передо мной, мир будто перестал существовать. — Ты держишь это для меня? — его голос был низким, мягким, с лёгкой хрипотцой. Он кивнул на мой альбом, который я протягивала с дрожью в пальцах. Я кивнула, не в силах произнести хоть слово. Он взял фломастер у ассистента, открыл альбом и неторопливо написал автограф. Потом остановился, задержал взгляд на моей руке и… вдруг, будто приняв спонтанное решение, перевернул обложку и написал поверх — на тыльной стороне. “Ich vergesse dich nicht.” Я не забуду тебя. Я посмотрела на слова и не поверила глазам. Он посмотрел на меня и слегка улыбнулся, как будто мы с ним — соучастники в каком-то тайном сговоре, о котором никто вокруг не знает. — Надеюсь, ты правда это сохранишь, — сказал он тихо, почти шепотом, так, что услышала только я. — Обещаю, — ответила я, и в этот момент голос мне наконец-то вернулся. Он сделал шаг назад, ещё раз посмотрел на меня — и ушёл дальше вдоль барьера, снова превращаясь в звезду для всех. Но для меня он был чем-то другим. Личным. Настоящим. Я опустилась обратно на своё место, прижав альбом к груди. — Лорен… — прошептала Тейлор. — Что он написал? Я показала ей надпись. Она округлила глаза, прикрыв рот рукой. — Ты же понимаешь, что он не пишет такое каждому? Я ничего не ответила. Потому что знала: эта история только начинается. Поздний вечер накрыл город мягкой темнотой, и на улицах стало тихо, словно весь мир затаил дыхание. Мы с Тейлор сидели у меня в комнате на полу, завернувшись в пледы, с пиццей и бутылкой колы между нами. В комнате играла тихая, почти неуловимая фонограмма «Run, Run, Run» — наш любимый трек с Тей с того самого альбома. — Я всё ещё не могу поверить, что он на тебя смотрел почти весь концерт, — сказала Тейлор, разогревая в микроволновке второй кусок пиццы. — И что он тебе это написал… блин, Лорен, ты понимаешь, что это был не просто автограф? — Я вообще с трудом понимаю, что всё это реально случилось, — я держала альбом на коленях, снова и снова перечитывая эти четыре слова. — Как будто это был сон. Музыка, свет, он, его взгляд… всё слишком идеально. — Ты же сохранила видео, где он смотрит на тебя? Там было видно! Хочешь, я выложу сторис и подпишу “Лорен только что сломала мозг Тома Каулитца”? — Тей рассмеялась, и я швырнула в неё подушкой. — Да не смей! Мне ещё жить в этом городе! — тоже рассмеялась я, и в тот момент всё казалось таким лёгким, настоящим. Мы уже собирались укладываться спать, когда мой телефон завибрировал. Ничего необычного — уведомления приходили часто. Но я машинально посмотрела на экран. Instagram. tomkaulitz написал вам сообщение. Моё сердце будто остановилось. — Тейлор… — прошептала я, глядя на экран. — Что? Что случилось? — она моментально оказалась рядом, заметив, как я застыла. Я повернула экран к ней. На нём сияли слова, которые я не ожидала увидеть в этой жизни: “tomkaulitz написал вам сообщение.” — Охренеть… — тихо выдохнула Тей. Мои пальцы дрожали, когда я нажимала на уведомление. Сообщение открылось, и перед глазами всплыла короткая фраза: “Warst du echt da oder habe ich dich mir eingebildet?” Ты правда была там… или я тебя себе придумал? Мир будто закружился. Он написал. Он вспомнил. Он ищет меня. Я посмотрела на Тейлор — её глаза были шире, чем когда-либо. — Лорен… отвечай. Быстро. — она шептала, будто боялась спугнуть волшебство. Но я уже знала, что отвечу. И это был первый шаг в нечто большее, чем просто музыка. Мои пальцы дрожали, когда я открыла окно ответа. Сердце колотилось так сильно, что казалось, оно стучит прямо в горле. Я перечитала его сообщение ещё раз. Я сделала глубокий вдох и напечатала: “Ich war da. Ganz real. Und ich konnte den Blick nicht abwenden.” Я была там. Совсем настоящая. И не могла отвести взгляд. Нажала «отправить». — О, БОЖЕ, — прошипела Тейлор, спрятав лицо в подушку. — Ты ТОЛЬКО ЧТО написала Тому Каулитцу на его родном языке. Да ты… ты теперь не просто фанатка, ты его лингвистическая судьба! — Тейлор, пожалуйста… — я прижала телефон к груди, будто хотела впитать момент в кожу. — Ты видела, как он это написал? «Ты правда была там или я тебя себе придумал»… Это же, ну… чертовски романтично, не находишь? — Это не просто романтично. Это будто из фильма! Только ты — главная героиня! Лорен, он тебя реально запомнил! Он написал тебе! Это вообще реальная жизнь?! — она залезла под плед и простонала от возбуждения, как будто это с ней флиртовал рок-звезда. Через несколько секунд пришло новое сообщение. Я тут же вскочила, чуть не перевернув бутылку с колой. “Dann bin ich froh, dass du echt warst. Du hast mich irgendwie rausgebracht. Auf gute Weise.” Тогда я рад, что ты была настоящей. Ты меня как-то сбил с толку. В хорошем смысле. Моё дыхание сбилось. Губы сами собой растянулись в улыбке. Я печатала не раздумывая: “Ich bin froh, dass du es gemerkt hast. Ich dachte, ich bin nur ein Gesicht in der Menge.” Я рада, что ты это заметил. Я думала, я просто лицо в толпе. — Боже, вы реально переписываетесь, как будто это любовный роман на немецком языке, — простонала Тейлор, притворно умирая на месте. — Ты понимаешь, он признался, что ты его сбила с толку? Он… черт возьми… думал о тебе! Я ничего не ответила — просто встала и прошлась по комнате, не в силах усидеть на месте. Это было слишком реальным. Моя любимая группа. Том. Его взгляд. Автограф. Надпись. И теперь — настоящее общение. Ещё одно сообщение: “Kein Gesicht in der Menge. Sondern die, die ich sehen wollte.” Не лицо в толпе. А та, кого я хотел видеть. Я прижала телефон к губам, сдерживая вздох. Тейлор вскрикнула: — ВСЁ. Я официально заявляю — ты войдёшь в историю как девушка, которая покорила сердце Тома Каулитца взглядом! А я просто стояла, глядя на экран, и чувствовала, как сбывается что-то, о чём я не смела даже мечтать. И это была только первая ночь. Они переписывались почти до самого утра. Том писал не так, как ты представляешь рок-звезду — не пафосно, не отчуждённо, не поверхностно. Он был тёплый, внимательный, удивительно искренний. Они обсуждали концерт, любимые песни, смеялись над тем, как он случайно забыл аккорд на одном куплете (а она, конечно же, это заметила). Лорен почти не верила, что этот диалог — реальность. Он рассказывал о гастрольной жизни, спрашивал о её городе, работе, даже поинтересовался, какой вкус у её любимого кофе. — «С миндальным молоком?» — напечатал он. — «И с корицей, только никому не говори. Это мой guilty pleasure.» — ответила она. — «Считаю, что у людей с корицей — особое чувство стиля.» И как же он умел флиртовать. Ловко, тонко, без нажима. Он подшучивал над собой, над рокерским образом, над своей прической пятилетней давности. А Лорен… Она влюблялась. Медленно, уверенно, с каждым сообщением всё глубже. Но на следующее утро всё изменилось. Ничего. Ни одного уведомления. Ни прочитанного сообщения. Ни малейшего знака. Прошёл час. Потом ещё. День затянулся, как резина, и с каждой минутой надежда угасала. — Он, наверное, понял, что это была ошибка… что это всё слишком глупо. Я просто фанатка. А он — Том Каулитц, — Лорен сказала Тейлор в голосовом, лежа на кровати, уставившись в потолок. Всё внутри опустело. Как будто её на сутки вынули из сказки и снова вернули в обыденность. Она пыталась отвлечься — смотрела сериалы, листала ленту, пошла в душ, сделала кофе с корицей, но всё было не то. Казалось, что что-то важное выскользнуло из рук, и назад уже не вернуть. Время тянулось до глубокой ночи. На часах — 00:47. И вдруг — уведомление. Instagram: tomkaulitz написал вам сообщение. Пальцы задрожали. “Es tut mir leid, dass ich heute nicht geschrieben habe. Ich hatte einen verrückten Tag. Aber… ich kann nicht einschlafen, weil ich an dich denke.” Прости, что не писал сегодня. День был сумасшедший. Но… я не могу уснуть, потому что думаю о тебе. У Лорен перехватило дыхание. Она перечитала сообщение трижды, прежде чем набрала ответ: “Ich dachte schon, du hast mich vergessen.” Я уже подумала, что ты забыл обо мне. И почти сразу: “Unmöglich.” Невозможно. Потом пришло следующее сообщение. Долгое, обдуманное. “Ich weiß, es ist verrückt… aber willst du dich morgen Abend treffen? Nur spazieren. Keine Presse. Nur du und ich.” Я знаю, это безумие… но хочешь встретиться завтра вечером? Просто прогуляться. Без прессы. Только ты и я. Она села на кровати, не веря глазам. Тейлор спала в другой комнате, ничего не зная. А у Лорен тряслись пальцы от эмоций. Он хочет её увидеть. Не за автографом. Не на концерте. А просто. Прогуляться. С ней. И в ответ она написала: “Ja. Ich will.” Да. Я хочу. Лорен не могла уснуть. Сердце билось где-то в горле, руки дрожали от нахлынувшего восторга, волнения, страха — всего сразу. Она сверилась с сообщением ещё раз, чтобы убедиться, что это не сон. Нет, это было по-настоящему. Том Каулитц хочет встретиться с ней. Не выдержав, она подошла к комнате, где спала Тейлор, и тихонько приоткрыла дверь. — Тей… Тейлор, проснись, пожалуйста, — прошептала она, но, кажется, в голосе дрожали и нервозность, и радость. — Это важно. Тейлор заворочалась под одеялом. — Мм? Что? Пожар? Конец света? — пробормотала она, переворачиваясь на другой бок. — Нет. Лучше, — Лорен включила ночник и подсела к ней на кровать. — Он написал. Опять. Том. Тейлор сразу приподнялась, волосы растрёпаны, глаза сонные, но внезапно полные интереса. — Что?! Что он сказал? — Он хочет встретиться. Завтра. Вечером. Просто прогуляться. Только мы двое, — Лорен произносила это как заклинание, как нечто невозможное, чего не бывает в реальной жизни. На секунду в комнате повисла тишина. Тейлор смотрела на неё с открытым ртом. А потом, как по команде, она вскочила и обняла Лорен так крепко, что та чуть не потеряла равновесие. — Боже, Ло! Это… Это же просто невероятно! Ты понимаешь, ЧТО происходит?! Ты идёшь на свидание с Томом ЧЁРТОВЫМ Каулитцем! — Это не свидание… — начала Лорен, но Тейлор уже махнула рукой: — Да-да, просто прогулка. Конечно. Только он просил, чтобы никого не было, и думал о тебе всю ночь. Абсолютно не романтично, ага. Они обе рассмеялись, и Лорен, наконец, почувствовала: это реальность. И она прекрасна.

💿

На следующий вечер Лорен стояла у фонтана в центре города. Солнце уже село, и небо стало густо-синим, усыпанным мелкими звёздами. Фонтан журчал спокойно, а вокруг почти не было людей — лёгкий вечер, редкий ветерок, тёплая тишина. На ней было простое, но стильное чёрное платье и кожаная куртка. Волосы уложены, губы чуть блестят — она старалась выглядеть естественно, но всё равно каждый шаг казался ей игрой на сцене. Она постоянно крутила в пальцах свой телефон — вдруг он передумает? вдруг не придёт?.. Но потом она увидела его. Том шёл через площадь — в чёрной футболке, джинсах, волосы в дредах, лёгкая тень улыбки на лице. Он не торопился. Шёл будто точно знал, что она будет ждать. И Лорен, затаив дыхание, наблюдала за каждым его шагом. Он подошёл ближе и улыбнулся уже шире. В его глазах читалась усталость, но и тепло, почти нежность. Как будто он шёл не просто к девушке, а к той самой. — Ты пришла, — сказал он тихо. — Конечно, — ответила она с лёгкой улыбкой. И в эту секунду весь шум города перестал существовать. Были только они. Только этот вечер. Только этот момент. Фонтан за её спиной всё ещё журчал, но его звук стал фоном, размытым, почти незаметным, как будто и природа отступила, предоставляя им эту встречу. Вечер казался каким-то нереально тёплым, будто воздух специально подогрет до той самой комфортной температуры, когда хочется идти медленно, не спеша, наслаждаться каждым мгновением. Том остановился всего в шаге от неё. Он пах чем-то лёгким, древесным — не парфюмерным, а живым. Чистый, чуть тёплый запах, который невозможно спутать с магазинными ароматами. Его глаза были тёмными и тёплыми одновременно. Он смотрел на неё, будто изучал, но без давления — скорее с любопытством, как если бы хотел запомнить каждую деталь её лица. — Ты хорошо выглядишь, — произнёс он, его голос был чуть хрипловатый, низкий, и от него у Лорен по спине пробежал лёгкий разряд. — Спасибо, — она слегка улыбнулась, стараясь не казаться слишком напряжённой, — ты тоже… неожиданно скромно. Он усмехнулся, глядя куда-то в сторону. — Стараюсь не пугать людей гитарой и растаманской энергетикой на прогулках, — пошутил он, а потом снова посмотрел на неё. — Пойдём? Лорен кивнула. Они двинулись по мощёным улочкам старого центра, не спеша, бок о бок. Он держал руки в карманах, она — скрестив на груди. Но между ними уже висело то странное, лёгкое напряжение, которое бывает только у людей, которые ощущают друг друга слишком сильно. Молчание не было неловким — оно было насыщенным. Лорен чувствовала, как её сердце всё ещё не пришло в норму. Она отчётливо ощущала его присутствие — не только физически, но эмоционально, как будто в её личном пространстве появился кто-то, кто имел на это полное право. — Я не знал, — вдруг сказал он, — что обычная прогулка может волновать сильнее, чем сцена. — А я не знала, что ты вообще волнуешься, — ответила она. Он улыбнулся краем губ. — Удивительно, правда? На сцене — свобода. Там я чувствую себя как дома. А вне сцены… всё сложнее. — Думаешь, люди тебя видят иначе? — Думаю, я сам иногда забываю, кто я за пределами этого всего, — он жестом обозначил нечто абстрактное: славу, музыку, фанатов. Лорен посмотрела на него сбоку, чувствуя, как в ней рождается смесь восхищения и тихого сочувствия. Она не хотела быть для него очередной поклонницей, фанаткой. Она хотела стать чем-то настоящим — тем, кто видит его по-настоящему. — Я рада, что ты всё ещё умеешь просто гулять по улицам, — мягко сказала она. — Без охраны. Без камер. Без маски. Он остановился, повернулся к ней чуть ближе, глаза серьёзные. — Это потому что с тобой легко. И всё. Сердце Лорен сделало двойной оборот. Словно он вынул суть её волнения и успокоил ею же. — Пойдём? — снова предложил он, но на этот раз подал ей руку, осторожно, без навязывания. Она вложила свою ладонь в его — тёплую, сухую, сильную — и в этом прикосновении было всё: начало, обещание, интерес, и та самая искра, о которой пишут в книгах, но редко находят в жизни. Они прошли мимо витрин, где свет отражался в стекле, озаряя лица золотистыми отблесками. Где-то звучала уличная музыка, гитара играла неуверенные ноты, и Том прислушался, улыбаясь. — Не я, но неплохо, — пробормотал он. — Ещё чуть-чуть, и ты бы подошёл к нему и дал мастер-класс, — пошутила Лорен. — Только если бы ты попросила. Они остановились у маленькой кофейни, где за стеклом оставалось ещё пара посетителей. — Кофе? — спросил он. — С миндальным молоком, — ответила она почти автоматически, и они оба засмеялись. Том заказал два стакана, и когда бариста узнал его, Лорен увидела, как быстро он умеет уходить от внимания — мягкая улыбка, краткий кивок, и снова невидимость. Удивительно. Быть таким — и уметь исчезать, когда надо. Они снова пошли по улице, на этот раз с кофе в руках. — Ты знаешь, — сказал он, — это странно. Я не ищу. Но иногда встречаешь кого-то — и кажется, что ждал именно этого человека. Лорен опустила взгляд в стакан, пытаясь не выдать, как быстро бьётся её сердце. — А потом боишься, что это всего на один вечер, — прошептала она. — А ты хочешь, чтобы это был один вечер? Она молчала. Слишком громкий вопрос. Слишком откровенный. Но она покачала головой. — Нет. И тогда он сжал её руку чуть крепче. Они сворачивали в узкие улочки, где каменные стены домов казались свидетелями тысяч историй. Тишина здесь была более интимной, как будто город сам охранял эту прогулку — позволял ей быть медленной, настоящей. Кофе приятно согревал ладони, но Лорен почти не чувствовала вкуса. Вся она была занята ощущением его рядом. Тем, как его пальцы иногда чуть крепче сжимали её, словно он хотел удостовериться, что она всё ещё здесь. Что это не мираж. — Ты часто гуляешь ночью? — спросила она, когда они прошли мимо старой часовни. — Почти никогда, — честно ответил Том. — Обычно я в туре или в студии. А если и выбираюсь… это не похоже на сегодня. — А сегодня — это как? Он остановился. Посмотрел ей прямо в глаза, будто долго искал подходящие слова, но всё же сказал просто: — Живо. И она поняла. Почувствовала, что он говорит не только о прогулке, не только о ней. Он говорил и о себе. Они дошли до небольшой лестницы, ведущей к набережной. Тёплый ветер с реки трепал её волосы, и Том, не задумываясь, убрал с её лица выбившуюся прядь. Его пальцы слегка коснулись её щеки, и на секунду между ними возникло молчание — насыщенное, замирающее. — У тебя холодные руки, — прошептала она, чтобы хоть как-то разрядить напряжение. — Зато сердце горячее, — ответил он с полуулыбкой. Им обоим стало смешно от этой банальности. Но смех оказался искренним, лёгким. Освобождающим. Они подошли к перилам, глядя на тёмную воду. Отражения фонарей мягко дрожали, создавая иллюзию второго мира — подводного, сказочного. Лорен вдохнула глубоко, наслаждаясь этим моментом. — Скажи честно, — начала она, — ты часто так…? Зовёшь девушек после концерта? — Никогда. Он сказал это сразу, без паузы, без попытки сгладить. Она повернулась к нему, вглядываясь в лицо. — Почему тогда я? Он замолчал. Сделал глоток кофе. Потом медленно, не глядя на неё, проговорил: — Потому что ты не кричала. — Что? — Ты не стояла с телефоном на вытянутой руке, не тянулась через других. Ты просто смотрела. Спокойно. Будто знала, что я тебя замечу. И это… цепануло. Знаешь, бывает — встречаешь взгляд, и он тебя держит. Лорен молчала. Её сердце билось, как пульс в висках. Он помнил. Он действительно заметил. — Я не думала, что ты… такой, — прошептала она. — А какой ты думала, я? — Высокомерный. Закрытый. Холодный. Она пожала плечами. — Легенда, но не человек. Он усмехнулся, посмотрел на неё. — А я просто парень. Иногда уставший, иногда потерянный. И… чертовски счастливый сегодня. Она хотела сказать что-то в ответ, но голос предательски дрогнул. Вместо этого она посмотрела на реку. Ветер усилился, и Том неуверенно положил руку ей на плечи. Жест был простой, но тёплый. Уютный. — Я давно не чувствовал такого спокойствия, — тихо сказал он. — А я — такого волнения. Он рассмеялся. Легко, с хрипотцой, с тем самым оттенком живого удовольствия, который сразу запоминался. — Контраст. Как гитара и фортепиано. — Или как кофе и мята. — Или как ты и я, — прошептал он. Она повернулась к нему. Очень близко. Их лица разделяли сантиметры. Она могла рассмотреть каждую мелкую морщинку у его глаз, каждую тень от ресниц. — Я не знаю, что это, Том, — прошептала она. — Но мне страшно и хорошо одновременно. — Не бойся. Он посмотрел ей в глаза. — Я тоже не знаю. Но я не хочу, чтобы это закончилось сегодня. Прошло около часа с тех пор, как они гуляли вдоль набережной. Ветер становился всё прохладнее, и хоть Лорен не признавалась, у неё начали неметь пальцы, несмотря на остывший кофе в руках. Том заметил, как она немного поёжилась и тут же отреагировал: — Холодно? Он остановился, посмотрел на неё с лёгкой тревогой в глазах. — Чуть-чуть, — призналась Лорен, кутая пальцы в рукава. — Пойдём, — мягко сказал он. — До отеля недалеко. Мы там с ребятами остановились на время тура. Поднимемся, согреешься, если хочешь. Обещаю, без странностей. Она усмехнулась, глядя на него с полуулыбкой. — Надеюсь, у тебя там плед и какао. — Почти. У меня там чай и… тепло. Лорен кивнула. Её сердце бешено колотилось, но странно — не от тревоги. А от предвкушения. Отель был стильным, но не кричащим. Тёплые цвета, мягкий свет. Том провёл её мимо стойки, и охранник, стоящий у лифта, просто кивнул им — без лишних вопросов. Видимо, привык. Когда двери закрылись, Том сказал: — 483. Мой счастливый номер. Как и сегодня. Лорен покраснела, не ответив. Внутри лифта царила тишина, нарушаемая только звуками лифта и её собственного дыхания. Дверь номера щёлкнула, и Том пропустил её вперёд. Свет в комнате был мягкий, тёплый, из окна открывался вид на ночной город — огоньки домов отражались в стекле, как звёзды. Номер был простым, но уютным. Большая кровать с тёмным покрывалом, кресло у окна, стол, на котором стояла открытая бутылка воды и разбросанные медиаторы. — Проходи. Садись где удобно, — сказал он, снимая куртку и кидая её на спинку стула. Лорен аккуратно села на край кровати, ощупывая взглядом комнату. Том поставил чайник, налил воды в чашку и протянул ей. — Травяной. Поможет согреться. — Спасибо, — прошептала она, обхватывая ладонями горячую кружку. Он сел рядом, чуть сбоку, не нарушая её пространства, но достаточно близко, чтобы ощущать тепло друг друга. — Знаешь, — начала она спустя пару минут молчания, — я давно хотела спросить… больно было делать пирсинг? Он усмехнулся, откинувшись на руки. — Этот, — он указал на губу, — почти нет. Сначала даже показалось, будто комар укусил. Лорен чуть подалась вперёд, глядя на него с интересом. — Можно… посмотреть поближе? — Конечно. Он повернулся к ней лицом, чуть наклонившись. Свет от прикроватной лампы упал на его кожу, выделяя линии лица, тонкую тень под скулой, и… металлический блеск на губе. Лорен медленно протянула руку, касаясь его нижней губы под пирсингом. Подушечки пальцев чуть дрогнули. Кожа была тёплая, а металл — прохладный. Он не шелохнулся, лишь смотрел прямо в её глаза. — Странное ощущение… — прошептала она. — Он тебе идёт. Но я всё равно не могу понять — больно или нет. — Хочешь проверить? — прошептал он, голос стал ниже. — Как? Он не ответил. Он просто смотрел на неё — так пристально, так глубоко, что она забыла, как дышать. Она продолжала держать его губу подушечками пальцев, а затем — он наклонился. Всё медленно. Всё на грани. Их губы встретились мягко, сначала почти невесомо. Он не спешил, будто давал ей выбор — отстраниться или приблизиться. Лорен не отстранилась. Напротив — она положила руку ему на шею, чувствуя под пальцами горячую кожу, и приоткрыла губы в ответ. Поцелуй стал чуть глубже, чуть увереннее. Он касался её, как будто боялся нарушить магию этого момента. Но при этом было ясно — в этом было желание, было напряжение, которое копилось весь вечер. Когда они оторвались друг от друга, дышали немного чаще, чем обычно. Лорен посмотрела на него, и в её глазах было всё: смущение, радость, страх, и… то самое «всё ещё не верю, что это происходит». — Ты хорошо целуешься, — прошептал он. — Ты тоже, — ответила она, чуть улыбнувшись, и уткнулась лбом ему в плечо. Он обнял её, крепко, нежно. Тепло его тела, запах, который теперь казался ей родным, всё это наполняло её чувство абсолютного спокойствия. Они сидели так молча. Долго. Просто рядом. Она всё ещё чувствовала вкус его губ — тёплый, с лёгкой ноткой мяты и чего-то совершенно неповторимого. Тома. Их дыхание стало синхронным, а в комнате воцарилась тишина, наполненная внутренним напряжением. Энергия между ними будто искрила в воздухе, наэлектризованная. — Я думал, ты сейчас убежишь, — тихо сказал Том, его губы касались её виска. — А я думала, ты передумаешь, — ответила Лорен и приподняла голову, встречаясь с его взглядом. Он смотрел на неё по-другому — как человек, который только что нашёл то, что давно искал. Его рука медленно соскользнула с её талии на бедро, задержавшись там, как бы спрашивая разрешения. Лорен не отстранилась. Напротив — приблизилась ещё ближе, оказавшись почти в его объятиях. Сердце билось с удвоенной силой, а внутри всё будто горело. Он поцеловал её снова, на этот раз глубже, с уверенностью. Его пальцы пробежались по её спине, вызывая мурашки. Она мягко провела рукой по его груди, чувствуя, как под футболкой играют мышцы. Его тело было горячим, как и его взгляд, когда он отстранился лишь на секунду, чтобы посмотреть на неё. — Ты сводишь меня с ума, Лорен, — прошептал он, и его голос стал низким, обволакивающим. Она только улыбнулась в ответ, прикусив губу. Его взгляд скользнул вниз, и он с трудом сдерживал желание. Слов больше не нужно было. Он медленно снял с неё кофту, будто разворачивал что-то драгоценное. Каждое движение — с уважением, с осторожностью. Она легла на спину, глядя на него снизу вверх. Её глаза были полны доверия и чего-то большего — того самого притяжения, которое витало между ними с самой первой встречи глазами на концерте. Том наклонился к ней, осыпая шею поцелуями. Его ладони скользили по её талии, будто изучая. Он был нежен, внимателен, но внутри чувствовалась сдерживаемая страсть — она жгла, прорывалась в каждом движении. Лорен провела пальцами по его волосам, зарываясь в них, ощущая, как его дыхание учащается. Когда он оказался над ней, их взгляды встретились. Время будто остановилось. — Если я перестану сейчас, ты меня остановишь? — прошептал он. Она молча кивнула — нет. Никогда. Не сейчас. Одежда исчезала медленно, будто сцена из сна. Она чувствовала каждое прикосновение — по коже, по сердцу. Когда их тела оказались близко, кожа к коже, между ними не осталось ни страха, ни сомнений. Только желание. Только дыхание. Только эти двое — в этой комнате, в этот момент. Том аккуратно раздвинул ноги Лорен, входя в неё сначала медленно, а потом понемногу ускоряя темп, но не перегибая палку. Он двигался нежно, но с нарастающей страстью. Каждый его поцелуй, каждый выдох, каждое прикосновение заставляли её забывать, где она. Лорен чувствовала себя желанной. Любимой. Настоящей. Его губы находили её губы, её шею, её плечи. Руки скользили по изгибам её тела, будто учились наизусть каждую линию. Том был терпеливым, но в его прикосновениях было что-то дикое. Приручённая стихия, которая вот-вот вырвется наружу. Он целовал её с жадностью, с жаждой, как будто она была его спасением. А может, так оно и было. Они не говорили. Только стон, только шёпот, только тяжёлое дыхание. Когда они достигли кульминации вместе, мир, казалось, распался на вспышки света и звука. Лорен прижалась к нему, уткнувшись лицом в его шею, а он крепко обнял её, словно больше никогда не отпустит. Минуты спустя они лежали молча, его рука лежала на её животе, пальцы лениво рисовали круги. Она повернулась к нему лицом, и он тут же поцеловал её в лоб. — 483… — прошептала она. — Что? — сонно улыбнулся он. — Это теперь и мой счастливый номер. Он засмеялся, и этот смех — такой искренний, домашний — стал для неё ещё одним доказательством того, что эта ночь была реальна.

💿

Лорен медленно открыла глаза, её щека покоилась на тёплом плече Тома, а в воздухе всё ещё витал запах его кожи, лёгкий аромат геля для душа и чего-то совершенно неуловимо интимного — след от прошедшей ночи. Всё было спокойно, пока…

тук-тук-тук

Громкий, но не резкий стук в дверь нарушил тишину номера. Лорен вздрогнула, резко села на постели, прижимая к себе простыню и уставившись на дверь, будто в любой момент оттуда войдёт кто-то чужой. Сердце застучало чаще. Кто это мог быть? Том всё ещё спал, одной рукой обнимая её за талию, не замечая происходящего. — Том… — прошептала она, мягко тронула его за плечо. — Том, проснись… Он издал лёгкий сонный стон и чуть приоткрыл глаза. — Ммм?.. Что случилось?

тук-тук-тук

На этот раз стук стал чуть нетерпеливее. Лорен вздрогнула снова. — Там кто-то стучит… — прошептала она, — я не знаю, кто это. Том нахмурился, протёр лицо и взглянул на часы на тумбочке. Было 9:14 утра. — Чёрт… Наверное, это Билл, — пробормотал он, слегка хриплым утренним голосом. — Он всегда забывает, что я не люблю сюрпризы по утрам. Он поднялся с кровати, небрежно натянул серую футболку и подошёл к двери, по пути бросив Лорен ободряющий взгляд. — Не переживай. Просто брат. Открыв дверь, Том выглянул в коридор, и Лорен издали услышала знакомый голос — высокий, слегка напевный, явно с налётом раздражения: — Серьёзно, Том? Ты не отвечаешь на звонки с вечера. Я подумал, ты сдох. Или сбежал в Швейцарию. — С добрым утром, Билл. Я… был занят, — пробормотал Том и чуть прикрыл за собой дверь, чтобы тот не увидел Лорен. — Оу… — Билл моментально сменил тон. — Ты не один? Том лишь устало усмехнулся. — Я позвоню тебе позже. Всё нормально. Просто… утро. — Ладно, ладно, не буду мешать. Но, Том, давай поаккуратнее. Мы сегодня в эфире через два часа. — Понял, — кивнул Том и захлопнул дверь. Вернувшись в комнату, он усмехнулся, снова развалившись на кровати рядом с Лорен. — Билл. Тревожный как всегда. — Он… младший? — уточнила Лорен, заворачиваясь в простыню. — Ну, формально — на десять минут. Но он будет напоминать мне об этом до конца жизни. Лорен рассмеялась, всё ещё немного смущённая, но в то же время — невероятно уютно себя чувствующая рядом с ним. Том протянул к ней руку и притянул обратно в свои объятия. — Давай ещё немного поваляемся, пока весь мир не требует нас обратно. Она только кивнула, уткнувшись в него носом. И, хотя утро началось неожиданно, оно было идеальным — тихим, домашним, с ощущением чего-то нового… и настоящего. После того, как они оба появлялись ещё пару минут на тёплой постели Том стал собираться и одеваться, Лорен последовала его примеру. Они шли рука об руку домой к Лорен. По дороге были разбросаны шутки, как смешные, так и с намеком на флирт. Вскоре они дошли до дверей Лорен. Том провёл ладонью по тёмным волосам Лорен, задержавшись взглядом на её губах. — Я бы хотел остаться с тобой ещё на пару часов… или дней, — прошептал он, легко поцеловав её в лоб. — Но если я не поеду сейчас, Билл взорвёт мне телефон. — Я понимаю, — мягко улыбнулась Лорен, пряча лёгкую грусть за глазами. Они стояли у входа в её подъезд. Лёгкий утренний ветерок трепал её волосы, а Том, казалось, не мог отпустить её руку. — Ну, до вечера? — спросила она, надеясь, что он всё же напишет. — Даже раньше, — кивнул он. И, прежде чем она успела что-либо сказать, он наклонился, оставив мягкий поцелуй на её шее. Но этот поцелуй не был обычным. Он задержался чуть дольше, стал чуть сильнее, и через пару секунд Лорен тихо ахнула. — Том! — засмеялась она, осознав, что он только что оставил ей засос. — Ты серьёзно? Он довольно усмехнулся. — Это мой автограф на теле. Чтобы не забывала обо мне, пока меня не будет. — Как будто я могла. Он поцеловал её ещё раз в губы — коротко, но с обещанием — и развернулся, направляясь к машине. Лорен, с пылающими щеками и ощущением, будто её сердце только что превратилось в облако, поднялась к себе в квартиру. Как только она открыла дверь, её встретил вопль: — О мой Бог! — Тейлор вылетела из кухни с кружкой кофе в руках. — Лорен, ты видела себя в зеркале?! — Что?.. — Лорен моргнула, снимая куртку. — О чём ты… — У тебя на шее такой засос, что его можно внести в книгу рекордов Гиннеса! Тейлор уже тянула её к зеркалу, смеясь и визжа, как девочка-подросток. Лорен посмотрела на себя… и покраснела до ушей. — Господи… — выдохнула она, прикрывая шею рукой. — Я его убью. — Нет! Не смей! Я его обниму! — захохотала Тейлор. — Давай говори! Всё! До последней детали. Где вы были? Что делали? Когда? Сколько раз? — Тейлор! — Лорен рассмеялась, в панике уходя на кухню, но та шла за ней следом. — Ну же! Ты ведь не можешь вот так вернуться утром домой, быть вся такая светящаяся, с засосом, и молчать! Лорен села за стол, обхватила чашку с кофе, которую Тейлор ей протянула, и покачала головой с тихой улыбкой. — Это была… самая удивительная ночь в моей жизни. — Я так и знала! — завизжала Тейлор. — Лорен! Чёрт! Какой он? — Нежный. Тёплый. Удивительно внимательный. И… — она опустила глаза, сжав ладони. — Словно я ему действительно не безразлична. Не просто… на одну ночь, понимаешь? Тейлор села рядом и обняла подругу. — Конечно, понимаю. Лорен, ты сияешь. Я ни разу не видела тебя такой. — А я не чувствовала себя такой. Никогда. Они ещё долго сидели, переговариваясь, смеялись и строили теории, что будет дальше. А на шее у Лорен, под распущенными волосами, всё ещё оставался след — пометка Тома Каулитца, как будто он хотел, чтобы весь мир знал, к кому она теперь принадлежит. — Ладно, — Тейлор с хитрой улыбкой подперла подбородок ладонью, — ты сияешь, у тебя на шее страстный привет от рок-звезды, и ты уже сказала, что это была «самая удивительная ночь в твоей жизни». А теперь… детали, Лорен. Без них — ни глотка кофе! Лорен засмеялась и покачала головой, всё ещё слегка смущённая, но явно не против поделиться. — Ты невозможна, Тей. — Я просто подруга, которая нуждается в живом романе! Так что давай. Как он… ну, в постели? Лорен облокотилась на стол и вздохнула, на её губах появилась мечтательная улыбка: — Он… был нежным и в то же время безумно страстным. Всё было… не спешно, осознанно. Как будто он изучал каждую мою реакцию, каждое дыхание. Его прикосновения — боже, Тейлор, он такой чувственный. Это не было просто… физически. Он смотрел мне в глаза, он слушал каждое моё слово, каждый вздох. Словно я — единственный человек, существующий в мире. Тейлор уже прижала ладонь ко рту, замирая от каждой фразы. — И как он целуется? Ну скажи, что он целуется так, что у тебя подкашиваются колени! — Это даже не целуются, Тей… Он будто обнимает душу губами. Сначала легко, дразняще, а потом — страстно, так, что сердце замирает. Я чувствовала, как будто вся растворяюсь. Тейлор в ответ закатила глаза: — Господи. Всё. Я умираю. Я отдам всё, чтобы хотя бы раз в жизни испытать то, что ты сейчас описываешь. Лорен усмехнулась и обняла кружку обеими руками. — А ещё… — она вдруг опустила голос, — он прижал меня к себе после, просто обнял и не отпускал. Мы разговаривали. Он спрашивал о моём детстве, о любимой еде, о том, где я хотела бы побывать. Ты представляешь? Это после ночи, когда другой просто бы повернулся на другой бок и уснул. Тейлор обняла подругу за плечи, немного сжав. — Ты ему реально понравилась, Лор. Не просто как мимолётное увлечение. Это видно. Даже по тому, как он на тебя смотрел на концерте — я тогда подумала, что между вами что-то есть. И теперь… он твой. Ну почти. Лорен смущённо улыбнулась. — Пока не хочу строить иллюзий. Он знаменитость, у него гастроли, шоу, тысячи фанаток. — И всё же он поцеловал тебя, остался с тобой на ночь, и оставил засос, который видно с Луны. Это не “одна из тысяч”, подруга. Это — ты. Лорен глубоко вдохнула, оглянулась в сторону окна, где за стеклом играло мягкое утреннее солнце. Внутри у неё всё было наполнено светом, теплом, и лёгкой дрожью от неизвестности.

💿

Вечер снова окутал город мягким золотом фонарей. Лорен стояла у той самой двери с табличкой 483, сердце колотилось, как и в прошлый раз. Но на этот раз — не от неизвестности, а от предвкушения. Она сделала глубокий вдох, постучала. Спустя несколько секунд дверь открылась, и на пороге снова появился Том — взъерошенные волосы, тёплая улыбка и мягкий взгляд, будто он ждал её целую вечность. — Привет, — он чуть приглушённо улыбнулся, глядя на неё как-то особенно тепло. — Привет, — Лорен шагнула внутрь, и Том тут же закрыл дверь за ней, приобняв одной рукой и чмокнув в висок. — Рад, что ты пришла. — Я тоже. Комната была уютно приглушённой: мягкий свет от торшера у кровати, окно открыто, и ветер играется с лёгкой занавеской. Том бросил свой телефон на прикроватную тумбочку, жестом пригласил её присесть. — Я как раз собирался включить фильм. Хочешь что-то посмотреть или просто поболтаем? — Думаю, сначала болтать, — с улыбкой сказала Лорен, снимая куртку и усаживаясь на кровать. — Я люблю, когда ты говоришь. У тебя голос… немного как музыка. Том рассмеялся, сел рядом и потянулся за бутылкой воды. — Это неожиданно милый комплимент. Спасибо. Они обменялись долгим взглядом, как будто всё остальное — шум, мир, даже вечер за окном — отошло на второй план. В этот момент резко распахнулась дверь. — ТОМ! У ТЕБЯ ЕСТЬ МЫЛО? Я СВОЁ ЗАБЫЛ… — в комнату влетел парень в чёрной майке и серых спортивных штанах, с полотенцем на шее и ярким макияжем вокруг глаз. Он встал как вкопанный, заметив Лорен, сидящую на кровати. — Оу… — Билл округлил глаза, взгляд метнулся от неё к Тому. — Эмм… привет? Том закатил глаза и лениво махнул рукой. — Ну вот, представление без предупреждения. Билл, это Лорен. Билл вытер руки полотенцем, быстро оценил ситуацию, его лицо моментально стало игривым. — Лорен. Та самая Лорен? — он шагнул ближе, улыбаясь с такой харизмой, что Лорен на миг потеряла дар речи. — Наконец-то я тебя вижу. Я Билл, его младший брат. Хоть и всего на десять минут, но он слушается меня, как старшего. Приятно познакомиться. — Взаимно, — она чуть улыбнулась, чувствуя, как её щеки начинают гореть. Том тихо хмыкнул. — Не слушай его. Он просто мастер пафоса. Билл обернулся, прищурился. — Но ты же не рассказал мне, что она такая красивая, Том. — Потому что это очевидно, — Том пожал плечами, не сводя глаз с Лорен. Билл усмехнулся, кивнул ей с лёгкой полу-поклонной грацией. — Ну, не буду мешать… романтическому вечеру, — с нажимом проговорил он, уже пятясь назад. — Только, пожалуйста, закрой дверь, если решите… ты понимаешь. Я больше не хочу попадать в такие сцены, как в Париже. — Билл! — Том бросил в него подушку, но тот уже исчез за дверью со смехом. Лорен прикрыла рот ладонью, смеясь в голос. — Он… невероятный. — Он катастрофа, — усмехнулся Том, опускаясь обратно рядом. — Но да, именно он и делает мою жизнь интереснее. — Я рада, что ты меня с ним познакомил. Ты ведь и сам сейчас… стал для меня интереснее. Том посмотрел на неё с лёгкой, искренней улыбкой. Его пальцы мягко коснулись её руки. — А ты для меня стала… слишком важной. Быстро и внезапно. Это пугает. Но и… чертовски приятно. Они снова оказались близко. Его взгляд — глубокий, полный чего-то больше, чем просто интерес. И Лорен, забыв о смущении, просто кивнула, позволяя себе раствориться в этом вечере, в нём, в них двоих. Том склонился ближе, его дыхание ласкало щеку Лорен, и она ощущала, как в груди начинает бешено колотиться сердце. Их лица были так близко, что она чувствовала тепло его кожи, еле заметный аромат табака, гитарных струн и чего-то родного… Они смотрели друг другу в глаза — глубоко, внимательно. Лорен чуть приподнялась навстречу, её губы дрогнули…

КЛИК.

Дверь распахнулась. — Ну, привет ещё раз! — с широкой ухмылкой проговорил Билл, ввалившись в номер без капли стеснения. — У меня, кажется, сдох интернет, так что я подумал — а почему бы не провести вечер с вами? Лорен отшатнулась, а Том с шумным раздражённым стоном уткнулся лбом в плечо девушки. — Билл, блин… — Да не злись ты, — Билл уже уселся в кресло у окна и закинул ногу на ногу. — Я же знаю, что ты любишь, когда я порчу тебе моменты. Это как наша семейная традиция. — Какая, к чёрту, традиция?! — проворчал Том, выпрямляясь и бросая на брата испепеляющий взгляд. — Ты вечно лезешь не вовремя. Мы вообще-то… — Почти поцеловались? — весело перебил Билл. — Ну, значит, поцелуетесь позже. В напряжении всегда больше удовольствия, как говорится. Лорен, хоть и смущённая, не смогла сдержать улыбку — Билл был невозможным, но его легкость и бесцеремонность были странно очаровательными. — Надеюсь, ты хотя бы принес что-то вкусное, раз уж решил вторгнуться, — подала голос она, стараясь немного разрядить обстановку. — Только своё превосходное чувство юмора и обаяние, — усмехнулся Билл, кивая. — Хотя… если попросишь, могу заказать пиццу. Том встал, прошёл к двери и закрыл её за братом на замок, после чего повернулся и бросил Биллу: — Вот теперь ты с нами надолго, брат. Надеюсь, ты захватил спальный мешок. — Сплю я только на кровати, — невозмутимо заявил Билл, растянувшись в кресле. — Но не волнуйтесь, я не надолго. Просто хочу немного поддразнить вас, а потом исчезну, как дух в тумане. — Лучше как дух из отеля, — буркнул Том и вернулся на кровать рядом с Лорен. Их руки почти коснулись друг друга, но теперь между ними снова — посторонний наблюдатель. — Ну, раз уж я тут, — Билл потянулся и захлопнул ноутбук, — расскажите, как вы познакомились. Или лучше — как вы дошли до такой стадии, — он намекнул кивком на ту самую близость, которую прервал. — Сначала концерты, потом автограф, потом Инстаграм, — отозвалась Лорен с хитрой улыбкой. — А потом… всё закрутилось. Билл покачал головой с притворной серьёзностью. — Рок-звёзды такие романтики в двадцать первом веке, да, брат? — Только с теми, кто этого стоит, — пробормотал Том, взглянув на Лорен, и она сразу же почувствовала, как вспыхнули её щёки. Вечер шёл, Билл рассказывал байки из туров, они втроём смеялись, перекрикивали друг друга, спорили о вкусах в музыке. Но каждый раз, когда глаза Лорен встречались со взглядом Тома, в ней замирало что-то важное. Ненадолго, но сильно. И каждый раз Том, будто понимая, что они всё ещё «недоцеловались», едва заметно улыбался. Но и Лорен, и Том знали — этот момент обязательно настанет. Когда Билл наконец уйдёт. Время перевалило за полночь. Смех немного поутих, разговоры сменились лёгкими репликами и ленивыми шутками. Лорен потянулась, зевнула и скользнула взглядом по комнате — и тут заметила, что Билл, развалившись на кровати, уже спит, раскинув руки в разные стороны. Он даже не удосужился снять кроссовки. И, конечно же, начал храпеть. — О боже, — прошептала Лорен, прикрывая рот рукой от смеха. — Он храпит, как… будто его душит холодильник. Том прыснул, не сдержавшись, потом вздохнул с притворным отчаянием. — Вот почему я никогда не делю с ним номер. И вот почему я запер дверь. Сам виноват, теперь пусть храпит себе здесь. Лорен прикрыла губы, стараясь сдержать хихиканье, и кивнула в сторону балкона. — Пойдём? Тут душно… и громко, — она кивнула на спящего Билла. — Отличная идея, — Том встал и тихо открыл стеклянную дверь. Они вышли на балкон. Внизу город переливался огнями, улицы дышали ночной прохладой. Автомобили проезжали редко, всё было удивительно спокойно. Только ветер чуть поднимал пряди волос Лорен. — Знаешь, — заговорил Том после короткой паузы, облокотившись на перила, — я думал, что этот вечер закончится совсем иначе. Но даже так… мне чёртовски хорошо рядом с тобой. Лорен повернулась к нему, склонив голову. — А я думала, ты уже устал от всей этой суматохи, гастролей, чужих людей, интервью… от поклонниц вроде меня, — она усмехнулась, но в её голосе проскользнула искренность. Том взглянул на неё серьёзно. Глаза в полумраке отливали мягким янтарём. — Ты не как все. Я это понял, ещё когда ты смотрела на меня с первого ряда, будто не просто слушаешь… а слышишь. И в каждом сообщении ты оставляла часть себя. Это ощущается. Он сделал шаг ближе. Лорен чувствовала тепло его тела даже сквозь тонкий ветер, шум города вдруг исчез, будто всё вокруг остановилось. — Я рад, что написал тебе, — прошептал он. Она прикусила губу и кивнула, не находя слов. А потом — словно по негласной договорённости — их руки встретились на перилах. Пальцы сомкнулись. Том посмотрел на неё чуть дольше, чем обычно, и Лорен снова почувствовала ту самую магию — момент, что был прерван тогда, в номере. Но теперь они были одни. И больше никто не мог помешать. На балконе становилось всё прохладнее, но Лорен не чувствовала холода. Только взгляд Тома, его близость, то, как его пальцы лёгким движением коснулись её руки, — всё согревало её изнутри. — Я долго не мог понять, чего мне не хватает, — произнёс он тихо. — А потом увидел тебя. Лорен подняла глаза, и их взгляды встретились. Том медленно потянулся к ней, не спеша, давая ей возможность отстраниться, если она захочет. Но она не отстранилась. Наоборот — сделала шаг ближе. И тогда он обвил рукой её талию, аккуратно, с той нежностью, от которой по телу пробежали мурашки. Его ладонь скользнула ниже, крепко прижимая её к себе. Лорен затаила дыхание — сердце било так, будто вот-вот выскочит из груди. Его губы оказались у её щеки, затем — у уголка рта. Он остановился всего на секунду, вдыхая её аромат. Лорен чуть приподнялась на носках, закрывая глаза, и тогда… их губы встретились. Поцелуй был нежным, но в нём скрывалась жажда. Том целовал медленно, чувственно, словно хотел прочувствовать каждое движение, каждую эмоцию. Его рука на её талии крепко держала её, пальцы сжались чуть сильнее, когда она ответила на поцелуй, прижимаясь ближе. Ветер трепал волосы Лорен, ночной город мерцал под их ногами, но всё исчезло. Остались только он, она, и этот момент — долгожданный, желанный, наполненный тихим электричеством. Когда они оторвались друг от друга, их дыхание было прерывистым, а в глазах читалось всё, что не требовало слов. — Я знал, что это будет именно так, — прошептал Том, убирая прядь с её щеки. — Слишком реально, чтобы быть просто фантазией. Лорен улыбнулась, слегка дрожащими пальцами касаясь его груди. — Это даже лучше, чем я могла представить. Он притянул её к себе ещё ближе, и она уткнулась лбом ему в плечо, чувствуя себя в абсолютной безопасности. Лорен всё ещё стояла, прижавшись к Тому, их дыхание постепенно выравнивалось после поцелуя. В голове царил туманный восторг, сердце стучало быстро и не хотело успокаиваться. Но вдруг её телефон в кармане завибрировал. Лорен нехотя отстранилась, заглянула в экран — Тейлор. — Извини, — прошептала она Тому, — это подруга. Я быстро. Том кивнул, слегка коснувшись её руки, как будто не хотел, чтобы она совсем отдалялась. — Да, Тей? — Лорен ответила на звонок, отходя на шаг к краю балкона. В голосе Тейлор звучала паника. — Лорен… мне нужна ты. Он пришёл. — Кто? — Лорен напряглась. — Ноа. Он стоит у входной двери, пьяный. Стучится и орёт, что хочет поговорить. Я боюсь, — голос Тейлор дрожал. — Он уже был таким однажды… — Чёрт, Тейлор… Ты звонила кому-то ещё? В полицию? — Нет… я не знаю, может, он просто уйдёт, если проигнорировать… но он настаивает. Я одна. Мне страшно. Лорен глянула в тёмное небо и шумно выдохнула. — Я сейчас приеду. Она закончила звонок, открыла приложение такси — цены были заоблачные. Настолько, что у неё сжалось всё внутри. Она прикусила губу, колеблясь, и вдруг рядом послышался голос Тома: — Что случилось? Лорен посмотрела на него — он стоял всё так же спокойно, но в глазах уже читалась настороженность. — У Тейлор проблемы. К ней пришёл её бывший — Ноа. Он пьяный, стоит под дверью и требует впустить. Она одна. Я хотела вызвать такси, но… — она показала экран с бешеным тарифом. Том мгновенно выпрямился. — Садись в машину, — сказал он, не раздумывая. — Я отвезу тебя. — Правда? — Конечно. Ты ведь пойдешь туда даже пешком, если придётся, да? — он улыбнулся чуть криво. — А у меня есть ключи, полный бак и тёплая куртка в багажнике, если станет холодно. Лорен не сдержала облегчённого вздоха и, подойдя, коротко поцеловала его в щёку. — Спасибо. Ты даже не представляешь, как это важно для меня. — А я и не обязан представлять. Мне достаточно знать, что ты — важна, — ответил он мягко. — Пошли. Разбудим Билла попозже. Пусть поспит и выспится хоть раз. Они быстро прошли через номер, Том взял куртку, ключи от машины и, прежде чем выйти, повернулся к спящему брату. — Надеюсь, ты не храпел на всю гостиницу, — буркнул он, закрывая за ними дверь. Внизу у отеля стояла его чёрная Audi, блестящая в уличных фонарях. Том открыл перед Лорен пассажирскую дверь и помог ей сесть, а потом сел сам за руль и завёл мотор. — Скинь мне адрес, и не волнуйся. С ней всё будет хорошо, — сказал он, бросая на неё короткий, но уверенный взгляд. И машина мягко тронулась с места, унося их сквозь ночной город — на помощь подруге, вглубь реальности, где чувства переплетались с поступками. Они подъехали к дому Тейлор через двадцать минут. Том припарковался у края тротуара, выключил мотор и оглядел здание. — Здесь? — спросил он, повернувшись к Лорен. — Да, третий подъезд, — кивнула она, чувствуя, как в животе начинает сжиматься от тревоги. — Спасибо, что поехал со мной. — Я тебя одну не отпущу к такому типу, — ответил Том серьёзно. — Пошли. Они вышли из машины и быстрым шагом дошли до подъезда. Дверь была приоткрыта — видимо, Ноа уже успел попасть внутрь. Как только они вошли, в полумраке подъезда Лорен услышала знакомый тяжёлый голос и приглушённое сопение. Он стоял у двери квартиры Тейлор, привалившись к стене, как пьяное привидение. Голова опущена, губы что-то бессвязно мычали, глаза полузакрыты. На полу рядом с ним валялась пустая бутылка, а его куртка была расстёгнута, будто он не чувствовал холода. — Тей?.. — промычал он, не заметив, что к нему приближаются. — Откр… я… прости, я просто… хочу поговорить… — Ноа! — резко окликнула его Лорен. — Ты совсем с ума сошёл? Ноа дёрнулся, поднял мутный взгляд, прищурился. — Ло… Лорен? — он шатнулся вперёд, чуть не упав, — Что ты… чё ты тут… не мешай, ладно… я с ней должен… Тей… Тейлор! Том молча встал чуть впереди Лорен, взгляд его стал холодным, сосредоточенным. Он был спокоен, но в этой тишине чувствовалась опасность. — Думаю, тебе пора домой, дружище, — сказал он ровно. Ноа моргнул, как будто пытался сфокусироваться. — Ты кто вообще… — пробормотал он, но, взглянув на Тома ближе, будто замер. — …чё… — Парень Лорен. А ты — угроза для её подруги, — Том сделал шаг ближе. — Так что, последний раз по-хорошему: уходи. Ноа фыркнул, пошатнулся, выругался себе под нос. Похоже, в его пьяном мозгу всё ещё оставалась какая-то крупица здравого смысла — он не стал спорить. Он сполз по стене, поднял с пола бутылку, махнул рукой и пошёл к выходу, бормоча: — Да пошли вы… и ты, и она… и вообще… Лорен выдохнула, приложив ладонь к груди, только сейчас осознав, насколько была напряжена. — Том… ты… — Всё нормально, — он повернулся к ней, мягко коснувшись её плеча. — Он ушёл. Пойдём к Тейлор? Она кивнула, и через секунду в дверь позвонили. — Это мы, — сказала Лорен, когда Тейлор осторожно открыла. Лицо подруги было бледным, глаза испуганны, но при виде Лорен и Тома — облегчение хлынуло на неё волной. Она бросилась обнимать Лорен. — Боже, я так испугалась… спасибо, что приехала… и ты… — Тейлор взглянула на Тома. — Спасибо, правда. — Всё в порядке, — сказал он спокойно. — Главное, что ты в безопасности. Лорен держала Тей за плечи, заглядывая ей в глаза: — Он ушёл. Обещаю, больше он не подойдёт. Я рядом. Мы рядом. Тейлор слабо улыбнулась и кивнула. — Я знаю. Спасибо вам… На кухне у Тейлор было тихо. Лорен поставила чайник на плиту, а Том, не мешая, прислонился к косяку, внимательно следя за Тейлор. Она сидела за столом, обхватив руками кружку с тёплой водой, но руки дрожали, будто не могли отпустить пережитое. — Он пришёл где-то полчаса назад, — голос у неё был слабый, хриплый. — Я даже сначала не поняла, кто это… он не звонил, ничего не писал последние дни. Я думала, он исчез… как и обещал. Лорен молча села рядом и обняла подругу за плечи, давая ей понять: говори, я рядом. — Постучал… не просто — громко. Будто хотел дверь снести. Я подошла, посмотрела в глазок — и увидела его. Пьяный. Сначала просто звал меня… потом начал стучать кулаком. А потом, — она судорожно сглотнула, — начал умолять, как обычно. Мол, скучает. Что без меня он никто. Что у него всё плохо. — Он говорил, что изменится? — тихо спросила Лорен, зная эти паттерны слишком хорошо. Тейлор кивнула. — Да. Сказал, что больше не пьёт. Что это «один случай». А потом начал орать, что я с кем-то другим, и смеётся надо мной. И знаешь… — она вскинула взгляд, полный боли. — Был момент, когда я засомневалась. Подумала: а вдруг он и правда просто страдает?.. Лорен крепче обняла её. — Нет, Тей. Он не страдает. Он давит. Он знает, какие струны дёргать. — Я знаю, — прошептала Тейлор, наконец-то отпивая из кружки. — Просто в такие моменты… сложно быть сильной. Я так испугалась, Лорен. Правда. Спасибо, что ты приехала. Лорен тихо кивнула, глядя на подругу с нежностью. Потом повернулась к Тому, который всё ещё молча стоял в проёме. Его взгляд был серьёзным, но тёплым. — Спасибо тебе, Том, — сказала Тейлор. — Если бы не ты… я не знаю, как бы всё закончилось. — Я рад, что ты в порядке, — мягко ответил он. — Такие, как Ноа, любят только себя. И пока ты не подпускаешь его больше — ты в безопасности. Но если он ещё раз появится… — он замолчал, и в этом молчании читалась угроза. Очень недвусмысленная. — Он не появится, — прошептала Тейлор. — Я обещаю. Лорен, не отпуская подругу, прижалась щекой к её виску. — А теперь — горячий чай, тёплый плед, и ты ляжешь спать. Всё закончилось. Тейлор слабо улыбнулась, уже чувствуя, как тень уходит с её плеч. Она была не одна. И рядом — самые нужные ей люди. Когда всё улеглось и Тейлор немного успокоилась, Лорен поднялась с кресла и подошла к подруге, которая уже стояла в дверях, кутаясь в плед. Её глаза всё ещё были немного покрасневшими, но в них появилось что-то, чего не было весь вечер — спокойствие. — Я с тобой, Тей. Всегда, — мягко сказала Лорен и обняла подругу крепко, всем телом передавая тепло и поддержку. — Я знаю… — прошептала Тейлор, уткнувшись лбом в плечо подруги. — Ты как супергерой. Только в платье. И с Томом. Они обе хмыкнули, и в этом смехе стало немного легче. — Всё будет хорошо, — прошептала Лорен. — Иди отдыхай. Завтра увидимся. — Угу… и спасибо ему. Очень. Том, стоящий в коридоре, едва заметно кивнул и чуть улыбнулся Тейлор, перед тем как они с Лорен вышли на улицу. Ночь была прохладной. Лёгкий ветерок трепал волосы, и Лорен немного поёжилась. Том быстро открыл ей пассажирскую дверь и, дождавшись, пока она устроится в кресле, сел за руль. В салоне машины пахло кожей, дорогим одеколоном и чем-то почти родным. Он завёл мотор, и тишину пронзил голос ведущего на радио: — …а теперь для тех, кто всё ещё не спит и любит слушать настроение ночи, — сказал бархатный мужской голос. — Наслаждайтесь этим треком. В следующее мгновение в салоне зазвучала чувственная, медленная, глубокая песня — басы пробирали до костей, а голос певицы был насыщен страстью. Том медленно повернул голову к Лорен, а его рука всё ещё держалась за рычаг коробки передач. На губах заиграла лёгкая, почти лениво-хищная улыбка. — Подходящее настроение, — тихо сказал он, и его взгляд словно стал тяжелее. Лорен почувствовала, как сердце пропустило удар. Она отвела взгляд в окно, но щеки уже начали теплеть. Музыка казалась слишком интимной в этом замкнутом пространстве. Каждое слово песни будто касалось их лично. — Думаешь, это совпадение? — прошептала она, не поднимая взгляда. — Не верю в совпадения, — ответил он, не отрывая глаз от неё. — Особенно ночью. Особенно с тобой. Он медленно положил руку на её колено — лёгким, непринуждённым жестом, но от этого прикосновения по её коже побежали мурашки. Машина не тронулась. Они сидели в полной тишине, нарушаемой лишь низким ритмом чувственной мелодии, доносившейся из динамиков. Внутри салона воздух будто сгустился — медленно, тягуче, как мёд, обволакивая их с головы до ног. Свет фонаря с улицы пробивался сквозь стекло и мягко очерчивал черты его лица. Том не сводил с неё взгляда. Его рука по-прежнему покоилась на её колене, но теперь пальцы медленно начали двигаться, едва касаясь ткани её джинсов. Лорен посмотрела на него, и в её глазах отразилось всё, что она чувствовала: волнение, предвкушение, странную смесь стыда и желания. Его взгляд прожигал, но не отпугивал — наоборот, он притягивал, как магнит. Он медленно наклонился к ней, давая ей время, чтобы остановить его, если она передумает. Но Лорен не отпрянула. Наоборот — она слегка подалась вперёд, дыхание участилось, губы приоткрылись. — Ты сводишь меня с ума, — прошептал он, и его голос, хриплый и низкий, будто вибрировал в её груди. Их губы встретились. Сначала мягко, осторожно… а потом будто сорвались с края. Поцелуй стал глубже, настойчивее, его рука поднялась выше по её бедру, пальцы скользнули под ткань куртки, обнимая её крепче, притягивая ближе. Лорен застонала в поцелуе — едва слышно, но Том почувствовал. Он прижал её к себе, заставив развернуться всем телом, так что она оказалась почти на его коленях. Её руки обвили его за шею, пальцы зарылись в его дреды. Дыхание смешалось, сердце билось в унисон. Всё происходило будто вне времени, вне реальности. Только они. Только этот момент. Его губы спустились к её шее, оставляя там горячие поцелуи. Она запрокинула голову назад, позволяя ему исследовать каждый сантиметр её кожи. Он снова поднялся выше, их взгляды пересеклись, и в этот миг между ними не осталось никаких барьеров. — Ты такая красивая, — выдохнул он, и вновь прижался к её губам, теперь с большей жаждой. Лорен чувствовала, как внутри всё горит. И в этом огне не было страха — лишь желание быть ближе, раствориться в нём. Он откинул спинку водительского сиденья, позволяя ей лечь поверх него. Музыка продолжала играть, словно подстраиваясь под ритм их дыхания и движений. Его руки скользнули под её рубашку, пальцы были горячими и осторожными, исследующими. — Скажи, если хочешь остановиться, — прошептал он ей в ухо. — Не хочу, — ответила она, почти не думая. И в этом признании было всё. Его дыхание обжигало кожу на её шее. Том не отводил взгляда, изучая каждую её реакцию, будто хотел запомнить её навсегда — как дрожат ресницы, как вздымается грудь, как тихо срывается дыхание с губ. — Ты сводишь меня с ума, Лорен, — выдохнул он, слегка прикусив её нижнюю губу, отчего по спине пробежала дрожь. Она не знала, как сдержаться. Вся её сдержанность растворялась в этом замкнутом пространстве машины, в этом взгляде, в прикосновениях, от которых всё внутри плавилось. — Я чувствую себя ненормальной рядом с тобой, — призналась она в шёпоте, не отрываясь от его губ. — Тогда мы одинаковые, — усмехнулся он, обнимая крепче, пальцами медленно скользя по её талии. Поцелуи становились всё более настойчивыми, жадными. Том говорил ей что-то на ухо — короткие, сбивчивые слова на немецком, от которых у неё перехватывало дыхание, даже не понимая смысла. Но звучали они как заклинания, будто он хотел, чтобы эта ночь никогда не кончалась. Он был в ней — в каждом касании, в каждой секунде — полностью, без остатка. Она чувствовала его тепло, силу, но при этом — заботу. Том не спешил. Он ловил каждый её вдох, каждое “да”, проговоренное взглядом, каждым движением тела. — С тобой всё по-другому… — шептала Лорен, прижавшись лбом к его лбу. — Словно я… заново дышу. Он посмотрел на неё с той самой нежностью, которую она так искала в других, но не находила. И поцеловал её снова — не так, как раньше. Глубже. Медленнее. С чувством, будто этот поцелуй был важнее воздуха.

💿

Поздний вечер. Лорен сидела на диване в своей квартире, обвившись о подушки, с чашкой горячего чая в руках. Тейлор сидела рядом, её взгляд беспокойно метался по комнате. Подруга выглядела усталой, но в глазах всё равно была тревога — она знала, как сильно Лорен переживает за всё, что произошло с Томом. — Ты уверена, что всё будет хорошо? — Тейлор спросила, подбирая слова. Она уже давно заметила, что Лорен скрывает свои настоящие чувства. Лорен лишь молча кивнула, но её взгляд был в сотни раз более тяжёлым, чем хотелось бы. Она не знала, как точно объяснить, что на самом деле беспокоит её. Том исчез, оставив только загадочную фразу. В этот момент её телефон завибрировал. Лорен взглянула на экран — это был Том. Она открыла сообщение и начала читать: “Лорен, я должен с тобой поговорить. Понимаешь, что случилось? Наши фотографии оказались во всех пабликах. И знаешь, как это бывает. Мы не можем продолжать. Это небезопасно — для нас обоих. Но я не прощаюсь. Я ещё вернусь, Лорен, только жди.” Слова, которые он написал, пронзили её, будто молния, а сердце застыло в груди. Тейлор заметила, как Лорен побледнела, а её пальцы стали дрожать. — Лорен? — Тейлор подскочила к подруге, схватив её за руку. — Что там? Лорен молча передала ей телефон, и Тейлор пробежала взглядом по сообщению. Она не могла сдержать вздоха. Это был не просто разрыв. Это было слишком резко, слишком тяжело. — Он не может просто так уйти, Тей… Он не может оставить меня вот так, без объяснений, — Лорен голос дрожал, но она сдерживалась, не позволяя себе расплакаться. Тейлор вздохнула и села рядом с подругой, обняв её. — Он вернется. И ты тоже этого хочешь, да? — спросила Тейлор, пытаясь понять. — Это не конец. Лорен не ответила сразу. Она смотрела на экран телефона, словно пыталась найти что-то в словах Тома, что могло бы объяснить этот шаг. Но всё, что она видела, это его холодное расставание и обещание вернуться. Вернуться, но когда? — Я не знаю, Тей… Я не уверена, что смогу его дождаться, если он не объяснит, почему он так поступил, — наконец сказала Лорен. — Это слишком болезненно. Тейлор подняла голову, и её глаза полны были решимости. — Ты сильная, Лорен. Ты справишься. И если он вернется, то только потому, что ему нужна ты. Но если нет, ты всё равно будешь в порядке. Ты заслуживаешь большего, чем быть в неведении. Лорен кивнула, но всё внутри неё казалось пустым. Время было остановлено, и она не знала, как двигаться дальше. Том ушёл, но его слова всё равно оставались в её сердце — обещание, что он вернётся. — Я буду ждать, — тихо произнесла Лорен, отпустив взгляд в окно, где ночной город мерцал в огнях. — Если он вернется, то… я буду готова. Тейлор крепко обняла подругу, зная, что теперь они обе прошли через нечто большее, чем просто сложные отношения. «Но я не прощаюсь. Я ещё вернусь, Лорен, только жди.»