WEB

перед глазами какие-то разноцветные круги и мерцающие картинки, размывшиеся лица и тому прочее. глаза Димы распахиваются от пронзающей боли в голове. глаза болят невыносимо, будто тот не спал и вовсе, но на деле черноволосый находился без сознания не менее девяти часов. смотря в потолок, Такизава понимает, что всё ещё трезво думать ему не удаётся, потому он медленно встаёт с кровати, предварительно смахивая с себя тяжелое одеяло. в квартире было достаточно холодно ибо отопление еще не включили, ведь на улице лишь ранняя зима, но в помещение уже проползает неприятный холодок, обжигающий тело худощавого чёрноволосого, как только он скинул с себя ткань пропитанного теплом одеяла, что парень так любил. почему-то сегодня он спал в одних боксёрах, хоть обычно он спит как минимум в футболке. пока Дима шёл в ванную комнату на ватных ногах, он пытался вспомнить, что вообще в целом происходило прошлой ночью. помнил он мало что, но в голову въелось лишь количество банок балтики которые были употреблены прошлым отчаянным вечером. что произошло? в тот чёртовый вечер он потерял друга. не в плане, что они поссорились... что-то неожиданное. он пропал. вчера, когда Дима зашел в вк чтобы как обычно написать своему другу, Дане, он заметил, что страница была удалена. к слову, это хоть и было ожидаемо, учитывая то, что Даня любил шутить и разводить людей в вк и пытался привлечь внимание больших людей к своему творчеству рассылая ссылку на свой паблик и тому подобное, за что, скорее всего, собственно и был удалён его аккаунт, но всё же на душе кошки скребли, ведь помимо вк других способов связи с Вульфом у Такизавы не было. голова гудела и шла кругом, а пока он шёл в свою ванную чуть несколько раз не споткнулся об собственные ноги, завязывающиеся в, похоже, морской узел при неуклюжей ходьбе. и вот, стоя перед зеркалом, прежде чем умыться Кейн почему-то принялся разглядывать себя и своё тело. в это утро он выглядел даже более потрёпанно и уставше чем обычно. ясно дело, после такого огромного количества потреблённого алкоголя могло быть и хуже. с одной стороны он и сам не ожидал, что из за какого-то человека в интернете будет спаивать самого же себя и порой доводить себя чуть ли не до нервных срывов, но уже давно Даня стал чем-то более для Димы, чем просто источник стабильного процента от музыки, он стал для него другом. может даже и самым близким другом, ведь даже в моменты, когда Такизава резко решал пропасть из сети на некоторое время, он предупреждал только Даню. да и в целом нормально общался он только с Вульфом, ведь он не был буквально "энергетическим вампиром" в отличие от множества других людей, которые так хотели с ним поговорить хоть раз, ведь в своих кругах он был достаточно популярен. в свои 17, Дима успел поработать с кем только можно было из уже будто родного направления треп-метал, включающий в себя нотки хорроркора и тому подобное. Кейн заглянул в свои же глаза, стоя напротив немного потёртого зеркала, но не увидел в них ничего. пустой взгляд. мысли резко кинулись к недавной ссоре с Мендовским, а далее последовали и навязчивые мысли о том, что возможно аккаунт друга не был просто удалён какими-то обиженными школьниками. что-то в груди начало болеть, а рёбра по ощущениям немного сжались, обрывая легкий доступ к дыханию. а вдруг, Даня просто не хотел видеть Диму? вдруг всё это было связанно, и в итоге он стал и причиной удаленного аккаунта его дорогого друга? сука. глаза наполнились слезами, ещё больше обжигая их, но черновласый не собирался давать волю слезам и не дал слезам упасть с ресниц. отведя взгляд в потолок и хорошенько проморгаясь, Диме удалось сдержать слёзы, ведь даже перед самим собой он не хотел показывать слабости. он и без того знал, что жалок, но сам факт того что теперь он ноет из-за какого-то интернетного типа начинал сводить с ума ещё больше. хотя... Даня и вправду был для него чем-то большим чем первый попавшийся ноунейм в социальной сети, ведь младший доверял ему как никому другому несмотря на то, что общались они не так уж и часто на тот момент... да и поссорились они по глупой причине, и быть честным, Кейн уже скучал по Мендовскому. — ебаный урод... — прошипел Такизава, и даже он сам не понимал про кого он так отзывается. то ли о себе, учитывая то, что он был максимально уверен в том, что именно он как никто другой был виной их ссоры и последующего удаления страницы Вульфа, и максимально винил себя; а может быть и о самом Дане, злясь на него и матеря за то, что тот как ребёнок удалил страницу, зная, что по-другому они больше никак не смогут связаться, ведь они еле успели хоть как-то переварить всю ссору и на почве чего она состоялась. в голове и в грудной клетке была каша из эмоций и мыслей, домыслов и навязчивых дурных выдумков. собственная бледная рука скользнула вниз по телу, будто Такизава его впервые видит. длинные, худые пальцы обводили выступающие рёбра ближе к животу... точнее к плоскому участку на месте живота которая просто уходила в пах заместо обычного чрева. иногда Дима сам не понимал как в такой пропасти вообще помещаются его органы, но несмотря на это ему нравилась его эдакая особенность ведь неважно сколько он мог есть или весить, живот никогда не появлялся, чему могли бы позавидовать многие женщины и не только они. далее особо не хотелось исследовать своё тело, ведь одно неправильное движение или одно задетое нервное окончание и снова придётся качать левую руку, хотя на часах было далеко уже не утро. кстати о времени, Такизава оглянулся и понял, что не взял с собой телефон и даже не посмотрел время. с тяжёлым вздохом, Дима направился в свою спальню, по пути заглянув на кухню и достав пачку обезболов чтобы заглушить головную боль. за первой таблеткой последовала и вторая, ведь он знал, что одна таблетка это меньше минимума что сможет перекрыть боль в голове, а так же и формирующуюся тупую боль в груди от всех нежеланных мыслей и затаинных обид на весь мир. запив всё это дело водой, худые ноги сами повели черновласого к его комнате, и он вновь плюхнулся на кровати, чуть поморщившись от внезапной, очередной волны боли в голове от такого резкого действия. взяв телефон в руки, Дима нахмурился как только увидел 3 часа дня на часах. уже прошла первая половина дня, а он всё спит... хотя, то, что он вообще в принципе проснулся после такой пьянки уже было сюрпризом и точно исчерпанной удачей. делать было особо нечего, поэтому спустя некоторое время Кейн снова поднялся на ноги и уже сел за компьютер, включая его и раздражённо уводя взгляд когда на экране высветилась надпись об обновлениях и пришлось ждать, пока никому ненужные обновления не скачаются. наконец, спустя, казалось, целую вечность компьютер запустился, и Дима сам не знал, чем уже себя занять. самое банальное было написать новый бит-пак, но кому? как он думал, Дане он и его биты больше не сдались, ведь всё так произошло, да и другие исполнители давно ничего ему не писали и не предлагали сотрудничество. ну ничего, время придёт и всё наладится, правда тот знал, что потеря постоянного партнёра в музыке принесёт огромную негативную отдачу, значительно сказывающуюся на его будущем. блядский Мендовский который обозлился на него из-за каких-то там битов. детский сад... всё же Дима сел писать биты, но больше удовольствия это ему не приносило, ибо само написание битов напоминало ему о своём, уже, похоже, бывшем друге, ведь раньше он писал биты скорее только для Дани чем для других, ибо тот же Даня был одним из немногих, кто скупал почти каждые биты и очень часто работал с Димой. вновь нахлынула волна тёплых воспоминаний об уютных вечерах проведённых в войсе с Мендовским где они обсуждали будущую карьеру и игры, но по большей части, конечно же, второе. хотелось вновь ему написать, и хоть не прошло даже и суток с того момента как всё произошло, всё еще было очень тревожно за друга. мало ли что ещё могло случиться с Даней и его аккаунтом - может ему угрожали, а может ещё что. Кейн решил отбросить негативные мысли в сторону, и на тот момент сама мысль о Мендовском была негативной для 17-ти летнего парниши. да уж... забыться в любимом деле не получалось, похмеляться больше не хотелось ведь Дима только выпил обезболы чтобы не болела голова, а так получается всё это было бы напрасно. на душе стало тяжело что всё так вышло, казалось ещё немного и он и вправду зарыдал бы, но он не позволил себе слабости... по крайней мере в таком проявлении себя. нервы сдали, единственный вариант хотя бы немного расслабиться звучил безумно маняще в этот момент. резким рывком Такизава встал с кресла, чуть ли не падая в тот же миг на пол ведь ноги всё ещё были ватными после жуткой пьянки. быстрым шагом черноволосый дошёл до ванной, снова, опять же заглянув на кухню и решив не церемониться взяв с собой целую аптечку. из одного из множества ящиков в ванной Дима достал лезвие, уже местами заржавевшее по острым сторонам и полностью покрытое застывшей на нём кровью которую уже можно было просто сдирать со злощастного лезвия. теперь уже заместо рук железная острая пластинка проехалась по рёбрам, ниже к брюху, оставляя на ходу не совсем глубокий но и не совсем лёгкий огромный порез по почти что всему животу, а точнее впадине идущая после выпирающих рёбер. далее в ход пошли плечи, на этот раз делая множество маленьких порезов но уже намного глубже чем тот на рёбрах который плавно перешёл на живот. и опять всё то же самое, спустя долгие месяца как Дима обещал себе больше не причинять своему телу такого рода вреда. ладно себе, но было ещё больнее из-за осознавания того, что он обещал так больше не делать ещё и Дане, что очень переживал за него по этому поводу ведь Такизава ранее не раз уже рассказывал о своих шрамах и порезах на запястье и шее, да и вообще где только можно. зависит от настроения. возвращаясь из воспоминаний, в той же самой ванной Дима и отключился, забыв об аптечке, поэтому он и потерял сознание со стекающей по всему телу кровью от огромного стресса, резко навалившегося на него, и чувства вины, что поглощало его ещё давным давно; но сейчас всё стало в разы хуже ведь он потерял единственного человека на которого мог опираться, и всё, как ему казалось, по его вине.