Восход в пасти пираньи

Началом этот день ничем не отличался от вороха таких же предыдущих. Подъем в 5:30, умывание, полуторачасовая пробежка по пересеченной местности в парке (свежий воздух, все дела), душ, плотный завтрак с просмотром очередной серии сериала, что порядком затянулся и уже хочется настучать главным героям по голове, чтобы те уже открыли рты и признались друг другу во всем! И в чувствах, и в том, что он когда-то убил ее родителей. Тридцатая серия, честное слово, это перебор. Спасибо, что перестрелок сценаристы напихали от души. Впереди еще несколько часов в тренажерном зале, посещение офиса и сдача отчетов. Работа в охране вообще не должна подразумевать бумажной волокиты, но, поди ж ты, если хочешь вернуть потраченные на такси денежки – приложи бумажки и письменно объяснись, что побудило тебя в три часа ночи, после сдачи пьяного объекта на руки мужу вызывать машину, а не переться домой пешком. Бюрократия эта пергаментная уже набила оскомину, но по-другому своих кровно заработанных не вернуть. Сумка с одеждой для тренировки и большим полотенцем давно собрана, даже кроссовки постираны. Машина заправлена и помыта. Осталось пробиться через пробки и спокойно тягать железо под раздевающие взгляды посетителей и посетительниц фитнес центра. А еще, было бы славно выцепить тренера Кан и возобновить-таки занятия по боксу. Реакция пока еще в норме, но уже прихрамывает, везде нужна сноровка и тренировка. Солнце не щадит никого, и только заправленный на прошлой неделе автомобильный кондиционер позволяет не обливаться потом и дышать относительно свежим воздухом. Улицы Мадрида хоть и прямолинейны, но количество светофоров на пути к спорту определенно превышает количество оставшихся нервных клеток. Из динамиков льется в уши сладкоголосая рулада на корейском языке. Треки эти, как в масло заходят под настроение — и движово, и ритмы как раз для отработки ударов. Со лба на нос сползают солнечные очки и мир погружается в подобие поздних сумерек. Они слишком темные, но в работе определенно помогают, особенно когда необходимо скрыть, куда направлен твой собственный взгляд. А лень-матушка держит руки на руле и ни разу не помогает вернуть приблуду на место. Плевать, по очертаниям все равно все видно. Единственное, что действительно отвлекает, это вибрация телефона в штанах, но главное правило «никаких гаджетов за рулем» работает вот уже несколько лет. Потом перезвоню, первый раз что ли? Еще два поворота и длительный поиск свободного места на парковке. Абы какое не подойдет, нужно куда-то конкретно упихивать тело огромной «Тундры», что казалась при покупке супер тачкой, на деле обернулась неповоротливым мамонтом. Самолет проще паркануть, чем эту махину. И это не банальное сравнение, это личный опыт. Благо, кусок свободного в достаточном объеме асфальта был найден, куда и пристроилась «Акула». Уж больно угрожающий вид у этой машины, особенно когда она вся в обвесе и с люстрой на крыше. Сумку в зубы, скорость на максимум. Потому что еще минут 10-15 и повалят мамашки и домохозяйки, а это означает толкотню у ресепшена и такой гвалт, что ни одни наушники не спасут. Карман настойчиво пытается призвать к себе внимание вибрацией и так же молчаливо отправляется нахуй. Сегодня выходной, а остальные звонящие точно не важнее тренировки. Так казалось на тот момент. Получив заветный браслетик с ключом и еще одно полотенце, преодолев несколько лестничных пролетов, мы оказываемся в раздевалке. Уже достаточно вонючей от утренних посетителей, но почти пустой. Оно и славно. Быстро переодеваемся в спортивки и футболку, наушники паркуем по ушам и вперед, к гантелям и штангам. Мышцы уже успели соскучиться за время трехдневного простоя. Да уж, последний заказ выдался просто удивительно отвратительным. Там изначально не пахло легкими деньгами, но вылилось в откровенные заигрывания со стороны нетрезвой клиентки, с попытками залезть в штаны. Совладать-то и пресечь удалось, но потребовалось на это куда больше времени, чем изначально было в запасе. Счастье, что ее благоверный просто принял товар в дверном проеме и не задавал никаких вопросов. А угроза жизни этой мадамы, по словам главного, была нешуточная. Перешла дорогу местным мафиози, что возомнили себя донами, но дальше района не совались, понимая, что это опасно. Чем и как клиентка впала им в немилость – информации не было, да и не суть важно было. Денежка на карточку капнула и на том спасибо. Живите долго и процветайте. Зал с железяками встретил удивительной прохладой, неужели кто-то догадался и здесь врубить кондиционер? Обычно тут не продохнуть от потных мужских тел, что повторяют подходы перед зеркалами, мысленно надрачивая на собственные мускулы. Молча ухватив два снаряда по 15 кг, двигаемся в уголок, где нас не видно с прохода и отражение по тем же зеркалам минимальное. Чем меньше свидетелей, тем спокойнее проходит тренировка. Но не вышло. Мелодия в ушах прерывается трелью звонка. Точно, нужно же было перезвонить. А вот имя на экране вводит в конкретный ступор, потому что сегодня все еще выходной. С утра в расписании и в календаре никаких встреч не стояло. Но звонки от босса, если хочешь премию в конце квартала, стоит все же принимать. — Алло? — Слава богу, ты где шляешься? — В зале, у меня выходной. Что-то случилось? — лишь бы не отзыв от пристающей клиентки… — Есть заказ, на вечер, оплата по тройному прайсу. Какой-то светский прием, нужно сопровождение. Есть пожелания по внешнему виду: каблуки и платье. Можно украшения. Заказчик хочет максимально не привлекать к себе внимание наличием бодигардов, так что придется сыграть роль влюбленной особы. Никаких компрометирующих действий не просят, просто в глаза позаглядывать и восхищаться спутником. Ну и вишенка на торте – он кореец. А у нас только ты полиглот, с навыками актерской игры. Выручай. Да, стоило, наверно, с самого начала представиться? Меня зовут Габриэла и я являюсь сотрудницей необычного охранного агентства. Мы не классический ЧОП, выдающий своим работникам лицензии на ношение оружия и стероиды. Мы гарантируем полную конфиденциальность своим клиентам, решаем нестандартные задачи и в состоянии незаметно перевезти человека хоть через Сирийскую границу, лишь бы платили. У нас есть штаб аналитиков и наблюдателей, что круглосуточно контролируют операции. Выводят из строя камеры наружного наблюдения, ломают серверы любой сложности и молниеносно изготавливают поддельные документы. А еще, официально, по штатному расписанию работает 6 охранников. 3 мальчика и 3 девочки. Все мы когда-то были боевыми единицами одного подразделения спецназа. Отсюда и навыки ведения боя, владение практически всеми видами оружия и молниеносная реакция в стрессовых ситуациях, что незаменимо в той работе, которой мы промышляем. Наш руководитель – бывший генерал, что когда-то смог вытащить нас шестерых из горячей точки. Рапорт подавал вместе с нами, вместе же замутили этот бизнес. У нас неплохая репутация в мире мелких дельцов и средних шишечек. Нам совершенно не принципиально – кого охранять, в мораль мы наигрались еще в пустыне. Платишь – мы не задаем лишних вопросов. Единственное, что мы отказывались возить/сопровождать/охранять — это наркота. На нее натаскивают собак и практически невозможно скрыть химозный запах. С оружием все проще: облил бензином и вези, ни одна клыкастая тварь не учует. Наркотики в бензине не купит после этого никто. Отсюда и правило. Но вернемся к неожиданно свалившейся на мою голову работенке. Судя по описанию – совершенно не пыльной. Платьев у меня – целый шкаф, каблуки найду. Нужно будет попросить соседку модницу сообразить мне макияж и укладку. — Принято. Скиньте информацию на телефон. Время встречи? — Объект изъявил желание забрать тебя самостоятельно, чтобы познакомиться и обговорить дела в машине по пути на раут. Откуда тебя забрать? А вот это уже звоночки похуже. Выдавать место своего логова – значит искать новое. Никто, даже руководство, не должны знать, где мы живем. Это залог безопасности. Нужно хотя бы от своих укрыть эту информацию, пока буду искать новую квартиру. — Пришлите мне телефон объекта, я свяжусь самостоятельно и обо всем договорюсь. Как хоть зовут его? — Ким Намджун. Я пришлю все детали сообщением, — в трубке гудки. Спасибо, Генерал. Все, как всегда, сухо и по делу. Что-то очень смутно знакомое, сочетание буквально вертится на языке, где-то я определенно слышала, и имя, и фамилию. Ну конечно! Один из тех сладкоголосых, кого я могу слушать в дороге или в зале. Окей гугл, Ким Намджун, как ты хоть выглядишь, мечта миллионов? Челюсть, давай ты самостоятельно вернешься в исходное положение, а? Это ему нужна охрана? Да он сам кого хочешь вырубит!  Либо там все настолько серьезно, что рядовой силой вопрос не решить. Тут не пахнет, тут откровенно воняет каким-то заговором. Ладно, делать поспешные выводы – самое глупое занятие. И тройной прайс сам себя за вечер не заработает. Будет на что перебраться в более престижный район. В этот момент телефон пиликнул оповещением о пришедшем сообщении. Номер телефона, конечно же с корейским регионом. Писать, вероятно, лучше сразу на его родном языке, хотя поговаривают, что он прекрасно знает английский. «Добрый день, Намджун-щи. Мне передали ваш заказ, и я готова к обсуждению деталей. Подскажите, в каком часу вы планировали прибыть на мероприятие и по какому адресу это будет происходить? Я постараюсь рассчитать логистику таким образом, чтобы мы и пообщаться успели, и не опоздали» Ответ последовал очень быстро. «День добрый. Начало самого вечера планируется в 20:00, однако сбор гостей назначен на 19:00. И, если быть откровенным – я не планировал там надолго задерживаться. Далеко ли Ваш дом от Королевского дворца?» Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Предельно ясным стал формат мероприятия. Это не обычные светские посиделки с просекко и хамоном. Это государственный прием, причем с именитыми гостями. Габи, во что ты вписываешься? На машине от ставшего родным Вильяверде минут 20, если без пробок. Но вечер пятницы определенно наложит свой отпечаток на загруженность улиц. Я бы смело закладывала минут 40, при том, что нам еще поговорить нужно и выработать легенду. «Учитывая дорожную ситуацию, полагаю не меньше минут 40. Быть может, я подъеду куда-нибудь поближе, чтобы не заставлять вас путешествовать через весь город?» — хотя на шпильках и при параде выбраться без машины из моей жопы мира видится как потенциальная проблема. «Глупости, сбросьте координаты. Мой водитель сразу рассчитает, во сколько мы приедем, а я сообщу вам» — если этот мужчина такой же и в отношениях, я откровенно завидую его будущей жене. «40.345855, -3.716234  И если это возможно, приезжайте, пожалуйста, к назначенному времени, я не хочу привлекать лишнего внимания соседей» — хотя все равно придется, как минимум одной, чтобы соответствовать этому полубогу. «Договорились, в 18:00 будем на месте. Могу я уточнить цвет вашего платья? Хотелось бы максимально соответствовать образу пары. Если что, я готов купить вам новое, на свой вкус. Какой у вас размер?» «В этом нет необходимости. Карминово-красный. Черные шпильки и черный клатч. Какие-то дополнительные пожелания к образу?» «Прекрасный выбор. Если это возможно, откройте шею. Остальное при личной встрече. Спасибо за готовность оперативно помочь. Понимаю, деньги решают многое, но жертвовать собственным выходным согласится не каждый. До встречи в 18:00» Все еще очень сухо и по делу. Он мне определенно нравится. С таким одно удовольствие работать. Еще и грозится, что все пройдет без задержек на месте, пока все не накидались. Интересно, по какому поводу его пригласили? Да какая разница! Крутимся рядом, стреляем глазками, выгуливаем наряд. Параллельно просто смотрим по сторонам и, как только замечаем что-то странное – сообщаем объекту. Там дел, кажется, часа на три. А бабки ведь не бывают легкими. Соберись, Габи. Это не прогулка. Таких как ты не нанимают как эскорт, у тебя другой функционал. Главное, если будут стрелять, подставить что-то не жизненно важное. Но кто в здравом уме устроит потасовку в Королевском дворце? Ладно, признаю, Намджун — не рядовой барыга, тут замешаны вещи посерьезнее. Дождемся объяснений в машине. Лишь бы не лимузин, а что-то просто крутое и черное. Оставшееся время пришлось усиленно тягать железки и еще минут 40 гонять туда-сюда по бассейну. Когда же полупопия были погружены в кабину «Акулы», легкая боль по всему телу ощущалась настолько правильно, что даже двигаться не хотелось. Какой же это кайф, чувствовать проработанность каждого мускула. Лишь планомерная работа над каждой отдельной мышцей даст гарантии того, что в будущем твое тело тебя не подведет. Именно поэтому они вшестером трижды в неделю штурмуют здание отдельно стоящего фитнес центра. Меж тем мотор прогрелся и можно было двигать к дому. С соседкой удалось договориться сразу после того, как они определились со временем. Та причитала, что такие вещи не делаются спонтанно и нужно подобрать образ, но ее удалось утихомирить, пообещав, что, если получится вульгарно – все смоется сразу же и в королевский дворец кое-кто поедет не накрашенной. Вроде как подействовало. А, и желание клиента открыть шею тоже обозначилось, пусть включает эти хотелки в образ. Спустя еще несколько часов метаний по крошечной соседской студии, в зеркало на меня смотрела богиня. Облегающее красное платье в пол, в пайетках, с разрезом на правой ноге почти до линии чулок. Одевать их не решилась, так как они бы добавили образу развратности. Высокая прическа на моих черных волосах заканчивалась якобы небрежной дулей, над которой Линда ворковала часа полтора отведенного времени. Со стороны небрежно собранные волосы, по факту оказались конструкцией, которую даже землетрясением бы не повредило. Легкие смоки айз, помада в тон платью. У меня от природы смуглый тип кожи и постоянные уходы, так что тонны штукатурки не нужны. На ноги пристраиваются лодочки со шпильками, тоже в стразах, но черные. В руки клатч, внутрь которого убирается телефон, пачка сигарет, стильная черная зажигалка и ключи от квартиры. Никакого оружия, потому что металлодетекторы на входе во дворец не позволят пронести с собой даже лишней шпильки, что уж говорить о ножах и огнестрельном. Однако, я вовремя вспомнила о деревянных сюрикэнах. По факту – игрушки, никакого серьезного вреда они нанести не могут, но, если метнуть с чуть большей силой и куда-нибудь в глаз – вполне способны на время отвлечь человека. Осталось придумать, куда их зафиксировать ввиду того, что образ по большей части открытый. Что же, не будет чулок, но будет подвязка. Есть у меня одна, специальная для этих деревянных малышек. Хвала богам – черная! В довершении, в клатч прилетает одолженная соседкой помада. Телефон вибрирует, на часах 17:59, сообщение гласит «мы подъезжаем». Даже не стала спрашивать, как узнать необходимый автомобиль, я каждую тачку во дворе знаю, излишки профессии. Неспешно спускаясь со своего второго этажа, я в окно заметила въезжающий на территорию «Эскалэйд». Ну конечно. Но отдаем должное — крутой и черный. Пока я открывала изнутри подъездную дверь, мой сегодняшний объект вылез наружу и ожидал меня возле двери. Весь холеный, будто только что с обложки очередного глянца. Идеальный черный костюм, черные оксфорды, белоснежная рубашка, расстегнутая на верхнюю пуговицу. Из нагрудного кармашка пиджака торчал красный платок. И нужно отдать должное его стилистам, цвет идеально совпадает с моим платьем. Если он и правда собирался под какой-то такой платочек покупать мне новый наряд, я снимаю шляпу. И не только шляпу. Сам же Ким Намджун представляет собой гору. Скалу. Шкаф. Я не знаю, как это еще описать. Он огромный, причем не столько ростом, хотя выше меня, даже на каблуках, сколько отлично развитой мускулатурой. Волевой подбородок, идеально пухлые губы, эти брови домиком. От него просто невозможно отвести взгляд, оттого я и не замечаю, с каким вниманием разглядывают меня. И, подойдя чуть ближе, в последний момент замечаю протянутую руку. Пытаюсь по инерции ее пожать, но ее тут же перехватывают, поднося тыльную сторону к своим губам. А я, как завороженная, продолжаю тонуть в этих глазах. Ни звука вслух, максимальная концентрация, потому что единственное, что сейчас в состоянии выдать мой организм — это протяжный стон. Такого позора я сама себе не прощу. А когда он заговорил этим своим сладким голосом… Я с трудом сдержалась, чтобы не осесть на землю или не кинуться ему на шею. Вот бывают такие мужики, от одного вида и голоса которых хочется не просто ноги раздвинуть, а оказаться как можно ближе и замереть там. — Все мои опасения напрасны, вы великолепны. Простите, я даже имени вашего не узнал. Как я могу к вам обращаться? — Дорогая, милая, киса, согласна даже на хомячка. А вообще я Габриэла, — а на лице напротив появились просто умопомрачительные ямочки, что сопроводили искреннюю улыбку своего хозяина. — Учту, как насчет Габи? — Не возражаю, — пока меня атаковали молекулы его крышесносного парфюма и я училась дышать заново, удалось немного привести в чувства бухающее сердце и откровенно вяло текущие мысли. Это работа, только работа! Собираемся, фокусируемся, все внимание в слух! — Прекрасно, полагаю, нам не стоит здесь задерживаться? – с этим предположением передо мной открыли дверь и снова предложили руку. Отказываться было грешно, да и 15 сантиметров каблука никак не гарантировали безопасность во время посадки в этого монстра. Когда автомобиль резво выруливал на проезжую часть, я, пристегнутая заботливым заказчиком, перевела свой взгляд с окна на него. Судя по складке меж бровей, тот что-то усиленно просчитывал или обдумывал. Уголки губ немного дергались. Он как будто пытается что-то вспомнить и проговаривает это. И тут меня осенило: они же дипломатические представители! А это уже другой формат потенциальных опасностей! И да, Габи, у тебя в наличии пяток игрушечных звездочек. Заебись. — Как мне обращаться к вам на людях и как наедине? – я еще даванула косяка на водителя, что как раз выглядел как типичный телохранитель. Рама два на два, лысый, рубашка по швам трещит на этой горе стероидных мышц. — Дорогой, милый, котик, а вообще можно Нам или Намджун, если официально. По легенде мы встречаемся, — и он осторожно взял мою руку в свою. У меня от одного этого действия встали соски и мурашки табуном понеслись от загривка по спине. — Дорогой, расскажите мне пожалуйста, что заставило вас прибегнуть к столь необычному решению, как профессиональное сопровождение? И чего мне гарантированно стоит опасаться? Куда смотреть, за кем дополнительно следить? Подозреваю, что любая мелочь может быть полезной, а времени у нас – кот наплакал. Понимаю, что отвлекаю от повторения, но это крайне важно для выполнения поставленной задачи. — Я для того и забрал вас, чтобы обсудить детали. Скрывать не стану, в мой адрес поступают вполне недвусмысленные угрозы. Мы недавно официально поддержали политику президента в отношении одного мирового вопроса. Через десять минут после заявления на мой телефон пришла первая угроза. Нас настоятельно просят отказаться от своих слов. Рискну предположить, что наша позиция вызвала немалый ажиотаж у фанатов, что привело к срыву нескольких операций у бандитов, что вербовали молодых и юных. Угрожают расправой, найти и вырезать всю мою семью, каждого мембера по очереди вылавливать и после выкладывать в сеть доказательства, как мы раскаиваемся в сказанном, безусловно после длительных издевательств. Я минимизировал контакты с внешним миром, но отказать королю Испании не смог, по понятным причинам. Тогда и встал вопрос о дополнительном усилении охраны. Никакой уверенности, что они нападут сегодня, все-таки дворец очень хорошо охраняется, но… — Эта охрана не подразумевает нападение на гостей, только на его величество. Я могу ознакомиться с угрозами? Это поможет составить психологический портрет, и я буду хотя бы примерно понимать, чего ожидать. — Да, конечно, — и мне протянули разблокированный телефон. На экране арабской вязью было выведено сообщение, получив которое у меня бы волосы на затылке дыбом встали. Они и встали, собственно. Угроза расправы была написана явно знающим толк в устрашении человеком. Четкость прописанных действий выдавала решительный тип личности, что не спасует перед убийством. То, с какой скрупулезностью был прописан порядок отсечения органов, с какими оборотами были описаны все унижения, что достанутся этому человеку, все это доводило меня до крайности. Хотелось откровенно сбежать. — Более никаких сообщений не было? Какие-то намеки? Звонки? — Нет, только это и то, что наша охрана уже трижды пресекала попытки подрыва автомобилей, вовремя обнаруживая заряды. Они не сильные были, скорее напугать, чем убить. — Дата в сообщении вчерашняя. Уже трижды? Я спрошу один раз, но… Вы уверены, что этот прием так важен? Это почти стопроцентная провокация. — Увы, я просто обязан там находиться. Наши страны никогда не враждовали, однако отсутствие на семейном приеме у короля самого президента или кого-то из его главных представителей эти отношения испортит. А в мире и так уже не самая стабильная ситуация. Я сделала вид, что поняла, хотя до сих пор не очень сильно догоняла, как общемировая стабильность может быть дороже собственной жизни. Может поэтому я не мировая звезда, хотя за мир во всем мире боролась достаточно долго и не только словами. — Окей, не можешь ликвидировать конфликт – стань его зачинщиком. Лучшая защита – нападение. Какова причина приема? Что отмечаем? — Вообще-то это секрет, но, так как вы туда все равно попадете… наследница короны в положении и там будущий наследник монархии, король собирает приближенных для объявления права наследования титула. До совершеннолетия внука править будет Леонор, далее титул перейдет к ее сыну. — Мне что, еще и за беременной следить? Вы представляете, какой опасности подвергаете всех в этом особняке? Давайте откровенно, я уже жалею, что села в этот автомобиль, но отказываться от заказа не собираюсь. В мире мало людей, способных вам помочь, и я – одна из них. Посему, я настоятельно прошу вас держаться подле меня, желательно на расстоянии вытянутой руки, не дальше. У меня из снаряжения — пять деревянных звезд, что совершенно точно не спасут нас от взрыва или вооруженного нападения. И я все еще здесь и готова защищать в этот вечер вашу жизнь. Давайте перейдем к легенде, потому что мы уже достаточно близко к месту. — Да, конечно. Я благодарен, что вы все же не отказались. Из основополагающих вещей нашего прикрытия: вы отдыхали в Корее, на Чеджу, там мы и познакомились, курортный роман, чувства и вот теперь живем на две страны. Я достаточно часто бывал до вчерашнего именно в Мадриде, так что никаких дополнительных вопросов это не вызовет. То, что моя компания умеет скрывать отношения своих айдолов знает весь мир. Так вот, было это полтора года назад и сегодня у меня представилась восхитительная возможность представить свою половину его величеству. Прошу вас держаться максимально спокойно и раскрепощенно. Вы совершенно верно сказали, он не должен узнать, какой опасности я их подвергаю. — Милый, не кажется ли вам, что за полтора года отношений мы уже могли бы перейти на «ты»? — Твоя правда. Я абсолютно не против. И еще, до последнего сомневался, не желая как-то давить на тебя, но раз у нас такая идиллия и взаимопонимание, могу я попросить тебя надеть это? – и выудив из кармана переднего сиденья бархатную коробку, протянул ее мне. Я с удивлением уставилась на черный футляр, не моргая и пытаясь в голове представить, что может оказаться внутри. Видимо, мою оторопь заметили, потому открыли коробку самостоятельно. На подушке из черного бархата лежало колье, черного металла с огромным красным камнем. Идеально вписывающееся в мой образ, чего греха таить. Я замерла. — Это рубин. Его зовут «Восход» и когда-то давно он обошелся мне в очень круглую сумму. И это единственный способ доказать королю правдоподобность нашей истории. Абы кому на шею 30 миллионов долларов не вешают, — а у меня в голове крутилась на повторе мысль: это меня, мать вашу, нужно охранять, с этим-то булыжником! — Ты позволишь? – и, не дожидаясь ответа, вытащил украшение из коробки. Я только и смогла, что развернуться в кресле спиной к нему. Когда же мне на грудь лег этот камень, почувствовала легкое головокружение и определенную тяжесть. Правда после этого его огромные теплые руки, застегнув замочек, провели ладонями вдоль плеч и опустились к локтям. Я кожей почувствовала, как Намджун собирал с моей шеи аромат. Что ж, мы пара, пусть привыкнет ко мне, как и я к нему и его касаниям. За полтора года привычка точно должна была выработаться. Отчего я позволила и себе такую небольшую вольность, как откинуться спиной ему на грудь, подставив больше шейного пространства для исследований. Вот не буду я исключать того, что мы могли бы и поцеловаться, если бы водитель не затормозил резко, буквально чуть не скинув нас с сидений на пол. Хорошо, что оба были пристегнуты. Я уже было хотела возмутиться тем, что же заставило его так резко тормозить, как причина выстрелила в наше лобовое. Великолепно, блять. Расслабилась. Слишком рано. Осознание, что автомобиль бронированный, уже было на месте. Я заметила толщину стекла и стоек, когда еще только садилась в него. Наш возница закопошился под сиденьем, вероятно извлекая оружие, однако, для того, чтобы им воспользоваться придется открыть дверь. И здесь у нас два варианта: ни в коем случае этого не делать, дождавшись приезда полиции, либо наоборот, тикать сверкая пятками, если у противника есть что-то потяжелее огнестрельного оружия. И да, по закону подлости я вовремя увидела миномет. У меня совершенно не было времени думать о водителе, хотя, вероятно, он Намджуну не последний человек, и все же за его жизнь мне никто не платил. Я пришла в себя уже сидя верхом на коленях своего объекта, спиной к его лицу, прикрывая его тело своим, бегло оглядывалась по сторонам. Как отстегнулась – не помню. Основной фронт нападения был спереди, нам банально перекрыли дорогу, развернув пару мусоровозов. Обстрел велся с двух бронированных автомобилей. Отходные пути сзади были так же перекрыты вечерним мадридским трафиком. По бокам, и это очень странно, никого не было, а еще справа, ближе к Намджуну, зиял вход в метро — наше спасение. Осталось организовать доставку объекта в подземные недра, не повредив оболочку. «Спасибо» за лишние отверстия на его теле мне никто не скажет. Молча, даже не смотря на водителя, я аккуратно дернула ручку правой двери и, даже не зная, ругаться или молиться, она оказалась не заперта! Второй рукой я сначала отстегнула его, а потом вцепилась в руку Кима и мысленно отсчитав три секунды, рванула с колен. Либо закалка у пацанов некая имеется, либо он просто понял меня правильно, все-таки айкью у товарища неслабый. И вот, мы на всех возможных парах мчим ко входу в метрополитен, а я мечтаю лишь о том, чтобы они реально не решились на его убийство, потому что машина все еще цела, звуков взрыва я не слышала, а это значит, что миномет все еще заряжен. Непосредственно во время этого короткого спринта я успела перехватить его за другую руку и бежала теперь на проектируемой мной линии огня, всячески стараясь собственным телом помешать снайперам попасть. Тогда-то я и почувствовала жжение в районе левой лодыжки. Ублюдки стреляют по ногам. А я все еще на шпильках! Поздновато же до вас дошло, дорогие мои — мы уже ныряли в тоннель, ведущий к поездам. Даже не испытывая никакого внутреннего сомнения и не разжимая рук, мы просто перепрыгнули турникеты, услышав в спину свисток. Как будто это реально могло нас остановить тогда. Залетая в вагон, я краем глаза увидела направление движения и в очередной раз мысленно отсалютовала своей удаче. Поезд ехал в сторону моего дома. А уж там я знаю минимум семь точек, где можно укрыться и переждать бурю. Больше всего хотелось добраться до моего последнего приобретенного схрончика. Бункер в подвале заброшки, которую еще не скоро снесут (я договорилась). Там у меня есть все: и оружие, и еда с водой, теплая одежда, даже матрас и самое важное – пуленепробиваемые, усиленные арматурой, стены с потолком и защищенной системой фильтрации воздуха. Выкурить нас оттуда будет невозможно минимум месяц, если мы того захотим. Туда же я провела интернет и перевезла любимых рыбок. — У тебя кровь, — голос Намджуна был немного запыхавшийся, но при этом все такой же глубокий и завораживающий. — А? — ну а что еще я могла выдать? Только базу… — Кровь говорю, вроде не сильно задели, но надо перевязать, — и вытащил свой нагрудный платочек. Опустился на корточки, аккуратно взял мою лодыжку в руку и потащил на себя, поднимая. Единственное, что мне оставалось, это ухватиться за его плечо, потому что шатающийся вагон и 15 сантиметров каблука — это гарантия нестабильности состояния. Когда на моей ноге затянули узелочек, аккуратно вернули ее на место и начали подъем, поезд ощутимо тряхнуло и начиная заваливаться, я в уме рассчитывала траекторию, чтобы и его не сшибить с ног и самой не сильно приложиться о сиденья и поручни. Хоть народу было достаточно, свободное падение было мне обеспечено, когда меня просто перехватили за талию и вернули в горизонтальное положение. Все так же, спиной к груди. И пока я приводила в порядок сбившееся дыхание и мысли, мы продолжали так стоять. Я уже даже расслабиться успела, как поезд прибыл на следующую станцию, где, потенциально, нас уже могли поджидать. Посему, я просто сделала шаг в сторону угла, развернулась в его руках и прижалась изо всех сил. Спрятать в достаточно забитом вагоне метро мужика в черном костюме в миллиард раз проще чем карминово-красное платье в пайетках. Да, я подставила спину объекта, но это был лучший из вариантов. И снова, мне не возразили ни разу. А я просто уткнулась носом в его грудь, продолжая вдыхать парфюм, смешанный уже с его собственным запахом тела. И черт побери, как же мне нравилось все это. Выдержка буквально трещала по швам. А потом мне прилетело в макушку: — Надеюсь, милая, ты знаешь, что делаешь, потому что я, не задумываясь, последовал за тобой. — Клянусь, ты никогда не разочаруешься в этом решении, котик, — я подняла свои глаза, только чтобы через взгляд передать всю уверенность, что смогла собрать из организма. И тут же потонула в тонне тепла, что источали сейчас глаза Кима. Он просто смотрел, улыбаясь, а я просто в лужу растекалась в его руках. На этой романтической ноте двери вагона захлопнулись и мы продолжили движение. Не было никаких гарантий, что внутри сейчас не было никого из бандитов, но двигаться не хотелось совершенно. Ни привлекать к себе внимание, ни издавать лишних звуков. Просто стоять, глаза в глаза. Я позволила себе это ровно на минуту, ровно 60 секунд, которые практически не дышала. А потом начала исследовать окружающих людей. Кого-то я видела прямым взглядом, кого-то в отражении стекол. Его я заметила сразу, парень неестественно вертел своей головой, явно в попытках разглядеть кого-то в толпе. Очевидно – нас. Действовать было необходимо решительно и немедленно. Опустив одну руку, я незаметно извлекла одну из звездочек. Как могла сильнее сжала Намджуна и положила голову ему на плечо. Отчего-то стало тяжелее дышать, и я вспомнила, что в этой позе могло передавить мне солнечное сплетение. Чертов рубин. Мог он стать причиной, по которой его хозяин последовал за мной? Вполне. Отдам обратно, как только разберусь с насущной проблемой, что закончила инспекцию противоположной стороны вагона. На очередном повороте линии и ощутимом толчке, я прицелилась и со всей силы метнула сюрикэн. И да, я попала, в этом не было сомнений, но вот насколько сильно он заденет шею пацана, уверена не была. Кровь хлынула маленьким фонтанчиком, от чего, пытаясь закрыть ранение рукой, парень отпустил ствол, что все это время держал наготове. Тот рухнул на пол, чего не заметил ни один человек, кроме меня. А вагон уже замедляется. Значит пора снова бежать. Впереди наша станция. Я перехватила Кима за руку и направилась в открывающиеся двери, с максимальной грацией дотягиваясь каблуком до пушки и подпинывая ее в направлении нашего движения. Уже на выходе из вагона, быстро наклонилась и подхватила, тут же засунув ее объекту за пояс и прикрывая пиджаком. Чудесно, теперь нам есть чем обороняться, надеюсь юноша этот не все патроны расстрелял по пути сюда. Меня все еще чертовски выдавал цвет моего наряда и люди оборачивались нам вслед, потому что пару мы представляли из себя вполне колоритную. Свидетелей наоставляли – пруд пруди, но выбора совершенно нет. И тут до меня дошло. Аналитики! Не останавливаясь, я вытащила клатч из кармана пиджака Намджуна, что успела сунуть туда, когда мы влетали в вагон. Телефон моментально ожил и даже показывал несколько делений уверенной связи. Гудков было всего три: — Это Марс, слушаю тебя, Белоснежка. — Дай безопасный отход с Вильяверде Альто, за нами головорезы. Мне нужно минуты три слепого времени. — Принял, уже вижу тебя, считай до десяти. Мы продолжали спокойно идти вперед, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Когда я в уме досчитала до десяти, Марс скинул звонок, что означало, что работа выполнена и путь свободен. Куда бы мы сейчас не свернули, камеры нас не засекут, и найти нас стало в миллион раз сложнее, потому что свидетелей не будет здесь уже через пару минут, все разъедутся по делам. Выплывая из дверей метрополитена, я заприметила подъезжающее такси, к которому и направилась. Водитель высадил пассажира и уже собирался отъезжать, когда я затолкала Намджуна на заднее сиденье и села рядом с ним. — Пералес дель Рио, будьте добры, — а объект мой в это время извлек из портмоне купюру в 100 евро и бросил на пассажирское сиденье. В зеркале заднего вида я видела, как округлились глаза нашего таксиста, но он просто перевел взгляд на дорогу и продолжил движение. Оборачиваться на выход из метро не было никакого желания. Ну, потому что я боялась увидеть там кого-то, кому так интересна судьба и жизнь Ким Намджуна, что сидел сейчас рядом, безучастно смотрел в окно и почему-то держал меня за руку. С виду невозмутимая скала, величественный и безмолвный, как океан. И только своей рукой я чувствовала легкую дрожь и влагу. И я понимала его всецело и безоговорочно! Натерпелись мы страху. Когда высадившее нас возле станции такси свернуло за угол, я развернулась на 180 и пошла через дорогу, в сторону той самой заброшки. Пришлось попетлять, потому что на мне все еще это красное платье и по нему нас не опознает разве что слепой. Был вариант его скинуть, но девушка в одних трусах и подвязке вызовет еще больший ажиотаж. Прорвемся. В очередной раз проходя мимо лаза в мой бункер и не увидев наконец-то ни одного человека на улице, я снова подтолкнула объекта в спину и он, не теряя скорости просто ввалился внутрь. Дальше двигались уже медленнее, потому что не видно было ни зги. Добравшись до скрытой тряпками панели, я, не открывая табло, прислонила палец. Сбоку пиликнуло и появились две крохотные ручки. Если что, они от бронированного люка в полу и просто так, без должной физической подготовки и в одиночку его не открыть. А Намджун срисовал их сразу, вероятно из-за появившейся подсветки, и попытался было побыть джентльменом, но не тут-то было. Я просто помогла ему и мы вдвоем нырнули в образовавшийся проем. Захлопнув за собой крышку, я услышала щелчок сработавшего замка, и мы спустились по аккуратной лесенке вниз, где уже сработали детекторы движения, залив все пространство мягким светом. Отдельное освещение было только у рыб, но оно слабое и его не видно от входа. Сейчас же мои крошечные пираньи кружили возле отверстия в аквариуме, ожидая порцию свежей еды. Подождите чуть-чуть, кровожадные мои. А объект молча застыл посередине комнаты и также бессловесно исследовал пространство вокруг. Глаза его цеплялись за определенные детали. Стенд с оружием, высокий матрас в углу, с подушками и одеялом, полка с книгами, рабочий стол с ноутбуком и, наконец-то, аквариум. Этот набор совершенно точно оставил в его голове соответствующую картину. Я же, не теряя драгоценного времени, направилась к шкафу, дабы поискать одежду, что могла бы подойти Намджуну. Держать в запасе комплект для каждого члена нашей группы – у нас в привычке, но ни один из них не выделялся такой вот мускулатурой. Найдя себе комплект из шортиков и майки, я придирчиво изучила остальной гардероб. Самые растягиваемые штаны – есть, а вот с верхом откровенные проблемы. Шить на скорую руку одну футболку из двух – я не рискнула. Так и развернулась с серыми спортивками к своему объекту, что закончил изучать пространство и уставился на меня. А я только и смогла, что молча протянуть ему штаны. Потом рукой указала в сторону душевой. Намджун проследил за указанным направлением. Ладно, не буду скрывать, нет здесь лишних стен внутри. Душевая кабина стоит просто в углу, стеклянная и прозрачная. А Ким вернул взгляд на меня, уже более интригующий и горящий. Поддаваться сейчас я не хотела совершенно, мне еще предстояло самой смыть следы недавней погони и нормально обработать царапину на лодыжке. Поэтому я просто кинула в него штанами и ушла к полкам, искать аптечку. Подумала еще, что вероятно стоило выдать полотенце, но нечего на меня так многозначительно смотреть. Я хоть и солдат, но все же девушка и меня это смущает. Так что – наказан. По шуршанию одежды я предположила, что раздеваться объект начал прямо на месте. Что ж, пусть так. Весь сегодняшний вечер у нас проходит под лозунгом «покажи мне свои красные щеки». Сдаваться я не планировала. Я слышала, как на пол полетел пиджак, в котором все еще находился мой клатч, как звякнула пряжка ремня и вжикнула собачка молнии на ширинке, с каким грохотом штаны упали к его ногам (там же еще и пистолет) и судя по мимолетному кряхтенью, белье отправилось туда же, вниз к ногам. Как исчезла остальная часть его надменного образа я не услышала. Зато до моих ушей донеслось, как босые пятки шлепали по бетону, как с аккуратным стуком закрылась дверь кабинки. Мое воображение рисовало это тело, более не стесненное одеждой, под струями горячей воды, как рельефно перекатываются под кожей эти мышцы, как намокает его идеальная укладка. Я принципиально, даже в фантазиях не опускала глаза ниже плеч, не рискуя заработать инфаркт от воображения. Судорожно руками перебирала содержимое аптечки на предмет хотя бы обеззараживателей и пластыря. Там царапина, ничего страшного, уже через неделю даже следа не останется. Мыслями все время возвращаясь в душевую кабину, я быстро обработала ранение и начала думать, чем кормить будущее чистое тело, так как до приема мы даже не доехали, а являться на него сытым явно никто не собирался. Выудила из упаковки пару пачек рамена, кинула на конфорку кастрюльку и налила в нее воды. Пока ждала, когда вода закипит – чекнула новостные сводки. Естественно, о происшествии в центре ни слова. Но кто-то по любому снял все на телефон, значит когда-то информация появится в сети. Закипело, забросила содержимое пакетиков и лапшу. В коробке так же обнаружилась банка рубленной ветчины. Сойдет. Не королевский стол, но и в качестве праздничного ужина в честь спасенных жизней – вполне подойдет. А в душе выключилась вода. Я уже, в принципе, отошла и мандраж отпустил, потому пошла на поиски чертова полотенца. И обнаружила крайне аппетитную, но мокрую задницу перед шкафом, где ранее выискивала одежду. Оказалось, что объект вполне себе самостоятельный и все нашел сам. Он заканчивал с сушкой волос, когда я остановилась возле кучи одежды на полу, там же, где были брошены чертовы спортивные штаны. Если он сейчас повернется, я до трех сосчитать не успею, как завалю его прямо на бетон. И да, я все еще в чертовом платье, что так порочно открывает одну мою ногу, плечи и шею. Рубин! — Заберешь сокровище свое, пока не потерялось? — Пусть у тебя побудет. Пока что более подходящего и безопасного места я не вижу. Я не про шею, можешь снять, но забирать его я пока не планирую. А я, молча проглотив этот комплимент, поперлась с каменюкой к сейфу. Он все еще заказчик, как скажет, так и сделаем. И тут в поле моего зрения попал аквариум. Рыбы все еще ждали, когда им перепадет мороженный кусок мяса, а у меня родилась идея получше. Чуть свернув, я бросила колье в воду. Особого ажиотажа у рыб оно не вызвало, зато моя уверенность в сохранности – преумножилась. — Габи, я утрою гонорар, и не потому, что ты просто филигранно справилась с задачей, нет, — видимо я все же очень громко на него посмотрела, спасибо, что он уже успел облачить свой филей в предложенные портки, но чужих подачек мне не нужно, — на корм охранникам. Идея – топ. А я негромко фыркнула себе под нос и пошла спасать лапшу. Когда же две миски наполнили помещение ароматом приготовленной еды, мои зубастики получили порцию мороженной вырезки, а мы расселись напротив друг друга, меня снова пленили своим взглядом. Ну нельзя на меня так смотреть, я ему сейчас любую государственную тайну солью! Ели молча, попеременно бросая друг на друга красноречивые взгляды, раздевая глазами и мысленно обсасывая каждый сантиметр кожи человека напротив. Говорить тут было уже не нужно. Чем все закончится понимали оба, не дети все-таки. После ужина я убрала посуду, выкинула остатки недоеденного в урну и пошла, наконец-то, ополоснуться. Внутри гадала, что будет делать Намджун, что последние минут семь вообще не сводил с меня своего взора. Ястребом прожигал дыры на открытых участках. Но месть, господа, это блюдо, что порядочные кошечки подают в тапки. Вот и я, добравшись до кабинки, просто скинула бретельки платья с плеч. Струящейся красной волной оно прошло по моим бокам и опустилось у ног. Оставшись в одних трусиках, я максимально грациозно стянула и их, прогнувшись в спине. Кожей чувствовала этот все еще прожигающий меня взгляд. А потом молча же выпрямилась и отправилась в кабинку, закрывая дверь. Мне дали вымыться по-человечески. Через стекло я видела, что он просто изучал корешки книг на полке, видимо размышляя, чем себя занять. Ну-ну… Повесив лейку на крепление и выключив воду, я собиралась проделать тот же маршрут к шкафу, когда на ощупь открывая дверь душевой, оказалась в его руках. Мокрая, как мышь, но сразу ощутившая горячую кожу его груди и рук. А уж когда мои губы забрали в плен, сдалась. Даже не попыталась взбрыкнуть. Просто обхватила руками его шею, чтобы не висеть безвольной куклой. По ощущениям это было похоже на глоток свежего воздуха в пустыне (я знаю о чем говорю). На звук вертолета, когда ты уже третий день без еды передвигаешься по барханам в надежде, что тебя кто-то заметит. На голос в наушнике, говорящий, что за тобой пришли, когда ты уже несколько недель находишься в темном подвале в заложниках. На свет солнца, что впервые не выжигает все вокруг, а приятно греет кожу лица. Все это – Ким Намджун, что сейчас с максимальной аккуратностью в своих движениях нес меня к матрасу. Ногами я уже твердо держалась за его поясницу, ощущая нутром давно вставший член. Сердца же наши наперегонки колотились в грудные клетки, видимо стремясь либо друг к другу, либо съебаться в ужасе, чтобы не видеть, что будет дальше. Обычно я стараюсь перехватить инициативу в постели только лишь для того, чтобы гарантированно кончить. Есть у меня пунктик по этому поводу. И я знать не знаю, что со мной делает этот человек, но здесь я следовала за ним, как щенок на веревочке. Поддавалась каждому движению, ловила каждый вздох и подставлялась под мощные руки. Действовал мой объект весьма осторожно, стараясь, по всей видимости, не оставлять следов. Но добивался результата он с восхитительной, я бы даже сказала – ювелирной точностью. Будто наперед знал все мои эрогенные зоны и то, что нужно сделать и как. Язык его с маниакальным интересом изучал пространство моего рта, пока руки гуляли по моему телу. Досталось всем: спину прогнули твердые пальцы, разминая натренированные за сегодня мышцы, ягодицам достался мощный хват и даже небольшой шлепок, что только больше завело меня. Когда же он подтянул к своему лицу мою ногу, перехватив ее под коленом, ему пришлось оторваться от моего рта и он принялся выцеловывать сгиб, судя по всему, дав нам обоим шанс немного отдышаться. Поза моя оказалась весьма провокационной, просто потому, что я была максимально раскрыта для него в этот момент. А на колене его айдольское величество и не думал останавливаться. Раздвигая мои ноги, уводя правую в сторону, он перешел на внутреннюю сторону бедра и двинулся вверх. У меня уже темнело в глазах от предстоящих перспектив, когда меня опрокинули на спину и провели влажным языком по моим складочкам. Он очень напорист и при этом сдержан, в каждом движении чувствуется уверенность и давайте начистоту, такое у меня впервые. Зажмурив глаза, я только и могла, что стонать и, вцепившись в его шевелюру, не выпускать из рук. Настойчивые движения языка внутри буквально доводили меня, а я гналась за этим ощущением как умалишенная. Кончить хотелось так, что искры из глаз сыпались. А потом к языку добавились пальцы. Эти максимально уверенные пальцы, что, не задумываясь и не мешкая, отыскали заветную точку и теперь размеренно наглаживали. У меня же сорвался голос. И да, я прям кончила! Бурно, изливаясь сквиртом чуть ли не ему в рот. Божечки… Когда я пришла в себя, надо мной возвышалось его довольное, с ямочками на щеках, лицо. Уже, судя по всему, утертое о матрас. А я силилась проморгаться и хоть что-то сказать. Однако и здесь мне не дали шанса, просто утянув в очередной поцелуй. Я, как бы уже тряпочка, но уверенность действий Намджуна меня снова заводит. И я решаюсь на почти что отчаянный шаг, ползу руками по торсу вниз, цепляюсь за кромку штанов и стягиваю их, цепляя краем под яйцами. Ответом мне послужил глубокий стон из недр Кимовой груди. Мы все еще упоенно целовались, когда я обхватила рукой его достоинство и осознала, что моей ручонки еле хватило, чтобы замкнуть круг из пальцев. Он везде, мать вашу, огромный. И я вот ни разу не трусиха, я только представила, как буду потом передвигаться по бункеру. А и насрать. Шпагат, так шпагат. Переползая губами по щеке к его шее, я почувствовала, как участилось дыхание, как сердце тревожной птицей забилось еще чаще, хотя казалось, что это уже невозможно, как напряглись мышцы живота и как еще больше затвердел член. Он буквально каменным стал. — Дорогая, умоляю, не останавливайся. Если сейчас не кончу, яйца лопнут, — а мне дважды повторять не нужно. Добравшись до его соска, я аккуратно прихватила комочек губами, продолжая теперь уже двумя руками гонять по его стволу. И, думается мне, все правильно делала, потому что меня с силой вжали в себя и излились в кулачки. Спермы было, ну типа, ооочень много. Видать у кого-то давненько не было секса. А я боролась с диким желанием – попробовать на вкус. Давно уже поняла, что, если вкус мужчины мне не противен – секс с ним зайдет в любое время и в любом месте. Не то, что бы я строила планы на повторение или дальнейшую жизнь, но хотелось проверить гипотезу еще раз. С соблазном я справилась и достаточно быстро, потому что меня все еще нещадно сжимали в медвежьих объятиях. — Дай мне минут десять, и мы продолжим. Есть сигареты в этом храме безопасности? — Есть, но для того, чтобы их найти, меня нужно отпустить. — Сорок секунд, — я чувствовала, как постепенно расслабляется его тело, как выравнивается дыхание и успокаивается сердце, что все же не пробило грудину. Когда руки сползли с меня и удалось встать, на шатающихся после оргазма ногах я дошла сначала до раковины и сполоснула свои конечности, а потом уже пошла инспектировать Намджунов пиджак на предмет своего клатча. Опускаясь на матрас с импровизированной пепельницей, сделанной из чашки с минимумом воды, я прислушалась. Показалось, что Ким спит, но была поймана зорким глазом, хозяин которого тут же закопошился. Вытащила пару сигарет, одну протянула ему, вторую прикурила сама и отдала зажигалку. — Ты не перестаешь меня удивлять. Думал это будет скорее война, чем секс. Ты всю дорогу до матраса вела, и вдруг уступила. Что-то случилось? — затягиваясь и переводя взгляд с уголька на меня, спросил этот все еще полубог. Ладно, уже полноценный бог, потому что… ну, потому что! — Да хрен его знает, может растерялась под твоим напором, а может потому что ты и правда хорош, — и, заметив его поднявшиеся брови, поспешила добавить, — и не думай даже, второго раза я это не повторю. Хорошего помаленьку. И мы просто продолжили молча курить, бросая ненароком косые взгляды друг на друга. Было в этом даже что-то успокаивающее, хотя мне обещали второй раунд. Нам бы, по уму, выйти на связь и предупредить хотя бы Генерала, что все в порядке и мы в безопасности. Аналитики точно доложили о звонке и просьбе, а значит старик там себе места не находит, пока я тут нежусь и нежу. Да и ополоснуться не помешало бы, просто смыть следы собственного оргазма. Оставив чашку в руках еще не докурившего Нама, я потопала к столу, куда сгрузила гаджет, как только мы вошли. Замечательно, 12 пропущенных. Мне пизда. Набирая номер, я уже готовилась выслушать дикое количество матов в свой адрес, но услышала лишь: «Живы?» — Так точно, даже целы. — Его компания с ума сходит, вы там в состоянии оповестить кого надо? Или мне самому? – а я перевела голову в его сторону, наблюдая, как он чуть не роняет чашку, при попытке поставить ее на пол, сидя практически на нем же. Ах да, он же паталогически неуклюжий. И тут же, кадрами кинопленки в сознании проносятся моменты, когда мы на ходу перепрыгивали турникеты, как он ловил меня в метро, как нес на руках. — Намджун-щи, мое руководство интересуется, вы сами оповестите свое руководство о своем же состоянии или это сделать за вас? — Если товарища Генерала не затруднит, я был бы категорически признателен, — уже на английском сказал Намджун, а из трубки я услышала только лаконичное «принято» и короткие гудки. Ну что сказать, двух зайцев одной пулей. — Предлагаю супербыстрый душ и продолжение банкета, у меня режим, мне спать скоро. Однако. Пока я шла от стола, Нам подобрал свои парадно-выходные штаны и что-то вытащил из кармана. А я была в таком еще разморенном состоянии, что мне было просто откровенно по барабану, что ему там понадобилось. Меня перехватили и аккуратно доставили до кабины, погрузив на поддон. Встали рядом и быстренько, из лейки, ополоснули все, что ниже пояса, проделав то же самое с собой. — Нам нужно либо обувь найти, либо расстелить что-то по дороге отсюда до кровати. — И как часто планируешь гонять туда-сюда? — Как минимум еще раз после второго захода. И еще, наличие душа практически железобетонно уверяет меня в наличии туалета, но ты не могла бы указать направление? Мне не сейчас, на будущее. Канализационный сток был на другой стороне, максимально далеко от матраса и душевой. О чем я поведала объекту и даже потыкала пальцами. А потом меня просто подхватили на руки, как какую-то пушинку и пошлепали мокрыми лапами снова на горизонтальную плоскость. Возражать я не стала. Я вообще в этих руках превращаюсь в желешку. То, что Ким благополучно выудил из своего кармана, на деле оказалось презервативами. Даже не одним. Какой предусмотрительный человек. Меж тем латекс уже был раскатан по члену, что оказался в почти боевой готовности. Ах да, у него же режим. Каждая секунда промедления уменьшает количество удовольствия. Не задавая лишних вопросов, меня просто подмяли под себя и начали осыпать лицо поцелуями. Я изо всех сил цеплялась за его спину, стараясь просто удержаться в сознании. А когда почувствовала полную мощь Намджуновского жезла в себе, захлебнулась выбивыемым из груди воздухом. Он там просто везде. По ощущениям, где-то в районе 12-персной кишки. Но как же это а-ху-ен-но! Если вам когда-то выпадет шанс попробовать – не отказывайтесь, не пожалеете. Он брал меня на грани грубости и нежности, с такой отдачей, что очень скоро в моей черепной коробке не осталось ничего, кроме фейерверков и цветных сверчков. Я уже самостоятельно подмахивала ему бедрами, стараясь загнать член еще глубже в себя. Хотелось его гландами снизу почувствовать. И знаем мы гарантированную технику. Я собираюсь с остатками сил и переворачиваю Намджуна на спину, седлая этого ретивого коня. И по ощущениям – добиваюсь своего. Так глубоко я еще никого там не чувствовала. Начинаю неспешно двигаться, выписывая бедрами восьмерки и просто притираясь клитором о его лобок. И да, я снова на грани. Увеличиваю по возможности и скорость и амплитуду, довожу саму себя до салюта в честь праздника трех королей, только из глаз. Там уже снова теряю связь с реальностью, а возвращаюсь на планету уже тогда, когда Ким снова оказавшись на мне, кончает непосредственно в презерватив, но все еще в меня. Там то и ловлю оргазменный рецидив. В тот вечер я так и не пришла в себя, отправившись из забытия сразу в сон. Как потом оказалось, меня протерли влажными салфетками и укрыли одеялком, подложив подушку под голову. И всю ночь обнимали сзади. И да, даже как ложечкам – нам было невероятно удобно. Утро встретило нас сигналом будильника в 5:30, за что я получила подушкой по голове, что не озаботилась этим вчера. Ага, мне ж как раз именно до будильника и было дело. Так что, просто дотянувшись с трудом до мобильного, я выключила дурацкий сигнал. И мы снова провалились в сон. В следующий раз я проснулась самостоятельно, уже около восьми. Тело за мной выдавало классические сигналы «не подходи, лев ты или тигр, эта дама под защитой», а вот агрегат айдолов был как раз в полной боевой. Ну что же, завтрак я еще не скоро буду в состоянии приготовить, так что доза белка мне не повредит. Стараясь максимально не совершать лишних движений, а также не издавать звуков, я удобно устроилась сбоку от своей большой ложечки и без раздумий насадилась ртом на член. Даже успела протолкнуть его наполовину в горло, когда меня перехватили рукой за подбородок, останавливая. — Аккуратнее надо быть, я мог спросонок и ударить. Продолжай, — рука переползла мне на макушку, где все еще недвижимым монументом возвышалась конструкция от Линды. Интересно, я вообще когда-то смогу ее разобрать или проще сбрить? Я, немного направляемая Намом, продолжила с того, на чем остановилась. Упоенно сосала, как в последний раз, норовя с каждым следующим погружением насадиться глубже и теснее все устроить в собственном рту. Хотя с его-то размерами, ему и без моих вакуумных стараний было тесновато. — Не пытайся целиком, все равно не сможешь, — ахуеть он заботливый, конечно… — Сосать меня поучи еще, — во время короткой передышки выдала моя не соображающая голова. Сверху только хмыкнули, продолжая с невозмутимым видом и закрытыми глазами лежать на подушке. А довести его до оргазма горловым стало челенджем номер один для психопатки, что доводит до конца все, за что берется. Я и вылизывала, и с яйцами игралась, и насаживалась как в последний раз, заведомо полагая, что могу и не выжить, если выстрелом мне придется прямо в глотку. Это будет самый что ни на есть хэдшот, дамы и господа. Но, если вы забыли, то я напомню, я легла в постель с джентльменом! А это, знаете ли, обязывает. Меня предупредили, и я успела соскочить со всей длины, оставив во рту только головку. А я была так близка, мне носом до коротеньких волосков пол сантиметра оставалось. И вот он, миг правды, уверяющий меня, что каждый приезд Намджуна в благословенный Мадрид, я буду стоять перед ним на коленях и выдаивать его тестикулы до вакуума. Это не то, что не противно — это вкусно! И нет, шутки про то, что я оголодала оставьте при себе! Это стопроцентно мой мужчина. И еще нескольких миллионов девочек, девушек, женщин и бабушек, что сохнут по этим корейцам. Я не жадная, поделюсь. А меня подтягивают к себе и снова сжимают в медвежьей хватке. Что же, у каждого свои ритуалы. Интересно, мое бездыханное тело вчера также до хруста костей сжимали, пока я гуляла с единорогами по радуге? — Собирайся, ты переезжаешь в Корею. Генералу все сам расскажу. Отсюда заберем рыб и пару книжек. Оружие придется оставить, его через границу не перевезти. А внутри меня нет ни граммулечки сопротивления. За ним я в ад сойду. Тем более, что он все еще под угрозой нападения и неестественных расправ. А оружие? Ему же не обязательно знать, что я хоть в Лувр пушку протащу, было бы время и желание.