happy birthday love

Они сидели на крыше. Крыша была грязной. Грязь была старой. Старость была рядом. Джерарду почти двадцать пять. Или уже двадцать пять. Смотря сколько времени показывали часы. С собой ни телефона, ни наручных — ничего. Только он и бесконечное темное ночное небо. Ну и Берт. Берт, который держал его руку. Берт, который иногда гладил его по волосам. Берт, которого он почти ненавидел. — Ты прости, что вчера не пришёл, — Джерард шептал это, опустив глаза, чувствуя, что рука Берта снова сжала его собственную руку. — Да ладно, — отмахнулся тот, — зато сейчас ты здесь. У Берта часы были. И в телефоне, и в руке, и в голове. Была у него какая-то сверхспособность угадывать время. Джерард так не мог. Наверное, Берт обязательно напомнит, когда наступит нужная минута. Наверное, из-за этого Джерард не хотел сегодня приходить. — Ты такой старый, — посмеиваясь, произнёс Берт. На больное. Старый. Джерарду всего двадцать пять. Не тридцать. Не сорок. Не сто. Двадцать пять. Это мало. — Не обижайся, — тут же понял свою вину Берт. — Я шучу. Правда. — Да я понял. Но я не… Не старый? Берту всего двадцать. Джерарду двадцать пять. — Эм, — Берт зажмурился, — уже полночь. Крыша была грязной, и воздух пах пылью. — С днем рождения, Джи. Джерард смотрел на него. Джерард почти ничего не видел. Скоро солнце снова выберется наружу. Будет снова светить на всю улицу. И Джерард снова сможет смотреть в лицо Берта без препятствий. Просто наслаждаясь. Не думая ни о чем. Скоро этот день закончится. Скоро Джерарду двадцать шесть. — Вот, я… — Берт протянул какой-то маленький конверт Джерарду. Этот крохотный глупый двадцатилетний мальчишка. Он написал ему письмо. Ох, Джерард прям видел его нежную улыбку, когда тот выводил буквы на листе. Такой глупый и ещё совсем наивный. — Спасибо, — искренне улыбнулся Джерард. Возможно, ему ничего больше и не нужно. Только несколько слов от человека, который готов быть с ним в полночь его дня рождения. — Не читай сейчас, — предупредил Берт, держа Джерарда за плечо. — Прочитаешь, когда будешь один. — Хорошо. Улыбка внезапно появилась на лице. Да, у Джерарда. Оказывается, так это легко. Просто быть счастливым, когда рядом любимый человек. Завтра его поздравит группа. Майки точно что-то скрывал сегодня, так что Джерард не сомневался в их сюрпризе. Но это сюрприз. Что-то грандиозное. Что-то, скорее всего, большое и шумное. А Джерарду нужно было лишь сидеть вот так плечом к плечу. С кем-то, кто его поддержит. — Я уже правда старый, да? — Нет, Джерард! Точно нет. Джерард ему не поверил. Но стало легче. Тишина. Ночь. Грязная крыша. Рука Берта. И лёгкий вздох Джерарда. Джерард почувствовал, что Берт обнял его обеими руками. Его глаза были закрыты. Его руки… не могли обнимать Берта в ответ. Зато голова удобно уткнулась куда-то в чужое плечо. И стало тепло. Тепло и мягко. Ветер дул куда вбок, сдувая собой двадцать четвертый год жизни Джерарда. Принося новый двадцать пятый — год, когда Джерард мог просто обниматься. Просто сидеть на крыше. Просто знать, что в кармане у него лежит письмо. Может, в нем было что-то нехорошее — Джерард, конечно, точно не знал. Но сейчас ему казалось, что там волшебство. Нечто прекрасно-юношеское. То, что невозможно потрогать. Но можно почувствовать. В конце концов, может быть, именно так и пишутся песни. Почувствовать нечто — дать почувствовать это другим. Берт сам обвил руки Джерарда вокруг себя. Пусть будет так. Так хорошо. Он поцеловал шею Джерарда. Легко и почти не касаясь. Нет… Джерард отстранился. — Не хочешь? — почти оскалился Берт. Но не со зла. Джерард не хотел вчера, не хотел неделю, две — назад. Он почти не позволял касаться себя. Почти не давал возможности почувствовать наощупь его кожу и волосы… Может, пора менять эти привычки? Новый возраст — новый человек? Он сам дотронулся щеки Берта. Расслабленная улыбка и полузакрытые глаза говорили: «Джерард, я так не могу — мне нужен ты». Возможно, это глупо, но Джерард дёрнул Берта за волосы. — Эй… — возмущенно прозвучало в ответ. Поцелуй вышел до глупости нежный. Где-то в животе проснулось что-то невероятно красивое. Наверное, то, из чего и создаются песни. Песни о любви. А возможно, и не песни. Может быть, из этого чувства люди придумали мягкие пушистые шапки, которые предназначены для заботливого надевания на голову любимым людям. Джерард снова смотрел на Берта. Ему нравилось смотреть. — С днем рождения, придурок. Джерард наконец тихо рассмеялся, отпуская Берта из своих рук. — Нам пора уходить. — Нет, посидим ещё. — Уже слишком холодно. Ночь была тёмной. Ветер почти не дул. Часов у Джерарда по-прежнему не было. — Завтра я подарю тебе классный подарок. И он будет намного лучше, чем от остальных. — Хорошо, — просто согласился Джерард. Прощальные взгляды. «До завтра». Ещё один лёгкий поцелуй в губы. — Встретимся. — Ага. Когда Джерард остался один, когда знал, что его уже никто не побеспокоит, он пошарил пальцами в волосах и достал из кармана конверт. Большое ли там письмо. Маленькое ли. Рисунок или что-то, напечатанное на принтере. Джерард открывал конверт аккуратно, чтобы не повредить ничего лишнего.

⋆ ⋆ ⋆

«Привет, Джерард, С днем рождения. Я люблю тебя.

Б. М»