Was it casual?

      Ночной прохладный воздух Лос-Анджелеса пробирает до мурашек прогретую алкоголем и танцами кровь. Бак вышел на балкон отдышаться и перевести дух. Мальчишник в полном разгаре, и он даже не знает имён людей, что несколько минут назад вливали в него, по ощущениям, литры текилы. В воспоминаниях всплывают ночные смены в Перу, и то, как он оправдывал свою тягу к алкоголю и вечеринкам, в которых можно было забыться, простым желанием стать крутым барменом. Многие утаивают тот факт, что половина всего клубного персонала выпивает вместе с посетителями, пока начальство не видит. Это были не самые лучшие времена: экзистенциальный кризис после работы морским котиком настиг его неожиданно, и он не понимал куда двигаться дальше. Бак до сих пор мысленно благодарит того незнакомца, что посоветовал ему переехать в ЛА и поступить в пожарную академию.       На долю мгновения музыка за стеной просачивается на балкон, нарушая поток мыслей:       – Бак! Я тебя обыскался! - Из-за плеча слышится поддатый голос Диаза. – Ты чего тут торчишь? – тяжёлая рука опускается на уже привычное место, не столько в знак поддержки, сколько в попытке удержаться на шатающихся ногах.       – Волновался? - Бак поворачивает голову на голос друга, с явной насмешкой. Подавшись вперёд Эдди чуть ли не всем весом облокачивается на Бака, размещая вторую руку на перилах. Грудь позади периодически вздымается в попытке жадно вдохнуть уличный воздух. Его ладонь всё ещё лежит на плече, и он опирается на неё подбородком. От него пахнет потом и градусом. В целом Бак и сам не лучше.       – Ну, может немного. - Кокетничает Диаз. Уже в который раз за вечер лицо его друга оказывается исключительно близко к собственному. Не то, чтоб Бак имел что-то против, просто каждый раз это вызывало в нём невнятное желание растянуть момент подольше. Он старается получше разглядеть черты друга, в попытке отложить этот момент в памяти. Веки томно прикрыты, волосы все разлохматились, мокрые от пота пряди на висках, смуглая кожа поблёскивает в слабом свете ночного города, щёки пылают алым, а на губах застыла дурацкая улыбка. Бак должен признать, ему не часто выпадает возможность, увидеть Эдди таким. Обычно именно он всегда напивается до состояния нестояния.       Эдди - его лучший друг. В его жизни никогда не присутствовал человек, который бы безоговорочно доверял ему и оставался рядом. Несмотря на его необдуманные действия, беспорядок в голове и в жизни, тянущийся, словно хвостом, с самого детства. Несмотря на то, что иногда он этого доверия не заслуживает вовсе. Конечно, у него есть Мэдди, и вся 118, и он благодарен как никогда за их поддержку. Но они не Эдди.       Они не жертвуют такими ценными часами отдыха между сменами, ради простого похода в бар, не выслушивают его бредни посреди ночи об удивительных фактах фауны Австралии, не терпят его, очевидно, надменное поведение, каждый раз, когда ему в руки попадет клипборд, не готовы придумывать идиотские розыгрыши новичкам в части. И они бы точно не стали с ним одеваться в парные костюмы Крокета и Табса.       Они не доверяют ему также, как Эдди доверяет Баку жизнь собственного ребенка, в конце концов.       Небольшой смешок выводит его из транса, а карие искрящиеся глаза застигают врасплох. Бак не понимает, что, уйдя в собственные мысли, задерживает взгляд на губах Диаза дольше положенного. Сердце пропускает удар.       Много ударов, если точнее, и он не может понять, то ли это от алкоголя, ударившего в голову; то ли от волнения, что друг мог воспринять его взгляд совсем иначе; то ли от осознания, что он и сам не против трактовать его как нечто большее. Взгляд непроизвольно начинает бегать с глаз лучшего друга на губы и обратно. Выражение лица Диаза постепенно меняется, оставляя место лишь для невнятной эмоции, которую Бак не в состоянии распознать, и даже дурацкая улыбка медленно спадает с его лица. И тут он замечает, как взгляд Эдди сосредотачивается на губах Бака. Под плечом слышится сердцебиение, но не собственное, сердце Эдди бешено колотится также как и его. Рой мыслей в голове заставляет сердце биться ещё чаще, а градус и, застигнувшая несколькими минутами ранее, ностальгия затуманивают все адекватные мысли, оставляя место лишь безрассудным.       Бак наклоняет голову, будто бы на пробу, неуверенно, он сам не понимает, что делает. И через мгновение чувствует, как грудь Эдди сильнее вжимается в руку, он подаётся вперёд, отвечая взаимностью. Его ресницы подрагивают от волнения, а их лица настолько близко друг к другу, что можно почувствовать теплоту дыхания. Их носы соприкасаются, а следом и…       Дверь на балкон неожиданно открывается, по ногам пробегает тёплый воздух помещения. Парни в спешке отрываются друг от друга и поворачивают головы в сторону незваного гостя. Из номера отеля вываливается незнакомый им обоим парень. И ему очевидно не очень хорошо.       – Простите ребятки… Я кажется немного переб… - Парень не успевает договорить и в попытке не заблевать всё вокруг бежит к перилам балкона.       – Воу! – Эдди пытается увернуться, но у него плохо это выходит, и часть противной субстанции неизбежно заляпывает его пиджак. – Фу… - бормочет он себе под нос рассматривая степень ущерба и, на шатающихся ногах, скрывается в номер отеля. Бак мог лишь опешено стоять, наблюдая за этой картиной. Что это вообще было?...       Следующие 10 минут он в пьяной панике пытается помочь бедному, не менее пьяному парню, и осознать произошедшее. На его удивление, тот приходит в более-менее адекватное состояние довольно быстро и сразу же рвётся во второй раунд, зазывая Бака с собой. Последующая часть вечера прошла как в тумане, оставляя за собой лишь бессвязные картинки, которые невозможно будет вспомнить на утро.

***

      Бак проснулся с отвратительнейшим похмельем, головной болью, сушняком и, вы не хотите знать каким, привкусом во рту. Эдди тоже был не в лучшей форме, но ситуация требовала немедленно собирать мысли в кучу. Чимни не оказалось в номере. И они опаздывали.       Заказывая такси, Бакли пытался прокрутить вечер в голове и вспомнить хотя бы что-то, что могло дать подсказку о местонахождении будущего зятя. Может Чимни уехал до того, как они проснулись и уже на месте? Это не имеет смысла, ведь тогда он бы их точно разбудил. Может его не было в отеле изначально? Это уже более вероятный исход. Судя по внешнему виду их номера, даже мёртвый бы проснулся, чтоб настучать им за такой погром. Мэдди будет в ярости от счёта, который им придёт за ущерб имущества отеля.       Уже в машине Бак мыслительно прокручивал выгоревшую плёнку этой ночи. После ухода Томми и ребят всё как в тумане: толпа незнакомцев, караоке, убер, дверь, текила, много текилы… Эдди?       Он повернул голову в сторону лучшего друга. Тот, облокотившись на колени, закрывал лицо руками, в попытках защититься от яркого солнца и, очевидно, отойти от похмелья. Водитель неодобрительно поглядывал в зеркало, очевидно, осуждая их внешний вид и предвещая необходимые меры по дезинфекции своего авто.       – Ты в порядке? – Диаз, всё ещё жмурясь, будто только что проснулся, поднял взгляд на Бака. И ровно в момент, когда Бакли увидел карие глаза, его словно прошибло. Балкон, Эдди, его губы и улыбка, их взгляды, то, как они были близки, как они… Как Бак его поцеловал!? Господи, что ему с этим делать, что говорить!? Как он теперь будет смотреть лучшему другу в глаза!? Как ему себя вести!? Стоит ли извиниться!?       – Да, просто немного перебрал. – Эдди задерживает невнятный взгляд на Баке: – А ты?       – Что, что? Что я?       – Ты в порядке?...       – А. Да, да, просто эээ… – Телефон спасительно вибрирует в кармане брюк. На экране блокировки висит уведомление от Томми. Или не совсем спасительно…       Бак выключает телефон и падает головой на спинку кожаного сидения. Сообщение так и остаётся висеть без ответа. Что им вчера двигало? Какой частью жопы он только думал!? Помимо очевидного факта, что Эдди натурал, и ему как-то придётся дальше дружить и работать с этим человеком, он ведь совсем недавно заверил Томми, что серьёзен в своих намерениях! В воспоминаниях мелькает Тейлор Келли. Он снова наступает на те же грабли. Господи, какой же он идиот!       Телефон в руках снова вибрирует, но на этот раз это не сообщение, а звонок. Не от Томми, и на том спасибо.       – Где вас, чёрт подери, носит?! – Из трубки доносится злобный голос Хен. – Я успокаиваю Мэдди всеми правдами и неправдами, скажи, что вы уже на полпути, и что Чимни не забыл смокинг! Почему он вообще не берёт телефон?       – Погоди, погоди, не так громко пожалуйста. - Бак хватается за голову в попытках унять звон в ушах. – Да, мы уже в убере, просто стоим в пробке, но что ты имеешь ввиду? Разве Чим уже не с вами?       – Бакли, не шути со мной. У вас есть 20 минут, пока я успокаиваю всё твоё семейство, чтоб добраться до пункта назначения и объясниться, иначе "пункт назначения" случится с вами. На этих условиях Хен бросает трубку. Какого…

***

      – Пап, поверь, ты сейчас не принесёшь больше пользы, чем остальные гости на свадьбе! Езжайте с мамой в отель, мы будем держать вас в курсе. – Бак чуть ли не насильно запихивал отца в подъехавшее авто, на что тот мог только мямлить несвязное бормотание.       Мэдди, Хен и Джош направились в диспетчерский отдел, Бобби и Афина связываются со всеми, с кем только могут. Открытым остался вопрос, что делать ему.       – Какой у нас план? – Эдди стоит посреди улицы с нелепым воротником от разорванной рубашки на шее, голым торсом, поверх которого накинут изляпанный пастельно-розовый пиджак, засунув руки в карманы не менее изляпанных брюк. Алкоголь как будто не выветрился из него до конца, но новости о пропаже друга, очевидно, взбодрили.       – У нас? А как же Кристофер?       – Я попросил у сестры и сегодня присмотреть за ним до вечера. – Бак неодобрительно, почти осуждающе посмотрел в ответ. – Не волнуйся, он в порядке, рубится в приставку со своими кузинами.       – Тогда первым делом нужно переодеться.

***

      Коллективно было принято решение направиться к Баку, так как его лофт гораздо ближе, чем жилой район Эдди.       – Ты иди в душ первым, я пока узнаю новости и соберу всё, что нам может понадобиться. – Бак протягивает Эдди стопку полотенец и чистой одежды.       – Твоё?       – Было бы странно, если бы было чужое. – Отшучивается Бак, уже собираясь развернуться как ни в чём не бывало, но тут же себя останавливает. Он только сейчас понял, что они только вдвоём в его квартире, что он даёт Эдди свою одежду, отправляет в свой душ, и это после того, что между ними произошло. – Эээ… То есть, да, моё, не то, чтоб у меня есть куча новых вещей на такой случай, и ты как бы не обязан их надевать! То есть, в смысле, тебе ведь нужно что-то надеть в любом случае. – Бак пытается оправдаться, активно жестикулируя, пока Эдди пристально смотрит на него с недоумением. — Это ведь… Ничего?       – Да. Ничего. Просто спрашиваю. Потом тебе отдам. После этих слов Эдди скрывается в ванную комнату. Он что… Ничего не помнит?       Бак судорожно ходит по комнате, включая и выключая телефон, листая дисплей туда-сюда, пока в его ванной комнате бежит вода. Он получает от Хен постоянные обновления по новостям о пропаже Чимни. Томми написал с утра, что не сможет попасть на свадьбу, на что Бак ответил, что игра не стоила свеч изначально, но ответа он пока так и не получил. Ему бы хоть как-то убить время, но он слишком встревожен для чего-либо. Вода неожиданно замолкает, и через пару минут из душа выходит Эдди. В его одежде.       У Бака снова начинает неожиданно колотиться сердце. Что в этом такого особенного, что его лучший друг надел его одежду? Вроде ничего, но… Он не может перестать пялиться. Эдди никогда в его глазах не выглядел так… По-домашнему?       Его волосы всё ещё слегка мокрые, полотенце висит на шее, но несколько следов от капель воды всё равно умудрились попасть на лонгслив, который ему явно не по размеру. Особенно в руках. Старые джинсы, из которых сам он вырос, слегка длинноваты и Бак забыл дать ему носки, так что тот просто с босыми ногами стоит в гостевых тапочках посреди комнаты. Сердце перестало бешено стучать, теперь эта картина его даже успокаивает.       – Ну что, какие новости?       – Ааа… Да, им удалось отследить места, где был Чимни утром, какой-то парень украл у него машину, и он явно сам не свой. На телефон приходит уведомление.

Томми

Что случилось? Я думаю смогу освободиться ближе к вечеру.