Счётчик счастья

Кажется, произошедшее доходит до мозга Аарона только сейчас, когда он уже вернулся в дом и сел на диван рядом с уставившимся на него Эндрю. Ему требуется ещё около минуты на то, чтобы окончательно прийти в себя. Он ещё не переварил всё, что услышал минуту назад, но первое, что срывается с его губ, озадачивает не только брата, но и его самого. – Кокосовые... – произносит он еле удивлённо, почти безэмоционально. – Что? – недоумевает Эндрю и Аарон вздрагивает, будто его холодной водой окатили. – Что? – Аарон? – кажется, брат действительно обеспокоен его поведением. – Я.. А... – Миньярд немного теряется, но быстро приходит в себя и, формулирует более-менее вразумительный ответ. – Эти конфеты. Вкусные. Близнецы смотрят друг на друга ещё какое-то время, после чего Эндрю начинает смеяться, за что второй одаривает его вопросительным взглядом. Проблеск той самой лампочки понимания из наших фантазий отразился во взгляде Аарона только позже, когда смех уже стихал на нет. – Подожди... – начинает он, всё ещё сомневаясь в своей догадке, но через несколько мгновений всё равно озвучивает её. – Ты всё знал?! С самого начала?! – У-упс. – близнец отвечает, состроив совсем невинное выражение лица и вскинув руки в примирительном жесте. Не то чтобы его это спасло. – Это невыносимо. Ты невыносим! – выпалил Аарон и кинул ближайшую подушку в Эндрю. Так когда же «это» началось? И что вообще за «это»?

***

Тот день не был чем-то примечателен. Как обычно близнецы пришли в универ. Как обычно они заняли одни из достаточно отдалённых мест. Ну и, конечно же, как обычно пришёл некий Нил Джостен, чтобы занять место рядом с Эндрю. Аарону он не нравился. Даже не так, он его ненавидел. И нет, Нил не был плохим человеком, но вот придурком – да. Его поступки так часто бывают безрассудными, а язык настолько без костей, что Миньярд удивлён, как его ещё не отчислили за поведение. Да, Нил был мудаком, но не был глупым. Аарон точно знает, что Джостен хорош в языках и математике, но оттого и не понимает, что он забыл с ними на медицинском. А ещё Миньярд не понимал, почему его брат считает того надёжным человеком, которому можно доверять. Это абсурд. Просто полнейший абсурд. Нет, Аарон не ревнует. Наверняка нет, ведь все предыдущие доводы вполне логичны и обоснованы. Но даже несмотря на неприязнь, Аарон не мог запретить или уговорить близнеца перестать общаться с ним. Пытался и не единожды, да всё бесполезно, его брат упёртый баран, даже хуже. Приходится если и не смириться, то терпеть. – Привет, блондиночки. – здоровается он в привычной шутливой манере. – Что нового? – этот вопрос парень задаёт всегда, практически каждый день, так что можно назвать это традицией. – У Аарона два новых сына. – тут же отвечает Эндрю, а потом обретает чуть задумчивый вид. – Ну и, наверное, всё. – и как бы в подтверждение своих слов щёлкает пальцами. – Да-а-а? – театрально удивлённо выдаёт рыжий, переключая всё своё внимание на второго близнеца. – Аарон, расскажи подробнее! – Перебьёшься. – буркнул он, закатив глаза, но даже недовольный вид блондина не заставил Нила отстать от него. – Ну мне же интересно! – упрямый баран и в Африке упрямый баран, тем более, если его имя – Нил. Миньярд смерил рыжего максимально презрительным взглядом, на что Эндрю закатил глаза, уже привыкший к такому поведению брата, но вот самому Джостену хоть бы хны. Так они какое-то время держат зрительный контакт, пока один пытается пустить лазеры из глаз, а второй игнорирует возникшее напряжение и хлопает своими длиннющими ресничками. Хлоп-хлоп. Аарон пытался оставаться непреклонным, но всё же сдался. И да, отвратительно пристальный взгляд этих невероятно голубых (удивительно, что такие блять бывают в природе) глаз отлично этому поспособствовал. – Аглаонема и азалия. – произносит он на выдохе. – Значит, вас двоих можно называть эльфами? – легко произносит Нил, после чего на него недоумённо глядят две пары карих глаз. – Что, прости? – недоумевает Эндрю, решая всё же отложить свой дневной сон до лучших времён. – Ну типа легенда есть про азалию. – задумывается парень, а после щелчка пальцами продолжает. – Только у вас наоборот, эльфы приютили цветок. – понимания во взглядах близнецов не прибавляется, поэтому вопрос Аарона не вызывает удивления. – Джостен, ты придурок? – и его бровь приподнимается, от чего выражение лица становится более скептичным. – Хэй, а в чём я не прав? – тут же возражает Нил в свою защиту. – Ну точно придурок. – выдыхает всё тот же Аарон, ущипнув себя за переносицу. Джостен на это цокает и закатывает глаза. – Да-да, скажи это ещё двадцать раз, мне будет похуй. – подначивает он парня и тот действительно делает так ещё раз. – Придурок. Что ж, если это своеобразная точка в их диалоге, то Нил её принял и переключился полностью на Эндрю, снова говоря с ним о какой-то чуши вроде перемещений во времени. И Аарон не обратил внимание ни на этот разговор, ни на этот день в целом, причисляя его к остальной массе учебных дней, но именно тогда всё и началось. Именно тогда он, вернувшись домой, обнаружил в рюкзаке несколько конфет. Отчёт пошёл... +3 конфеты с ореховой начинкой.

***

А в другой день Джостен раздражал Аарона больше обычного. Не то чтобы он сам помнил, почему... Но суть не в этом ведь? Вроде как, тогда шло не так абсолютно всё, начиная завтраком дома, заканчивая пролитым на светлую кофту соком. И тогда хватает какой-то малюсенькой мелочи, чтобы дойти до точки невозврата. Хватает всего одной не самой удачной шутки для того, чтобы Аарон вспылил. – Ты просто невыносим! – в очередной раз взрывается блондин, но Нила это не удивляет от слова совсем и он лишь привычно ухмыляется. Ну конечно, он же сама наблюдательность. Всегда всё замечает, всегда всё слышит. – Как оригинально, Миньярд. – ох, это злит Аарона ещё больше. Парень сам не понимает, что сегодня случилось с его настроением и почему он такой вспыльчивый, но разбираться он тоже не собирается. Не здесь и не сейчас, как минимум. Обычно ему действительно похуй на мелочи вроде упавшей ручки и забытой тетради, но сегодня... – Нахуй пошёл, еблан. – грубо, сам знает, но сказанного всё равно уже не воротишь, да он всё равно так-то и не планировал. – Как мило. – фыркает Джостен и закатывает глаза, возвращаясь к прежнему занятию. Это далеко не все минусы того дня и он не становился лучше до тех пор, пока близнецы не вернулись домой, где Аарон вновь обнаружил неожиданный сюрприз в рюкзаке. +1 конфета с карамелью.

***

О, а вот ещё один интересный случай в самом начале весны был. Пара только началась и преподавательница встала с места и подошла ближе к рядам со студентами. Нет, это никак не помогало слышать её лучше с дальних рядов, но хоть какой-то контакт выстраивало. Ну и, конечно, так как именно эта женщина заведует всеми возможными и невозможными мероприятиями в их восхитительном учебном заведении, снова повторились её привычные слова. – Итак, студенты. – дабы привлечь к своей персоне больше внимания, она пару раз хлопает в ладоши. – Все помнят о наших ежегодных весенних мероприятиях? – именно этот вопрос она задаёт каждый раз и каждый год, меняя лишь сезон или вставляя само название праздника. И так как они сейчас на третьем курсе, все прекрасно знают, какая участь их ожидает. – Конечно. – фыркает Нил. – Как же забыть? – по идее, это не должно было звучать настолько громко, чтобы мадам снизу услышала, но что-то пошло не так, как задумывалось. – Чудно. – отвечает женщина, устремляя свой взгляд прямо на рыжего. – Значит Вы, мистер Джостен, как самый болтливый, будете украшать актовый зал. И, конечно же, это было не смешно, но крохотное желание к злорадству не покидало такое же крохотное тело Аарона и он не сдержал этот порыв, прыснув в кулак. – О, а мистер Миньярд поможет. – Что? – Кто? В унисон звучат два вопроса от Аарона, который не ожидал быть причастным к этому всему, и Эндрю, который вообще не слушал, что происходило в аудитории. А преподавательница не радует конечным ответом и того, и другого. – Оба. – отрезает она совсем легко и продолжает раздавать обязанности ещё некоторым из присутствующих, пока лица неустоявшегося трио выражают совершенно разный диапазон отрицательных и недоумевающих эмоций. И выбора у всей троицы не остаётся, кроме как принять свою участь и прийти после пар в этот чёртов актовый зал. – Так, смотрите, вот коробки со всеми украшениями. – коротко инструктирует их всё та же мадам, указывая пальцем на ряд больших коробок. – Думаю, вы знаете, как, что и куда вешать, поэтому легко справитесь без меня. Мне нужно убежать по делам, сейчас просто жуткие завалы. Парни ей дружно кивают и та ослепительно улыбается в знак благодарности, а затем убегает за пределы помещения, оставляя их наедине друг с другом и картонной пылью. Что ж, чем раньше начнут, тем раньше закончат и медлить с этим делом они не собираются, поэтому распределяют обязанности между собой и каждый приступает к обговоренной части. Стремянка на их компанию досталась всего одна, поэтому один находится на ней (Нил), другой страхует (Эндрю), а третий украшает лицевую сторону сцены снизу (Аарон). И всё идёт неплохо, своим чередом, пока Нила, который пытается спуститься на пару ступенек ниже, не начинает подозрительно шатать и это странное действие не длится долго, прерываясь со следующей ступенькой на громком «мать твою» от самого Джостена. Тот отклоняется опасно и не удерживает равновесие. – Блять, Нил! – срывается с губ Аарона быстрее, чем он успевает понять, что вообще только что произошло. Быстрее, чем осознаёт, что Эндрю успел его поймать, тихо выругавшись под нос, а после отвесив подзатыльник самому рыжему. – Боже, какой ты придурок. – выдыхает он уже с облегчением. – А что, переживал? – спрашивает тот, явно дразня, так, словно его самого не волнует прошедшая мимо возможность приземлиться на голову и проломить череп или сломать себе что-то. И, возможно, ему следовало хотя бы уточнить, а точно ли всё в порядке, но вместо этого Миньярд выплёвывает просто: – Завались. А Эндрю предатель. Иначе быть не может. – Определённо переживал. – заключает он с таким заумным видом, будто раскрыл сейчас главную тайну столетия. Это заставляет Аарона не то смутиться, не то возмутиться. – На чьей ты вообще стороне? На это Эндрю пожал плечами, мол, не причём, а Джостен тихо рассмеялся. День был долгим, но не был плохим, а в его завершение Аарон опять находит конфеты, придя домой. +1 конфетка с кокосом. +1 конфетка с ореховой начинкой. Очередное обновление ассортимента. Кокосовая конфета была до ужаса вкусной.

***

И проходит несколько дней, не то чтобы кто-то считает. Но очередная точка повествования находится именно здесь. Как обычно близнецы пришли в универ. Как обычно они заняли одни из достаточно отдалённых мест. Ну и, конечно же, как обычно пришёл некий Нил Джостен, чтобы занять место рядом с Эндрю. Но что-то было не так. Как-то тихо. Нет, не вокруг, остальные студенты вели себя ужасно шумно. В их скромной компании. И нет, Аарон уверен, что Нил и его брат снова говорят о какой-то чуши, но словно настроение не то. Не было того заразительного веселья и желания говорить вместе с ними о том, как лучше выжить в апокалипсис. И в одну из пауз, возникших в диалоге, он обращается к парню. – Джостен? – и в ответ тот как-то натянуто улыбается. – Сегодня нет настроения, извиняй. – кажется, всё стало понятно. – Ты что, заболел? – предположение. – Нет. – отвечает Нил моментально. – Да. – отвечает Кевин сразу за ним. Дэй их слушает? Как мило, ведь он сам каждый раз напоминает, что лучше бы они учились, а не болтали. Ну и ладно, сейчас он сильно помог и возмущения Нила уже не имеют смысла. – Заткнись. – обратился Джостен к брюнету, но тот лишь отмахивается от него. – Тебе уже все, кому не лень, сказали, что нужно здоровье беречь, тупица. – неожиданно эта ситуация злит Миньярда и он цокает языком перед тем, как продолжить. – Какой же идиот. И это всё вызывает усмешку Эндрю, что Аарону совершенно непонятно. Но Нил в этот день нашёл в своей сумке неожиданный презент. +2 мандаринки. +1 записка: «выздоравливай, тупица». Изменение в привычном распорядке, но неизменными остаются конфеты в рюкзаке одного из Миньярдов. +2 конфетка с клубникой. +1 конфетка шоколадная. И он до сих пор не подловил момент, когда они оказывались у него.

***

– Ну ахуенно, ни конфет, ни Джостена. – раздражённо бормочет Аарон следующим вечером, когда днём не было даже никакого намёка на Нила, а сейчас в рюкзаке не оказалось конфет. – И оба эти факта тебя огорчают? – уточняет второй Миньярд, наливая кофе обоим. – Нет. – отвечает сразу. – Да. – чуть подумав. – Я не знаю. – завершил он в итоге. – Я всё ещё ненавижу Джостена, но без него... Ладно, он не самый конченый в этом месте, иногда он разбавляет скуку. Эндрю хмыкает, но не комментирует, продолжая заниматься приготовлением кофе. – Ты смеёшься надо мной? – он вопросительно поднимает одну бровь, на что его брат слабо качает головой. – Ни в коем случае. – напиток разливается по кружкам, а тон парня становится притворно задумчивым, будто он действительно старается не ошибиться с цитированием. – Просто вспомнил, что ты как-то сказал, что переезд Нила в Пальметто – разочарование всей твоей жизни и величайшая ошибка судьбы. – Заткнись? – Аарон не звучит уверенно, но близнец с ним не спорит. – Как скажешь. Эндрю садится за стол напротив него и оба пьют кофе молча. Тишина затягивается и явное напряжение витает в воздухе, но кажется, будто замечает его только один из них. – Ты же знаешь, что с ним? – наконец сдаётся Аарон. – Ты сам сказал заткнуться. – говорит он с самым невинным выражением лица. – Эндрю. И парень не звучал угрожающе, но близнец фыркает и всё же отвечает, хоть и не на поставленный, но на явно интересующий вопрос. – На больничном он. Сам думал, что ничего серьёзного и можно на ногах переболеть, а вчера температура поднялась, до сих пор не опустилась до нормы. – он сделала паузу, отпивая ещё пару глотков кофе. – Но ему уже лучше. Возможно, на следующей неделе будет уже бодрячком. Аарон не спрашивал об этом, но не прокомментировал. Он не скажет, что ему интересно, но и врать не собирается. И в тот же вечер, пока каждый занимается своими делами, он как бы невзначай упоминает. – Жаль, что кокосовая конфета была только один раз. – Эндрю, до этого момента занятой домашним заданием, вопросительно мычит. – Она мне больше всего понравилась. – Ты в принципе сладкое не очень любишь. – констатирует Эндрю, не отвлекаясь от текста в ноутбуке. – Но все конфеты, которые подкидывает... – он задумывается, но быстро находит формулировку. – Кто бы это ни был. Абсолютно все сносные. И снова эта странная улыбочка Эндрю, и снова он подозрительно хмыкает. Такое случается уже не в первый раз, но Аарон это игнорировал ранее и продолжает так делать.

***

Следующий день был также скучен и вечер был также без конфет, а так как это конец учебной недели, ближайшие пару дней тоже не стоит ничего ожидать. Только вот... Когда уже солнце начинало садиться, раздался звонок в дверь и Аарон идёт открывать, потому что Эндрю оказался ну очень увлечён какой-то передачей по телеку. И он видит перед собой Нила с коробкой конфет и цветущей розой. Жёлтая роза в горшочке. – Какого хрена? – лишь сдавленно срывается с его губ, когда всё, что было в руках у Джостена оказывается в его собственных. – Заткнись. Я задолбался ходить вокруг да около, поэтому просто возьми. И он берёт. Не комментирует и просто возвращается обратно в дом. Он закрывает дверь, но находится словно не здесь. А в окно видно, как Нил усмехается, но не как обычно, а совершенно грустно, и... уходит. Просто уходит. А вот теперь мы, наконец, можем вернуться к тому, с чего начали, точнее к тому, на чём остановились. – Эндрю, да ты чёртов предатель! – всё ещё больше удивлённо нежели разозлённо восклицает Аарон. – А-а-а. – брат выставил указательный палец поводил несколько раз в воздухе перед его лицом. – Чисто технически, я тебе не врал. – но тот не отступает от своего мнения. – Ты водил меня за нос! – Ты ни разу не спросил меня ни о чём, так что... – но очередной аргумент в свою защиту даже не дают закончить. – Эндрю! – Хэй, я не виноват, что ты такой затупок. Между ними повисает тишина и она кажется такой оглушительной после пылкого, хоть и не очень серьёзного спора. – Боже... – в конце концов выдыхает Аарон. – Боже! – И с каких пор ты верующий? – решает уточнить Миньярд, хотя сам прекрасно знает правильный ответ. – Я не верующий, я в ахуе. – и Эндрю пожимает плечами, заключая очевидный для него вывод. – Ты мог бы догадаться. – другой на это недовольно кривится, но не отвечая, развивая тему в ином ключе. – То есть, ты был абсолютно категорически против Кейтлин, но помогал Джостену завоевать меня? – собирает он всю картинку воедино. – Где тут логика?! – Кейтлин я всё ещё не доверяю. – не особо задумываясь выдаёт ответ и продолжает, чтобы Аарон злился не так сильно. – Она может быть твоей подругой, да, но явно не большее. А вот Нилу могу доверить собственную жизнь, а значит и твою тоже. – Я всё ещё считаю это странным. – Но уже не бесишься так сильно. – снова хмыкает Эндрю так самодовольно. – И что мне... – ему требуется немного времени, чтобы немного подсобрать мысли в кучу. – Что теперь с этим делать? – С «этим» это с Нилом? – насмешливо уточняет близнец, наблюдая за Аароном, откинувшемся на спинку дивана так, чтобы открывался прекрасный вид на потолок. – Блять, да. – и он берёт ближайшую к себе подушку, укладывая её на собственное лицо, судя по всему, в ленивой попытке задушить себя. – Поговорить с ним нормально. – предлагает Эндрю вполне серьёзно, хотя смешинки из его голоса настойчиво не хотят испаряться. В ответ он получает еле разборчивое бурчание из-под всё той же подушки, которую не удосужились убрать с лица. – Как ты себе это представляешь? – Ну как, как. Зовёшь его к нам, вы разговариваете и всё, хэппи энд. – из-под подушки вновь слышится начало возражения, которое парень спешит пресечь. – А я свалю к Джереми. – Ладно. – звучит приглушённо, а затем подушку, наконец, возвращают на её законное место, из-за чего теперь речь блондина становится внятной. – Ладно, это может иметь смысл. – Ну ещё бы. И Аарон действительно послушал совет брата, написав Джостену прийти следующим вечером.

***

Нил уже был раньше дома у близнецов, но каждый раз не может удержаться от разглядывания всего вокруг. Кажется, что каждый раз что-то меняется и, на самом деле, так и есть. Мелочи, мелочи, мелочи, но от них так хорошо на душе. От этого ему всегда в гостях у Эндрю (и Аарона) нравилось больше, чем у себя дома. У него в квартире пусто, одиноко и совсем скучно, а здесь чувствуется жизнь и присутствие. И те самые мелкие изменения тоже говорят о присутствии. Говорят об Эндрю, который оставляет кружки на любой поверхности, кроме раковины или кладёт читаемую сейчас книгу на кофейный столик. Говорят об Аароне, который оставляет конспекты на кухонном столе или переставляет цветы по сезонам и иногда погоде. А ещё есть что-то, что говорит о Ниле, что-то, что его забытая на спинке кресла кофта или глупые записки на липких стикерах, которые никто так и не удосужился убрать с холодильника. И сейчас никто не отвлекает его от разглядывания цветов. Джостен видит что они вновь не на своих прежних местах. Гардения переехала со столешницы на стол, ближе к свету, но не на самое пекло, колеус же наоборот, с окна переместился на столешницу, в тень. Возможно, это связано с чуть подсохшими листьями. Ребуция осталась на окне, видимо, хорошо чувствуя себя там, а алламанда и калатея пропали вообще. Похоже, Аарон перенёс их на второй этаж, к Эндрю в комнату. Новеньких азалии и аглаонемы тоже не наблюдалось, но они наверняка поселились в комнате самого Аарона. А ещё не видно розы, которую принёс сам Джостен. Возможно, её выкинули, возможно, она на втором этаже. Нет, конечно Нил не запоминал все эти названия специально и не читал сам о каждом из них. Возможно, совсем чуть-чуть. Немного. И, заметив, что парень наконец закончил своё увлекательное занятие, Миньярд обратился к нему. – Нил. – спокойно, не так, как он мог ожидать. – Аарон. – вторит он блондину, не зная, что вообще можно ответить, но это повторяется. – Нил. – всё также спокойно. Так, словно не злится на Джостена или так, словно всё ещё ни о чём не знает, а всего, что между ними было «до», никогда не случалось. – Аарон? – он уже не уверен. Ни в чём не уверен, ни в себе, ни в вариантах развития событий, которые он додумал и по несколько раз прокрутил в голове, чтобы быть готовым. Но он не готов. И это снова повторяется. – Нил. – на лице Миньярда так и не дрогнул ни один мускул, а голос оставался ровным. Блять. – Ты объяснишь, что сейчас происходит? – нервы были на пределе, но внешне он старался сохранить спокойный спокойствие и привычную лёгкую весёлость. – Да. – к облегчению Джостена отвечает блондин. – Теперь ты должен мне три конфеты с кокосом. – перед этим он даже не задумывается и... Он изначально так и задумывал сделать? Оу. Это было неожиданно. – А... – он стопорится на какие-то пару мгновений, а после расходится звонким смехом. И в нём, в этом смехе, нет ни ехидства, ни злорадства, а лишь искренность. Он так разнервничался, а всё оказалось так просто и... С плеч Нила словно упал тяжеленный груз, а дышать стало легче. Кажется, сам Миньярд всё-таки прекрасно видел его состояние и лёгкая ухмылка коснулась и его губ. – Я куплю тебе целую коробку конфет, Аарон. Если ты будешь счастлив от такой мелочи... – Не нужна коробка. – быстро прерывает он. – Нужно три конфеты. – и это заставляет улыбку стать шире. Его маленькая игра в счётчик обрела новые, более интересные обороты. – Мне казалось, ты злился из-за этого «детского сада». – Я был шокирован. – не соглашается Аарон. – Но мне нравились конфеты. И ты... – Что? – теперь шокирован сам Нил. Он уверен, что ему не послышалось, но всё же не верится, ведь парень так долго говорил, что ненавидит, а сейчас... – Возможно, ты тоже нравишься мне. – а сейчас он сам признаётся Нилу. Отвечает на его чувства похожими. – Я... – ему всё ещё не верится и он сбивается, спотыкаясь о собственные мысли. – Мы попробуем начать встречаться? – Мы... – Миньярд тянет паузу, заставляя рыжего немного понервничать. – Можем. – А ты хочешь? – на всякий случай уточняет Джостен. – Хочу. – совершенно уверенно кивает он и тут же чувствует, как его губы накрыли чужие и... Это не было неприятно. Аарон отвечает на поцелуй и, кажется, он счастлив тому, что всё обернулось именно так.