Взаимная ненависть

Откинувшись назад на ступеньки и уперевшись локтями, он смотрит на неё. Взглядом проводит по её волнистым волосам, оголённым плечам; задерживает взгляд на шраме на лопатке, рана от которого явно затянулась ещё в детстве. На спине рассыпано несколько мелких родинок, напоминающих созвездия. В его двухминутном наблюдении за девушкой не было романтического подтекста. Лишь интерес. — Ты слишком громко дышишь, — раздражённо прикрыв глаза, говорит Алиса. Антон фыркает, не отводя взгляда: — Простите, ваше высочество... А ничего, что я вообще с вами одним воздухом дышу? Алиса закатывает глаза, но не смотрит на него: — Ты вообще когда-нибудь молчишь? — Когда сплю. Или когда ем. Но, к сожалению, сейчас рядом ни подушки, ни пиццы, — лениво отвечает он. — А жаль. Я бы тебя этой подушкой придушила, — девушка грустно вздыхает, смотря куда-то перед собой. Парень усмехается, чуть прищурившись. — За убийство сесть хочешь? — выпрямляется и садится на одном уровне с Алисой. — Нет, — встаёт, отряхивает ягодицы от пыли, — именно поэтому ты ещё жив! Уходит в дом, оставляя Антона наедине со своими мыслями. А мыслей-то особо и нет. По-прежнему думает, что Алиса язвит не просто так, а для защиты. Только он пока не понимает, почему она защищается.

***

Зайдя обратно в дом, Алиса отправляется на поиски Кирилла, чтобы забрать его и поехать домой спать. Зайдя обратно в дом, Алиса на мгновение замирает у порога — внутри как будто стало ещё душнее. Воздух пропитан запахом алкоголя, перегретых тел и дыма, а музыка гремит так, что от басов звенит в груди. Люди танцуют, смеются, кто-то уже явно перебрал, кто-то спорит с пьяной серьёзностью, как будто решается судьба мира. Алиса пробирается сквозь толпу, слегка пригибаясь и лавируя между качающимися телами. Где-то сбоку кто-то задевает её локтем, но она даже не оборачивается. Сейчас главное — найти Кирилла. В основной массе людей своего парня она не находит. Перед тем как пойти на второй этаж, решает проверить кухню. Кирилл стоит с компанией незнакомых ей парней, смеётся, отпивая виски прямо из бутылки. Алиса несколько секунд смотрит издалека на покачивающееся тело своего парня. Он явно выпил достаточно, и если он сделает ещё несколько глотков, выносить его придётся на собственном горбу. — Кирюш, поехали домой? — вопрос скорее риторический. Даже если Кирилл откажется, Алиса всё равно будет настаивать на своём. — Не, я ещё общаюсь, — заплетающимся языком отвечает парень. — Ты уже пообщался! — скрестив руки на груди, чуть грубым голосом говорит Алиса. — Вон, на ногах кое-как стоишь! — Алис, ну не начинай. Я пришёл отдохнуть, а не слушать, как ты командуешь, — фыркнув, произносит Кирилл. Алиса изумлённо поднимает брови: — Командую? Серьёзно? Я просто пытаюсь тебя увезти домой, пока ты фигни не натворил! — Мне норм. Я взрослый человек, сам решу, когда мне ехать, — делает шаг назад, шатаясь. — Взрослый? Кирилл, ты едва говоришь внятно! Алиса стоит больших усилий сдерживать своё раздражение и нарастающий гнев. Она никогда не была той самой девушкой-истеричкой, которая запрещает своему парню отдыхать, ездить к друзьям, выпивать и прочее. Наоборот, давала в этом плане полную свободу. Да, бывают моменты, как сейчас, например, когда контролировать приходится, но это лишь для того, чтобы Кирилл не напился до потери пульса. — Если сама не можешь расслабиться и отдохнуть, так не мешай хотя бы мне! Если так хочется, — указывает рукой на дверь, — езжай домой одна. Ссора сама по себе неприятная вещь, а ссора при людях вдвойне отвратительнее. Ощущается, будто вас поместили в вольер в зоопарке, и люди массово скапливаются возле него. Алиса осматривается по сторонам. Все присутствующие ждут продолжения. Даже те, кто минуту назад танцевал в гостиной, стоят и ждут развития событий. — Знаешь что, Кирилл?! Иди ты нахер! — не кричит, лишь напрягает голос, чтобы звучал увереннее. Пробравшись через толпу, Алиса вылетает на улицу, резко захлопнув за собой дверь. Воздух снаружи прохладный, но этого слишком мало, чтобы остудить её. Всё внутри гудит: злость, обида, напряжение, скомканные слова, которые хотелось бы бросить в лицо Кириллу, но уже поздно. Она идёт по дорожке, почти не глядя под ноги. За спиной всё ещё доносится грохот вечеринки, музыка, смех — как издевка. Парень за ней не побежал. Странно, но где-то в глубине души она надеялась, что он пойдёт за ней, чтобы успокоить, прижать к себе и... извиниться. Но надежда разбивается о скалы реальности. Пока нет понимания, что делать дальше и как будет решаться эта проблема с Кириллом. На эмоциях Алиса не заметила, как вышла со двора дома Антона и уже минут пять идёт вдоль дороги. Достает телефон из сумочки, чтобы вызывать такси, но гаджет показывает 0% зарядки. — Отлично! — раздраженно вскидывает руки. — Ладно, пойду пешком, тут всего-то... пять километров. Шагает по тротуару и благодарит себя, что сегодня её выбор пал на кеды, а не на шпильки. Обнимает себя руками в надежде, что это поможет ей согреться. На улице ещё не достаточно тёплые вечера (ночи), чтобы разгуливать в коротком платье и лёгком бомбере. Сзади слышится звук приближающейся машины, но девушка не оглядывается, чтобы не привлекать лишнее внимание. — Алиса, садись в машину, — спокойным голосом произносит Антон. — Нет, я гуляю, — на несколько секунд удерживает на нём взгляд и, отвернувшись, проходит чуть дальше, чтобы оказаться впереди машины. — Ага, — усмехается, — ещё скажи, что тебе не холодно, — переводит взгляд с девушки на дорогу и обратно. Алиса зябко поёживается, но не останавливается: — Всё нормально. Не переживай, я не развалюсь по дороге. Антон медленно едет рядом, не ускоряется, не торопит: — Ну да, конечно. Ты же у нас чемпион по игнорированию здравого смысла. — А ты — по навязчивости? — бросает она через плечо. — Нет, я просто умею отличать «всё нормально» от «мне чертовски холодно, но я слишком упрямая, чтобы это признать», — слегка сбавляет скорость. — Садись. Я никому не расскажу, что ты переступила через свою гордость. Твоя репутация не пострадает. Алиса слушает Шастуна, и внутри происходит борьба между местной гордыней и здравым смыслом. Гордыня кричит: "Лучше замёрзнуть калачиком на обочине, чем согласиться и сесть к нему в машину!". А здравый смысл говорит: "Соглашайся. Ты не пожалеешь, если доберёшься до дома на машине, в комфорте, в тепле и в три раза быстрее". — Едем молча, — сразу отсекает Алиса, садясь в автомобиль. Антон кивает, довольно ухмыляясь. Антон не говорит ни слова, только легонько постукивает пальцами по рулю, когда она захлопывает дверь. Алиса пристёгивается резким движением, будто даже в этом пытается показать, насколько она не хочет с ним общаться. Машина трогается с места мягко, плавно, без рывков. Внутри тепло, и Алиса чувствует, как по коже расползается лёгкое покалывание — слишком резкий контраст с вечерней прохладой. Она упирается взглядом в боковое окно, но отражение Антона всё равно попадает в поле зрения. Он сосредоточен, глаза на дороге, губы чуть поджаты, но, кажется, едва заметная ухмылка всё ещё не сходит с его лица. Шастун бросает быстрый взгляд на девушку и замечает множество мелких мурашек, которые расползлись по её ногам. Не отвлекаясь от дороги, тянется рукой к заднему сиденью, шаря по нему ладошкой. Находит кофту и передаёт её Алисе. — Ноги укрой. Ты замёрзла, — и снова замолкает. В этот раз она не сопротивляется, молча кладёт худи на колени и чувствует, как ногам становится теплее. Мысли её сейчас о том, как она придёт домой, закроется на все замки, чтобы Кирилл не смог попасть внутрь — пусть где хочет, там и ночует, — и примет горячую ванну с бомбочкой с запахом кокоса. Эту ночь Алиса проведёт в спокойствии и одиночестве. — Это ты на него так влияешь, — начинает Алиса с обвинений в сторону парня. — Что? — первые несколько секунд Антон не понимает, о чём (о ком) идёт речь. — Ты серьёзно? — быстро смотрит на девушку и возвращает взгляд на дорогу. — То есть твой парень напился и наговорил тебе всякой херни, а Антон виноват?! — на крик не переходит, но парень возмущён, и это слышно. — Он не всегда был таким, Антон! Раньше он хотя бы слушал, хотя бы… уважал! А теперь каждый раз после ваших «пацанских» посиделок он ведёт себя как... не знаю кто! — Скажи прямо — как я, — резко бросает он. Алиса поворачивается к нему: — Ты сам это сказал. — Охренеть, — качает он головой. — А может, это ты его идеализировала и видела только то, что хотела?! Или Кирилл просто стал самим собой, например! — раздражение затуманивает голову парня, но страх наговорить лишнего давит на него сильнее, поэтому он молчит какое-то время, чтобы успокоиться. — Ты же не думаешь, что я заманиваю его на встречу со мной? — смотрит на Алису. — Он сам решает. Машина резко тормозит на светофоре. Несколько секунд они молчат; в салоне только их напряжённое дыхание. Алиса смотрит в окно, покусывая ноготь на большом пальце. Хотела доехать молча, но получилось так, как получилось. — Если тебе так легче — валить всё на меня, пожалуйста. Я больше ничего не скажу. Антон высаживает Алису возле подъезда и, дождавшись, когда она закроет дверь, сразу же трогается с места, оставляя после себя облако из дорожной пыли.

***

В машине не стала, но дома, лёжа в ванной, задумалась: а что если она правда слишком идеализировала своего парня? Что если Антон был прав? Уставившись в потолок, она прокручивает в голове одно и то же. Эта мысль зацепилась за край сознания и теперь не отпускает. Сначала её раздражала сама идея — признавать, что этот несносный тип, который всегда выводит её из себя, может быть хоть в чём-то прав. Но чем дольше она вспоминала поведение Кирилла за последние месяцы, тем громче эта мысль звучала. Он стал грубее. Ленивее. Равнодушнее. И всё это время она старалась не замечать. Списывала на усталость, стресс, плохое настроение. Думала, может, работа на него так влияет: он там устает, а дома ему просто хочется отдохнуть без лишних разговоров. Всё это время она просто лепила идеальную картинку, но лепила не из самого качественного пластилина. Какие-то куски не клеились, но Алиса упрямо доклеивала эти части своей фантазией. С чем связано её искажённое восприятие реальности, она не понимает. Алиса всегда здраво оценивала вещи. Лишних плюсов не приписывала. Девушка села в ванной, обхватив колени руками. Мокрые волосы прилипли к плечам и шее. Глубокое, беспокойное дыхание не унимается. Это организм так реагирует на горькую правду, которая вскрылась так резко и неожиданно. Горячая вода расслабила тело, и как только голова девушки касается подушки — она засыпает.

***

Залог хорошего аппетита с утра — ешь без лишних мыслей. Алиса так и поступает. Не думает о вчерашнем, о Кирилле, о правде, глаза на которую ей открыл Антон... И об Антоне тоже не думает. Она знает, что с Кириллом сейчас всё хорошо, и Шастун точно не отпустил его пьяное тело домой. Завтракает тостом с авокадо и зелёным чаем с мелиссой. И конфетка для настроения. Звонок в дверь заставляет Алису жевать быстрее. Поправив пижаму, она идёт открывать дверь, шоркая тапочками по полу. — Я твоего привёз, — говорит Антон, разглядывая пижаму девушки. Неловкость после ночной поездки ещё присутствует, и они это ощущают, но не акцентируют на этом внимание. Алиса разглядывает лестничную площадку, но парня своего не видит. — И где мой? — девушка непонимающе смотрит на Антона. — Щас зайдёт, по телефону разговаривает, — говорит Антон, кивая в сторону лестницы и снова мельком смотрит на её пижаму. Алиса скрещивает руки, поправляя маечку, будто этим может скрыть себя от его взгляда. Молчат. Неловко бегают глазами: Алиса рассматривает подъезд, который знает уже вдоль и поперёк, знает каждую трещину в штукатурке. Антон разглядывает коридор их квартиры, который для него уже как родной. Девушка не знает, приглашать ли парня войти: они вроде как поссорились. Или не поссорились? — Смешная у тебя пижама, — усмехается, кидая взгляд на майку, — с пандой... С детства сохранилась или бабушка подарила? — Фух, а я-то думала, ты нормальным стал! Чуть в квартиру не пригласила, — облегчённо выдыхает. — Хорошо, что ты рот открыл. Антон снова усмехается, склонив голову набок. Не стесняясь, рассматривает лицо Алисы, задерживая взгляд на глазах. — Вы чё тут стоите? — спрашивает Кирилл, протискиваясь между ними. — Тох, заходи, — приглашает парень друга и скрывается за дверью спальни. Кирилл кажется помятым. Но всё не настолько плохо. Алиса думала, что её парень с утра будет выглядеть намного хуже, но, на удивление, по нему и не скажешь, что ночью он пил как в последний раз. Видимо, Антон заставил Кирилла принять душ, расчесаться и дал ему свою одежду. Это заметно по висящей на нём кофте. Они сидят молча втроём на кухне. За окном — серое, ленивое, с каплями на стекле утро, будто и не весна вовсе. Чай остывает в кружках, а пауза между фразами кажется слишком долгой даже для воскресного утра. Алиса краем глаза смотрит на Кирилла. Он, не глядя ни на неё, ни на Антона, водит пальцем по краю кружки. Вчерашняя вечеринка ещё отдает тяжестью в его лице — красные глаза и неуверенное движение рук. Казалось бы, привычная картина. Обычный Кирилл после обычной ночи. Но теперь она видит это иначе. То, что раньше казалось милым и простительным, сейчас словно трещит по швам. Он не стал другим. Просто она впервые за долгое время смотрит на него не через призму собственных ожиданий. Идеальность, которую она старательно вылепливала у себя в голове — из его "спасибо", из их шуток, из общих фото и подарков без повода — начала крошиться. Алиса не думает о расставании. Нет. В её голове нет громких решений или слёзных сцен. Просто мысль: а ведь он не тот, кем я его себе нарисовала. Мысль тихая, но упорная. Как песчинка в ботинке — сначала не мешает, но если не остановиться, натрёт до крови. Неуютная тишина поглотила всё свободное пространство и теперь давит на каждого в этой комнате, но никто не решается заговорить. Каждый думает о своём; о том, что его волнует сейчас больше всего. Алиса делает глоток чая и морщится. Остыл. Но пить всё равно легче, чем что-то говорить.

***

Кирилл провожает Антона, но на кухню не возвращается. Удобно устраивается в гостиной, включив телевизор. И всем своим видом даёт понять, что сейчас обсуждать он ничего не хочет и не будет. А Алиса и не требует выяснений отношений; ей самой нужно переварить и подобрать правильные слова на случай, когда им всё-таки придётся обсудить случившееся. В спальне, смотря в потолок, девушка задумывается: а что если бы они с Антоном не подняли эту тему в машине? Она бы так и жила в розовых очках, продолжая боготворить своего парня? И в будущем было бы больнее принимать серую реальность. Идеальных партнёров не существует. Существует принятие всех их недостатков и любовь. И Алиса это прекрасно понимает; просто сейчас ей нужно время, чтобы перестроиться с фантазий на реальность.

***

Пара не знает, сколько они провели времени, сидя в разных комнатах, но за окном уже вечер, а значит — точно больше шести часов. И этого достаточно, чтобы обдумать. Не всё — но хотя бы главное. Алиса лежала на кровати. Ни слёз, ни истерик, ни громких разговоров по телефону с подругами. Только тишина и её собственные мысли, с которыми она наконец не убегала в музыку или соцсети. Они стали чуть менее страшными, когда она позволила себе их услышать. Кирилл сидел в гостиной. Листал одну и ту же новость по кругу, не читая текст, просто чтобы занять руки. Несколько раз хотел встать, подойти, что-то сказать — но не находил правильных слов. В голове всё звучало банально. Неубедительно. Глупо. И от этого злость на себя только росла. Но всё же, в какой-то момент, он встал. Просто потому, что оставаться в этой пустоте ещё дольше стало невозможным. Он заглянул в комнату, постоял в дверях, оперся плечом о косяк. — Мы, кажется, молчим уже целую жизнь, — пробует он с неловкой улыбкой. Алиса медленно поворачивает голову, смотрит на него. В её глазах не злость, не обида — просто усталость. Но от того, что он заговорил первым, становится чуть легче. — Я просто...устала, — тихо признаётся она, не двигаясь. — Не от тебя. От всего. От того, что каждый раз ты обещаешь быть другим, но всё по кругу. Кирилл понимающе смотрит: — Я косячу, я это понимаю...прости. Я не всегда замечаю, когда задеваю тебя, за это тоже прости, — парень подходит ближе к кровати и садится на нее. — Я не хочу, чтобы ты уходила. Алиса смотрит на него несколько секунд и наконец садится, поджав ноги. — Я тоже не хочу. Я просто... хочу, чтобы ты был рядом не только тогда, когда весело. Он кивает. Не перебивает. Просто берёт её за руку, легко, не требовательно. И она не отдёргивает. Иногда касание говорит больше, чем самые громкие, многообещающие слова. Так и засыпают в обнимку.

***

После разговора отношения пары будто обновились до новой, улучшенной версии. Они стали больше проводить времени вместе. Если что-то не устраивало, обсуждали сразу, не умалчивали. Кирилл стал внимательнее и нежнее относиться к Алисе: завтраки в постель, совместные походы в зал, магазин, кино. Только он и она. Они не стали той парой, которая везде вместе, как сиамские близнецы. Свобода в их отношениях всё так же осталась. Парень может пойти встретиться с друзьями, если он хочет, а Алиса может посидеть с девочками. Но чаще всего все просто собираются у них в квартире.

***

Алиса с Кириллом подъезжают к институту, возле которого их ждёт только Антон; остальные ребята пошли занимать места. — Здоров, — парни жмут руки. — Мадам, — кланяясь, говорит Шастун. Алиса закатывает глаза. Если с Кириллом у неё всё наладилось, то с Антоном отношения не стали лучше или хуже. Подколы и разговоры, полностью состоящие из сарказма, никуда не делись. Одна проблема никуда не делась: когда рядом Шастун, Кирилл больше разговаривает с ним, нежели со своей девушкой. После пары компания друзей занимает места на диване в коридоре. Как обычно, разговаривают о чем-то своём, шутя. — Ребятки, я знаю, что мы будем делать в эту субботу, — радостно говорит подлетевший к ним Никита. — Мы будем сидеть в беседке и жарить шашлыки! Компания сразу восторженно загудела. Предложение друга им явно зашло. — А подробнее? — просит Антон, садясь на диван удобнее. — Баранов из другой группы собирается забронировать беседку с восьми вечера и до двух ночи, — забирает из рук Полины мармеладку. — Мне предложил и вам сказал передать. Будет его компания, там человек пять, наша и ещё человека четыре. Ребята переглядываются, согласно друг другу кивая.

***

В пятницу вечером, в общем чате, друзья договариваются, во сколько и где они встречаются, и, обсудив, что лучше с собой взять, ложатся спать. Днём следующего дня пара слегка не рассчитала время, поэтому Алиса с Кириллом носились по квартире, будто у них вырос моторчик. Девушка быстро натягивает на себя топ и спортивный костюм, красит ресницы и делает небрежный пучок. В небольшой рюкзак кладёт тонкую куртку, если вдруг замёрзнет, носки, повербанк и немного наличных. — Да выходим мы, выходим, — кому-то в трубку говорит Кирилл. — Лиса‌, нас сейчас съедят. — А чё ты мне это говоришь? Я уже готова, а вот ты... — осматривает парня и останавливает взгляд на части ниже пояса. Парень стоит в трусах и с бритвой в руке. Алиса выходит без Кирилла. — Отлично, — говорит Антон, смотря на то, как Алиса выходит одна, — а где второго потеряла? — Не ворчи! Сейчас он проверит, всё ли выключено, и выйдет, — обходит Шастуна и подходит к девочкам, целуя каждую в щеку. Ребята заранее вызвали минивен, чтобы все вошли и никому не пришлось ехать отдельно. Никита садится рядом с водителем; Олег, Катя и Полина занимают третий ряд сидений, а посередине садятся остальные — Алиса, Кирилл и Антон. Водитель просит Алису занять место посередине, между парнями, так как она ниже и не будет мешать водителю смотреть в зеркало заднего вида. Машина наполняется смехом и пересекающимися разговорами — кто-то обсуждает сегодняшнюю посиделку, кто-то спорит о музыке, кто-то просто болтает ни о чём. В салоне тепло, окна запотели, в колонках играет что-то фоновое, не мешая общению. Антон с Алисой время от времени соприкасаются коленками и плечами. — Ты можешь не тереться об меня коленом своим? — говорит шепотом, повернувшись к нему. — Это я трусь? — показывает на себя пальцем. — Это ты всё ближе и ближе ко мне липнешь. — Ц! — отвечает немногословно Алиса. — Просто не трись и молчи. Парень ничего не отвечает, но ноги сдвигает, чтобы не касаться колена Алисы.

***

Приехав на место, все сразу начинают знакомиться, но никто почти не запоминает имена друг друга. Слишком много людей, сразу запомнить нереально. Алиса замечает парня, который странно на неё посмотрел и ухмыльнулся, но не придаёт этому значения. Девочки занимаются нарезкой овощей и накрывают на стол: высыпают чипсы и орешки, открывают купленные салаты и ставят их на стол. Парни занимаются мясом. Беседка оказывается большой и закрытой. От ветра замёрзнуть не должны. Ночь опустилась быстро. Вокруг только огоньки фонариков на телефонах, мерцающий свет от костра и приглушённый смех. Шашлыки давно съедены, кто-то перешёл на пледы и вино, кто-то продолжал играть в мафию у мангала. Вокруг — чужая компания, с которой их свёл общий знакомый. Всё казалось безопасным. Алиса сжалась в плечах — и всё-таки приходится достать куртку. — Кирюш, дойди со мной до туалета. Он на противоположной стороне, — наклоняется к нему, чуть понизив голос. Но сидящие рядом друзья всё равно слышат. — Алис, ты серьёзно? — он хмыкает, не отрывая взгляда от экрана. — Там триста метров пройти. Иди, не потеряешься. — Блин, ну там темно. Вдруг там животные какие-нибудь? — смотрит в окно, рассматривая темноту. — Ага, носороги, — наконец-то отрывается от телефона и смеётся. — Возьми с собой фонарь. Мне кое-что нужно с пацанами обсудить, — встаёт и уходит к парням. Она раздражённо вздыхает, встаёт, скидывает плед с ног и идёт, освещая путь телефоном. Ступает по камешкам аккуратно, чтобы не испачкать белые кроссовки. Наклоняется, чтобы ветки от кустов и деревьев не задевали лицо. Возвращаясь обратно, почти у края участка, она чувствует, как кто-то резко хватает её за руку. — Привет, — темно, но Алиса видит, как парень нагло и отвратительно улыбается. — Пока, — девушка тут же начинает нервничать, но виду не подаёт. Делает шаг в сторону, но парень не отпускает и притягивает обратно. — Типа дерзкая? Класс, — довольно кивает, бегая взглядом по телу девушки. — Мне такие нравятся. Он подходит ближе, запах дешёвого алкоголя и перегара бьёт в нос. Он хватает её за талию, и Алиса в панике отталкивает его, но он держит крепко. — Руки убрал! — кричит она, но вокруг шум и громкая музыка, её голос тонет. Антон, вышедший на крыльцо подышать свежим воздухом, поворачивает голову в сторону небольшого леса и замечает какое-то шевеление. Спустя несколько секунд до него доносятся женские крики. Быстрым шагом преодолевает расстояние и видит Алису, которая пытается вырваться из рук какого-то парня. Антон тоже не запомнил его имя. Отшвыривает парня в сторону. — Ты охуел? — голос у Антона холодный, почти чужой. — Ты кто такой вообще? — парень сплёвывает, поднимаясь. — Тот, кто тебе сейчас челюсть сломает, если ещё раз подойдёшь к ней. И первым же ударом он подтверждает свои слова. Завязывается драка. Грязь, кулаки, крики. Кто-то уже бежит из компании растаскивать. Алиса стоит в оцепенении, прижав руки к груди. Сердце бешено колотится. Когда парня наконец уводят, Антон разворачивается к ней, весь в грязи, дыхание сбито, на скуле кровь. — Ты в порядке? — одновременно спрашивают они. Коротко улыбаются, смотря друг на друга. — Спасибо, — говорит она тихо. — О боже, — хватается за сердце. — Чтобы услышать от тебя "спасибо", мне надо было спасти тебя от психа. Вдвоём возвращаются к беседке. Молча. Бок о бок.