Снег в июле

Когда Дима, наконец, отлип от Артёма и ушёл, пообещав, что скоро вернётся, Артём, хоть и чувствовалось, что нога болит, принялся за уборку в квартире. Он понимал, что многого сделать не сможет, но и сидеть без дела не хотелось. Почти сразу же домой вернулась Таня, и Артём, недолго думая, попросил её немного помочь. Она, конечно, немного поворчала, что он совсем не бережёт себя, да и у неё выходной, но отказать брату она просто не могла. Артём решил, что нужно хоть немного подготовить квартиру к приходу Димы. Он быстро убрался, расставил на столе тарелки с простой едой, а потом, придумав, что забыл купить десерт, отправил Таню в ближайший магазин за тортом. Когда сестра вернулась и захотела помочь с остальными приготовлениями, Артём вежливо, но твёрдо попросил её пойти отдохнуть в гостиную, чтобы она не мешала ему в комнате. Ему хотелось создать хоть какое-то подобие праздничной атмосферы, несмотря на все неприятности. Тем временем Дима, вернувшись домой, не терял времени зря. Он быстро собрал всё, что нужно для тренировки. Антон уже был в спортивной форме и ждал его. Дима переоделся, бросил в сумку полотенце и воду. “Я готов!” - крикнул Дима, и братья вместе вышли из квартиры. – Тренер сказал, что сегодня снова новенький будет, – произнёс Антон, нарушая молчание, которое установилось между ними с тех пор, как они вышли из дома. – И кто? – лениво спросил Дима, но было видно, что его это не особо интересует. – Не знаю, но надо с ним нормально пообщаться, поддержать, – наставлял Антон. – И, Дима, пожалуйста, не смей ему грубить, как ты обычно это делаешь. – Да ладно-ладно, постараюсь вести себя прилично, – отмахнулся Дима, закатывая глаза. Он, конечно, мог быть немного резким с новичками, но сегодня у него не было настроения ни с кем ссориться. – Я серьёзно, Дима. Пообещай мне, – настаивал Антон. – Обещаю… – неохотно пробубнил Дима, слегка нахмурившись. Он понимал, что Антон прав, но ему не нравилось, когда его заставляют что-то обещать. Впрочем, что сложного в том, чтобы просто быть вежливым с новым человеком? Хотя можно просто и не разговаривать с ним. Это было бы даже проще. Не разговаривать, ага… Все планы рухнули в одно мгновение, когда Дима увидел, кто стоит перед ним. Максим! Да тут не то что игнорировать его, тут бы удержаться, чтобы не разорвать этого гада прямо на месте! Какого чёрта он ещё и сюда припёрся? Сначала Артём, а теперь ещё и хоккей. А потом что? Домой к ним переедет? Почему ему так жизненно необходимо трогать всё, что любит Дима? Казалось, он специально выслеживал Диму, чтобы испортить ему жизнь. Похоже, он намеренно пытается отнять у него всё, что имеет значение. Специально лезет туда, где ему не рады, специально провоцирует и раздражает. Чего он добивается? На что он вообще надеется? На что рассчитывает этот гад? Дима стиснул кулаки. Ему хотелось наброситься на Максима прямо сейчас, но он понимал, что это только усугубит ситуацию. Нужно было успокоиться и придумать, как поступить. Но как можно сохранять спокойствие, когда этот выскочка так нагло вторгается в его жизнь? Как сдержать ярость, когда он пытается забрать у него самое дорогое? Дима чувствовал, что его терпение на исходе. Максим же, словно издеваясь над ситуацией, непринужденно закинул клюшку на плечи и со скучающим, даже надменным, видом смотрел на Диму. В его глазах читалось что-то вроде: “Ну и что ты мне сделаешь? Что ты предпримешь, чтобы остановить меня?”. Этот нарочито пренебрежительный взгляд был последней каплей. Внутри Максима разливалось довольство. Он знал, как сильно Диму задевает его присутствие. Знал, как бесит, что он осмелился переступить черту. Ему нравилось наблюдать за тем, как ярость искажает лицо Димы, как тот пытается сдержать себя, чтобы не выдать свои эмоции. “Ещё немного, и он сорвётся”, - подумал Максим с предвкушением. Именно этого он и добивался. – Ну и что ты здесь забыл? – с ненавистью процедил Дима. – Тут таких лохов, как ты, не умеющих играть, никто не ждал. – Рано делаешь выводы, Димочка, – с приторной сладостью ответил Максим. – Откуда такая уверенность, что я не умею играть? Может, я тебя ещё удивлю. – Крышку по двору гонять - это не то же самое, что профессионально играть на льду, – презрительно скривился Дима. – Ты даже в команде работать не умеешь, привык всё делать в одиночку. И в свою я тебя брать не собираюсь, можешь даже не мечтать. – А это, к твоему сожалению, не тебе решать, – самодовольно улыбнулся Максим. – Меня уже тренер взял. – Тренер! – взорвался Дима, поворачиваясь к тренеру, который молча наблюдал за этой сценой. – Зачем?! – Дима, хватит, – спокойно, но твёрдо сказал тренер. – То, что вы друг друга недолюбливаете, не делает Максима плохим игроком. Ему нужен шанс. – Я не собираюсь с ним играть, – упрямо повторил Дима. – Дим, ты обещал не грубить, – попытался вразумить его Антон, чувствуя, как назревает скандал. – А ты? Ты всё знал, да? – с болью в голосе спросил Дима, поворачиваясь к брату. – Поэтому выдумал всю эту чушь с “пообещай не грубить”? Антон, чувствуя свою вину, молча опустил голову. – Знал, значит… – с горькой усмешкой произнёс Дима, кидая свою клюшку на пол с громким стуком. – Хорошо, если он не уходит, то ухожу я. Можете играть вместе, раз такие умные. – А… может, его ещё и капитаном команды сделаете? – с сарказмом выплюнул Дима. – Вам же так не терпится меня заменить хоть кем-то! Поздравляю, можете считать, что это произошло! Все стояли молча, не зная, что сказать. Они смотрели, как Дима уходит к раздевалке, расталкивая остальных, словно не замечая их. Было понятно, что он очень расстроен и может наброситься на кого угодно прямо сейчас. Только Максим еле сдерживал смех. Ему было очень весело смотреть на это. Он добился того, чего хотел. Пока что план работал идеально, и он предвкушал, что дальше будет ещё веселее. Но тут же он встретился с тяжёлым, хмурым взглядом Антона, от которого почему-то сразу стало не так уж весело. Улыбка сползла с лица Максима. Антон грустно отвёл взгляд и, ничего не сказав, развернулся, чтобы пойти за Димой. “Что, разочарован?” – подумал Максим, откидываясь на ограждение и снова принимая свой скучающий вид. – “А я говорил, что ты такой же, как и все…” С какой-то стороны Максим этого и ожидал. Что Антон, как и все, быстро начнёт его ненавидеть. Ведь он же специально всё это делал. Но где-то в самой глубине души эта мысль засела, словно скребущая кошка, медленно царапающая его сердце. Максима ненавидит много людей, и ему всегда было плевать на чужое мнение… Но почему-то именно Антону, такому правильному и честному, хотелось доказать, что он не такой уж и мудак, каким его считают. Что он просто привлекает к себе внимание, потому что по-другому не умеет. С самого детства Максима ненавидели даже собственные родители, которые только и делали, что пили и ругались. Естественно, маленький Максим был предоставлен самому себе и не получал ни капли любви и ласки. А в детском доме уж подавно он был никому не нужен, так как таких, как он, там целая куча. Тихий и замкнутый Максим, каким он был раньше, никому не нужен. Его попросту никто не замечал. А вот такой “плохой парень” нравится многим. Многие девочки в школе за ним бегали, но внимания Максима добиться было не так уж и просто. Женщин он недолюбливал с самого детства из-за своей матери. Из-за неё он не может даже смотреть на девушек, вспоминая все ужасы своего детства при одном только взгляде. Во всех девушках он видел лишь лицо своей матери, которая испортила всю его жизнь, и от одной этой мысли его начинало тошнить. Поэтому и не возникает вопросов, почему Максим предпочитает парней. С женщинами у него был закрыт путь с самого детства. Отца он своего даже не помнит, поэтому в этом плане было немного легче. Не было человека, с которым можно было бы сравнивать себя, чтобы понять, каким должен быть мужчина. Вся его жизнь - это борьба за внимание и попытка доказать, что он чего-то стоит. И сейчас, похоже, он снова всё испортил. Но почему именно Антон? Максим думал, что, возможно, ему интересен Артём, но он не чувствует ничего особенного при прикосновениях или взглядах на него. Тогда что у него к Антону, если не простой интерес? Точно не любовь. Максим не знает, что такое любовь, он попросту никогда её не видел. Он никогда никого не любил, хотя парней у него было много с самого раннего возраста. С ними и отношения дольше года не длились: надоедали, становились предсказуемыми, да и он сам быстро терял интерес. Может, в Антоне он просто увидел что-то новое, что-то, чего ему не хватало в других? Что-то, что он отчаянно пытается понять, разрушая все мосты. Максим всегда презирал навязчивых и прилипчивых парней. Но Антон совсем не такой. Он относится к нему хорошо, несмотря на то, что Максим и правда ведёт себя как последний мудак, провоцирует и хамит. Словно Антон и правда достал из Максима ту каплю доброты, которая глубоко в нём запрятана, и видел только её, игнорируя всё остальное. Но при этом он не навязывается, не лезет в душу. А сейчас, увидев этот полный разочарования взгляд Антона, эта капля… словно для него навсегда испарилась. И от этой мысли Максиму вдруг стало по-настоящему тоскливо. – Не, тренер, я наверное и правда уйду… – внезапно сказал Максим, отрываясь от раздумий. – Почему? Ты даже одной тренировки не продержался. Что случилось? – Не моё это, наверное. Правду Димка говорит, – пожал плечами Максим, стараясь не смотреть в ту сторону, куда ушёл Антон. – Да не слушай ты его, он просто переживает, что появится кто-то лучше его. У него сейчас сложный период, – попытался успокоить его тренер. – Давайте вы хотя бы попробуете помириться, поговорим, а потом уж решишь, уходить тебе или нет? – Лады… Попробую, – неуверенно согласился Максим, не до конца понимая, зачем ему это нужно. Перспектива уйти была не самой лучшей. Тогда он бы точно больше никогда не увидел Антона. И эта мысль почему-то пугала сильнее, чем всё остальное. Максим, стараясь сохранять невозмутимый вид, зашёл в раздевалку. Дима и Антон что-то оживлённо обсуждали, стоя друг напротив друга, но тут же замолчали, когда он вошёл. В воздухе повисло напряжение, словно натянутая струна. – Эм… – неуверенно начал Максим, подходя ближе. – Слушай, ты это… ну, извиняй, если что. – Зачем мне твои извинения? – холодно отрезал Дима, скрестив руки на груди. – Ну прости, блять! – сорвался Максим, не привыкший просить прощения. – Ну перегнул немного, с кем не бывает? Я не собираюсь тебе мешать, становиться лучше тебя, занимать твоё место или ещё какая херня. Я просто хотел позлить, ясно? А ты как баба истеричная, честное слово… – Это у тебя такие извинения? – иронично приподнял бровь Дима. – Да боже, просто прости меня, и всё! Что тебе ещё нужно? – выдохнул Максим, чувствуя, как теряет терпение. – Ладно… впервые вообще слышу от тебя это слово. Оказывается, ты его знаешь, – с усмешкой ответил Дима. – Иди ты… – пробормотал Максим, отворачиваясь и переводя взгляд на Антона, надеясь увидеть хоть какое-то одобрение. Но тот лишь отвернулся, избегая зрительного контакта. “Я извинился, как ты и хотел… Что ещё нужно-то?” – мысленно обратился Максим к Антону, чувствуя, как внутри нарастает раздражение. – “Чем ты опять недоволен?”. Да где это видано, чтобы Максим бегал за парнем?! Нет уж, этого не будет никогда. Всегда бегали за ним, и он сделает всё, чтобы Антон тоже стал одним из них. Антон… будет игрушкой куда интереснее и сложнее, чем Артём. К тому же, он ещё и свободен, никем не занят. Нужно просто найти к нему правильный подход. Дима, хоть и неохотно, но всё же успокоился и вернулся на лёд. Однако, всю оставшуюся тренировку он придирался к Максиму по любому поводу, даже если тот ничего не делал, намеренно цепляясь к нему по мелочам. Нельзя сказать, что Максим всерьёз злился. Да, после кучи Диминых придирок это начинало немного раздражать, но в целом Максиму было всё равно. Это было скорее… скучно. Он был занят другим, а именно наблюдением за Антоном. План был прост, циничен и жесток: влюбить в себя Антона, используя слова и поступки, а затем бросить. Растоптать то, что сам же и создал. Это должно было быть…интересно. Реакция Антона должна быть бесподобной. Разбитое сердце, слезы, ненависть – всё это должно было стать подтверждением его теории: Антон такой же, как все остальные, в конце концов он тоже его возненавидит. Только так Максим сможет доказать себе, что он прав, что все люди – одинаковые, лживые и ненадёжные. После тренировки все трое направились в раздевалку. Воздух в помещении был густым от запаха пота. – Максим, хочешь пить? – спросил Антон, обращаясь к нему с лёгкой улыбкой. – А то я вижу, что ты не очень хорошо собрался. Даже воду не взял. – А… конечно, спасибо, – ответил Максим, намеренно растягивая слова и отвечая с чуть затянутой улыбкой. И снова прожигающий взгляд от Димы, словно тот в мыслях уже высвободил кулаки и готовился надавать Максиму по лицу. Максим даже не моргнул, спокойно встретившись с ним взглядом и ответив лёгкой, почти издевательской улыбкой. Дима увидел, как Максим достаёт свои вещи из шкафчика Антона. Брови Димы сошлись на переносице. – Какого чёрта у тебя его вещи? – спросил он, приподнимая бровь. – А… ну, просто свободных шкафчиков пока нет, и я разрешил ему положить к себе… – спокойно ответил Антон, словно пытаясь сгладить ситуацию. – А в чём проблема? – спросил Максим, натягивая футболку и не обращая внимания на Диму. – Мы оба парни. В чём тут может быть проблема? – Да в тебе проблема, гад, – процедил сквозь зубы Дима, отворачиваясь, но продолжая наблюдать за ними. – Как у такого милого Антоши такой ужасный брат? – с усмешкой спросил Максим, заметив, как Антон покраснел. – Ничего он не ужасный! – нахмурился Антон, с лёгким румянцем на щеках. – Значит, не отрицаешь, что ты милашка? – продолжал подкалывать Максим, широко улыбаясь. Ему нравилось видеть, как Антон теряется от его слов. – Отвали… – прошипел Антон, отворачиваясь, пытаясь скрыть смущение. Собравшись, троица направилась к Артёму. Антон и Максим шли впереди, обмениваясь короткими фразами, причём Максим снова не упускал возможности поддразнить Антона, заставляя того краснеть. Дима плелся позади, забывшись в чтении брошюры о предстоящих соревнованиях, которую ему дал тренер. – Да нет же… – продолжал Максим, взяв Антона за руку, и слегка сжимая её. – Смотри, какая у тебя ручка маленькая, совсем как у ребёнка! – Неправда! – возмутился Антон, лёгким ударом хлопая Максима по ладони. – Это у тебя руки, как у слона! – У слонов нет рук, дурашка, – засмеялся Максим, ещё сильнее сжимая руку Антона. – Какая разница! – пробурчал Антон, вырывая руку. Дима лишь вздохнул, про себя отмечая, какие же они оба шумные. Его собственные мысли казались ему сейчас тихим шепотом на фоне их оживлённого разговора. “Наверное, вот почему Артём всегда в наушниках…” – подумал Дима, едва заметно улыбнувшись. Интересно, чем сейчас занят Артём? Диме очень хотелось услышать его голос, увидеть его лицо… Прошло всего несколько часов, а он уже скучал. Наверняка, сейчас Артём напрягает больную ногу, а не сидит на месте. “Точно придётся отругать, когда приду…” – подумал Дима, с лёгкой улыбкой пряча брошюру в карман вместе с замерзшими от холода руками. Дойдя до подъезда, Антон остановился у домофона, его рука, немного дрожа от холода, потянулась к панели с кнопками. Он поискал глазами нужную квартиру, наконец нашёл и, немного поколебавшись, нажал кнопку вызова. Максим, стоящий рядом, с любопытством наблюдал за ним, а Дима, как обычно, был погружен в свои мысли, едва заметно покачиваясь от холода. Звук гудка раздался в тишине вечернего подъезда, напоминая о том, что они наконец-то почти достигли своей цели. Они поднялись по лестнице, к пятому этажу. Антон и Максим болтали без умолку, их голоса гулко отдавались в подъезде, а Дима, замыкавший шествие, молча наблюдал за ними, за каждым движением Антона, за каждой улыбкой Максима, и в его сердце росло нетерпение. Каждая ступенька приближала его к Артёму. На нужном этаже они остановились, и Дима вышел вперёд, увидев открывающуюся дверь квартиры Артёма. Артём стоял в проёме, потирая глаза и зевая, его волосы были взъерошены, а лицо было чуть припухшим и сонным. Диме так хотелось прямо сейчас обнять его, крепко-крепко, прижать к себе и никуда не отпускать… но он сдержался. Не при всех же. – Проходите… – пробормотал Артём, голос его был хриплым от сна. – Ты спал? – спросил Дима, подходя ближе. – Немного задремал, – ответил Артём, приоткрывая дверь пошире, чтобы пропустить друзей. Все трое зашли в коридор квартиры Артёма. Сам Артём, прислонившись спиной к стене, остался стоять в сторонке, наблюдая за друзьями, которые, снимая обувь и верхнюю одежду, прошли мимо него. Антон и Максим направились вглубь квартиры, где, судя по всему, находилась мама Артёма. Сам Артём остался в коридоре с Димой. – Я скучал… – тихо прошептал Дима, так, чтобы услышал только Артём, опираясь на стену рядом с ним. Он взял его за руку, нежно поглаживая ладонь большого пальца. – Не сейчас… – пробормотал Артём, слегка краснея, но не отводя взгляд от Димы. Его глаза выражали и радость от встречи, и лёгкую неловкость от того, что друзья находятся рядом. – Что значит “не сейчас”? Я и так весь день себя сдерживал… – прошипел Дима, голос его был немного хриплым от сдерживаемых эмоций. – И сейчас сдерживаюсь, чтобы не наброситься на тебя прямо здесь и сейчас. Ты хоть представляешь, как сильно я скучал? – Представляю… просто давай немного позже, хорошо? – прошептал Артём, его голос был тихим и немного неуверенным. – Ладно… – согласился Дима, ещё раз нежно сжимая руку Артёма, а затем медленно отпуская её. – Но позже. Ясно? Не отговаривайся потом, я буду ждать. Артём кивнул, лёгкая улыбка коснулась его губ. Они прошли в комнату, где Антон и Максим уже расположились за столом, оживлённо что-то обсуждая, жестикулируя и перебивая друг друга. Воздух в комнате был наполнен уютным ароматом только что заваренного чая и чего-то сладкого – возможно, пирога или печенья. Мама Артёма сидела за столом, спокойно потягивая чай из кружки, наблюдая за ними. Артём, остановившись в дверном проёме, на мгновение замялся. – Мам, мы будем у меня сидеть, – сказал он, немного смущаясь. – Что, даже со мной не посидите? – с лёгкой иронией, но с явной заботой в голосе и тёплых глазах, спросила мама Артёма. Она подняла кружку, показывая ей на них. – Ладно-ладно, идите, идите, – мама Артёма махнула рукой, как бы отпуская их. – Что вам тут делать. Я тут побуду, почитаю. – Спасибо, – ответил Артём, и все четверо прошли в его комнату. – Что будем делать? – спросил Антон, оглядывая комнату, стены которой были увешаны постерами и фотографиями. – Эй, а давайте в “правду или действие”? – внезапно предложил Максим. Все трое оглянулись на него, словно он сказал что-то совершенно невообразимое. – Что? – спросил Антон, приподнимая бровь. – Ну… – начал Дима, переводя взгляд на Артёма, словно ища его согласия. – Если Артём не против, то я тоже. – Можно… – согласился Артём, немного замявшись и почесав затылок. Он был не очень уверен в своих силах в таких играх. – Звучит интересно, – поддержал Антон. – Только без всяких странных заданий. Знаешь, таких, которые будут кому-то неприятны. – Каких это? – с напускным непониманием спросил Максим, но в его глазах мелькнуло озорство. – Ну, таких… понимаешь, – пояснил Антон, – которые заставляют кого-то делать что-то против своей воли. – Ладно, хорошо, – согласился Максим, уже предвкушая веселье. – Без неприятных заданий. Честное слово! Конец двадцатой главы.