Мороженого хочу!

      — Ким Тэхён, ещё одно неловкое движение в мою сторону и я начну драться, — вспыливает омега раздраженно, наблюдая за тем, как его драгоценный мужчина теряется в количестве чужой одежды.       — Ну, солнце моё, я просто не могу понять, зачем тебе так много вещей всего на неделю?       — Надо, — фырчит тот, подходя к Тэхёну, и, выхватывая свой свитер из рук, аккуратно складывает и кладёт в чемодан. — Скажи спасибо, что я ещё не покупал одежду для беременных.       Тэхён на это замечание лишь тихо усмехается и продолжает помогать мужу всё сложить, чуть отодвигая того от чемодана. «Не надрывайся, ” — говорит спокойно и берёт светлые джинсы с кучей рванья по штанинам. И смысл этой вещи? Он слишком часто задавался этим вопросом, но потом пришёл к выводу: пусть его зайка радуется — остальное не важно.       Проверив в последний раз, взял альфа билеты или нет, они наконец выходят из дома, где их уже десять минут ожидало такси. Мужчина тяжело вздыхает, когда понимает, что заплатить надо будет чуть ли не вдвое больше, чем он изначально планировал. Всё потому, что его чудо не могло надеть кроссовки. Нет, чтобы сразу попросить помощи, этот наглый и слишком самостоятельный омега пытался сам дотянуться до обуви, пыхча и бурча. А когда Тэхён хотел подойти, Чонгук его отталкивал от себя со словами: «Не мешай, я сам справлюсь». Ага, справился.       — Так, а ну давай сюда, сейчас такси уедет, — альфа прервал этот бесконечный круговорот одной-единственной фразой, когда терпение почти иссякло. Он настойчиво игнорировал пинки и крики своего мужа, молчал и надевал обувь на маленькие ножки в любимых носочках с разъединёнными пальчиками. Второй кроссовок надевается с предварительным поцелуем в лодыжку — от этого Чонгук совсем тает и улыбался, как дурак. Как же мало, всё-таки, нужно, чтобы омега успокоился.       К счастью, выехали они заранее, поэтому времени до отправки было достаточно. Чонгук так давно не был на вокзале, что и забыл совсем, какой он большой. Осматривая массивные стеклянные стены станции, он вспоминает, как, будучи ещё совсем юным и незрелым, впервые попал сюда. Уже тогда его ожидал у выхода Тэхён, с цветами в руках и такой излюбленной годами квадратной улыбкой. Познакомившись онлайн, альфа пообещал, что выкрадет молодого омегу к себе в Сеул. В целом, так и случилось, когда он купил ему билет в один конец. И тогда семнадцатилетний Чон Чонгук переехал в большой город к двадцатисемилетнему Ким Тэхёну. Родители очень переживали за своего сына, беспокоясь о том, к какому же взрослому мужчине едет их мальчик. Однако Ким всеми силами старался завоевать доверие своих будущих родственников. К счастью, получилось у него это довольно быстро.       Рейс не изменился с тех времён, всё так же оставаясь с третьей по двенадцатую платформы. Тогда Чон ехал на пятой, а сегодня была очередь девятой, к которой пришлось идти подольше. На пункте приёма билетов стоял невысокий дедуля, что проверял пассажиров. Увидев молодую пару, он встретил их приятной улыбкой и уклонился в знак уважения.       — Восемнадцатый, девятнадцатый… — Тэхён считает вагоны в поисках нужного, подходя к старичку. — Двадцатый, это наш.       — Молодые люди, куда путь держим? — спрашивает он мягким голосом и протянул руку, чтобы взять их билеты.       — К моим родителям в Пусан, хотим рассказать им новости, — усмехается Чонгук и укладывает руку на свой аккуратный животик, что прячется за бесформенным свитером, кажется, альфы. — Уже целых шесть месяцев! Наша малышка уже совсем большая.       — Ого, и правда, — кивает он и отдаёт билеты. — А, простите за личный вопрос, почему так долго ждали?       — Да я работал всё время, а мой муж не хотел ехать один, — пожимает плечами Тэхён и приобнимает своего возлюбленного за талию, прижав к себе поближе. — Вот, взял отпуск, теперь спокойно на недельку махнём.       — Оо, это правое дело, — кивает дедушка и отходит от входа в поезд, пропуская пару. — Ладно, проходите, не буду вас задерживать, ребята. Приятного отдыха.       — Спасибо.       Тэхён затаскивает два чемодана в вагон по очереди, после чего подаёт руку мужу. Чонгук с его помощью запрыгивает в поезд и сразу начинает высматривать их места. Тэ даже не говорит ничего — пусть его благоверный тоже участие в поисках примет. И не важно, что их купе где-то посередине. Если он решил начать отсюда — пускай.       Внутри поезд смотрелся очень даже уютно: светлые купе с чистыми спальными местами, столики для еды, одноразовые тапочки и полотенца были прилежно сложены у каждого лежбища. На двери висело большое зеркало, чтобы привести себя в порядок во время пути. Чонгук успел обогнать мужа, пройдя к середине вагона. Над одной из дверей висел небольшой деревянный значок, на котором был выжжен номер купе: двенадцатый.       — Тэ-Тэ, я нашёл! — кричит он радостно и проходит внутрь, скидывая свою небольшую сумку на кровать и заваливаясь на неё, откинувшись всем телом на мягкую спинку. — Ох, я так устал…       — Ну а чего же ты вперёд так рванул, м? — вздыхает альфа, присаживаясь рядом после того, как сложил чемоданы у другого спального места. Он берёт чужую ладонь в свою и целует нежно, после подставляет плечо, на которое незамедлительно ложится омега. Второй поцелуй приходится в макушку.       Чонгук прикрывает глаза и пару минут сидит тихонько. Могло даже показаться, что он уснул. Только Ким мелко вздрагивает, когда сидящий рядом парень резко начинает хныкать.       — Тэхён, у меня спинка болит… — чуть ли не со слезами на глазах скулит тот, уже вскидывая худи, и, поворачиваясь задом к мужу, складывает ноги в позе лотоса. — Разотри мне!       А Тэхён отказаться не может да лишь вздыхает обречённо. Тюбик с мазью от мышечных болей лежал где-то в чемодане омеги, поэтому найти его было той ещё задачей. Внутри находится всё, что душа пожелает: одежда, косметика, книги для беременных, какие-то продукты, подарки для родителей. Треклятая аптечка оказалась на самом дне этого бардака. Осталось дело за малым — найти саму мазь, что, как оказалось, была тоже внизу. И почему вещи первой необходимости Чонгук решил всунуть чёрт знает куда?       Альфа берёт тюбик в руки и выдавливает на спину омеги эмульсию, мягко распределяя по коже, в основном концентрируя своё внимание на пояснице. Мазь давала парню приятное ощущение облегчения.       — Спасибо, любимый, — одаривает Чонгук своей милейшей улыбкой мужа, забирается на колени и обнимает его, легонько потираясь мягкой щекой о чужую шею. В такие моменты Тэхён разрывается между ласковыми прозвищами «зайка» и «котёнок». Кто же ты, Ким Чонгук?       — Пожалуйста, детка, — не может не улыбаться в ответ альфа, любуясь своим счастьем. Он готов сделать для него всё.       Кстати, говоря обо «всём»…       — Тэ-Тэ, я хочу мороженого, — мямлит омега в шею неразборчиво, что приводит в ступор старшего.       — Гу, до отправки пять минут…       — Мороженого хочу!       — Уже бегу.       У всех альф есть одно негласное правило: слово беременного омеги — закон. Если он хочет что-то, это надо срочно найти, и не важно, какие условия для добычи желаемого. Как говорится: «вижу цель, не вижу препятствий». Вот и Тэхён придерживается этой мысли, когда мчится из вагона в ближайший продуктовый магазин. В голове всплывает один вопрос, который надо было задать ещё в поезде. Какое же мороженое хочет его ненаглядный? Любимого вкуса ведь у него нет, каждый раз он выбирает разное. Шоколадное покупает во время свиданий, дома наминает фисташковое в ведёрке ложкой, в игривое настроение предпочтение падает на клубничное. Может, в этот раз он захочет ванильное? А может и вовсе со вкусом киви? Тэхён сейчас взвыть готов от тяжести выбора, ведь от его решения будет зависеть настроение мужа.       Решение было до банального простым и гениальным в то же время. Скупить все вкусы — весьма расточительно, однако так Тэхён точно угодит любимому. Он нервно постукивает носком обуви по паркету небольшого магазинчика со сладостями и покусывает нижнюю губу, что, кажется, та уже была сгрызана до небольших ранок. Взгляд не отрывается от наручных часов, Ким секунды считает и в голове уже готовится срывать глотку в криках, чтобы поезд остановили.       Поблагодарив продавца за мороженое, мужчина оставляет купюру и, бросив на прощание «сдачи не надо», срывается с места в сторону поезда. Бедняга даже чуть не спотыкается по дороге к Чонгуку. Дыхание перехватывает, а ноги уже начинают побаливать от резкого кардио. Да уж, крепатура не заставит себя долго ждать.       — Подождите, не закрывайте! — вопит Тэхён тому самому дедуле и с разбегу прыгает в вагон. — Боже, успел…       — Ох, ну вы и супермен, — усмехается тот и заглядывает в середину. — Что же вы перед отправкой гуляете?       — Да муж мороженого захотел, а вы же понимаете…       — Похвально, молодой человек. Вашему мужу повезло с вами.       — Спасибо.       Тэхён кланяется работнику вокзала и уходит, когда за его спиной закрывают двери. Ещё минутка и они тронутся. Альфа делает глубокий вдох и медленный выдох, высвобождая лёгкие полностью, в попытке успокоить сердцебиение и восстановить дыхание. Долго стоять не следует, поэтому он начинает двигаться к купе, где его ждал Чонгук.       Кроль уже сидел, насупившись, с покрасневшими глазами, обнимая свой живот. Ещё немного и заплачет, честное слово. Но стоило ему увидеть, как Ким зашёл к нему, то, казалось, это долгожданное мороженое было уже совершенно не нужно.       — Тэхёни-хён! — совсем разревелся парень и сорвался с места к мужу, повиснув на его широких плечах. — Я думал, что ты не успел на поезд!       А Тэхён расплывается в довольной усмешке, когда слышит это драгоценное обращение. Он укрывает в своих ласковых объятиях плачущего омегу и оставляет лёгкое касание губ на щеке, медленно перемещаясь на спальное место.       — Всё хорошо, родной, я с тобой, слышишь? — кивок. — Ну всё, не плачь, хорошо? — кивок. — Я принёс мороженое, будешь?       Вместо ожидаемого очередного кивка альфу ожидает приятное вознаграждение за его старания. Бархатные губы младшего едва касаются его, а руки обвивают шею, прижимая к себе. Живот беременного упирается в альфу, что вызывает у него слабую усмешку. Сильные руки подбирают податливое тело к себе ближе, так правильно укладываясь на природные изгибы. Тихое хихикание заполняет помещение купе, Чон заставляет себя отстраниться, замечая в чужих глазах громкое: «Куда, я не успел насладиться до конца!».       — Спасибо, любимый, — шепчет Чонгук прямо в губы, оставляя на них свой краткий чмок. Выпутавшись из объятий, он на четвереньках подползает к пакету и, недолго думая, выбирает клубничное — ну, кто бы сомневался, по крайней мере сейчас.        Тэхён вздыхает и лишь понимающе поглядывает на мужа, аккуратно обняв за талию да притянув обратно, чтобы непоседа основался где-то рядышком. Чонгук впервые за это время утихает, наминая прохладную сладость. В голове промелькает воспоминание — второй раз за сегодня. Их первое свидание. Это был второй день пребывания в Сеуле вдвоём. Тэхён показывал юноше город: величественный район Каннам, в котором он пообещал найти им уютное гнёздышко в будущем (и не соврал ведь!), торговые центры, уличные забегаловки и простые сеульские улочки. Ближе к вечеру, во время заката, они остановились в парке неподалёку от квартиры Кима, которую он снимал на тот момент. Конечно же, вещи Чона, да и его самого тоже, альфа оставил у себя. Он купил своему, на тот момент, парню, простой рожок с шоколадным мороженым. Чонгук, окрылённый новыми ощущениями, видами и чувствами, наслаждался моментом. Ножки свои закидывал на колени своему мужчине и просто кайфовал от жизни.       Так делает омега и по сей день.       Когда лакомство было съедено, Чонгук развалился по ногам мужа и взглянул на него своими большими глазками-пуговками, да губки облизнул зазывающе. Такое бывает часто, Тэхён уже не удивляется этому поведению. Внимания да любви хочет кроха. Альфа тихо посмеивается и тянется к Чону, чмокая аккуратный нос-кнопочку, и прикасается своим, едва ощутимо трётся с улыбкой расслабленной. Тот смеётся счастливо и возвращается к любимым губам, смакуя словно в первый раз. По коже бегут мурашки, когда руки мужчины пробираются под свитер к животу и поглаживают нежно. В такие моменты они оба ощущают себя ещё совсем молодыми и влюблёнными. Изменилось с того времени многое, особенно чувства, что с каждым днём увеличивались и крепчали.       — Я ножку её чувствую, — проговаривает тихо Тэхён и прощупывает аккуратно кожу на животе, а потом берёт Чонову ладошку и кладёт на место своей. Улыбка сразу озаряет лицо омеги.       — Моя малышка, — чувства снова нахлынули на парня, он шморгает носом и вытирает подступившие к глазам слёзы. — Такая большая уже… поцелуешь её за меня?       — Хорошо, — с улыбкой отвечает Тэхён и опускается ниже, приподнимая ткань свитера и оставляя свой поцелуй на коже.       Чонгук от счастья светится и гладит по волосам мужа, положив на его затылок ладонь осторожно, словно думает, что спугнёт. А тот, приподнявшись, касается кистью чужой щеки и оставляет краткое прикосновение губ на устах. Омега пользуется возможностью и проталкивает в рот свой юркий язык, касаясь чужого. Ранее предполагаемый как лёгкий, юношеский поцелуй превращается в мокрый и страстно желанный. Он ладонью зарывается в волосах, легко путает пряди на голове, пуская по коже волну мурашек. Тэхён от такого игривого мужа каждый раз голову теряет, тут же уходя от реальности.       — Гу…       — Тшш… — усмехается омега и вновь припадает к губам, а потом тихо мычит, закусывая губу, когда Тэхён опускается от скулы к шее.       — Детка, не стоит делать это в купе, тут может гулять разная зараза.       Чонгук в ответ фыркает недовольно и немного успокаивается, укладываясь на плече. Прикрывает глаза и спустя несколько мгновений начинает сопеть, оставив мужа сидеть в неудобном положении. Тот на это лишь тихо вздыхает и принимает тщетную попытку уместиться комфортнее. Оставив бессмысленное занятие, укладывает голову на макушку омеги, прислонившись щекой. Рукой нежно поглаживает по волосам, слушая тихое сопение, что понемногу убаюкивает и его самого.       Иногда их друзья шутят, что они живут в каком-то диснеевском мультфильме о любви. Тэхён искренне смеётся над такими высказываниями да вертит головой, как бы говоря о том, что они живут скорее в комедийном сериале про молодожёнов, где каждая серия — незамысловатые ссоры, которые плавно переходят в извинения и слова о сильнейшей любви. Часто серия может быть о незабываемом приключении, возникшем из ниоткуда. Иногда и жанр мелодрамы встрянуть может даже.       Весело так жить, не соскучишься уж точно. Его муж никогда не даст этому случиться. Как выкинет что-то — хоть стой, хоть падай. Особенно сейчас, будучи беременным.       И всё равно Тэхён бесконечно любит. Пускай и потерпеть нужно. Ради Чонгука он всё вытерпит.       Неизвестно, сколько времени проходит, когда Тэхён слышит жалобный скулёж под боком. Чонгук кривит лицо, прикрывает рот рукой и в миг округляет глаза, испуганно смотря на мужа. Тот тут же понимает, в чём дело.       — Успеешь дойти до туалета?       Омега медленно мотает головой и вздрагивает от рвотного позыва, с трудом удерживая его. На глазах собираются слёзы в крупные капли на уголках. Мужчина издаёт тихий утробный рык перед тем, как подхватить своего мужа на руки.       — Значит будем бежать.       Спиной Тэхён осторожно открывает двери купе. Мотает головой в поисках открытой части вагона и прижимает поближе к себе подрагивающее тело, видит табличку на двери и бежит туда. Конечно, в весе Чонгук прибавился, но он старается этого не показывать, чтобы даже сейчас, особенно сейчас, не расстраивать лишний раз беременного. Тот ноги поджимает к Тэхёну, чтобы не задеть случайно близлежащие двери. И что же это такое, думает он сейчас, ведь токсикоз должен был пройти давно. Неужели укачало?       — Аккуратнее! — шипит омега и сглатывает ком в горле, который сильнее наружу рвётся из-за бега.       — Я пытаюсь, родной, прости.       Тэхён действительно очень пытается бежать как можно осторожнее, чтобы не было тряски, моментами переходит на быстрый шаг. Спрашивает у мужа о самочувствии, но тот и слова сказать не может, боится. Ещё бы, в противном случае вышло бы немного… неловко.       У входа в уборную альфа ставит Чонгука на ноги. Тот сразу прошмыгивает за дверь и на вопрос о помощи лишь кричит раздраженное «Нет!». Мужчина тяжело вздыхает и упирается лбом о стену, чувствуя вибрацию от движения. За стенкой от омеги можно услышать характерные звуки, Тэхён жмурится. Каждый раз тяжело ему переживать это, ведь помочь как-то, ослабить токсикоз невозможно, только переждать, перетерпеть. Очередной вздох вырывается из лёгких. Он спрашивает, всё ли в порядке, когда больше не слышит ничего. Отвечает ему полная тишина, мужчина начинает переживать, а потом выдыхает расслабленно после доносящегося изнеможенного бормотания.       Омега выходит к мужу лишь через пять минут, весь бледный, вялый, молча проходит мимо и плетётся к их местам. На уме крутится лишь одна мысль — уснуть поскорее и проснуться от ласкового шепота о прибытии. Тэхён не лезет с расспросами, всё прекрасно понимает и сам. Идёт позади, не трогает лишний раз. Молчаливая поддержка в такие моменты особенно важна.       

***

      За окном поезда начинает заходить солнце за горизонт. Чонгук спокойно спит в объятиях мужа. Всё это время Тэхён поглаживал чужую спину, убаюкивая. Он заглядывает в окно, замечая городскую местность поодаль от железной дороги. Опускается к сидящему рядом и притрагивается губами к виску.       — Гу, зайка, мы приехали.       — Мм…       Омега медленно поднимает голову с плеча мужа, прежде чем открыть глаза. Взгляд заспанный, немного расфокусированный, а тело словно ватное.       — Приехали?       — Да, просыпайся, — произносит с улыбкой полушепотом, второй поцелуй оставляя на щеке, — скоро будем выходить. Как ты себя чувствуешь?       — Лучше, — мямлит Чонгук лениво, потирая веки и зевая.       Остановка поезда сопровождается озвучиванием станции пусанского вокзала. В коридоре сразу образуется толпа людей, что желают поскорее выйти из поезда, создавая толкучку. Тэхён предлагает подождать немного, чтобы другие пассажиры вышли, в это время собирая вещи, которые они успели вытащить. И вот если бы не та мазь, лежащая на самом дне чемодана, ничего бы и не было. Достал — положил, а тут приходится заново всё утрамбовывать. Конечно, альфа ничего об этом не скажет, лишь побурчит в уме, дабы не нервировать беременного лишний раз.       Выходя из поезда, пару встречают родители Чонгука. Миссис и мистер Чон так рады были увидеть своего сына и зятя, что чуть не сбили с ног, рванув обниматься. Только вот женщина через мгновение отстраняется, подозрительно нахмурив брови.       — Чонгук?..       — Мам, пап, у нас есть для вас новость, — улыбается омега, взглянув сначала на такого же счастливого мужа, после — на пока ничего непонимающих родителей. — Вы станете бабушкой и дедушкой!