Город, который снится деревьям

...И на неё из темноты вылилась волна мха. Мягкая, липкая, тяжёлая, она будто проглотила её с головой. Вита рванулась — поздно. Мох врастал в кожу, мягко, неумолимо раздвигая ткани. Он забивался в рот, в нос, под веки, липкими волокнами обволакивал язык, стягивал горло. Вита попыталась закричать, но услышала лишь свой жалобный хрип. В лёгкие вместо воздуха стекала зелёная слизь — сладковатая, терпкая. Звуки глохли. Мир исчез, осталась только дрожь внутри неё самой. И где-то, в глубине этой липкой тьмы, раздался голос Яна. — Корень не может расти в асфальте, он всегда ломает его. Он звучал так спокойно, так уверенно, будто знал её лучше, чем она себя. — Ты ведь не думала, что бессмысленные ритуалы помогут сдержать Лес? Особенно когда ты не понимаешь, что делаешь. Не понимаешь что ты — часть Леса и должна помогать ему. Мох прорастал в грудь. Сжимал сердце в своих упрямых объятиях и Вита почувствовала, как оно пропустило удар. — Ты должна быть с нами. Забудь людей. Забудь город. Ты создана для другого. Она почти — почти — поддалась. Вытащил Сава, настойчивым стуком во входную дверь. Вита проснулась со всхлипом и долго не могла отдышаться. Горло саднило, всё тело болело, одеяло было покрыто мхом. Вита зарычала от злости и скинула с себя покрывало. Да как он смеет за неё решать? Одевшись, она вышла к встревоженному другу. — Витка, тут... — Вижу. Вьюн заполз на окна соседнего дома, полностью его оплёл. Тёмно-зелёный, толстый, почти чёрный, он стягивал рамы так плотно, что стекло дрожало. На дороге стояло несколько машин, куда люди спешно загружали вещи, кто-то ругался по телефону и просил убрать "безобразие", плакал ребёнок. — Не один дом такой, только в нашем квартале их как минимум штук пять. Люди пытаются уехать, но я видел, как машина застряла в корнях на перекрёстке. Ещё немного и начнётся настоящая паника. — Что же делать, Сава? — она инстинктивно обняла его руку и уткнулась носом в плечо. — Если честно, мне страшно. А ещё я видела Яна во сне, он заставлял меня помочь лесу и это было так жутко. — Я ему лицо разобью. Витка, — Сава поднял её лицо к себе. — Держись. Я рядом, мы сможем вернуть всё как было! — Я уже не верю, Сав. Может быть он прав и я вообще не отсюда? И создана только за тем, чтобы помочь лесу? Сава крепко обнял подругу и тихо сказал куда-то в рыжие пряди — Даже если это так, я буду рядом. Мы во всём разберёмся. — Какая трогательная сцена! — Ян стоял посреди тротуара и вокруг него трава пожирала асфальт. Сава дёрнулся, но Вита удержала его: "Побудь со мной". — Слышь, леший! Чего тебе надо от нас? Всё же становится по твоему, иди вей себе гнездо где-нибудь! — Ты чувствуешь это, правда? — Ян обращался к Вите и его голос звучал прямо у неё в голове. — Как умирает их город. Он сам сдаётся, понимает, что это не его место. Ты — сердце Леса, Вита, ты нам нужна. Без тебя Лес не будет полным. Его голос обволакивал, как во сне и Вита вдруг почувствовала, как её тянет к Яну. Он сделал шаг к ней. — Забудь их. Забудь боль, имена, лица. Забудь их стены. Я знаю, ты устала, Лес подарит тебе настоящий покой. Он не заберёт тебя силой, ты ведь сама придёшь, потому что создана для большего. — Прекрати решать за неё! Вите показалось, что вместо Савы она обнимает ствол большого дерева и она в ужасе отшатнулась. Корни вырвались из-под его ног и обхватили его, парень безуспешно пытался освободиться. Сава что-то кричал, но был слышен только звук ломающегося асфальта. — Тебе нужно решить, — голос настойчиво звучал в ушах. За спиной Яна улица уже почти исчезла в зарослях.