Город, который снится деревьям

На Виту вдруг снизошло абсолютное спокойствие. Она перестала вырываться, закрыла глаза и выдохнула, прислушиваясь к ощущениям. Всё вокруг обладало собственной жизнью, пульсировало, и этот ритм пытался подстроиться под её испуганно бьющееся сердце. Лес жадно ловил его биение. Вита распахнула глаза. Она всё ещё лежала на мху в торговом центре, всё тело опутывали лозы и корни, но теперь в них было что-то иное. Как будто они не давили, а бережно поддерживали и крепко обнимали. Мох под её ладонью был тёплым и мягким, приятным. По рукам прошла дрожь, под кожей стало щекотно. Она приподняла рукав и замерла. На внутренней стороне предплечья из кожи распускался крохотный росток — тонкий, зелёный, с трогательными нежными листиками, он слегка дрожал, как от её дыхания. Вита накрыла его второй ладонью, и в этот миг пространство вокруг неё замерло. Звук исчез. Её сознание утекало куда-то. Вита шла по коридору света и корней. Он не имел ни стен, ни потолка, но всё внутри дарило ощущение укрытости, будто она двигалась сквозь само сознание Леса. Пульс жизни звучал в каждом шаге. В самом центре стояло сердце. Не анатомическое, а гигантское древо, наполненное светом. Оно дышало, и с каждым вдохом она чувствовала, как внутри неё раскрывается что-то забытое, древнее. — Кто ты? — спросила Вита. — Я Лес, — ответил голос. Он звучал сразу отовсюду, просто был. — Я то, что было до людей. Я то, что держит жизнь, когда всё рушится. И ты — часть меня. — Почему я? Что я такое? — Ты — мой росток в этот мир. Твоя семья всегда была крепко связана со мной, вы были проводниками. Не оружием. Не уздой. Диалогом. Связью. Связь была забыта и Лес не мог добраться до тебя. — Ян говорил иначе, — прошептала она. — Он хотел сломать, подчинить. Он… — Он ошибся. Его испугали люди, их сила. Он должен был привести тебя, а не калечить мир. Ему было запрещено пускать силу во зло, он нарушил запрет и будет наказан. — А Сава? — Он у меня. — Ты можешь отдать его? Пожалуйста. Он принадлежит миру людей. — Нет никакого мира людей, Вита. Есть только жизнь, — Свет вокруг стал ярче. — Тогда верни его мне. Он мне нужен! — Твоя воля. Свет заполнил всё вокруг, исчезло дерево, коридор, сама Вита. Она почувствовала, как сила наполняет её, струится по венам, растёт внутри. Она вернулась с криком. Корни, державшие её, разлетелись в стороны, как от взрыва света и тут же бросились обратно, чтобы помочь подняться. Вита встала на ноги, в волосах её был вьюн, глаза стали ярко-зелёными. Ян обернулся. Его взгляд был полон ликования. — Прекрасно! Ты стала частью Леса, как я! — Я стала собой, — ответила Вита спокойно. — Я часть Леса. Но не ты. Ты разрушал, когда должен был беречь. Он бросился к ней, но земля сотряслась, и из неё поднялись стебли, переплелись в кольцо. Ян оказался внутри, Лес сковывал его. — Ты нарушил запрет и причинил зло. Ты отнял жизни. Нужно платить. — Лист рождён... чтобы опасть... — хрипло сказал Ян, задыхаясь. — Прости, — прошептала она. — Это не моя месть. Это просто равновесие. Вита бросилась к огромному дереву и с разбега обняла ствол — Пожалуйста, — горячо зашептала она. — Отдай его. Я знаю, ты слышишь меня. Ствол дрогнул. Медленно, как будто колеблясь, кора начала расходиться, обнажая фигуру Савы — он был без сознания, но цел. Вита схватила его за плечи, потрясла — Сава! Слышишь меня? Он вдохнул, закашлялся. Улыбнулся. — Знаешь, — прохрипел. — Какое-то время я хочу видеть только пластик. Вита засмеялась сквозь слёзы и крепко обняла друга. Над ними разгорался рассвет. Лес вокруг больше не был врагом, он просто дышал. Жил. И они — вместе с ним.