В объятиях мертвеца

— Каково это снова вернуться в строй? Нед стоял перед зеркалом, застёгивая военную рубашку. Он сморщился от ощущения, как плотная ткань непривычно прилегала к телу, будто второй слой кожи. Услышав вопрос друга, мужчина поднёс к горлу механический прибор и ответил безжизненным голосом: — Странно. Джимбо весело хлопнул друга по спине, задержав ладонь на его форме. Он провёл пальцами по ткани, наслаждаясь её слегка шершаватой поверхностью. — Я думал, — продолжил Нед металлическим тоном, — что буду чувствовать себя старой тарелкой со склада. А по итогу ощущаю себя новобранцем. Джимбо слишком громко расхохотался для столь несмешной шутки. Нед недовольно повёл плечом, отстраняя его, и снова посмотрел на своё отражение. Он никак не мог понять, нравится ли ему то, что видит или он просто притворяется. — Всё-таки прошло двадцать лет с тех пор, как мы ушли в отставку. — Конечно, за это время многое изменилось, — улыбнулся Джимбо. — Приходится заново привыкать к службе. Но, честно говоря, эта неделя оказалась куда легче, чем я ожидал. — Он мельком взглянул на телефон. — Седьмое октября. — Ага, — Нед закатил глаза. — Суббота. Жду воскресенья, чтобы наконец-то выдохнуть. — Первое время всегда так, — спокойно ответил Джимбо. — Потом будет нормальный график. — Отстой, — выдохнул Нед, убрав прибор от горла, отчего его ответ остался лишь в движении губ. Возвращение на службу, по правде говоря, было идеей Джимбо. Он давно мечтал вновь стать полезным членом общества, а не просто работником в оружейном магазине. Однако возвращаться одному совсем не хотелось. Пришлось почти весь сентябрь упрямо уговаривать Неда вернуться на работу. Джимбо напоминал ему старые забавные истории со службы, после которых они громко спорили, ведь всё сводилось к тому дню, где Нед потерял голос. Увы, Джимбо не обладал обширным эмоциональным интеллектом. Поэтому в итоге оба мужчин стояли перед тяжёлыми дверьми военного корпуса. Утро выдалось прохладным. Каменные стены казармы ещё хранили ночную сырость, а над городом медленно поднимался бледный октябрьский свет. Джимбо поймал себя на том, что мысленно перебирает возможные задания на день. Патрулирование? Учения? Проверки складов? За двадцать лет многое могло измениться. «Надеюсь, впереди нас ждут крутые приключения», — с надеждой подумал мужчина, но субботнее утро тянулось чересчур лениво. Казарма жила привычным шумом, от которого хотелось зевать. Джимбо и Нед вошли внутрь вместе с потоком солдат, возвращавшихся с утреннего перекура. Переглянувшись, оба друзей без лишних слов направились к автомату с кофе. Набрав напитки в стаканчики, они прошлись по коридору корпуса. Остановившись у стола с картой города, их внимание привлёк невысокий, широкоплечий генерал. — Ну что, господа ветераны, — кашлянул он. — Осваиваетесь? — Так точно, сэр, — ответил Джимбо с улыбкой. — Какие задачи на сегодня? — Ничего героического. Патрулирование города. Проверка постов, техника безопасности, стандартный обход. Посмотрите мост, портовую дорогу и складскую зону. — Романтика службы, — пробормотал Нед в прибор. День продолжился монотонно. Военные объехали несколько районов, проверили два поста и старый склад на окраине города. Когда-то давно за ним Лиэн Картман устраивала сумасшедшие тусовки, после которых дрожали ноги. Джимбо ностальгически прикрыл глаза, вдохнув воспоминания о женском теле. В мыслях промелькнуло, что стоит её проведать. А то после рождения Эрика они почти оборвали связь. Однако к вечеру идея о визите затерялась среди других мыслей о службе и жизни. Солнце опускалось за крыши домов, когда в машине зазвучала рация. — Всем доступным подразделениям. Требуется усиление охраны исследовательского комплекса «Альфонса Мефесто». Повторяю! Усиление периметра. Немедленно. Джимбо переглянулся с Недом. Последний еле сдержался, чтобы не закатить глаза. — Он про лабораторию на той стрёмной горе? Рация снова зашипела. — Приоритет средний. Требуется усиление охраны исследовательского комплекса «Альфонса Мефесто». Срочно. — Ну вот, — довольно сказал Джимбо, выезжая на нужную улицу. — Похоже, наша романтика начинается. Вечер уже опускался на окраину города, когда их машина свернула к исследовательскому комплексу. Лаборатория стояла в стороне от жилых районов, на вершине небольшой горы. Когда-то это место считалось важным объектом, но время давно ушло вперёд. Комплекс заметно устарел. Многие, включая Неда, считали, что его пора закрыть, ведь основные исследования уже перенесли в более современные лаборатории с лучшим оборудованием. Джимбо же не думал о таких вещах, как инфраструктура. Он припарковался рядом с другими машинами. Впереди висела старая колючая проволока поверх забора с дырками. Мужчина ожидал увидеть здесь половину гарнизона, но у ворот стояли всего несколько солдат. Один из его знакомых сидел на копоте, лениво куря. Двое разговаривали у грузовика, попивая чай из термокружки. Никакой суеты! Джимбо разочарованно нахмурился. — И это всё? — тихо фыркнул он Неду в ухо. — Где остальные? — Не знаю. Мужчины вышли из машины и подошли к воротам. Один из солдат равнодушно поднял голову. — Новенькие? — Подкрепление, — гордо ответил Джимбо. — Нам передали, что здесь инцидент. Приоритет средний. Нед оглянулся на территорию и неловко проговорил: — Если приоритет средний, почему людей так мало? Несколько солдат с усмешкой переглянулись, но один из них вдруг нелепо расхохотался. Вместо подзатыльника или строгого взгляда он получил поддерживающий смех от второго. — Подожди… — сказал военный сквозь хохот, смахивая невидимые слёзы у глаз. — Вы что, серьёзно не знаете? — Что не знаем? — нахмурился Джимбо. — Нашего сумасшедшего учёного, — солдат махнул рукой в сторону лабораторных корпусов. — Альфонс Мефесто всегда казался мне странным, но это же не значит, что опасность отсутствует. — У него каждые пару месяцев что-нибудь взрывается, ломается или случайно выходит из-под контроля, — перебил другой солдат, потушив сигарету. — Вас не было на службе двадцать лет, — проговорил самый тихий военный. — У нас есть свои внутренние правила. Если бы мы придавали значение каждому его провальному эксперименту, то пропускали бы реальные угрозы. — Но зачем нас сюда направили? — спросил Нед, надеясь на какой-то здравый смысл. — Начальство просто хочет перестраховаться. Джимбо ещё раз с недоверием оглянул расслабленных солдат у ворот и спокойные окна лабораторных корпусов. Ему не хотелось признавать, но здесь действительно никто не воспринимал происходящее всерьёз. Джимбо не собирался отличаться от коллег, поэтому скривил невозмутимое лицо. — А, ну ладно, — он неохотно пожал плечами. — Пройдитесь по территории, — старший из солдат лениво махнул рукой в сторону центрального корпуса. — Стандартный обход. Если вдруг найдёте пострадавших, то выведите их наружу. — В основном тех, кто получил моральную травму от нашего гениального неудачника! — хихикнул другой военный. Джимбо с Недом одновременно выдохнули, оставляя коллег без ответа. Они двинулись по дорожке между корпусами, наблюдая, как опускались сумерки, и включались редкие мигающие фонари. В окнах лабораторий горел ровный белый свет. Несколько сотрудников в халатах спокойно выходили из здания под сопровождение военных. Никто не спешил. Не было ни сирен, ни паники, которую Джимбо ожидал увидеть. Мужчины вошли внутрь здания. Коридор встретил их тусклым светом и выцветшими белыми стенами. Неверняка, когда-то здесь всё выглядело стерильно, но сейчас поверхность стен покрыта пятнами, а в углах проступала влажная плесень. Нед интуитивно замедлил шаг, осматривая здание. Под его подошвой вдруг что-то тихо хрустнуло. Он опустил взгляд и заметил на полу россыпь мелких осколков стекла. Нед нахмурился, а затем поднял голову. Одно из окон в коридоре оказалось разбитым. В раме торчали неровные зубцы стекла, а холодный воздух снаружи медленно тянулся внутрь. — Почему они это не починили? — спросил Нед механическим голосом. Джимбо лишь пожал плечами. Разговор не клеился. Так что Нед решил озвучить свои мысли. — Знаешь, хорошо, что всё так обернулось. — В смысле? — Я боялся, что нас заставят торчать тут всю ночь. Не люблю лаборатории. Не помогло. Мужчины продолжили в тишине гулять по лаборатории. Они остановились лишь у одного из кабинетов, откуда доносились торопливые шаги и глухие удары. Джимбо без раздумий толкнул дверь. Перед мужчинами открылся вид на лабораторию в полном хаосе. Бумаги покрывали пол, а выдвинутые ящики стола торчали наружу. У стеллажа стоял толстый седой мужчина в халате. Тот самый Альфонс Мефесто. Он даже не заметил вошедших, лихорадочно перебирая полки и небольшие контейнеры. — Где… — бормотал Альфонс. — Где оно… Это невозможно… — Что случилось? — подал голос Джимбо, наклонив голову к плечу. Учёный вздрогнул от неожиданного присутствия. Стеклянная бутылочка выскользнула из его пальцев и с резким звоном разбилась о кафельный пол. Прозрачные осколки разлетелись в стороны. — Образец пропал, — быстро проговорил он, нервно теребя седые волосы. — Он был здесь… Прямо здесь, а потом исчез. Я просто… Военные уже здесь? — Да. Нас вызвали, — спокойно ответил Джимбо. Лицо учёного мгновенно оживилось. — Отлично! Значит, мой вызов о биологической катастрофе всё-таки восприняли всерьёз. Вы же поможете мне найти образец? — Подожди. — Джимбо непонимающе нахмурился и почесал подбородок. — Ты вызвал целую ораву военных, чтобы найти… Потерянный эксперимент? — Это не просто эксперимент, — резко ответил учёный. — Это моё детище. И оно очень опасно! Я понятия не имею, как оно поведёт себя при контакте с человеком. Конечно, я должен его найти! Я уверен, что кто-то его украл. — Похоже, нас не зря предупреждали, что он не в себе, — без эмоций произнёс Нед, пнув осколок. — Не в себе?! — Учёный ударил по стеллажу. — Вы считаете меня сумасшедшим? Я слышал, как сюда ворвались! Я слышал звон стелка! Это могут быть враги! Канадские шпионы… Или русские! Я не знаю! Джимбо закатил глаза. Приезжая на вызов, он ожидал столкнуться с настоящей чрезвычайной ситуацией. А оказалось его коллеги были правы. Всё-таки служба действительно изменилась за эти двадцать лет. — Послушай, — устало фыркнул он. — Тебе стоит успокоиться. И, может быть, поехать домой. Нам всем не помешало бы разойтись по домам. — Домой? — ахнул учёный. — Я никуда не уйду, пока не найду этот чёртов образец! Альфонс резко развернулся и выскочил из кабинета, продолжая что-то выкрикивать уже в коридоре. Джимбо и Нед, пожав плечами, без особого энтузиазма принялись осматривать комнату в поисках той самой «биологической катастрофы». Но под руки попадался лишь лабораторный хлам. Они не нашли ничего, что хотя бы отдалённо напоминало опасный образец. Разочарование постепенно сменялось усталостью. После долгого дня мужчинам всё меньше хотелось застрять здесь ещё на несколько часов. — Может, уже хватит? — в который раз проворчал Нед. — Часы пробили полночь. Я не хочу начинать воскресенье в этой дыре. Джимбо в конце концов кивнул. Похоже, искать здесь нечего. Стоило проигнорировать вызов по рации, как сделали это большинство коллег. Но, увы, время не вернуть. Мужчины направились обратно к выходу из здания. Но, пройдя в коридор, сразу заметили толпу коллег. Солдаты сгрудились у дверей, о чём-то переговариваясь. Среди формы мелькнула знакомая голубая рубашка. В нос резко ударил запах перегара. Джимбо скривился и прислушался к голосу. «Где-то я его уже слышал…» Конечно же! Какой придурок может устроить цирк в любом месте? Это был его как всегда шумный, создающий всем проблемы, родственник Рэнди Марш. — Вы, чёрт возьми, не понимаете! Это Америка! Свободная страна! — хрипло орал Рэнди пропитым и прокуренным голосом. Военные устало закатывали глаза. Двое из них крепко держали его за руки, но мужчина всё равно дёргался, пытаясь стряхнуть их с себя. Его дыхание потяжелело. Джимбо тут же нахмурился. Ему казалось, что Рэнди не хватает воздуха. — Марш! — рявкнул он, проходя ближе. — Какого чёрта? Ты опять напился? Шёл бы домой к своей семье. Серьёзно, это не смешно. Джимбо внимательно всмотрелся в лицо Рэнди. На секунду он заметил, что с его глазами что-то тоже не так. «Настолько перепил, что они теперь отливаются красным?» — Я веселюсь! — Рэнди хрипло рассмеялся. — Я, между прочим, ловлю кайф. А знаешь, где лучше всего ловится кайф? Среди всех этих колбочек и странных запахов! — Ой, да брось… — устало пробормотал Джимбо, прикрывая глаза ладонью. Военные потащили Рэнди к выходу. Тот вдруг снова задёргался, вырываясь из крепкой хватки. Он оттолкнул одного солдата плечом. Когда второй попытался перехватить его, то Рэнди внезапно схватил чужое запястье и с силой укусил за большой палец. Солдат вскрикнул от боли. Он мигом отдёрнул руку, прижимая пульсирующий палец к ладони. Укус оказался глубоким. Зубы Рэнди буквально прорвали кожу. — Твою мать… Чувак, ты совсем охренел?! — выругался солдат. Обстановка становилась всё напряжённее. Военные с трудом удерживали Рэнди, которому, видимо, алкоголь прибавил лишние силы. Однако разбираться с пьяницей никому не хотелось. Не их долг, так сказать. Поэтому солдаты быстро вызвали полицию. Через несколько минут подъехал патруль. Офицеры, выйдя из машины, рванули на помощь. Они, перехватив Рэнди за подмышки, попытались усадить его в машину. Тот же упирался ногами в землю и цеплялся ногтями в чужую форму. Однако спустя мучительных пару минут его с гневом затолкнули на специальное заднее сидение. Офицер захлопнул дверь перед носом мужчины. Но и внутри салона Рэнди Марш не успокоился. Он продолжал орать и несколько раз яростно ударился головой об окно. — Господи… Ну и алкаш, — пробормотал один из военных. Тот самый солдат, которого укусили, стоял в стороне. Джимбо с любопытством подошёл ближе, подмечая, что палец у коллеги немного опух и всё ещё кровоточил. — Ты в порядке, Зак? — спросил он, глядя на солдата. — Да брось, царапина. И не такое переживали, — ухмыльнулся тот, закуривая сигарету. — Всё, надеюсь, это конец смены! Кто с нами тусить? — крикнул один из старших военных. — О, я! — ответ Зака слился с голосами других солдат. Джимбо медленно выдохнул, выпуская накопившееся напряжение. Они с Недом, отказавшись от продолжения ночи, прошли по парковке к машине. Металл тихо щёлкнул, когда двери открылись. Оба быстро сели внутрь. Джимбо повернул ключ в замке зажигания. Двигатель коротко закашлялся и ожил ровным гулом. Фары прорезали темноту перед ними. Машина плавно тронулась с места. Мужчины проехали мимо ворот, покидая территорию и ту скучную ночь, из которой им наконец удалось выбраться. В голове у Джимбо уже рисовалась простая, но приятная картина воскресенья. Он так хотел развалиться на диване с бутылкой хорошего напитка, с тарелкой сырной нарезки и включить телевизор, чтобы спокойно посмотреть предстоящий футбольный матч. Однако Джимбо даже не подозревал, что восьмого октября судьба всего города изменится навсегда. Он будет снова и снова мыслями возвращаться к той скучной ночи. К тому моменту, когда у него ещё был выбор. Однако будет уже поздно.

***

Кенни склонился над вскрытым щитком магазина, упрямо возившись с проводами в попытке вернуть электричество. Он уже несколько раз перепроводил соединения, но свет так и не загорелся. Его даже током ни разу не ударило! — Какой же отстой, — бормотал Кенни, вытерев пот со лба. — Есть успехи, Лео? — Ох… — парень выдохнул вместо внятного ответа. Он медленно ходил между рядами с товарами, поднимая батарейное радио к потолку, чтобы поймать хоть какой-нибудь сигнал. Однако канал, который обычно передавал новости от мэрии, теперь издавал тревожный шум. — Мне кажется, это бессмысленно, лютик, — выдохнул Кенни, наконец отходя от проводов. Баттерс кивнул и медленно опустил радио на одну из полок. — Они словно исчезли… — тихо шмыгнул он, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. — Что же нам делать?.. Кенни провёл рукой по волосам и сразу поморщился. Его пальцы покрылись жирным осадком, напоминая, что нужно принять душ. Или хотя бы помыть голову в раковине, пока есть возможность. — Я очень переживаю… — Баттерс тяжело опустился на край стула и уставился в пол. — Если мэрия не отвечает, значит никто не собирается нас спасать. Неужели это конец? Неужели зомби добрались до мэрии, и теперь все мертвы? — Не все. Мы ведь ещё живы, — Кенни попытался успокоить его. Однако Баттерс нервно сжал ладони. — Ох, а как же мои родители? — Он смотрел на собственную тень. — Они, наверное, тоже ждут, когда появится электричество. О боже… Они, наверное, даже не понимают, что происходит. Они… — Лео, — Кенни со вздохом перебил его. — Мы не можем сейчас спасти всех. Я понимаю, что это твои родители. И какими бы… Сложными они ни были, ты всё равно переживаешь за них. Но это взрослые люди. Они справятся. Они не настолько беспомощны, как тебе кажется. — Ох, если ты так говоришь… — Баттерс тихо выдохнул. Паника, засевшая в груди, чутка успокоилась от уверенного голоса Кенни. Если бы не он, то Баттерс точно бы сошёл с ума! — Как обстоят дела? — в магазине раздался хрупкий голос Карен. Девочка вышла из небольшой туалетной комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь. Её мокрые пряди волос прилипали к щекам и шее, а на ворот рубашки капала вода. — Каково это мыться с помощью раковины? — с любопытством спросил Кенни, подходя ближе к сестре. — Лучше, чем я думала, — Карен довольно кивнула, стряхивая с рук воду. — Иди тоже помойся. А то от тебя уже воняет. — Эй, от мужчин не воняет, а пахнет силой, — Кенни тихо хихикнул и почесал затылок. Под ногти вбились комочки грязи. — Ага, — фыркнула девочка. — Я скоро из-за твоей «силы» буду носить противогаз. Кенни неловко рассмеялся. — Присмотри за ней, — бросил он Баттерсу, уже направляясь к двери. — Я быстро. Зайдя в другую комнату, Кенни оказался в крошечной коморке, которую владелец магазина когда-то переделал под подобие санузла. Тесное помещение хранило в себе раковину, облупившиеся стены и грязный туалет. На краю раковины уже лежали бесплатный шампунь с полки магазина и кусок ароматного мыла. Кенни поставил один из фонарей так, чтобы тот освещал комнату мягким белым кругом света. Тени на стенах сразу вытянулись и странно задрожали от каждого движения парня. К счастью, полутемноты он давно перестал бояться. Кенни, встав в максимально неудобную, но всё же рабочую позу, наклонился над раковиной. Открыв кран, он подставил голову под тонкую струю воды. По шее пробежались мурашки. Парень выдавил немного шампуня на ладонь. — Ощущаю себя бомжом… — пробормотал он себе под нос. — В целом, ничего нового. Пока старший брат мылся, Карен остановилась рядом с поникшим Баттерсом. Девочка неловко провела рукой по влажным волосам и спросила гораздо тише: — Получилось что-нибудь? — Прости… — Баттерс на секунду отвёл взгляд в её сторону. Он попытался натянуть улыбку, но та исчезла, не продержавшись и пары секунд. — Я совсем не знаю, что нам делать. — Не переживай. — Карен разглядывала носки своих ботинок. — У Кенни всегда есть план. — Да… Кенни замечательный. — с нескрываемым восхищением прошептал Баттерс. Однако словив довольный взгляд Карен, он неловко сцепил пальцы и добавил со смущением. — То есть, Кенни всегда знает, как… Ну, выкрутиться. Он хорош в этом. Я это имел в виду. — Ага. — На лице Карен мелькнула игривая улыбка. — Он такой. Из-за двери коморки послышался плеск воды и приглушённое ворчание Кенни. Через секунду что-то громко грохнулось. Баттерс испуганно вздрогнул. — Он там в порядке хоть? — рефлекторно прошептал парень, с беспокойством смотря на закрытую дверь. — Может, ему помощь нужна… — Так сходи и проверь, — ласковым голосом пролепетала Карен. В её взгляде мелькнул хитрый огонёк, который парень не заметил. — Ой-ой-ой… Нет, что ты… — Баттерс замахал руками. — Это же личное пространство. Вдруг Кенни расстроится, что я его нарушил? — Кенни вырос Маккормиком. Мы не знаем, что такое личное пространство. — Карен даже не пыталась скрыть ухмылку, значение которой Баттерс вовсе не понимал. — Сходи глянь, что там у него происходит. Парень неуверенно посмотрел на девочку, а потом на дверь коморки. Оттуда всё ещё доносился шум воды и какое-то возмущённое бормотание. — Ой… Ну, хорошо… Он осторожно подошёл к двери и остановился перед ней, собираясь с духом. Потом тихонько постучал. — Эм… Кенни? У тебя всё в порядке?.. — А? Чё? — Кенни не сразу расслышал чужой голос. Баттерс покраснел почти до ушей. Он неловко перемялся с ноги на ногу и оглянулся на Карен. Та стояла в проходе между стеллажами и отчаянно жестикулировала обеими руками, беззвучно произнося: «Давай-давай, иди-иди». Баттерс поджал губы, набрав в грудь воздуха. Он осторожно приоткрыл дверь в маленькую служебную комнату. Петли тихо скрипнули, но сдаваться слишком поздно. Баттерс ловко протиснулся внутрь и прикрыл за собой дверь, отрезав путь отхода. Карен же сложила руки за спиной, с довольной улыбкой смотря вслед парню. Оказавшись в тесном помещении Баттерс ощутил себя почти вплотную к телу Кенни. Густой воздух пропитался паром от тёплой воды. Сладковатый аромат мыльной пены смешивался с влажным запахом сырости. — Эм… Ты как? Кенни стоял, наклонившись вперёд, по пояс мокрый. Его футболка прилипла к телу. На голове густо лежала пена, что стекала к вискам и за уши. — Фонарь уронил, — объяснил парень, наконец обратив внимание Баттерса на валяющийся на полу предмет. — А… Я сейчас подниму. Баттерс наклонился за фонарём. Когда он потянулся к нему, то вдруг осознал, насколько ближе оказался к Кенни. Его лицо очутилось почти у самого его бедра! От этой неожиданной близости парень неловко дёрнул рукой и неуклюже задел фонарь. Над головой послышался краткий смешок, от которого щёки Баттерса залились краской. Он быстро поднял фонарь обратно, и, не глядя на улыбающегося Кенни, поставил его на край раковины. — Ты почему покраснел? — хихикнул Маккормик, бессовестно пялясь на смущённого парня. Баттерс замялся, не зная, куда деть руки. Одновременно хотелось положить их на чужие плечи и спрятать за собственной спиной. Пришлось выбирать второй вариант. — Жарко тут, — пробормотал он, всё ещё не глядя на парня. Кенни усмехнулся, щурясь сквозь мокрые волосы, упавшие на лицо. — Спасибо, что помог, — он ответил, не сдерживая в голосе игривости. — Присмотри за моей сестрёнкой, пока я домываюсь, хорошо? — Угу. — Угу, — повторил Кенни. Казалось неловкий диалог наконец-то завершён. Баттерс чуть выдохнул, радуясь, что пережил нахлынувшие чувства. Однако Кенни, будто прочитав мысли, решил его добить. Он ущипнул Баттерса за щёку. Тот от неожиданности вздрогнул и наконец поднял на него взгляд. Парни оказались ещё ближе, чем прежде. Баттерс почти чувствовал горячее чужое дыхание у самого лица. В тесной коморке, полной влажного воздуха и запаха мыла, от этого ему становилось ещё жарче. Взгляд невольно опустился на тонкие губы напротив. На секунду в голове мелькнула манящая мысль: сделать шаг вперёд и, запуская ладони в мыльные волосы Кенни, вдохнуть его аромат. Поцеловать. Вспомнить, какого это целовать Кенни. Баттерса резко одёрнул себя, когда его лицо на рефлексе наклонилось к губам Маккормика. От собственных мыслей стало мучительно стыдно. Сердце будто ударило где-то в горле. — Ой! — вырвалось у него. Его губы едва задели чужие. Но Кенни даже не успел никак отреагировать. Баттерс поспешно отступил, задев дверь плечом. — Приятного аппетита! Ой, то есть, приятного душа! Ну… Мытья! Парень, заткнув рот ладонями, через мгновение пулей вылетел из коморки. На выходе он почти налетел на Карен. Девочка сидела на корточках у стены и сосредоточенно перебирала вещи, запихивая в рюкзак всё, что казалось ей полезным. Услышав учащённое дыхание, она радостно подняла голову. — Ну и как? — спросила она, не скрывая любопытства. — Ты о чём? — растерялся парень. — Вы поцеловались? — Карен довольно ухмыльнулась, будто это был самый очевидный вопрос на свете. Баттерс застыл в шоке. Краска смущения вновь покрыла его кожу, переходя с лица на шею. Он закрыл руками щёки, невнятно мыча. — Нет… — наконец выдавил Баттерс спустя несколько секунд бормотания. — Блин, — разочарованно прошептала Карен. Однако сразу пожала плечами. — Ну, ладно. В следующий раз. — Что? — Баттерс резко опустил руки. — Зачем ты вообще хотела, чтобы мы поцеловались? Это… Странно. — Не странно! — девочка покрутила ремешок рюкзака. — Мне кажется, вы нравитесь друг другу. Разве это не очевидно? — Очевидно сейчас только то, что вокруг зомби-апокалипсис. Остальное неважно, — буркнул Баттерс, ковыряя пол носочком. — Разве вы не целовались в последний день перед карантином? — Ох! Неужели он тебе всё рассказывает? — Нет, — девочка мотнула головой. — Просто в тот день я впервые увидела его настолько счастливым. Вот и подумала, что он наконец-то решился на первый шаг. — Ох, святые гамбургеры… — Тебе тоже стоит поцеловать его первым. — Не верю, что ты подталкиваешь меня на это. — Главное, брату не говори, — тихо хихикнула Карен. К счастью Баттерса, диалог не продолжился, ведь через несколько минут Кенни вышел из туалетной комнаты. На его лице красовалась подозрительно широкая улыбка, что всегда обозначала новый план, созревшем в его голове. — Ну что, ребята, поехали? — с неожиданным энтузиазмом объявил Кенни, оглядывая всех. — Куда? — осторожно спросил Баттерс. Он старался не смотреть Кенни в глаза, хоть его и очень тянуло. — К мэрии? — неуверенно предположил парень. — Нет. К чёрту их. — Кенни резко дёрнул головой. — Нам нужно валить из Южного Парка. — Эм… — протянул Баттерс. — В смысле… Совсем валить? Не ждать помощи? — А когда будет помощь? Смысл ждать? У нас же есть автобус. У нас есть бензин, — Кенни развёл руками, словно всё было очевидно. — Так что предлагаю не усложнять и просто выехать из Южного Парка. Самостоятельно. — Я же говорила, что у него всегда есть план, — Карен радостно подпрыгнула на месте. Баттерс не стал спорить. Он неловко кивнул и принялся помогать Маккормикам загрузить вещи в автобус. Вместе они собрали больше еды, аптечки, несколько одеял, дезодоранты, зажигалки и старые рюкзаки. Баттерс передавал всё это Кенни, который осторожно складывал припасы в багажное отделение автобуса. Работа отвлекала от мыслей, и это было даже к лучшему. Когда всё было загружено, Баттерс поднялся по ступенькам внутрь автобуса. Он впервые за эти два дня проживания с Маккормиками увидел их быт до встречи. И это оказался вовсе не пустой и неудобный автобус, а почти маленький дом на колёсах. Сиденья с одной стороны покрыты подушками и пледом. У окна стояли пластиковые ящики с едой и инструментами. На спинках кресел висели фонарики, а возле водительского места была прикреплена карта города с отмеченными улицами. От этого зрелища у Баттерса внутри неожиданно потеплело. Он поймал себя на мысли, что ему невероятно повезло. Из всех людей в этом разрушенном городе он наткнулся именно на самых добрых. А ведь всё могло сложиться совсем иначе! Баттерс даже боялся представить, что бы случилось, окажись Картман его напарником по выживанию. Тогда было бы непонятно, опасаться больше Эрика или зомби. Честно говоря, Баттерс, пожалуй, предпочёл бы остаться один на один с мертвецом. За все годы в школе он слишком хорошо узнал, каким жестоким может быть Эрик Картман. Насмешки, унижения, его вечная привычка командовать и издеваться над другими слишком ясно отложили свой след в голове Баттерса. «И как только Кайл мог с ним встречаться? Фу…», — подумал парень, усаживаясь на одно из сидений. Тем временем Кенни занял место за рулём. Он повернул ключ, и двигатель автобуса заурчал, просыпаясь после перерыва. Машина медленно тронулась с места. Они выехали на улицы города. Улицы, кишащие зомби. Фигуры медленно бродили между машинами, у витрин магазинов и у перевёрнутых мусорных баков. Некоторые из них повернули головы в сторону автобуса, когда тот проезжал мимо. Несколько зомби даже потянулись за ним, волоча ноги по асфальту. Но автобус двигался тихо и медленно. Не чувствуя запаха живых людей и не улавливая чёткого шума добычи, мертвецы постепенно теряли интерес и снова разбредались в стороны, отвлекаясь на случайные звуки ветра. Карен стояла рядом с Кенни у передней панели. Девочка водила пальцем по улицам на карте города, иногда указывая направление. — Здесь налево… Потом два квартала прямо, — тихо говорила она. Кенни кивал и осторожно поворачивал руль, стараясь объезжать завалы из мусора. Баттерс же тихо сидел у окна и смотрел наружу. Любимый Южный Парк казался ему чужим. Парня пугали разбитые витрины и то, как жутко болталась на ветру вывеска, издавая металлический скрежет. Он неожиданно вспомнил школу. Вспомнил, как бегал по коридорам с друзьями. И как учителя ругались на уроках. Как всё это казалось тогда таким обычным и даже скучным. Потом в памяти всплыли родители. Баттерс нахмурился. «Может, стоит поговорить с Кенни? Уговорить его поискать ещё людей! Вдруг кто-то всё ещё жив? Может быть, где-то прячутся семьи, такие же, как мы. И… Может быть… Мне стоит попросить вернуться за нашими родителями». Баттерс тяжело вздохнул, уткнувшись лбом в холодное стекло. Пока он размышлял обо всём, его взгляд случайно зацепился за одну из стен жилого дома, мимо которого они медленно проезжали. На сером бетоне кто-то написал огромными неровными красными буквами из баллончика: «АД НА ЗЕМЛЕ». Краска потекла вниз, словно кровь. Маккормики ничего не заметили, пока Баттерс не мог оторвать взгляд. В голове медленно начала складываться пугающая мысль. Этой надписи точно не было раньше. До всего этого. Ни один нормальный человек не стал бы писать такое на жилом доме. Значит… Её сделали уже после того, как всё началось. Во время карантина. Когда город уже начал умирать. Баттерс нахмурился. Но тогда возникает другой вопрос. «Если кто-то написал это… Как он вообще успел? Зомби среагировали бы на звук. На шаги. На любой шорох! Я сам видел, как они тянулись даже к случайному звону бутылок. А баллончик с краской издаёт шипящий звук… Чтобы вывести такие большие буквы, нужно стоять там не одну секунду. Минуту. Может, две. И всё это время баллончик шипит». Баттерс поёжился. «Такое мог сделать только безумец. Либо…» Мысль появилась сама собой, и от неё по спине пробежались мурашки. «Либо тот, кого зомби не трогают».