Скандал в Париже

Когда Стефан отправился в клуб, чтобы отвлечься от работы и провести время с друзьями, он ни за что бы не предположил, что станет свидетелем абсолютно сюрреалистичной сцены. Во-первых, стоит начать с того, что это был гей-клуб с высоким уровнем статуса и конфиденциальности. Здесь часто можно было встретить медийных личностей: певцов, актёров и, что уж скрывать, политиков. Но всё, что происходило в клубе, оставалось в его пределах. Именно поэтому, когда его близкий друг предложил сходить в клуб, Стефан согласился только на этот. Несмотря на то что его ориентация не была секретом для общественности, он точно не хотел бы увидеть своё лицо в СМИ с громкими заголовками вроде: «Стефан Сежурне, бывший министр иностранных дел и Европы, проводит время в гей-клубах». Этого не хотел и тот, кого Стефан здесь увидел. В отличие от Стефана, никто бы не подумал, что этот человек может бывать в подобных заведениях, и тем более… оказываться в настолько провокационных и говорящих ситуациях. Хотя… Стефан вспомнил лето. Что ж, молодёжь догадывалась, но никто не воспринял это всерьёз — это стало простой шуткой, которую успели обсудить все, кому не лень, и забыли. Кроме той самой молодёжи. Кажется, Габриэль говорил, что этому нет конца… Его всё ещё сводят с Жорданом Барделлой. Жордан Барделла был в чёртовом гей-клубе и обнимал какого-то мальчика на танцполе. Сначала Стефан не поверил своим глазам, когда его друг, такой же ошеломлённый, потянул его за плечо и указал на горячую парочку у бара, которая о чём-то переговаривалась, а затем, с полупьяными улыбками, отправилась на танцпол. — Это реально он? Жордан Барделла? — изумлялся друг. Стефан смотрел на это какое-то время, но быстро решил не вникать. Это было не его дело. — Полагаю, что да, — ответил он, надеясь, что его друзья не начнут обсуждать это. Ни Жордана Барделлу, ни политику, но увы. Завязались споры. — Разве он не натурал? — Я тоже так думал. Его партия знает об этом? — друзья начали отпускать шутки. — Представьте, если это всплывёт в СМИ. Его фанатки, наверное, сойдут с ума... А пресса? Скандал! — А он, между прочим, ничего такой, — сказал один из них, и все сразу принялись поддевать его. — О боже, Адриан! Только не говори, что ты находишь его привлекательным… Кроме личика — ничего особенного! Стефан молчал, но в ходе бурных обсуждений о внешности лидера правых недовольно перевёл взгляд на пару. Что ж, в их движениях и ухмылках было очевидно: вечер не закончится просто танцем. Жордан действительно выглядел иначе. Без привычного костюма, начищенных туфель и высокомерного выражения лица. На нём были джинсы, свободная рубашка с расстёгнутыми пуговицами, а под ней — чёрная майка, подчёркивающая спортивное телосложение. Он был высоким, расслабленным и уверенным. Его руки скользнули на талию такого же высокого парня, притягивая его ближе. На фоне играло «Despacito», и в этой паре было что-то до ужаса привлекательное: они буквально поедали друг друга глазами. Стефану казалось, что он смотрит сцену из фильма. Он быстро взял себя в руки и вновь обратил внимание на разгорячённые споры друзей. Лучше бы он остался дома... — Вам что, больше не о чем поговорить? — проворчал Стефан. — Забудьте про него. Вечер продолжал идти своим чередом, и друзья, наконец, оставили обсуждение Жордана Барделлы и его личной жизни. Только Стефан, вопреки собственным словам, забыть не мог и изредка бросал взгляды на пару. Его глаза выхватывали выражение лица Жордана каждый раз, когда тот явно совершал какие-то интимные жесты. Стефану казалось, что у них достаточно серьёзные отношения, и они были вместе не впервые… Жордан, похоже, был очарован этим парнем. Когда пара исчезла (он следил за ними? Чёрт!), Стефан не заметил. Но невольно подумал, что кому-то предстоит хороший вечер. Стефан уже давно ни с кем не был. Работа, работа… И снова работа. В какой-то момент он устал от пьяных и громких друзей и направился в уборную, чтобы привести в порядок мысли и умыться. Ему хотелось спать... Когда он, наконец, пробрался сквозь толпу и оказался в уборной, то облегчённо выдохнул. Он опёрся о раковину после того, как ополоснул лицо прохладной водой, и взглянул в зеркало. Его взгляд зацепился за ноги какой-то пары, видимые из-под одной из кабинок. Когда он зашёл, он сразу услышал чьи-то шорохи, тяжёлое дыхание и стоны, но не придал этому значения. Для подобных заведений это было вполне привычным делом. — Жордан, — простонал низкий мужской голос, и Стефан замер с включённой водой. — Я сейчас кончу… В ответ последовал другой, знакомый голос, в котором звучали властные нотки: — Не смей! Хлопки, стоны и тяжёлое дыхание дорисовали в голове Стефана происходящее за дверью. Вопреки желанию уйти, он так и остался стоять, прислушиваясь к чужой, откровенно пошлой сцене. Стефан выключил воду. Ему хотелось слышать происходящее как можно яснее. Единственными отвлекающими звуками была отдалённая музыка из зала, но она лишь подчеркивала интимность момента. Жордан простонал громко, почти с рыком, явно достигнув оргазма. Его партнёр тихо заскулил. Хлопок. Жордан что, ударил его по заднице? Стефан вздрогнул. Он настолько заслушался, что даже не понял, как долго стоит и что давно должен был уйти. Чёрт. Когда дверь открылась и из кабинки вышел удовлетворённый, застёгивающий ремень Жордан, Стефан замер. Жордан, отрвал взгляд от собственных джинсов, заметил Стефана и тоже застыл — в шоке? Удивлении? Страхе? Они смотрели друг на друга секунд десять, прежде чем Жордан, напрягшись, произнёс: — Сежурне. Даже не «месье». Стефан прочистил горло и кивнул. Щёки его, однако, пылали красным. — Барделла. — Что ты тут делаешь? — от его прежней игривости не осталось и следа. Стефан начал узнавать в нём лидера Национального объединения. Он кивнул в сторону раковины: — А ты как думаешь? — Ты выключил воду десять минут назад. Внимательный. Прислушался... Не терял бдительности. Стефану нечего было ответить. — Это кто, Жордан? С кем ты... Ой, — парень, выйдя из кабинки и увидев Стефана, замер. Улыбка на его лице исчезла, губы плотно сжались. Он узнал Стефана. Конечно — политический оппонент Барделлы. Парень выглядел соответствующе: на шее под майкой виднелись засосы, волосы были растрёпаны, одежда помята. Стефан не завидовал. Или всё же завидовал? Он чувствовал стыд, а в ушах всё ещё звучали стоны, которые он слышал минутой ранее. Надо уходить, пока его собственная реакция не стала слишком заметной. — Мне нужно идти, — выдохнул Стефан и развернулся, собираясь покинуть это неловкое место. Но рука на его плече не позволила ему уйти. Он хотел скинуть её, но хватка усилилась, и через пару секунд он оказался прижат к стене телом Барделлы. Да твою мать. — Наслушался? — голос Жордана был равнодушным, но с опасной ухмылкой в уголках тонких губ. Стефан попытался снова скинуть руку, лицо его выражало раздражение и усталость: — Что ты делаешь, Барделла? — выдохнул он. Его явно не впечатляла эта игра. Он скрестил руки на груди, прислонившись к стене. — А что, не нравится? — с ухмылкой спросил Жордан и подмигнул. Стефан чуть не умер от стыда. Кажется, его реакцию всё-таки заметили. — Не неси чушь, — Стефан старался не смотреть в лицо Барделлы, эта сцена ещё больше возбуждала его: жордановский насмешливый взгляд сверху-вниз заставлял вспомнить о том, что он всегда предпочитал парней повыше. — Если ты боишься, что я расскажу кому-то, что Жордан Барделла был в гей-клубе, то расслабься. Я этого не сделаю. А теперь отпусти меня, и мы всё забудем. Жордан убрал руку с плеча Стефана, которому почудилось легкое поглаживание через тонкую ткань футболки в которой он был. — Ты не выглядишь удивлённым, — заметил Жордан, отступая. — Я видел вас на танцполе, — признался Стефан. — Надеюсь, теперь я могу уйти? Жордан игриво взмахнул рукой, как-будто он гребанный дворецкий. Стефан не сдержал улыбки и покачал головой. Когда он уходил, вдогонку ему прозвучал вопрос: — А ты так и не ответил, понравилось ли тебе? Стефан, не поворачиваясь, показал Барделле средний палец. Может это был алкоголь, может стресс от неловкой ситуации – он давно не вел себя так глупо и по-юношески. В ответ раздался громкий смех, и на лице Стефана вновь появилась улыбка. Когда Стефан вернулся, то понял, что почти все его друзья разошлись в поисках ночных приключений. Только Адриан, единственный оставшийся, утопал себя в многочисленных стопках алкоголя. — Что с тобой? — спросил Стефан. — Смотреть противно, — хмыкнул Адриан. — Какой-то ты слишком счастливый. Неужели что-то случилось в туалете? Стефан прокашлялся, делая глоток коктейля: — Ты пьян. — Да, знаю, — усмехнулся Адриан. — Я расстался с Николя. Стефан мысленно простонал. Последнее, что он хотел сейчас слушать — очередная история о том, как парень бросил его друга-ходока. — А этот Барделла, — внезапно спросил пьяный Адриан. — Как думаешь, у меня есть шанс его заполучить? Стефан замер на долю секунды. Он проследил за взглядом друга... За столиком неподалёку вальяжно восседал Барделла. Его парня нигде рядом не бвло. Он смотрел в сторону их стола, и на его губах играла мягкая, почти интимная ухмылка. На Стефана. — Кажется, ты не в его вкусе, — ответил Стефан. — Почему? Стефан ничего не сказал, пряча улыбку в стакане с напитком.

***

Стефан простонал, когда Жордан сжал его ягодицы, наслаждаясь их мягкостью и объемом. Следующий момент — громкий хлопок заполнил комнату. Затем ещё. И ещё… Стефан уткнулся в подушки, пока Жордан вбивался в его тело, покрывая его спину поцелуями. В какой-то момент он укусил его в загривок и Стефан оторвался от подушек, его губы застыли в немом крике. Жордан зализывал укус, пока Стефан облизывал пересохшие губы в попытке не умолять о большем. Выходило не особо удачно. Но кажется Жордану это нравилось – он с особым удовольствием выполнял просьбы. Когда Стефан покинул клуб, Жордан последовал за ним. Он догнал его и взял за руку. Стефан удивлённо и настороженно обернулся — всё же, несмотря на статус клуба, риск был велик. Но, увидев Жордана, он не смог сдержать улыбку. Он знал: ночь только начинается. Во взгляде Жордана читался вызов. «Ты хочешь?» Стефан, не отвечая, переплёл пальцы с его рукой. Жордан замер на секунду, а потом поцеловал его — резко, страстно, так, что у Стефана перехватило дыхание. Они ввалились в квартиру Жордана почти как раскат грома посреди тишины. Звуки их поцелуев были оглушающими, пошлыми и мокрыми. Кажется они что-то разбили по пути в спальню, но Жордан даже не обратил внимание, его руки срывали с плеч Стефана кофту, а пальцы воровито пробирались под хлопковую ткань футболки. Стефан таял. Сгорал. Жордан толкнул его на кровать, сбрасывая с себя рубашку и чёрную майку. Стефан с вожделением наблюдал за тем, как оголяется его политический оппонент. Он точно пожалеет об этом. Но это будет завтра.

***

«Скандал: эксклюзивные фотографии лидера Национального объединения и бывшего министра иностранных дел и Европы вместе!» «Жордан Барделла и Стефан Сежурне — новый политический роман?» «Лидер правых и представитель президентской партии замечены в откровенных объятиях...» Стефан уткнулся лицом в ладони. На каждом новостном сайте, в каждой соцсети — фотографии, где он и Барделла целуются в гей-клубе, гуляют по набережной Сены поздней ночью, обнимаются в машине.. Один снимок особенно выбивался: он сидел на коленях Жордана, который уткнулся в его шею, а рука Стефана, в попытках выдержать его напор, держиться за поручень сверху машины... Кто, чёрт возьми, это снял? Когда? Телефон разрывался от звонков и сообщений. Макрон. Габриэль. Валери… И о боже, семья? Двенадцать пропущенных от матери, еще больше от отца... Но именно сообщение от Адриана заставило Стефана со злостью метнуть телефон в стену: «Теперь понятно, кто во вкусе Барделлы 🙄».