Дорога в будущее

Прошло две недели. Они старались жить как обычно, хотя каждая мелочь теперь казалась какой-то… новой. Утром вместе варили кофе. Вечером спорили — мороженое с клубникой или с манго. А между этим — пытались не думать о том, что внутри Жени может быть целая жизнь. В тот день они поехали на каток. Этери — тренировать юниоров, Женя — пообещала «немного покататься, просто для формы». На деле же — скучала по льду, по скольжению, по скорости. И хоть Этери шикала на неё каждые пять минут («не падай», «не крутись», «ты вообще в курсе, что у тебя в утробе возможно бутерброд?»), Женя всё равно ускользала на лёд, как рыба в воду. И вот, она делала лёгкий поворот, смеялась, а потом… резко остановилась. Мир пошатнулся. Под ложечкой будто волной прошёл холод. Тошнота, не резкая, но острая, как сигнал: «всё, тормози». Она замерла посреди льда, приложила ладонь к животу, неосознанно. И, как по команде, повернулась к бортику, где стояла Этери. Они встретились взглядом. Обе. Без слов. Этери не шевельнулась, но в её глазах всё загорелось одновременно — тревога, ожидание, испуг, надежда. Женя тихо кивнула, глаза немного округлились, дыхание участилось. — Этери… — сказала она, но та уже шла к ней, быстрым шагом по льду. Этери подхватила её под локоть, отвела с катка, усадила на скамейку. — Это… — прошептала Женя. — Да, — прошептала Этери в ответ. — Откуда ты знаешь? — тихо, почти с дрожью. — Потому что я тебя знаю. Они сидели, как будто вокруг не было десятков юных фигуристов, тренеров и посторонних глаз. Женя положила голову Этери на плечо, а та обняла её крепко, надёжно. — Я, по-моему, сейчас расплачусь, — прошептала Женя. — Лучше не на катке. В тренерской расплачемся, там акустика лучше, — хрипло усмехнулась Этери. — Думаешь, это оно? — Пойдём за тестом? — Нет, — Женя прижалась к ней ещё сильнее. — Пока не хочу знать точно. Хочу ещё немного побыть в этом моменте. — Хорошо. Посидим. — Только, Тери… если это и правда так… я боюсь. — Я тоже. Но знаешь, что меня меньше всего пугает? — Что? — Что мы — вместе. Всё остальное вытерпим. Даже токсикоз и твой характер. — У меня не характер, а гормоны, — фыркнула Женя. — Возможно. А ты знаешь что еще, — ухмыльнулась Женя — А вы Этери Георгиевна готовы к тому что если я буду беременной, то в третьем семестре я буду… ну как бы это сказать… немного дикой, гармоны будут на пределе, так что прошу Вас быть в форме и всегда на готове, госпожа Тренер. Этери никак не ответила, но про себя подумала возможно ее ждут увлекательные девять месяцев. Они засмеялись. И в этот момент, на фоне шума коньков, детских голосов и свиста тренеров, казалось, что их маленький мир — не только возможен, но и уже существует.

***

До конца тренировки оставалась всего пятнадцать минут. Женя пошла в кабинет. После как юные фигуристы разошлись, шум затих, Этери на всех парах, спортивной ходьбой направилась в кабинет. Женя сидела в кабинете Этери, болтая ногой с кресла, как школьница. На столе — бутылка воды, пустая обёртка от шоколадки и… белый пакет из аптеки. Он лежал как будто нарочно в центре, как знак вопроса посреди комнаты. — Ну что? — Этери зашла, закрывая дверь на замок, будто сейчас должна была состояться тайная операция. — Ты уверена, что хочешь, чтобы я сделала это здесь? — Женя пожала плечами. — У нас же теперь такой серьёзный ледовый центр, стеклянные двери, камеры в коридоре… вдруг кто захочет с тобой поболтать и зайдет. — Единственная болтушка в моей жизни, которая с детства не выходит с моего кабинета, сидит напротив меня, других нет. Женя ты подзабыла у меня есть личный санузел. — Она кивнула в сторону небольшой двери в углу кабинета. — Преимущества главного тренера. Женя встала, взяла пакет, потом обернулась: — А ты не хочешь… ну, пойти со мной? — И держать тебе руку над унитазом? Эммм… да, почему бы и нет, как говорится и в горе и в радости, и над унитазом — Ммм, звучит почти официально, — Женя усмехнулась, но голос у неё слегка дрожал. — Давай, Женёк. Что бы там ни было — мы вместе, ясно? — Хотя нет посиди здесь, я позову, когда закончу, — Женя поцеловала блондинку в щечку и убежала в уборную. Женя исчезла за дверью, и Этери осталась одна. В кабинете было на удивление тихо. Только слабое гудение кондиционера и щелчки от старого термостата. Она подошла к окну, прижалась лбом к прохладному стеклу. Внизу виднелся пустой каток. Лёд, как зеркало. Её лёд. Её жизнь. Прошло две минуты. — Милая… — раздался голос из-за двери. Тихий. Немного надломленный. Этери обернулась, в груди всё сжалось. — Иду! Дверь приоткрылась. Женя стояла на пороге. В руке — тест. Она не говорила ни слова, вдвоем сели за диван, жутко волновались. Обе смотрели на тест, будто тот собирался сейчас сыграть им кино. — Если он положительный… — начала Женя. — Значит, у нас будет ребёнок, — спокойно закончила Этери. — А если отрицательный? — Тогда попробуем ещё раз. И ещё. Пока ты не скажешь «хватит» — я не отступлюсь. Женя посмотрела на неё, глаза блестели. — Это ты так поддерживаешь? — Это я так люблю. Раздался сигнал таймера на телефоне. Три минуты. Женя вздохнула, взяла тест, взглянула. Глаза округлились. Она замерла. Женя просто протянула его Этери, глаза чуть блестели. Этери взяла тест. Посмотрела. Две полоски. Яркие. Чёткие. Мир на мгновение как будто замер. Она медленно подняла взгляд. Женя стояла, глядя на неё, будто ждала приговора. — Ну и что теперь скажешь, тренер? — прошептала она, выдавливая улыбку. Этери сделала шаг вперёд, взяла её за лицо обеими руками и тихо прижалась лбом к её лбу. — Я скажу… добро пожаловать в нашу команду, малыш. — Это была сложная квалификация, — всхлипнула Женя. — Но ты прошла. С первого раза. Как всегда. Женя продолжала сидеть на диване, смеяться и плакать одновременно, её эмоции захлестнули, не давая шансам на нормальную реакцию. Этери осторожно погладила её по спине, ощущая, как трясутся плечи девушки. — Ты что, рыдаешь от счастья или нервничаешь? — спросила Этери, но голос её был мягким и успокаивающим. Женя вытерла слёзы, подняла глаза, и хотя улыбка не покидала её лица, она выглядела растерянной. — Это как-то невероятно. Я все эти месяцы думала, что это просто мечта. А теперь это реальность. Настоящая. Ты веришь? Этери села рядом, потянулась за рукой Жени и крепко её сжала. — Я верю, потому что мы с тобой всегда всё решаем вместе. Это не просто твоя мечта, Женя, это наша. Мы справимся. Ты не одна. Женя крепко сжала руку Этери в ответ, но затем почувствовала, как нервно зажала губы. — А как ты… ты правда хочешь этого? Не жалеешь? Этери посмотрела на неё, улыбнулась, но в её глазах было что-то особенное — глубокое, мягкое, но твёрдое в своём решении. — Я давно об этом мечтаю. С тобой, конечно. Я не знаю, как все будет, но я точно знаю одно: ты не будешь одна. Мы будем вместе. И я буду рядом, когда тебе будет страшно, когда ты будешь уставать, когда нужно будет помощь. Женя вдохнула, в её глазах снова блеснуло, и она кивнула, будто сама себе уверяла, что это не просто слова, а настоящее будущее. — Я тебе обещаю, Этери, я буду делать всё, чтобы у нас было всё хорошо. Мы всё сможем. Они тихо сидели рядом, как будто весь мир за стенами кабинета замер. Только тест лежал на столе — свидетельство того, что впереди была совершенно новая глава их жизни. Не было других слов, только тишина и понимание, что с этим можно справиться. С этим можно начать строить своё новое будущее. — Пойдем, — Этери встала, протянула руку Жене, помогая ей подняться. — Нам нужно подумать, как это сказать Дише и Жанне. Женя кивнула, а потом обняла Этери. — Они будут рады. Этери с сомнением посмотрела на неё. — Будем надеяться. Но в любом случае, это будет наш путь. Только наш. Они вышли из кабинета, оставив за собой ту самую тишину, которая будет хранить этот момент. Всё только начиналось. Две полоски. Два сердца. И одно начало.