Where fireflies kissed beneath the leaves

      Легкое пение светлячков не давало чувствовать себя одиноко, а их неяркий мягкий свет, словно от маленьких солнц, освещал путь, помогая не заблудиться. Но сейчас, кажется, светило только одно солнце – оно шло рядом с Диланом, открывая его чувства. Парни и раньше тут были, но в менее интимной обстановке.       Едва рука Лололошки мягко коснулась руки Дилана, как их пальцы переплелись.       И, Господи, какие мягкие руки у Ло… Дилан почувствовал, как прямо сейчас в них растает. Он не раз ходил на свидания, держась за руки, с девушками, но никогда не чувствовал нечто подобное.       Оказывается, обычная прогулка с другом может помочь почувствовать целый спектр эмоций, ранее недоступный ему.       Щеки Лололошки немного покраснели. Это было странно. Они же друзья… Тогда почему его тело так странно реагировало на телесный контакт с Диланом?       Мироходец повернул голову, стараясь отбросить столь ненужные мысли, которые так сильно въелись в его мозг.       Хотелось касаться, обнимать, целовать Дилана. Нет, вернее сказать… Мироходец нуждался в этом.       Лололошка взглянул на него, пытаясь понять, может ли Геймер чувствовать нечто подобное. Дилан, кажется, был смущен не меньше его.       «А если вы влюбитесь друг в друга?» — В голове вспомнились слова Карла.

А что если?…

      Мироходец остановился, немного задумался, а затем, показав Дилану язык, убежал в глубокую чащу леса. Сейчас она не казалась жуткой, скорее – чем-то безопасным. Лололошка хотел спрятаться в ней от своих чувств, от слов Карла… От самого себя.       Мироходец не заметил, как уже оказался где-то далеко. Тишину нарушал только шелест ветра в кронах деревьев и глухой стук собственного сердца. Сырой запах воздуха смешивался с терпким ароматом прелой листвы. Лололошка оглянулся, пытаясь найти кого-то знакомого. Его действия не оказались безуспешными.       Дилан стоял, пытаясь отдышаться. Прохладный ветер ласкал лицо, а трава мягко пружинила под ногами.. Лололошка, радуясь каждой проведенной вместе секунде, любовался другом… Такое чувство, будто он взглянул на него по-новому. Не так, как раньше.       — Ди, — обратился Лололошка, прекрасно помня, как Дилан просил его не так называть. — Ты не против?       Не против чего? Мысли Дилана метались, он пытался понять происходящее, пока лицо Лололошки приближалось. Это было не впервые. Когда-то Лололошка целовал его в лоб, но сейчас губы парня в клетчатом галстуке приближались к губам Дилана.       Мир вокруг остановился. Время тоже. Щеки Дилана заалели, кожа покрылась мурашками, температура повышалась, пока его губы встретились с губами Лололошки в приятном поцелуе. Целоваться с парнями было однозначно чуждо для Дилана. Но с Лололошкой почему-то это не казалось чем-то противным или мерзким. Внутри неожиданно расцвело что-то тёплое и непонятное.       Лололошке было не менее хорошо. Сердце колотилось, как бешеное, земля уходила из-под ног. Он чувствовал, что переступает некую грань, но в этом не было страха, только головокружительное ощущение свободы. Геймер не оттолкнул его, он отвечал на поцелуй… Что это значит?       Дилан отстранился, его сердце колотилось. — Пиздец, — выдохнул он, — серьезно, пиздец. Что это было?