Дверь

Если закрывается одна дверь, значит где-то открылась другая

Сергей Лазарев

Стив с грустью и чувством потерянности уставился на верхнее окно в доме Уилеров, боясь даже хлопать глазами, чтобы ничего не пропустить. Только что Ненси окончательно порвала с ним и выставила за дверь без вариантов открыть её вновь, чтобы наладить хотя бы приятельские отношения. Уилер покончила с ними, но, как оказалось, это было совсем не из-за её влюбленности в Джонатана, которой, оказывается, вообще нет, поэтому злиться можно было только на себя, из-за чего хотелось залезть на ближайшее дерево и спрыгнуть. Что теперь делать то? Ненси была для него всем, если не брать глупых детишек, считавших его нянькой. Но ведь эти детишки совсем скоро вырастут, ведь уже сейчас проводят время со своими парами. За исключением, может, Уилла, который, все уверенны, скоро тоже найдёт свою любовь, и он вновь останется один. Наконец, Харингтон сделал шаг назад и развернулся, увидев, что небо уже окрасилось закатом, хотя только что, казалось, солнце пекло прямо в макушку. Он сел в машину и вновь уставился в никуда. Домой совершенно не хотелось, ведь там небыло никого, кроме него, уже несколько месяцев. А в дом Уилеров его явно не пустят, ближайшие пол года точно. Только если не объявится новое чудище с Изнанки Куда? Выбор пал на парк, где сейчас должны были остаться только собачники, собирающиеся сбежать домой, как только начнётся ливень, обещанный сегодня с утра. Стив проезжал улицу за улицей, осторожно, глаза за дорогой, разглядывая небо, где небыло не облачка, несмотря на прогноз. Остановившись на обочине, Харингтон вышел и, глубоко вдохнув свежесть, медленно начал прогуливаться по аллеям, чтобы насладиться тишиной и покоем, которых в последнее время было мало. Сев на ближайшую лавочку, он закрыл глаза и поднял голову вверх, чтобы почувствовать теплоту солнечных лучей, создающих нежные узоры на его лице. Рядом кто-то присел и прижался плечом к его плечу. Стив тут же открыл глаза и слишком резко повернул голову в его сторону, напугав пришедшего. Это был Джонатан Байерс. Парень, которого он гнобил на протяжении всей школы, а затем ненавидел, думая, что тот уведёт у него девушку. — Чего тебе? — вышло слишком грубо по отношению к тому, кто простил все его выходки. — Ты сидел один, — пожал плечами Джонатан. — И что? — Ты грустил. — А тебя это прямо таки волнует, — закатил глаза Харингтон. — Да, — легко ответил Байерс, как будто отвечал на эти вопросы каждый день, из-за чего Стив опешил и уставился на него с непониманием. — Что? — Мне не всё равно на твои чувства. — «Мне не всё равно на тебя». Отчего то на душе у Харингтона стало погано и он опустил глаза, гладя на свои потёртые кроссовки. — Прости, — зашептал он. — Я никогда не обижался. Стив сглотнул непонятный ком в горле и опустил голову на руки, оперевшись локтями на колени. — Мне правда жаль. — Всё в порядке, — улыбнулся Джонатан и при обнял его за плечи. — Расскажешь, что случилось?