Степлер

До декабря оставались считанные дни. После последнего разговора с Тумановым уже прошла пара недель, несколько зачетов и одна неловкая встреча с Максимом. Снег начал падать еще в начале ноября, но теперь покрывал полностью все улицы: занесло и нелюбимую помойку за магазином, и парковку у «Пятерки», и даже велосипедная дорожка больше не оттаивала. Савелию нравился запах замороженной листвы и мороза. Он всегда очень чутко ощущал все эти перемены в погоде и верил, что его наградили не метеозависимостью, а офигенным обонянием. Офигенным атмосферным обонянием. У входа в кафе стояли и курили. Сейчас много где и много кто просто стоял и курил, ловя голым затылком и красным носом редкие снежинки, которые иногда уносил ветрище. Пробки на дорогах в такую погоду особенно раздражали, поэтому Палмин опоздал на семейное собрание на добрых 40 минут, проклиная всех и вся и мечтая закурить. Только вот он не курит. – Ну ты капуша, Вель! – Яна облизывала пену с трубочки от шоколадного милкшейка. – Ты в курсе, что мне нельзя есть столько много?! Парень стащил с головы капюшон худи и кинул на свободное на диванчике место куртку. Нереально хотелось есть! Лена вручила оголодавшему студенту меню, Рома придвинул ближе чайник с остывающим напитком. Семья! – Кто сегодня платит? – Ты! – недовольно тыкнула в зеленоволосого Яна. – Мы тебя тут пока ждали, уже все обсудить успели. – Я плачу, не бойся. Заказывай все, что хочется. – Рома довольно передал со своего места барную карту, пока Лена советовала, что лучше взять. Их ежемесячное собрание они решили провести за пределами доставок и домофонов. Иногда было полезно выбираться наружу из своих темных гиковских пещер, чтобы подышать да поглядеть на чужих людей. Веле в этот раз немного не повезло с датой: его оставили на пересдачу, которую он просто физически не мог перенести на другой день. А после нее уже морально оказался истощен и вообще не хотел хоть как-то взаимодействовать сегодня с социумом. Но пришлось. В последнее время Лена все чаще стала пропадать вместе со своим парнем из братско-сестринского поля зрения. Сначала Веля просто списывал все на их занятость, но иногда по ошибке находил на своей электронной почте чеки о выполненных услугах, какие-то левые регистрации и коды активации. Поэтому старшей сестре пришлось объяснить брату все. Переезд начинается уже сегодня. Сестра по ошибке иногда регистрировалась по почте брата, путая в автозаполнении немного похожие логины, начинающиеся на «palmin». Младшая уже давно все знала и потихоньку готовила документы из школы, ходила на медосмотры. Даже прошла парочку собеседований в интересующие ее университеты. А школьный руководитель помогал оформлять Янину волонтерскую деятельность. Через неделю пакет документов понесут переводить и заверять к нотариусу. Лена и Рома в основном искали хорошее место для аренды, договаривались о грузоперевозках и ежемесячно докупали к уже оплаченным авиабилетам плюс 20 килограмм для перелета. Сначала парочка слетает чисто подписать договор о работе и с лендлордом, а после прилетит забирать остатки вещей и своих младших товарищей. Веля жадно поглощал салат и картошку-фри, запивая облепиховым чаем, слушая все объяснения и оправдания близких, ощущая себя словно в глупом ситкоме. Сейчас он взглянет на них по очереди, они закончат рассказывать о планах и где-то затрещит одинокий сверчок. К горлу стала подкатывать обида, но парень заставлял себя не раскисать прямо посреди семейной встречи на виду у всех. И все же нос предательски хлюпнул. – Вель, ну что ты думаешь? Скажи что-нибудь. – Елена подвинула ближе свой телефон с открытым приложением авиакомпании. На экране светились три окошка с оформленными билетами. – Мы не заставляем лететь с нами же в январе, мы отметим совершеннолетие Яны, потом улетим решать дела, а вы останетесь доучиваться. И в мае все вместе переедем. Савелий скептически глянул на конечную точку: «Париж Бове». Яна неловко доедала свою порцию с картошкой, поглядывая то на старшую сестру, напряженно глядящую на парня, то на сидящего в полном шоке старшего брата. «Я так и думала» – мелькнуло в голове девушки, и она вновь уставилась на сестру. Ясно как день, что Веля вообще не участвовал в обсуждении планов старших. Его просто поставили перед фактом, что он или летит, или остается. – У меня же было время до Нового года. – Зеленый маллетт скрывал глаза парня. – Вы говорили, что у меня есть время. Так зачем давите? Рома охнул, а Лена откинулась на стуле, скрестив руки на груди. Все почувствовали, как атмосфера изменилась. – Мы и не заставляем тебя ехать прямо сейчас. Просто нужно начинать готовить документы и переводы. Хорошо было бы пройти полный чек-ап, чтобы перебдеть. Поговорить с друзьями. Ты говорил с ними об этом? – Только с Андреем… – Отлично! – старшая сестра хлопнула в ладоши. – Он умный парень, точно поддержал тебя. Но мы не заставляем. Квартира остается с тобой, ее продавать мы пока не намерены. До мая еще куча времени, почти полгода… – Вель, ты же и сам понимаешь, что это отличная возможность. – Добавил Рома и с тревогой заглянул в глаза приятеля. Возможность-то может и хорошая. Но как же так? Все резко потерять ради лучшей жизни где-то там? Где не будет русской речи, сметаны и Надежды Бабкиной из каждого утюга? Это была мечта с детства. Но мечтам иногда свойственно меняться, и Веля совсем не мог решиться на такое важное дело. – Мы смотрели, что для журналистов есть гранты для поступления. Есть медиа-стипендии. Да и в целом кейс у тебя отличный, куча проектов, медиа-лагерей, и с языком у тебя проблем не будет. – Но Франция?! – парень вскинул голову и посмотрел в родные сестринские глаза. – Я не знаю французского. – Есть частные университеты и программы на английском. – А Яна? – Я уже прошла несколько собеседований… Один уник – американский филиал, там все обучение на английском. Второй – биологическая программа с классами французского языка на первом курсе. То есть, меня смогут всему научить. А потом можно перевестись, у них три филиала в других странах Европы. Да, это все еще мечта Яны, учиться где-то там, среди старинной архитектуры и инстаграмных кафешек с террасами. Да и сам Веля регулярно возвращался к этому вопросу, но в итоге начинал ностальгировать и старался перевести мысль в другое русло. А теперь остался месяц. – Ладно, я посмотрю медиа-программы. Но вы и не ожидайте многого. – Мы с Леной сможем позволить платное обучение. Веля злобно уставился на Рому. Чертовы айтишники! Лена хитро улыбнулась и повернулась к притихшей Яне. Младшая уже пару минут, не отрываясь, чатилась с кем-то с глупым выражением лица и миленькими улыбочками. – Я-ян, а с кем ты переписываешься? – девушка опустила голову набок, соприкасаясь с головой своего молодого человека. – Неужто мальчик?! – Тот, с кем ты по киношкам гуляешь? – добавил Рома с такой же наклоненной головой. Они выглядели так, словно прямо сейчас обменивались телепатически мыслями, иногда хихикая, глядя друг на друга через лбы. – Лена! Рома! Совесть имейте! – щеки младшей запунцовели, и она отложила телефон подальше в надежде, что шуток получится избежать. Но парочка не хотела затыкаться. – Тот был Никита. Это уже Гриша, мы с ним на кружке познакомились. Яна почти пять лет ходила в секцию по волейболу, будучи, как и все в этой семье, высокой и худенькой. Хоть какие-то плюшки от родителей достались! Нормальная ситуация, что девочка сдружилась с командой и участниками другого пола особенно, в одиннадцатом-то классе! Но у Савелия сердце пропустило удар, а внутри все похолодело. На секции познакомились… как бы боком не вышло. – И вообще не смейтесь! Гриша нормальный пацан. Вон у Вели лучше спросите, че он такой тихий и покладистый ходит в последнее время. Две пары глаз теперь взирали на него. Палмин неловко улыбался, сербал чай и надеялся, что пытка пройдет быстро. «Вот удружила, сестренка!» – про себя думал парень и считал секунды до невыносимых объяснений. Но все равно он оказался не готовым. – Слушай, Вель. Я ни в коем случае не против, ты же знаешь. Но помнишь, как в прошлый Новый год ты страдал из-за мальчика? И после того боксера… Ужас, вспоминать же тяжело! Рома тактично молчал и лишь кивал словам своей девушки. Он помнил, как тогда было хреново всем в этой семье, особенно избитому и замерзшему Савелию. Который так ничего и не рассказал, лишь заметил, что теперь он не в отношениях. Лена пыталась уговорить его написать заявлению в полицию на бывшего, но Веля все отрицал и громко протестовал. Девушка сдалась, но втайне переживала за брата. Все его парни были какими-то… ненормальными. – Единственный мальчик, которого я одобряю, был Андрей! Эх, какой красивой парой вы бы были, такой он милашка! Веля подумал: «и не поспоришь», но после в голове всплыл образ еще одного молодого человека.