Пиши - пропало.
11 апреля 2025 г., 01:22
Кухня штаба была просторной, но пугающе тихой. И совсем не приспособленной для того, что она сейчас собиралась сделать. Она стояла у плиты, держа в руке деревянную лопатку и пристально разглядывая сковородку, как будто та была её врагом. Рядом лежали продукты, которые она наугад схватила в кладовке. Всё выглядело просто.
Но, чёрт побери…
Какого хрена всё уже идёт не так? Она вздохнула, включила плиту. Сковорода начала нагреваться. Она бросила туда кусок масла, и тот сразу начал трещать и шипеть.
— Отлично. — пробормотала она. — Пока что я никого не взорвала.
Уже прогресс. Достала куриное филе. Положила его на сковородку. И тут же масло брызнуло во все стороны.
— Ай, твою же…! — она резко отпрянула назад, но было поздно.
Несколько капель горячего масла попали на руку. Она злобно выдохнула, схватила полотенце, вытерла пальцы.
Курица уже дымилась. Чёрт, так быстро?
Она схватила лопатку, перевернула кусок — и тут же нахмурилась. Одна сторона уже подгорела.
— Да ладно тебе! — она бросила взгляд на потолок, как будто ожидая вмешательства высших сил.
Но помощь не пришла. Она раздражённо ткнула курицу лопаткой, затем схватила пакет специй. Быстро, почти наугад, начала сыпать соль, перец… какую-то приправу, название которой она даже не удосужилась прочитать. Запах поплыл по кухне. Но вот только…
Какого чёрта он такой странный?
Она наклонилась ближе, осторожно втянула носом воздух.
— Чёрт…
Что-то в этом запахе было неправильное.
Как будто курицу только что решили забальзамировать. Она быстро посмотрела на пакетик специй. Корица.
— Ты, мать твою, издеваешься?!
Она в панике схватила другую приправу, пыталась хоть как-то исправить ситуацию. Но всё уже было бесполезно. Курица дымилась. Пахло так, будто на этой сковородке только что пытались воскресить древнего мумии.
Она вздохнула. Протёрла лицо руками.
— Я убью Визлу.
Прямо вот так, на месте. Но перед этим… Нужно было хотя бы попытаться это исправить. Потому что если он сейчас войдёт и увидит этот хаос… Она не переживёт его ухмылку.
Она смотрела на подгоревший кусок курицы, который лежал на сковородке, будто насмехаясь над ней.
Она стиснула зубы, схватила вилку и попыталась проткнуть курицу, но та оказалась резиновая, как подошва.
— Ну, замечательно. — пробормотала она. — Теперь это не еда, а орудие убийства.
Она попыталась перевернуть её ещё раз, но масло снова брызнуло, и она дёрнулась назад, чуть не опрокинув сковородку.
— Да чтоб тебя, Визла. — прошипела она, хватаясь за край стола, чтобы не поскользнуться.
Какого чёрта вообще в её жизни настал этот момент? Она, которая могла разобрать винтовку с закрытыми глазами, которая не дрогнувшей рукой убирала цели с сотен метров, сейчас стояла тут и боролась с куском мяса.
Абсурд.
Она взяла сковородку и тряхнула её так, как когда-то видела у профессиональных поваров. Результат был предсказуем. Курица не перевернулась. Курица улетела за плиту. Она замерла. Секунда молчания.
— …Боже.
Вдох. Выдох. Нет. Этого Визла точно не увидит. Она схватила щипцы, нырнула вниз и кое-как вытащила злополучный кусок. Теперь он выглядел так, будто его сбил грузовик, затем он горел в аду, а потом был сброшен с самолёта. Она стиснула зубы.
— Я ненавижу этот спор.
Она резко сбросила курицу обратно в сковородку, выключила плиту и с раздражением схватила телефон.
Пальцы быстро пробежались по экрану.
Доставка еды. Проблема решена. Она резко развернулась, убрала сковородку, вытерла масло со стола, открыла окно, чтобы выветрить этот адский запах.
И как только она закончила…
Дверь кухни открылась.
Она обернулась. Дункан стоял в проёме, руки в карманах, с той самой ухмылкой. Она напряглась.
— Ни слова.
Он лениво осмотрел стол, почувствовал запах, чуть приподнял бровь.
— Что-то сгорело?
— Всё под контролем. — неуверенно с глубоким вздохом.
— Ты всегда открываешь окна, когда всё под контролем? — Он склонил голову, ухмыляясь.
Она сжала губы, скрестив руки на груди.
— Слушай, Визла…
— Да?
Она сузила глаза.
— Если ты сейчас засмеёшься, я всажу тебе вилку в ногу.
Он усмехнулся, но действительно не рассмеялся. Просто медленно зашагал к столу.
— Ладно, покажи.
— Что? — Она замерла.
— Покажи, что ты приготовила.
Она почувствовала, как по позвоночнику пробежал холодок. Чёрт. Она взглянула на плотно закрытую крышку сковороды. А потом на него.
Его взгляд был слишком довольным. Он знал. Она сощурилась.
— Тебе что-нибудь когда-нибудь вообще сносит самодовольную ухмылку с лица?
Дункан лениво опёрся о стол, сложил руки на груди.
— Может быть.
Она глубоко вдохнула.
— Хорошо.
Пауза. А потом она резко развернулась, схватила со стола конверт с деньгами от последнего задания, вытряхнула из него несколько купюр и бросила их ему в лицо.
Дункан даже не дёрнулся. Просто поймал деньги на лету, медленно посмотрел на них. Потом перевёл взгляд на неё. Она сложила руки на груди.
— Всё. Я официально наняла тебя готовить ужин вместо меня.
Он хмыкнул, пересчитав купюры.
— А мне нравится этот расклад.
Она закатила глаза и упала на стул.
— Просто приготовь уже что-нибудь, пока я не убила нас обоих.
Дункан усмехнулся, сунул деньги в карман и потянулся к холодильнику.
— Ладно. Но ты всё равно мне должна.
Она посмотрела на него, прищурилась.
— За что?
Он наклонился к ней ближе, усмехнулся.
— За то, что я тебя не выдал.
Она покачала головой, но уголки губ всё же дрогнули. Он снова выиграл. Чёртов Визла.
Дункан молча открыл холодильник, бегло окинув взглядом содержимое. Она всё ещё сидела на стуле, скрестив руки на груди, наблюдая за ним с прищуром.
— Я всё ещё не считаю, что проиграла. — пробормотала она.
Он только хмыкнул.
— Ты буквально кинула в меня деньги, чтобы избежать готовки.
— Это называется делегирование.
— Это называется капитуляция.
Она закатила глаза.
— Просто готовь уже, Визла.
Дункан достал яйца, сыр, немного овощей. Быстро бросил их на стол, доставая сковородку.
— Омлет. — сообщил он, разогревая масло.
Она подняла бровь.
— Всё, на что ты способен?
— После твоего пожара на кухне — считай, это звёздный уровень.
Она прищурилась.
— Мне кажется, ты слишком наслаждаешься этой ситуацией.
— А ты только поняла?
Он лениво взбил яйца, бросил на сковородку нарезанный перец, сыр. Запах тут же изменился. Теперь в комнате пахло не гарью и кулинарным апокалипсисом, а нормальной едой.
Она вздохнула, откинулась на спинку стула.
— Чёртов Визла.
— Люблю, когда ты это говоришь. — усмехнулся он, ловко переворачивая омлет.
Она фыркнула. Через пару минут Дункан выложил всё на тарелку, поставил перед ней. Она посмотрела на него, потом на еду. Выглядело… хорошо.
Слишком хорошо. Она взяла вилку, попробовала кусочек. Чёрт.
— Ладно. — признала она. — Это вкусно.
Он опёрся о стол, сложив руки.
— Конечно.
Она снова посмотрела на него.
— Ты реально невыносимый.
Он чуть склонил голову.
— Но ты всё равно меня терпишь.
Она пожевала губу, раздумывая, что сказать. А потом, подняв бровь, взяла ещё одну купюру с их заработанных денег и лениво сунула ему за воротник свитера.
— Это тебе на чаевые, шеф.
Дункан моргнул. А потом медленно рассмеялся.
— Считай, ты только что дала мне повод требовать с тебя ужин по справедливому обмену.
Она хитро ухмыльнулась.
— Попробуй выиграть ещё раз.
Он ухмыльнулся в ответ.
— С удовольствием.
И, чёрт, ей стоило бы переживать.
Потому что с Дунканом Визлой она уже давно играла в его игру.
Они ели молча. Но тишина была не напряжённой, а ленивой, почти уютной.
Она механически накалывала вилкой кусочки омлета, размышляя, как вообще докатилась до того, что сидит здесь, проиграв спор, и теперь по сути должна Дункану ещё один. А он ел спокойно, с тем самым видом, который раздражал её больше всего.
Таким, будто он всё знал заранее.
Когда они доели, она быстро собрала тарелки, бросила их в раковину и направилась к выходу.
— Разбежалась. — лениво бросил Дункан, поймав её за рукав.
Она замерла.
— Что?
— Мой ужин, мои правила. — он кивнул на посуду.
Она сузила глаза.
— Ты хочешь сказать, что я должна ещё и мыть?
— Ну да.
Она пару секунд сверлила его взглядом. А потом… Просто схватила деньги со стола, которые раньше бросила ему в лицо, и вложила обратно в его руку.
— Вот тебе ещё чаевые. Вымой сам.
И с этими словами она развернулась и вышла из кухни, оставив Дункана хмыкать ей вслед.
