Поцелуй на прощание

      Голос Селестиала в сознании Клейна достиг той критической точки, когда даже тихий шепот казался громовым раскатом. Клейн стоял посреди комнаты, где совсем недавно останавливался, словно актер, замерший перед последним актом трагикомедии, где главным призом была его собственная душа. Образ человека удавалось удерживать с большим трудом, и это при том, что часть червей духа и характеристик осталась над серым туманом.       Он, Клейн Моретти, Шут и Повелитель Тайн, вскоре должен был погрузиться в сон, где его ждала битва с предыдущим владельцем этого титула – с коварным и безумным Селестиалом, стремящимся пробудиться. И от того Клейн никак не мог надышаться воздухом мира смертных, чувствуя, что, покинув его сейчас, может более никогда не вернуться.       Он уже завершил большую часть дел, оставалось лишь провести срочное собрание клуба Таро. Однако, Клейн хотел сделать кое-что ещё. Потворствуя своим личности и человечности, которых он мог вот-вот лишиться, Бог трёх Путей слегка отклонился от плана, чтобы навестить бывшего коллегу и дорогого друга – Леонарда.       Не тратя время на предупреждение, Клейн прошёл через мир духов прямиком в кабинет Леонарда в церкви Вечной Ночи. Мистер Звезда, как и почти всегда в последнее время, утопал в бумажной работе. Ужасное расточительство сил церкви.       Друг встретил Шута усталой, но искренней улыбкой. Его зеленые глаза, в которых обычно плескалось озорство, были полны беспокойства из-за внезапного появления Клейна в его старом облике, том, который Леонард лично хоронил. В другой момент у него могла бы развиться травма, но сейчас выражение лица бывшего коллеги и исходящая от него давящая аура отвлекали Поэта от таких мыслей.       — Клейн? Что случилось? Почему ты здесь? Ты выглядишь так, будто тебе больно и эта аура..., — едва осознав ситуацию заговорил капитан Красных Перчаток.       — Я почти в порядке, не беспокойся, — смотря в обеспокоенные зелёные глаза солгал Шут.       Говоря это Звезде он, почему-то, сам готов был в это поверить.       — Скоро будет срочное собрание по причине того, что Шуту придётся уснуть на какое-то время. Я – Король Ангелов одного с ним пути, поэтому тоже усну. Я пришёл попрощаться.       Снова ложь. Но он не должен знать.       — Когда? Зачем? Насколько? — не в силах усидеть на месте, Леонард предпринял попытку подняться, но был остановлен рукой Клейна на плече.       Рука так и осталась на плече, а Клейн подошёл ближе. Контакт почему-то помогал сконцентрироваться.       — Я не знаю точно когда проснусь, — впервые за этот разговор говорит правду новый Повелитель Тайн. — Я просто хотел... Не важно, могу я кое-что сделать?       — Конечно, Клейн. Что угодно, — ответил Леонард, всё ещё обеспокоенно, но с полным доверием.       — Прости, мой дорогой Поэт, — пробормотал себе под нос Шут так, что капитан Красных Перчаток едва смог это расслышать.       Клейн наклонился и коснулся лба Леонарда губами. Аккуратно, без всякого подтекста, как ангелы с икон. Разъяснять свои чувства и разбирать чужие он был сейчас не в силах. Богу оставалось только вложить свои страх, печаль и любовь в единственный поцелуй в лоб.       Он отстранился.       — Прощай, Леонард.       — Клейн, что все это значит? Почему «прощай»!?       Но Клейн уже не слушал. Он растворился в воздухе, возвращаясь в мир над серым туманом и собирая себя в единое целое.       Леонард не должен знать. Для него я просто благословенный, Ангел Шута, уходящий в сон вслед за своим Богом. Для него будет безопаснее не знать.       Клейн боялся, что даже если победит Селестиала, то, будучи Богом, не сможет спускаться в мир смертных или что проснётся тот, кто уже не будет ни Клейном, ни Чжоу Минчжуем, боялся, что Леонард умрет за время его сна.       Но его дорогому Поэту не стоило об этом знать.       Клейн просто надеялся, что сможет вернуться. Настала пора собирать клуб Таро и раздавать последние поручения как Шут.