В плену у секретаря Хан

Можно ли назвать отношения состоявшимися, если ты посещаешь своего супруга по расписанию? Уже несколько лет Хан Юджин работал секретарём директора Jupiter Group, и в его плане очень чётко прописано когда он должен беспокоить своего начальника и по совместительству мужа. Настолько ослепительного, что порой он переживал, нужно ли носить очки в здании. Телефон на столе завибрировал, оповещая, что прямо сейчас нужно выдвинуться за кофе в ближайшую кофейню. Бросив взгляд на фотографию в рамке, где он и Сон Хёндже пришли на выпускной из университета его младшего брата, Хан Юджин вновь почувствовал себя полным сил. После смерти родителей, казалось, и он, и Хан Юхён потеряли твёрдую почву под ногами, но кто бы знал, что всё так хорошо сложится. «Но всё же есть о чём беспокоиться…» Остановившись у панорамного окна, Хан Юджин наблюдал за раскинувшимся городом, домики были такими маленькими с 122 этажа. Наблюдая вот так, за бегущими по своим делам точками, людьми, которых едва можно было разглядеть, можно было почувствовать некоторое спокойствие… Некоторое время постояв, секретарь задумался о своих отношениях с мужем. В молодости, когда начал их, он и не знал, что они превратятся в рутину. Но больше всего его беспокоило, что Сон Хёндже был человеком, что всю жизнь находился в поисках чего-то интересного и интригующего. Даже их общение началось с лёгкого любопытства, переросшего в симпатию, а затем и в любовь. Нет, он не боялся измены или чего-то вроде… скорее того, что его мужу придётся терпеть то, что ему не нравилось больше всего — скуку. «Отношения это так сложно». Хан Юджин вздохнул, направляясь за кофе. … Кабинет был очень светлым и просторным, он внушал некоторый трепет каждому, кто в него заходил. Было ли дело в панорамных окнах, открывающими вид на голубое небо, то ли в пустоте этого пространства: лишь пара книжных полок и стол, за которым сидел мужчина с блистательной внешностью. Лучи солнца уже не касались кабинета, наполняя его теплом, но смотря на эти золотистые волосы, казалось, что зажглось второе солнце. Сон Хёндже скучающе откинулся на своё кресло, разговаривая по телефону. Вернее, он просто слушал и вставлял короткие фразы, чтобы поправить собеседника или утвердить что-то. В этот момент и зашёл Хан Юджин с заказом из кофейни, включающим два кофе в стаканчиках и покрытую сливками булочку. Обыкновенный секретарь ушёл бы, оставив это всё на столе, но увидев крайне разочарованное лицо Сон Хёндже, он не мог не остаться. Хан Юджин сравнивал глаза Сон Хёндже с расплавленным золотом, они были пленительны и желанны для каждого, кто пересекался с ним взглядом, но как золото было доступно лишь для некоторых, так и директор дарил свой взор лишь узкому, очень узкому кругу лиц. В основном это был только его супруг. Так и сейчас, бросив взгляд на облокотившегося на стол Хан Юджина, что пил свой кофе и ожидал его, Сон Хёндже невольно растянул губы в улыбке и довольно прищурил глаза, в них сверкали искорки. И секретарь был рад, что спустя столько лет брака и совместной работы ещё мог вызвать такую реакцию у этого сногсшибательного мужчины. Завершив свой звонок, Сон Хёндже переплёл пальцы с рукой своего мужа, что приглашающе лежала на столе. С непостижимыми чувствами он смотрел на кольца, что блестели на безымянных пальцах. — Что-то случилось? — выждав, спросил Хан Юджин. — Напомни мне в следующий раз, насколько утомительно работать с китайскими компаниями. Договориться с ними о чём-то определённом — настолько невозможно, насколько Юхён-а заставить улыбнуться мне, — проворчал он, уткнувшись в бок своего секретаря. Он глубоко вдохнул знакомый аромат и лишь тогда копящееся с начала звонка раздражение постепенно ушло. — Хочу стать слабой героиней романа, которую запрут в клетке, где нет работы. «Что за странные книги он читал на этот раз? Впрочем, неважно». Сон Хёндже был человеком, что делал всё быстро и эффективно. С такой же стратегией он подошёл к флирту, поэтому Хан Юджин хорошо знал, сколько усилий его дорогой супруг прикладывал во время продолжительных переговоров. Успокаивающе погладив его по спине, он уставился на голубое небо за окном и задумался на время. — Мы давно не были в отпуске, — вдруг вспомнил секретарь. — Недели через две или месяц… было бы неплохо отдохнуть. Голос был ровным, никто бы ни о чём и не догадался, услышав его. Но на дне тёмных глаз зарождалась какая-то идея, вот так, проводя своими пальцами по тёплой спине, он фантазировал о чём-то, что заставило бы ужаснуться обычного человека. Как секретарь с многолетним опытом, Хан Юджин уже вёл мысленные вычисления когда начать реализацию его плана, где достать все необходимые вещи, каких людей ввести в заблуждение и сколько снотворного понадобится… Да, это должно быть что-то интригующее. На его губах расплылась загадочная улыбка, а поглаживания по спине стали более заигрывающими. Сон Хёндже с любопытством повернул голову наверх, бросив мимолётный взгляд на своего секретаря, но, заметив насколько он был поглощён своими мыслями, не стал отвлекать. «Юджин-а снова что-то планирует». Ему было безумно интересно, но спросить сейчас — испортить себе сюрприз.

***

Двухэтажная квартира отражала хозяев, которые в ней жили. Изначально построенная в стиле хай тек, в ней не было ничего лишнего или странно занимающего много места, Сон Хёндже чувствовал себя в ней комфортно — смежные кухня и зал, где можно было приготовить быстрый завтрак или достать из мини-бара вино, бренди или виски, в зависимости от настроения; в спальне располагались двуспальная кровать с мягким матрасом, шкаф с рабочей одеждой и тумбочка, где лежал планшет с загруженными туда порой глупыми романами. Здесь было множество комнат, что оставались пусты, но он не особо переживал по этому поводу. Когда же здесь поселился Хан Юджин, человек крайне непривычный к такой трате места, вместе с ним появилось много странных вещей — множество приборов на кухне для готовки, что стояли в коробках рядом с кофемашиной или спрятаны по шкафчикам. В холодильнике всегда была еда, особенно кимчи, который он подавал на стол почти с каждым блюдом, обвиняя Сон Хёндже в том, что он не истинный кореец, если не ест его. Множество выходной одежды в шкафу, цветные полотенца в ванной, мягкие игрушки, которые хозяин квартиры обнимал, пока его тогда ещё парень оставался работать сверхурочно, и многое другое. Поставив на стол в зале бокалы и вино, Хан Юджин с мастерством открыл его. Верно, он же работал и официантом, порой Сон Хёндже забывал о том, насколько талантлив и опытен был его муж. Он налил каждому из них алкоголь и лишь тогда опустился на диван, они всё ещё сидели в рабочей одежде, так и не успев переодеться, и Сон Хёндже наслаждался тем, как неряшливо она была надета на Хан Юджине. Не частое зрелище. — За начало Вашего отпуска, директор, — поздравил секретарь с печальной улыбкой. — Ах, Сон Хёндже, подожди ещё пару дней и я изобью этого нерадивого младшего секретаря, что взял отгулы так внезапно. Тогда и присоединюсь к тебе. У Сон Хёндже был не один секретарь, для них был выделен целый отдел, в который и входил Хан Юджин. Часть работы была внезапно отдана ему, как на ответственного за того человека, который решил взять отгулы. Порой ему правда хотелось воспользоваться тем, что его муж был директором… Но природное чувство стыда всё ещё перевешивало. Нужно быть ответственным взрослым. Наблюдающий за ним Сон Хёндже усмехнулся, положил свою руку на чужую талию и притянул своего секретаря ближе, чтобы оставить в уголке губ лёгкий поцелуй. — Не волнуйся, я буду очень хозяйственным супругом, ожидая тебя дома в фартуке на голое тело и вкусным ужином в руках. — Ты опять его закажешь, — проворчал Хан Юджин, но не стал отстраняться, позволяя ещё одному поцелую приземлиться на щёку, пока мужчина перед ним не успокоился. — Я и не говорил что буду готовить. Разве моего тела недостаточно? — М-м, дай-ка подумать… Ладно, тело директора Jupiter Group довольно ценно. Посмотрев друг на друга, они рассмеялись. Было приятно осознавать, что есть человек, с которым можно было откровенно шутить и получать ожидаемую реакцию. Сон Хёндже медленно потягивал вино в своём бокале, откинувшись на спинке дивана, его взгляд был прикован к фильму по телевизору, иногда он переводил его на Хан Юджина, который по-прежнему держал бокал в руке… Как странно, он был ещё полным. С промелькнувшим блеском в глазах, директор посмотрел на плескающуюся в бокале жидкость, а затем опрокинул её в горло, проглатывая за раз. Он склонился над столом, со стуком поставив на него бокал, его голова пошла кругом, это напоминало сильное опьянение, но больше… — Это и правда хорошее снотворное, — Хан Юджин смотрел на него с обыкновенной нежностью и улыбкой на губах. Но с медленно темнеющим зрением это казалось даже жутким. — Сладких снов, Хёндже-я. О… редко он зовёт его так ласково… Это последняя мысль, которая промелькнула в голове Сон Хёндже, прежде чем он отключился. Это было так тихо и спокойно, неудивительно, что в средние века случаи, когда жёны убивали своих нерадивых мужей ядом, оставались нераскрытыми…

***

Сон Хёндже проснулся внезапно. У него было тонкое чувство опасности с самого детства, поэтому он тут же сел на кровати, осматриваясь. Голова немного шла кругом, но терпимо. По ушам резанул тревожащий звук цепи. Будто на его глазах развернулся триллер с похищением. Директор сидел в незнакомой спальне на кровати, на нём было лишь нижнее бельё и длинная цепь, что крепилась к лодыжке. Он не ощутил ни страха, ни гнева, наоборот, ему было крайне любопытно, поэтому он внимательно рассмотрел свою ногу и подёргал ей. Не похоже, что он может как-то навредить себе. В комнате не было и острых предметов, чтобы освободиться. Как продумано. Встав с кровати, Сон Хёндже спокойно прогулялся по комнате, он заметил, что по планировке она напоминает одну из тех, что пустовала на втором этаже. Длины цепи оказалось недостаточно, чтобы позволить ему дотянуться до ручки входной двери, но он спокойно мог прогуляться до ванной, что была присоединена к комнате. Исследовав всё, что мог, Сон Хёндже вышел из ванной, оглядел своё новое место жительства (?) и рассмеялся. — Ха-ха… Серьёзно, запомнить такой глупый комментарий про похищение и организовать это… Мой Юджин-а невероятен. Вдоволь насмеявшись, стоя в одном нижнем белье посреди пустой комнаты с цепью на лодыжке, Сон Хёндже с нетерпением ждал, что же ещё ему подготовили. Как раз вовремя входная дверь открылась и на пороге появился Хан Юджин, на его лице на миг промелькнуло удивление из-за активно исследующего комнату директора, но он тут же улыбнулся, очень завлекающе, соблазнительно и с лёгким безумием. Как главный злодей. — Нужно ли мне бояться и громко плакать? — спросил Сон Хёндже, уперев руки в бока, позволяя тёмному взгляду осмотреть его тело, будто его секретарь не знал каждый его уголок. — По твоему вкусу, — почти промурлыкал Хан Юджин, он медленно и элегантно приблизился к кровати и сел на неё, похлопав рядом и пригласив стоящего мужчину. — Но я предпочту видеть твои слёзы в постели. — Как интересно, — Сон Хёндже спокойно сел, откинувшись на спинку кровати и сложив руки на груди. — И что по правилам? — Ты прилежно сидишь здесь, а я, как похититель и маньяк, измываюсь над тобой и довожу до безумия. Ну как? — Невероятно. Директор похлопал в ладоши, выглядя крайне честным. Он давно это понял, ещё до того, как начать встречаться с Хан Юджином. Пусть братья Хан со стороны казались совершенно разными, старший был подобен вечно пылающему костру, всегда активен и жизнерадостен, а младший как искусная каменная статуя, очень красив, даже совершенен во всём, но неприступен и холоден, в них обоих таилось некоторое безумие. Сон Хёндже не мог представить себе другого человека, который организует похищение своего супруга ради развлечения, причём продумает всё до таких мелочей. Так педантично. Ему и правда всё невероятно нравилось. На дне золотых глаз плескалось веселье. — Все в офисе убеждены, что Вы уехали в отпуск и не будут Вас искать, — продолжил свою игру Хан Юджин. — Не пытайтесь сбежать, директор, теперь Вы и Ваше тело принадлежат мне. Навсегда. — Как давно ты всё это планировал? — неверяще Сон Хёндже прикрыл рот рукой, пряча свою улыбку. — Неужели ты всё это время хотел меня трахнуть, секретарь Хан. Хан Юджин прищурил свои глаза, они изогнулись полумесяцами, а разливающаяся в них тьма манила. — Вы сами виноват в том, что родились таким привлекательным, директор. Если бы не желание поддерживать их игру как можно дольше, директор уже прижал бы своего похитителя к кровати, сдирая эту неряшливо одетую рубашку и покрывая грудь укусами и поцелуями, как голодный зверь на цепи. Сон Хёндже провожал уходящего секретаря взглядом. Мысленно он прокручивал в голове все клише любовных романов с похищением, что читал… Должны ли его сейчас покормить с ложечки? … Прошло около получаса, Сон Хёндже успел задремать за это время. Здесь не было ни телефона, ни планшета, ни телевизора, ни даже книги — абсолютно никаких развлечений. Но когда дверь вновь открылась, он был готов ко всему. Будет ли Хан Юджин его унижающе кормить, словно тот пёс, заставляя ползать по полу и выпрашивать еду, потираясь о ногу, или обманчиво заботливо кормить с ложечки, наблюдая за «мучениями» жертвы… Золотистые глаза расширились, когда фигура в проходе показалась полностью. Если бы был на пару десятков лет моложе, он бы присвистнул. — Я хотел сказать, что меня нельзя запугать различными игрушками, — взгляд потемнел, наблюдая за тёмным куском ткани, что прикрывал нагое тело, — но это страшнее пытки… — Правда? — спросил Хан Юджин, будто ничего не заметил. — Время еды. Вам нужно быть полным сил, чтобы удовлетворить меня, директор Сон. Не спеша, секретарь прошёлся по комнате, давая разглядеть себя. О, а там было на что посмотреть. Классический чёрный фартук был надет на полностью обнажённое тело, когда Хан Юджин делал шаг, его светлые бёдра показывались из-за ткани, привлекая внимание. А стоило ему начать обходить кровать, очень медленно, показательно, как взгляду Сон Хёндже открылся вид на лишь едва выглядывающую грудь и плоский зад. На шее же красовался знакомый чёрный чокер, за который так и хотелось потянуть. Но дальше было интереснее. Вместо того, чтобы сесть рядом и покормить директора с ложечки, Хан Юджин уверенно оседлал крепкие бёдра с подносом в руках и облизнул губы под чужой заинтригованный взгляд. Ему тоже крайне нравилась эта игра в похитителя и жертву, где он мог контролировать ситуацию, как сейчас. Руки Сон Хёндже потянулись к ягодицам, желая посадить своего мужа поудобнее, но его лишь шлёпнули по ладоням. Прямо навевает воспоминания о временах, когда он только подкатывал к своему секретарю… — Вы так быстро поддались своему похитителю, директор. — Если бы все похитители были такими очаровательными, я не прочь быть похищенным ещё раз. — Но это не так интересно, — Хан Юджин издевательски отодвинул край фартука, позволяя взглянуть на затвердевший сосок. — Немного терпения и я подарю Вам внимание, директор Сон, раз Вы так умоляете. Сидящий на нём секретарь был даже хуже суккуба. Не дав и возможности коснуться себя, он медленно кормил с ложки свежеприготовленной кашей с этой соблазнительный улыбкой на губах. Время от времени он размыкал свои губы, показывая, как надо есть, будто ребёнку, но у Сон Хёдже были иные мысли чем занять этот рот. А ведь если подумать… Если его кормили кашей, значит сейчас был завтрак, в первой половине дня Хан Юджин работал из дома, но во второй обыкновенно ехал в офис. И после их секса, он будет здороваться со своими коллегами и беспокойно осматривать себя в зеркале, стесняясь того, что на нём будет намёк на проведённое бурное утро. Голову Сон Хёндже наполнил стыдливый вид его супруга, и он едва удержался от того, чтобы не облапать обнажённые ноги, оставленные прямо у него на виду. Чёрт, это и правда было трудно. — И последняя ложечка, — улыбка Хан Юджина почти дрогнула. Его потемневший взгляд наблюдал за тем, как язык жадно слизывал кашу с ложки, фантазия подставляя вместо столового прибора вещи намного интереснее. Неожиданно для самого себя он потёрся о бёдра, чувствуя, как его и член директора уже были готовы. Отставив пустой поднос, секретарь вытащил из кармашка на фартуке небольшой ключ. Бросив хитрую улыбку на лежащего под ним мужчину, он склонился на прикроватной тумбочкой и открыл верхнюю полку. В его руках оказались наручники, и Сон Хёндже разочарованно вздохнул. — Неужели нет и шанса? — видя, что такой возможности больше не представится, директор положил руки на ягодицы секретаря, поглаживая их. — Как для заложника, слишком много желаний, — хмыкнул Хан Юджин и заковал руки в наручники. Заставив чужой торс опуститься, он уложил голову Сон Хёндже на подушку и приковал наручники к спинке кровати. Директор уже приготовился к позе наездницы. С этим фартуком и нежной улыбкой, в которой крылось нечто безумное, вид был бы определённо потрясающий… Но тогда Хан Юджин достал чёрную повязку на глаза и закрыл весь обзор. Мужчина почти надулся. — Мистер похититель, стоит ли мне пожаловаться Вашему начальству? — Попробуйте, — сладкий голос скользнул в его уши, щекоча, и в теле разгорелся жар, — но мой работодатель уехал в отпуск. Вряд ли Вы дозвонитесь. А было не так уж и плохо. Это первый раз, когда именно его так сковывали в движениях, обычно директор доминировал и его секретарь лишь время от времени перехватывал инициативу, но даже это было интригующе, заводило, но сейчас Сон Хёндже был полностью во власти чужих рук. И Хан Юджин решил пользоваться этим по полной. Открыв тюбик с маслом, он вылил его на свои руки, рассматривая, как оно стекает меж пальцев. Поглядывая на Сон Хёндже, который не мог не узнать этот звук, секретарь начал комментировать свои действия: — О, мне это было не интересно раньше… Но масло такое приятное на ощупь, — подставив палец к своей дырочке, он просунул кончик по ноготь, продолжая: — И входит достаточно легко… Мн, ах, нет, после первой фаланги не очень… Хан Юджин не издавал особо пошлых звуков, лишь его дыхание стало глубже из-за пальца, что медленно погружался внутри него. Было очень неудобно, он изворачивался на месте, пытаясь выкрутить свою руку, чтобы было удобнее. Это первый раз, когда он растягивал себя сам. Добавив второй палец, секретарь осознал, насколько колоссальной была разница от того, что он делал сейчас и когда его растягивал Сон Хёндже. «Недостаточно» — единственное, как он мог описать это чувство. Недостаточно раскрыл дырочку, недостаточно глубоко вошёл, недостаточно нежно и аккуратно… Он не заметил, как начал ворчать себе под нос, лаская этими замечаниями тонкий слух директора. Сон Хёндже едва себя сдерживал. Эти обнажённое разгорячённые бёдра, что неистово тёрлись о него, и самое обидное — это было не для того, чтобы соблазнить его, а по случайности. Этот напряжённый голос, что окольными путями хвалил его, даже подбадривал, чтобы освободить руки из наручников и добавить к пальцам своего мужа свои, растянуть его так, чтобы ему понравилось, заставить кончить лишь от этого чувства наполненности… Но как и сказал Хан Юджин, это будет не так интересно. Но и сдерживаться было трудно. Следуя своему внутреннему чутью, Сон Хёндже дождался подходящего момента и толкнулся бёдрами вверх! Его эрегированный член столкнулся с чужой задницей, это было резко и неожиданно, Хан Юджин невольно вытащил пальцы и его дырочка начала сокращаться. Но директор не дал ему сориентироваться, он продолжал толкаться вверх, у секретаря бежали мурашки по коже, эти движениями были такими сильными, будто в него и правда сейчас войдут. Он сглотнул от предвкушения. Толк! Толк! Толк!.. Потеряв равновесие, Хан Юджин упал вперёд. Его руки скользнули по груди, и он не удержался, поигравшись своими пальцами сосками под ним. Не став сопротивляться, он полностью лёг на мужчину и сладко-сладко зашептал ему на ухо, с силой прижавшись к сильным бёдрам, что остановились. — Я знал, что у тебя такой развратный член, — он усмехнулся, его губы коснулись ушной раковины, выдыхая горячий воздух в неё. — Чувствую, как этот малыш хочет трахнуть меня, как можно скорее. Сон Хёндже криво усмехнулся. Его Юджин-а так шли эти вульгарные разговоры. — Не откажешь ему в этом удовольствии? — Я похитил Вас, директор Сон, чтобы использовать Ваше тело. Оттянув руками резинку чужого промокшего нижнего белья, Хан Юджин взглянул на приподнявшийся напряжённый член. Из его головки сочилась полупрозрачная смазка, и секретарь подумал, что было бы правильнее сделать для его нынешней роли: опуститься вниз и вылизать член, говоря о том, как он желал своего директора, или сразу прыгнуть на член, как извращенец, описывая тело Сон Хёндже и насколько он был сексуален во время работы… Кое-что придумав, Хан Юджин потёр кончиками пальцев головку члена, чувствуя, как уже крайне заведённый, мужчина под ним напрягся. — Ах, какой большой размер. Никогда раньше не видел такой. — Нравится? — Конечно, ведь не зря я преследовал Вас столько лет, директор Сон, — секретарь потёрся своим задом о головку члена и дал ей войти в дырочку. — Мн… Ах, так хочется его принять целиком. Директор, Вы такой высокий и мышцы у Вас такие крепкие, ещё и лицом красавчик да член большой — разве это честно? Хотя теперь это всё принадлежит мне. Он продолжал вести себя, как помешанный фанатик, описывая, как ему нравился его директор, но в то же время примешал толику зависти. Он был довольно проницательным человеком, благодаря жизненному опыту, поэтому ему не составило труда погрузиться в мышление похитителя-маньяка после изучения одного из романов на планшете Сон Хёндже. Опускаясь на члене, Хан Юджин чувствовал, как говорить становилось труднее, но его хриплый голос лишь сильнее возбуждал мужчину под ним, заставляя фантазировать о том, какое же выражение лица у него сейчас было. — Такой великолепный и неприступный стоишь в своём кабинете… ух… Но кто бы знал, насколько развратен гендиректор Jupiter Group. Пока никто не видит… мн… наслаждается тем, как на нём скачет мужчина… Может ещё дадите себя трахнуть? Ах!.. Когда член вошёл на половину, Сон Хёндже облизнул пересохшие губы и перехватил контроль. Прижав бёдра в кровать, пользуясь мягкостью матраса и выходя из Хан Юджина, он толкнулся в него в определённом направлении, чтобы выбить первый шумный стон. Ему не нужны были руки или глаза. Как и сказал его муж, он был великолепен и в своём кабинете, и в постели. Пришлось добиться определённого совершенства, чтобы привлечь внимание Хан старшего. Не желая отдавать контроль полностью, Хан Юджин опускался навстречу члену. Было так горячо и скользко, мысленно он думал о больших ладонях, что могли бы поддержать его, но приходилось упираться руками в кровать, чтобы опять не потерять равновесия. В его дырочки входили быстро и выходили также, эти повторяющиеся действия, что почти безошибочно били по узлу нервов заставляли голову идти кругом, а губы поджиматься. Член секретаря во время толчков тёрся о ткань, он был таким чувствительным, что каждое касание вызывало дрожь, но этого всё равно было настолько мало, настолько недостаточно… Схватив свой член, Хан Юджин уже не сдерживал пошлых звуков, что вылетали из его рта. Они ласкали слух директора, заставляя только ускориться. — Д-директор Со-ах!.. Мн… — после особо сильного толчка, что шумным шлепком разлетелся по всей комнате, руки Хан Юджина подогнулись и он упал на разгорячённую грудь. — Не хватает… Мн… Он приподнял свой зад, чтобы продолжать надрачивать свой член, пока макушки откинулась в упругую грудь, щекоча подбородок волосами. Благодаря этой позе Сон Хёндже изменил угол, продолжая вбиваться в Хан Юджина, узел жара скопился внутри его живота и тянулся всё ниже, концентрируясь в его набухшем члене. Он дрогнул внутри и излился. Почувствовав, как внутри него разлилась горячая жидкость, что стекала вниз по бёдрам, секретарь кончил следом, испачкав свою руку в сперме. Они лежали в обнимку, тяжело дыша. Ладно, возможно в сорок лет такие игры были немного… слишком. Хан Юджин удобнее прижался к разгорячённой груди, потираясь о неё и прикрыл глаза. Так не хотелось идти на работу…

***

Если бы кто-то услышал, что Сон Хёндже нравится быть похищенным и запертым, начал бы сомневаться в здравом уме гендиректора Jupiter Group. Но начало его отпуска и правда было волшебным: на протяжении пяти дней Хан Юджин разжигал в нём старую любовь к сексуальным играм, приносил за особые заслуги планшет без доступа в интернет со скачанными на нём по заказу романами и фильмами, а также кормил его домашней едой и устраивал прогулки по дому на цепи. И, конечно, у Сон Хёндже был доступ к ванной. За это время он успел дочитать всё то, что хотел, и смотрел сериалы. Всё было бы прекрасно, но кое чего не хватало… Дверь в комнату на втором этаже снова открылась, в неё ввалился более усталый Хан Юджин. После того, как Сон Хёндже ушёл в отпуск, как назло, начали всплывать различные проблемы и ему пришлось всё дольше задерживаться в главном офисе, а дома ему нужно было отыгрывать роль похитителя. Не так сложно, как подрабатывать на нескольких работах в 20, но выматывало. — Уа-а, Хёндже-я, как день? — спросил он, шоркая тапочками. Приняв душ, он на автомате переоделся в длинную футболку и свободные шорты, позабыв о роль маньяка, что носил лишь рабочую одежду. Он слишком устал. — Иди ко мне, тогда расскажу. Сонно кивнув, Хан Юджин заполз на кровать и тут же упал головой на подушку. Так мягко. Борясь с желанием немедленно уснуть, чтобы выслушать своего супруга, секретарь недовольно нахмурился, когда мешающиеся прядки убрали с лица. — Я твой… похититель… опять… выбиваешься из роли… — Ага. Сон Хёндже уменьшил свет на экране своего планшета и некоторое время понаблюдал за своим супругом, что упорно пытался распахнуть свои глаза, но всё же поддался чарам манящего сна. Сделав несколько последних заметок для дизайнера, что займётся этой комнатой в будущем, он убрал гаджет и залез под одеяло, обнимая трудолюбивого и интригующего его секретаря. Лёгкий поцелуй пришёлся в висок. Теперь всего хватало. Сон Хёндже уснул, желая, чтобы его муж быстрее ушёл в отпуск…

***

Лучи солнца не пробивались сквозь плотные шторы, их специально повесили в этой комнате, чтобы никто не вызвал полицию, случайно заметив мужчину на цепи. Сон Хан Юджина был крепким, но следуя внутреннему таймеру и странным ощущениям, он проснулся около девяти утра, сонно моргая и разглядывая потолок. Его слуха коснулся какой-то звук, было похоже на брызгающего слюной пса… Осознав, что это было, Хан Юджин удивлённо распахну глаза. Задрав одеяло, первое, с чем он столкнулся — собачьи уши, те, что лежали в тумбочке с предметами для игр, а второе — золотые глаза с пошлым блеском в них. Будто желал довести до инфаркта своего секретаря пораньше, Сон Хёндже выпустил член изо рта и вместе с ним высунул язык, походя на настоящего пса. Кончиком языка он облизнул головку и члена и вновь с улыбкой взял её в рот, посасывая. Его выражение лица было крайне удовлетворённым, когда Хан Юджин не успел спросонья вовремя отреагировать и скрыть блаженного выражения лица. Прикрыв свои глаза, секретарь свёл свои брови на лбу и поджал губы, он излился прямо в горячий рот, чувствуя, как его объяла опьяняющая усталость и в то же время лёгкость в голове. Боже, они ведь уже не подростки… Краем глаза Хан Юджин увидел, как Сон Хёндже поднял конец простыни и сплюнул туда сперму, вытирая язык чистой поверхностью. Весь расстрёпанный и очаровательный с этим ушками на обнажённом теле он посмотрел на секретаря и улыбнулся. Хан Юджин почувствовал, как его голова разболелась. Каким же его муж был невероятным… — Мой дорогой похититель, сегодня Вы в домашнем, неужели выходной? — Сон Хёндже навис над ним, приближаясь, он остановился прямо у самых губ, говоря низким голосом. — Можно ли мне за мои труды в награду поцеловать Вас? Глаза Хан Юджина изогнулись полумесяцами, в них промелькнуло веселье. Закинув руки за голову, он зарылся пальцами в волосы, отливающие золотом, они были пушистыми и мягкими. Вместе с языком, что забрался внутрь и ласкал его, секретарь чувствовал, как сходит с ума от этого мужчины вновь и вновь. Их поцелуй из простых поддразниваний стал глубже, Сон Хёндже повернул голову, находя удобный угол, поставив руку у лица своего супруга. Ещё немного и их ласки могли бы перейти в нечто большое, но внезапно Хан Юджин оттолкнул его. Удивлённый таким равзвитием Сон Хёндже воззрился на него с широко распахнутыми глазами. Нет, он, конечно, любил сюрпризы, но не такие… Хан Юджин же утёр свои губы и заплетающимся языком пролепетал: — С-сколько сейчас времени?! Не желая разлучаться с чужим теплом, Сон Хёндже потянулся к своему планшету через всю кровать и, включив экран, спокойно выдал: — Хм, 8:25. Ещё можно поспать… — Сон Хёндже, немедленно поднимайся, у тебя через пол часа совещание! — мягко оттолкнув мужчину с себя, Хан Юджин подскочил с кровати и натянул нижнее бельё назад. — И у меня тоже… Чёрт, чёрт. Немедленно иди в душ. Я высушу тебе голову. Не став спорить, Сон Хёндже направился в душ. Он не стал играть на нервах своего мужа и задерживаться, быстро ополоснувшись и помыв голову за 5 минут. Удивительно, но когда директор вышел, вытираясь полотенцем, Хан Юджин уже стоял в рубашке и нижнем белье, в руках он грозно держал фен, будто это было орудием убийства. — Садись. «Как будто сейчас у меня меньше воли…» Мысленно усмехнувшись тому, насколько властным был его секретарь, когда дело касалось работы, он послушно сел на кровать и дал чужим рукам зарыться в его волосы. Несмотря на спешку, Хан Юджин был аккуратен, с помощью расчёски и лака он быстро сделал укладку, занимаясь подобным не первый раз. — Теперь одежда. Взяв с кровати вешалку, на которой покоилась чистая и выглаженная рубашка, Хан Юджин сам одел её на директора и застегнул все пуговицы до конца. Он не отвлекался на лишние действия и не давал своему супругу, на ходу объясняя: — Вам нужно просто присутствовать на совещании. Просто соглашайтесь со всем, с чем я говорю и вежливо кивайте головой. Поняли? Руки быстро завязывали галстук на чужой шее. Сон Хёндже чуть на рассмеялся от такой сосредоточенности и, положив свои ладони поверх чужих, усмехнулся: — Стоит ли мне теперь звать Вас гендиректор Хан? Услышав это, Хан Юджин наконец выдохнул. — Прости, я немедленно всё объясняю, — он посмотрел на часы на своём запястье. Они определённо были важнее штанов. — У нас осталось 15 минут. Параллельно мне нужно подключить компьютеры к звонку. К нужному времени каждый сидели на своих местах. Сон Хёндже остался в комнате, сев на кровати, он старался держать лицо серьёзным, пока в действительности сидел в одной рубашке и цепью на лодыжке по воле своего же мужа. Но увидев в видео-встрече Хан Юджина, собранного и такого же серьёзного, зная, что тот сидит в той же одежде, что и он, сдерживаться стало сложнее. К счастью, видео-встреча прошла спокойно и никто не заподозрил, что директор не уезжал ни в какую командировку, а секретарь Хан не целовался со своим мужем всего полчаса назад. Но опыт и правда был забавным. Подумав об этом, Сон Хёндже всего на миг изогнул губы в улыбке. Он ещё раз убедился, что правильно выбрал себе спутника на всю жизнь.

***

Когда его отпуск наконец пришёл, Хан Юджин почувствовал, насколько был вымотан. Устало развалившись на диване в зале, он лениво наблюдал за тем, как освобождённый с цепи Сон Хёндже загружал посудомоечную машину. На нём был тот самый чёрный фартук. «Боже, как же стыдно…» Но вот его мужу было очень весело. Хан Юджин был рад, что тот не стал надевать его на голое тело. Заметив, что за ним наблюдают, Сон Хёндже усмехнулся и приблизился к уставшему секретарю. Облокотившись на спинку дивана, он с радостью пропел: — Может поменяемся ролями? Теперь я сумасшедший директор, что похитил своего секретаря и посадил на цепь. Можем уехать куда-нибудь и сменить обстановку для разнообразия. — Я старый больной человек, Сон Хёндже, пожалей меня… — Но разве не ты использовал моё тело? — директор прикрыл рот ладонью, вживаясь в роль жертвы. — А я ведь немного старше, у меня изнывало тело, а ты продолжал пытать меня сексом… Хан Юджин закрыл глаза. Всё, больше никаких ролевых игр, это было слишком изматывающе. Но он, что Сон Хёндже, ради которого и было приложено столько сил, остался доволен прежитым опытом.