Вечность

— Балан, ты адекватный?! — она шумно забегает в их гримёрку и уже готова нападать, складывая руки на груди, но он слишком чувствует её и предугадывает, кажется, все её следующие действия. — Тиночка, — готова убить его только за этот язвительный тон, — что случилось? — как её это бесит. Делает вид, что ничего не понимает. — Какого хрена ко мне сейчас подходит наша дочь и говорит, что папочка разрешил ей поехать к дяде Потапу на выходные? Ты в своём уме, Лёша и Настя хоть в курсе? — прожигает его взглядом, делая пару шагов навстречу. Сама пока не понимает, почему её это так взбесило, но сейчас ей жизненно необходима разрядка в виде небольшой ссоры с мужем. — Малыш, ну ты чего? Ты же знаешь как они любят нашу девочку, я думаю они не будут против. — улыбается ей, вставая с дивана и подходя ближе, — А мы на выходных найдём, чем заняться… — видит его пошлый взгляд и уже сама еле сдерживается, чтобы не наброситься на него прямо сейчас. Он подходит к ней вплотную, кладёт две руки на её бёдра, наклоняется сначала к шее, обжигая своим горячим дыханием, а потом на ушко, так, чтобы слышала только она, говорит: — Или ты хочешь, чтобы Алиска снова рассказала Паше, что папа обижает маму и бьёт её по попе? — единственное, чего, точнее кого, она сейчас хочет - это он. Уже готова отдаться ему хоть на полу этой гримёрки, но, взяв всю волю в кулак, отвечает: — Балан, не смей меня задабривать с помощью секса! — скидывает его руки со своих бёдер, проходя глубже в помещение, и садится на диван. Кладёт ногу на ногу и специально немного задирает платье, что не остаётся без его внимания. Теперь она ведёт эту игру и обоим это нравится. — Ты забыл, что на этих выходных к нам приезжают Веня с родителями? Мы хотели провести время вместе, но тебя, видимо, волнует только одно. — пытается смотреть на него серьёзно и скрыть, что её, на самом деле, тоже это волнует. Тут дверь резко открывается и в гримёрку забегает взъерошенный Потап с громко смеющейся Алисой на плечах. — Ребята, тут ваш ребёнок меня терроризирует, — проговаривает, смеясь и пытаясь отдышаться, — кстати, Дан, ты бы не обижал больше Тину, а то я уже пообещал, что сам лично тебя накажу, — пытается сказать серьёзно, но прыскает со смеху. Выражение лица Дана быстро сменяется испугом, и он уже готов бежать, чтобы в него ничего не прилетело, но его останавливает крик маленькой девочки, сидящей на плечах Потапа: — Дядя Потап, папа уже пообещал мне, что больше так делать не будет, пойдёмте дальше играть! — Алиса бьёт артиста по лысине в знак того, что ей уже надоело так долго быть в одном месте, а Лёша добавляет: — Желание ребёнка закон! Пошли, принцесса, проведаем дядю Вову Завадюка, спросим, что он новенького для твоих родителей придумал, — хитро улыбается и они покидают гримёрку под звонкий смех девочки. Как только дверь закрывается в Дана летит первая попавшаяся под руку вещь, и он готов благодарить всех Богов на свете за то, что это была всего лишь подушка с дивана. — Доволен?! Теперь весь павильон будет знать, как Дан Балан и Тина Кароль проводят свободное от работы время, да ещё и так тупо палятся перед своим же ребёнком! — встаёт и стремительно движется к выходу из гримёрки, но мужчина её останавливает, преграждая путь. — Малыш, ну что в этом такого? Как-то же у нас дочь появилась в конце концов, или ты надеялась, что все думают, что ты забеременела от святого духа? — кладёт руки на талию и мило улыбается ей смотря то в глаза, то на такие желанные губы. Тина пару секунд смотрит в его тёплые, шоколадные глаза, а потом резко переводит взгляд на губы и бесцеремонно впивается в них, кладя руки на шею и притягивая певца ближе к себе. Она идёт на него, не разрывая поцелуй, впечатывая его в дверь. Они слышат заветный щелчок, и Дан в ту же секунду задирает её сковывающее движения платье, чтобы она спокойно запрыгнула на его торс, и они вместе движутся к дивану. Он кидает народную артистку на диван, разрывая поцелуй, и слишком долго мучается с пуговицами на рубашке. — Блять, если ты сейчас не поторопишься, я порву эту рубашку прямо на тебе! — она не может терпеть, так долго она ждала этого момента. — Тина, имей терпение, она дорогая! — сам уже не выдерживает, но всё-таки справляется с рубашкой, и она летит куда-то в неизвестном направлении. Жадно изучают губы друг друга, будто в первый и последний раз, будто не могут надышаться. Дан расстёгивает ремень штанов, готовясь снять их, но тут слышит отчаянное: — Стоп! Рубашка у тебя дорогая, а моё платье копейки стоит?! — отталкивает его и встаёт как можно быстрее, — Помоги расстегнуть, Дан, быстрее! — крикнула слишком громко, но ей было уже плевать. — Тише, малыш, нас весь павильон слышит, — расстёгивает платье, параллельно оставляя поцелуи и засосы на её шее. — Балан, твою мать, чем я сейчас это замажу? — возмущается, прикрывая глаза от удовольствия и скидывает с себя платье, оставаясь в одном белье. Дан со спины изучает её тело, проводя двумя руками от груди до бёдер и под блаженный стон девушки резко поворачивает её к себе лицом. — Ты готовилась, я смотрю? — пошло ухмыляется, замечая, что это его любимый комплект. — Что? — разум затуманивает сильное возбуждение, и она, кажется, уже вообще не соображая, смотрит вниз, чтобы понять, о чём он, — А, да я первое попавшееся надела, — врёт, делая небольшую паузу, — Да какая уже разница, Дан, возьми меня! — умоляет, знает, что на него это подействует. В ту же секунду Дан валит её на диван, нависая над ней и впиваясь в её губы страстным поцелуем, а она руками тянется к его штанам и стягивает их вместе с бельём, прикасаясь к его члену и делая движения вверх-вниз. — Мм, кто-то уже готов, — возбуждённо смотрит в его глаза, закусывая губу. — С тобой я всегда готов, — стягивает с неё бельё, расстёгивая лиф и отправляя его к своей рубашке, припадает к её груди, играясь с сосками, под громкие стоны певицы. — Даан, войди в меня, пожалуйста, я больше не могу! — царапает его спину своими ноготками, огорождая свою территорию. Два раза Дана просить не надо, он резко входит в неё, целуя в губы, чтобы хоть как-то заглушить резкий стон Тины. Он постепенно наращивает темп, а она прикрывает глаза от удовольствия, припадая к его шее и оставляя на ней алые отметины. — Это месть? Будем вдвоём красивые ходить? — пытается шутить, но она игнорирует его, уже находясь на пике своего наслаждения. Стоны становятся чаще, темп резче, температура выше. Они одновременно взрываются, сливаясь, как им кажется, в одно целое. Дан обессилено занимает место на диване рядом с певицей, пытаясь прийти в себя. Тина пододвигается ближе к нему, головой утыкаясь в грудь мужчины и оставляя на ней частые поцелуи, украдкой смотря на его лицо довольного кота, закидывает одну ногу на него и прижимается ещё ближе. — Даник, это было потрясающе! — вдруг произносит она. — Уже Даник? А где «Балан, ты адекватный?!» — передразнивает её, на что получает лишь лёгкий смешок, — Ну как обычно, сначала надо поорать, а потом после секса, я снова становлюсь лучшим мужчиной на свете. — Ой, только не говори, что тебе это не нравится, — водит пальчиком по его груди, закусывая губу, — Кстати, о чём мы там спорили? — О том, что Алиса не может поехать к Потапу на этих выходных, потому что к нам приезжают Веня и родители. — делает паузу, вспоминая ещё какую-то важную деталь, — Ах да, ещё меня, видимо, волнует только одно! — снова передразнивает её, но она никак не реагирует. — А знаешь, если Алиска так хочет, то пусть едет к Лёше с Настей, ну если они, конечно, не против. Наших родителей она видела недели две назад, а Веню и так регулярно видит по скайпу. — вдыхает его аромат, блаженно прикрывая глаза, — ну а про последнее… Я готова тебя простить. — сдерживается, чтобы не засмеяться. — О Боже! Какая удача! Сама Тина Кароль, народная артистка Украины, сто раз певица года и примерно столько же самая красивая женщина года, дарит мне своё прощение! Я польщён! — проговаривает театральным тоном, разводя руками в стороны и они оба заливаются смехом. — Дурбецало! — бьёт его по груди, звонко смеясь. Но их смех прерывает требовательный стук в дверь. Они резко подскакивают и начинают судорожно собирать свою одежду по всей гримёрке, но позже выдыхают с облегчением, слыша голос Паши: — Так, голубки, я знаю, что вы здесь, и я не хочу знать, чем вы там занимаетесь с закрытой на замок дверью, но знайте, что через 15 минут Завадюк ждёт всех в конференцзале для какого-то важного объявления, а ваша дочь уже часа два носится по всему павильону на плечах у Потапа, рассказывая всем, что папа больше никогда не будет обижать маму, — сделал небольшую паузу, — Так, ну вроде всё сказал… Только вы не задерживайтесь, я, если что, вас предупредил и все проблемы с Завадюком вы, в крайнем случае, будете разгребать сами! Всё, я ушёл, — Орлов поспешил удалиться своим самым быстрым шагом, решив умолчать о том, что он уже минут 7 стоял под дверью и ждал, пока они закончат. — Ой, — сказал Дан, натягивая нижнее белье, — А я то думаю, что я мог упустить… Как же я мог забыть про то, что пообещал больше никогда тебя не обижать… — Так, ты сейчас получишь! — прячет ухмылку и поворачивается к нему спиной, — Помоги лучше застегнуть. Он застёгивает её лиф и громко шлёпает её по попе, когда она пытается быстро отойти от него. — Ай, Дан, ты когда-нибудь научишься сдерживать обещания?! — поворачивается к нему, ухмыляется и вопросительно смотрит на него, складывая руки на груди. Певец подходит вплотную к Тине и смотрит прямо в глаза самым невинным на свете взглядом. — Ну ты же никому не расскажешь, правда? — руки сами опускаются на бёдра и он прижимает её ближе к себе. — Даже не знаю… А что мне будет взамен? — обвивает его шею руками, запуская их в его волосы, и закусывает губу. — Взамен? Взамен тебе буду я! — улыбается, смеясь, — Ну и моя любовь! — целует её страстно и нежно одновременно. Она смеётся сквозь поцелуй, прижимая его ближе к себе. — Дан… — делает паузу, серьёзно смотря в его глаза, — Я тебя очень сильно люблю, — говорит так искренне, что щёки моментально краснеют от своих же слов. — Малыш мой любимый, — целует в лоб, — Моя самая лучшая девочка, — целует в нос, — Моя самая красивая, самая любимая, самая-самая, — нежно целует в губы, — А я то как тебя люблю! Больше жизни! Тебя и всю нашу семью! Она сама тянется к его губам, и они готовы простоять так вечность. И это только начало, начало их вечности.