Не из-за Джексона

      После двух жарких недель, из-за которых маме пришлось откладывать традиционную генеральную уборку в доме, ещё на целую вечность небо затянуло тучами. Лил такой дождь, что ни у кого не было желания высовываться на улицу — даже Стайлз предпочитал оставаться ночевать у МакКоллов, чтобы не путешествовать лишний раз по размытым дорогам и не мучить свой несчастный джип.       Тренировок с Питером тоже не было, и первые два дня Скотт даже радовался ливням. Но к середине недели, когда были пересмотрены все возможные фильмы и обсуждены все сплетни, мерзкая погода стала надоедать. Чтобы не сойти с ума до выходных, Стайлз и Скотт научили Кору играть в приставку. Поскольку, как выяснилось, компьютерные игры девушка не переносила, это стало тем ещё приключением.       Когда к воскресенью тучи разошлись и вышло в меру жаркое солнышко, все вздохнули с облегчением. Скотт мог поклясться, больше всех были рады Дерек и Питер, которые были вынуждены почти безвылазно сидеть с группками скучающих подростков в замкнутом пространстве. Мама хотя бы могла сбежать на работу…       В любом случае, как только всё немного просохло, дом тут же опустел.

***

      Скотт придирчиво осмотрел бока и предплечья. Царапины от когтей Джексона уже зажили, а порванная футболка благополучно отправилась в мусорное ведро во избежание лишних вопросов. Никто не должен был ни о чём узнать. Но Скотта всё равно мучило нехорошее предчувствие, пока он оттирал от себя в ванной все лишние запахи. Когда он убедился, что никаких следов утренней драки нет, оно дошло до пика. Поэтому, поспешно натянув боксеры, парень вышел из ванной.       Все предчувствия тут же оправдались. Скотт чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда увидел невозмутимо прислонившегося к краю его стола Питера. По лицу альфы понять что-либо было невозможно. Но поскольку он точно не мог узнать о драке Скотта и Джексона, Скотт проигнорировал своё бешено заколотившееся сердце и как можно более буднично выдохнул:       — Ты меня напугал! Что-то случилось?       Глаза у Питера были не пронзительнее обычного, тон тоже совершенно не отличался от их бесед за завтраком. Лицо оставалось совершенно спокойным. Только скрещенные на груди руки не сочетались с расслабленной на первый взгляд позой.       — Случилось, — медленно кивнул он, не спеша отделяться от стола. Скотт тоже не торопился в комнату, замерев на пороге ванной. Его будто приморозило к месту чужим взглядом. — Ты, детка, кажется, не расслышал, когда я сказал не трогать Джексона?       Это был провал. Сходу. Совершенный.       Сглотнув, Скотт лихорадочно обшарил глазами комнату, будто это могло выиграть ему несколько секунд на создание правдоподобной отговорки.       — Он сам на меня кинулся, — в итоге признался он. В лучших традициях Питера озвучил самую удобную правду. Это ведь была правда! Джексон бросился на него первым.       — Неужели? — совершенно не купился Питер. — И до этого вы не поссорились? Как я понимаю, царапины уже зажили? — он окинул Скотта цепким неприятным взглядом с головы до ног.       Вот теперь Скотт принялся оправдываться. Инстинкт самосохранения не мог спать так крепко.       — Всё было в порядке, Питер, клянусь!       — Напомни, что я сказал о Джексоне весной? — как-то слишком вкрадчиво попросил альфа. Чужая сила давила и щипала кожу — ещё совсем немного, но всё же. Скотт ненавидел это.       — Не лезть к нему, — процедил он, хотя отвечать очень не хотелось. Если бы пресловутая связь альфы и беты не заставляла говорить, он бы упорно молчал.       — Если тебе непонятно значение слов, которые я произношу, лучше сразу переспрашивай, — с преувеличенным педагогическим энтузиазмом начал Питер. — «Не лезть» — это…       — Я к нему не лез! — перебил Скотт, не выдержав. — Он сам на меня набросился, ясно?       Чужие брови взлетели вверх.       — То есть, он сам нашёл тебя и сразу сам попытался придушить?       Что ж, наверное, хамить всё же не стоило. И повышать голос тоже. Но отступать было уже некуда.       — Нет. Я пришёл, — коротко ответил Скотт. И Питер елейно поторопил:       — Мне всё же придётся спрашивать «Зачем?», раз по моему многообещающему выражению лица ты не понимаешь, как сильно я хочу услышать эту историю?       Даже у связи и сил альфы были лазейки. Скотт должен был отвечать, но полноту его ответов никто не мог контролировать. Поэтому он предпочитал озвучивать самые рубленные правдивые предложения, на которые был способен. И надеялся, что Питеру рано или поздно надоест тянуть из него слова клещами.       — Я искал Кору.       — Кажется, я купил ей телефон месяца три назад, — раздражение альфы всё ещё не просачивалось в голос и в фальшиво расслабленную позу, но Скотт ощущал его кожей. А вот злости в чужом запахе почему-то не было.       — Она не отвечала. Поэтому я хотел спросить у близнецов.       Их с Питером разделяла только кровать Скотта. И это было плохо, просто катастрофически плохо. Потому что чем ласковее становился голос Питера, тем больше Скотту хотелось сбежать.       — Или ты мог подождать её здесь. Если забыл, она живёт в соседней комнате.       — Можно я хотя бы штаны надену? — не выдержал парень. С влажных волос по спине побежала крошечная капелька воды, и пришлось нервно передёрнуть плечами.       — Не трать время, — отмахнулся Питер. — Потом всё равно придётся снимать. Что было дальше?       — Я нашёл близнецов и Кору.       — Прелестно.       Судя по ледяному взгляду, этот разговор уже надоел им обоим одинаково сильно. Вот только преимущество было явно не на стороне Скотта.       — И Джексона.       — Он был у себя дома? Неужели! — иронию в чужом голосе можно было резать ножом.       Питер обогнул кровать и сделал несколько шагов к нему. Скотт, конечно, мог бы поиграть с альфой в догонялки, но чтобы повторить чужой манёвр, ему пришлось бы выпрыгнуть в окно. А это было уже слишком. Конечно, он попятился, но это не спасло. Жёсткие пальцы мужчины сжали его шею, и пришлось послушно плестись следом.       Решив, что все его слова совершенно точно будут использованы против него, парень молчал. Около кровати он всё же попытался вывернуться. Но Питер, севший на матрас, крепко перехватил его за запястья и притянул к себе. То, как легко и ловко у него каждый раз получалось укладывать Скотта через свои колени, было до обидного неправильным.       Расположиться с комфортом не вышло — хотя Скотт и лежал на кровати торсом, что в целом было достаточно удобно в его незавидном положении, руки сразу же прижали к пояснице. Парень обречённо уткнулся лицом в подушку. Сейчас его интересовало только одно: как всё же Питер успел узнать о драке? У дома Джексона Скотт и канима были одни, только где-то рядом бродили близнецы. Но уж явно не их Питер расспрашивал, как Скотт проводит утро понедельника.       Тяжëлая ладонь с глухим шлепком приземлилась на его беззащитный зад. Скотт вздрогнул и скрипнул зубами. Бельё, к счастью, осталось на месте. Но от чужой руки оно не спасало совершенно. Кожу тут же защипало, Скотт невольно заёрзал. Запястья вдавили в спину чуть крепче — предупреждение не дёргаться было слишком недвусмысленным. Дожидаться его моральной готовности никто не стал — обидно звонкие шлепки посыпались сразу же.       — Ладно, прости!       — Ой, да брось, — хмыкнул альфа. — Ты себя виноватым не чувствуешь.       — Ты не можешь наказывать меня из-за Джексона!       Не было важно, что Питер уже по меньшей мере минуту делал это. Менее несправедливой ситуация не казалась.       — Джексон здесь не при чем. Ты нарушил обещание. Нарушать свою часть я не собираюсь, — это Скотт уже заметил. И прочувствовал в полной мере. — Мне кажется, я с самого начала объяснил свою позицию по поводу Джексона.       — Ты не можешь наказывать меня из-за Джексона, — повторил он, выделив самое важное место интонацией. Так уж совпало, что примерно это же место Питер ненамеренно выделил двумя неприятными шлепками по самому низу ягодиц. Поэтому, едва договорив, Скотт тут же несдержанно зашипел. Жжение от тех шлепков ещё не успело разойтись, сразу же смешавшись с новым.       Больше всего парню хотелось по-детски потереть горящий зад, но такую возможность ему предоставлять не собирались.       — Ещё хоть раз ты с ним сцепишься, и я посажу тебя под замок до конца лета, — вкрадчиво пообещал Питер, наконец-то на целых несколько секунд придержав руку.       — Не посадишь, — процедил Скотт. Он мог потратить это время на то, чтобы выдохнуть, но предпочёл огрызнуться. За что и поплатился.       Питер наклонился к нему и уже вполне себе угрожающе прошипел:       — Хочешь проверить? Попробуй. Но последствия тебе не понравятся.       Что-то подсказывало Скотту, если он всё же попробует, до конца лета он действительно будет сидеть дома. Хотя именно сидеть сможет очень вряд ли.       Силу настойчивого давления руки, лежащей на его пояснице, парень осознал, только когда на заднице разгорелся настоящий пожар, и терпеть спокойно уже не получалось. Он бы и рад был ёрзать и вырываться, но пространства для манёвра ему оставили не так много.       Короткие шлепки были настолько быстрыми, что Скотт не успевал толком уловить движение чужой руки. Зад от них запылал почти сразу же, но за прошедшие пару минут парень успел испытать, как ему казалось, всю гамму ощущений. Исцелялось полное сил тело неплохо, те же царапины от драки затянулись моментально. Но сейчас, против силы альфы, исцеление работало хуже и Скотту играло совсем не на руку. Звонкие частые шлепки не были слишком сильными и тяжёлыми. Вкупе с лениво работающей регенерацией это не давало жжению проникнуть слишком глубоко и стать полноценной болью.       Лицо и уши пылали от стыда не хуже зада. Питер явно не слишком усердствовал, даже самое первое наказание, кажущееся одновременно самым мягким и самым обидным, было более болезненным. Вот только ужасное жжение не шло ни в какое сравнение с болью. Скотт не глядя предпочёл бы второе первому. Когда ему казалось, что хуже кожа уже гореть просто не может, новые шлепки подогревали сильнее, и от этого хотелось лезть на стенку. От жара из глаз вот-вот грозились выступить слёзы. Хотя Скотт быстрее бы провалился сквозь землю от стыда, чем разревелся от такого.       Он уже успел заметить, что менее болезненные шлепки отдавались более громким звуком, и сейчас у него почти звенело в ушах. Повезло, что дома никого не было, иначе о его незавидном положении догадался бы любой. Оставалось надеяться, никто не решит остановиться на улице под окнами.       Когда количество шлепков совершенно точно перевалило за сотню, Скотт всё же сдался и засучил босыми ногами по полу. Никаких проблем с тем, чтобы удерживать его на месте, Питер не испытывал. Зато чужие попытки брыкаться немного — к сожалению, совсем немного — мешали ему задевать самый верх бёдер, где зад переходил в ноги. Скотт был рад даже этому послаблению, потому что он планировал потом всю жизнь на этом самом месте сидеть и не хотел, чтобы Питер сейчас его благополучно отбил.       Извивающийся на его коленях бета Питеру очень быстро надоел, и он просто зажал ноги Скотта между своих. И вот теперь, наконец, под кожу начала проникать первая покалывающая боль.       — Я больше к нему не полезу! — успел вставить Скотт в очередную короткую передышку.       — Ты изначально не должен был к нему подходить, Скотт, — чуть строже напомнил альфа, и Скотт зажмурился от уже глухого, но довольно болезненного шлепка. Кажущаяся совершенно не тяжёлой до этого рука опустилась ещё несколько раз, пока Питер выговаривал: — Он наполовину канима, не способный контролировать себя. И неуравновешенный подросток. Что, если бы ему взбрело в голову разорвать тебя, а не просто почесать кулаки? — а потом несчастный, наверняка ужасно красный и невозможно горящий зад Скотта оставили в покое. — Здесь органично звучало бы «Прости, Питер». И не надо на меня обижаться, я предупреждал.       Скотт какое-то время упрямо молчал, сопя в подушку. До того, как Питер сказал об этом, он не планировал обижаться, но сейчас решил, что идея неплохая. Передумать его заставила горячая ладонь, совсем легко, почти ласково, но очень многозначительно похлопавшая пониже спины.       — Прости, — тут же проворчал парень.       — Славно, — заключил Питер и бесцеремонно спихнул его со своих колен. — Будь добр, не влипай больше никуда до вечера.

***

      Время тянулось издевательски медленно. Зад прошёл так быстро, что было даже обидно; над ним как будто в очередной раз поиздевались. В какой-то момент Скотт решил, что ему можно просто попробовать растаять в жаре. Это решило бы все проблемы…       — Итан подкатил к Джексону! — громко объявила Кора, со скоростью звука преодолевшая путь от входной двери до порога комнаты Скотта. Парень, подскочивший на месте от неожиданности, успел только охнуть:       — Чего? — а потом, когда девушка уселась на кровать рядом с ним, переспросил: — Погоди, серьёзно?       — Сказал, что у него, — Кора изобразила самое томное лицо, на которое была способна, и почему-то вышло слишком похоже на Итана, — «классная куртка»! — она проговорила это с таким счастливым придыханием, что Скотт расхохотался. Через несколько секунд Кора присоединилась к нему.       Может, всё было не так уж и плохо.       Эллисон улетела в Париж, и от неё не было совершенно никаких вестей. Скотт пытался писать ей пару раз, но сообщения так и не были доставлены. Скорее всего, девушка сменила номер. В глубине души Скотт понимал: ему нужно смириться с тем, что он может никогда больше её не увидеть. В любом случае, прямо сейчас связаться с ней не представлялось возможным.       Лидия с матерью уехали на побережье на всё лето. Скотт надеялся, с ней не произойдёт ничего странного за время отсутствия в Бейкон Хиллс. Он знал только, что девушка о чём-то разговаривала с Питером перед отъездом, но альфа отказывался раскрывать детали этого разговора до конца лета. Лидия многое пережила, и Скотту очень хотелось помочь ей, но он совершенно не представлял, как. Поэтому оставалось только предоставить это Питеру.       — Чего ты опять такой кислый? — отсмеявшись, спросила Кора. Ещё подрагивающий от хохота Скотт удивлённо посмотрел на неё, но Хейл только выразительно расширила глаза. Бо́льших объяснений от неё ждать не стоило. — Питер тебя покусал?       — Если бы, — Скотт выдохнул и снова откинулся на подушки. Коре пришлось привстать и почти навалиться сверху, чтобы видеть его лицо. — Я поругался с Джексоном, и мы немного сцепились. Я пару раз ему врезал…       — Давно пора было, — вставила Кора.       — …а Питер узнал и раскатал меня по стенке тонким слоем, — закончил Скотт, но на это Кора только закатила глаза. И вдруг села и зачем-то полезла в карман. Когда она достала серый тюбик и настойчиво сунула ему, Скотт поднёс этикетку к лицу и с удивлением прочёл: — Мазь от синяков? Она же не сработает.       — Эта сработает, — заверила девушка и пояснила на недоверчивый взгляд: — Она на травах. Стащила у Дерека. Что опять у тебя с лицом?       — Как ты поняла? — страдальчески выдохнул Скотт, прикрывая глаза.       — Близнецы видели, как вы подрались. А ещё они рассказали всё Девкалиону, и он наверняка передал Питеру.       Кора пожала плечами.       — Так вот откуда он знает, — догадался Скотт. Это всё объясняло. Хотя и так было очевидно, что все проблемы у Скотта были из-за близнецов. Раз не из-за Джексона.       — Зачем вы вообще сцепились? — завела теперь уже Кора, и пришла очередь Скотта на манер Хейлов закатывать глаза.       — Ну ты-то хоть не начинай! Сам не знаю, — признался он. — На самом деле, драки не в стиле Джексона. Он всегда подражал родителям, старался выглядеть…       — Пижоном, — подсказала девушка.       — Да. Мы с пятого класса не дрались.       — Ну, он теперь оборотень, проблемы с контролем никто не отменял.       — Он сам этого хотел, — проворчал Скотт. Кора потянулась и издевательски потрепала его по отрастающим волосам. Скотт увернулся, но ненадолго.       — Рада, что ты жив, — чуть более серьёзно заметила она. — И кстати, раз уж у тебя сегодня уже плохое настроение… Мы со Стайлзом встречаемся.       Скотт сначала даже не расслышал, что она ему сказала. А когда понял, в очередной раз подскочил на кровати и поражённо воскликнул:       — А?       — Я просто не знала, как это помягче сказать, — умело маскируя смущение за безразличием, протянула Хейл. — Так что вот. Как есть.       — Это же круто! — Скотт сел рядом с ней и заглянул в лицо. Она посмотрела на него очень удивлённо, даже с сомнением протянула:       — Я думала, ты будешь против. Стайлз вообще-то тоже.       Скотт обнял её за плечи и почувствовал, как под его руками расслабляются напряжённые мышцы. Похоже, Кора действительно переживала, как он отреагирует на новости.       — Вы же мои друзья, — сказал он, когда она на миг прижалась щекой к его плечу. — Только не рассорьтесь, ладно? Я же не смогу перестать общаться ни с одним из вас.       Кора тихо усмехнулась и легонько толкнула его макушкой в подбородок. Вдруг выдала:       — У вас с Эллисон ничего бы не получилось, Скотт.       Обсуждать что-то серьёзное Скотту больше не хотелось, тем более — говорить пр Эллисон. Поэтому он поспешил свести её слова к шутке:       — Не говори как Питер и Дерек, это пугает.       — Это правда, — хмыкнула Кора и несильно пихнула его в плечо, легко позволив ему не поддерживать тему. Скотт оттолкнул её в ответ, и она растянулась на подушках, каким-то чудом своим худым поджарым телом заняв большую часть кровати. Какое-то время они просто лежали рядом и смотрели в потолок. — Питер возвращается, слышишь? — сообщила девушка, не поднимая головы. Пока она не сказала, Скотт, конечно, ничего не слышал. Но сразу же разобрал в других шумах жаркого воздуха шорох шин.       Парень переглянулся с Корой и неохотно поднялся на ноги. Идти на первый этаж не хотелось, но оттягивать неизбежное не имело смысла. К тому же, стоило проверить, злится альфа или уже нет.       К счастью, настроение у Питера было прекрасным. Окинув помятого Скотта красноречивым взглядом, он насмешливо уточнил:       — Всё ещё дуешься?       — Ты отшлëпал меня из-за Джексона! — не сдержавшись, обвинил Скотт.       Питер на его возмущение только закатил глаза.       — Какая трагедия.       — Да! Это же… — Скотт развёл руками не в силах подобрать слова. — Джексон! — недовольно закончил он. Питер тихо рассмеялся, но за его издевательские улыбочки сейчас даже не было обидно.       Однозначно утешало одно — оставался крошечный шанс, что Джексону тоже влетело. Хотя бы как-то. Потому что Скотт мог сколько угодно говорить, как сильно его бесят насмешки Питера. Но умом он отлично понимал, что к нему альфа относится значительно лучше, чем к их новообретённой домашней ящерице. И если уж Питер всыпал ему за драку, Джексону тоже должно было достаться. Неважно, в каком виде.       Воспользовавшись хорошей погодой, Питер почти сразу вытащил Скотта на задний двор. Возмущений и раздражённых бормотаний он не слушал совершенно. Выдержав череду унизительных замечаний по поводу собственной формы и порядком вымотавшись, Скотт вспомнил, из-за чего неделю назад так радовался проливным дождям. Он уже начинал скучать по плохой погоде…       — Ужасно, — с каким-то мстительным удовольствием подытожил Питер. — Всего пара дней — и ты забыл всё, чему я тебя учил полгода.       — Неделя! — поспешно поправил Скотт, поднимаясь с земли. Это прозвучало жалко даже в его собственной голове. — Знаешь, не так уж всё было и плохо.       Питер насмешливо приподнял брови, и Скотт заблаговременно умолк.       Возможность сбежать от альфы представилась только через час, когда Стайлз пришёл спасти Скотта от этой тирании, а мама вернулась из магазина. Друзья смотрели, как Питер помогает ей вытаскивать из машины сумки с продуктами, когда Стайлз тихо спросил:       — Вы же ещё не виделись?       Не было похоже, что Питер их услышал. Мама как раз говорила ему, что хочет позвонить Дереку и позвать его с ребятами на ужин. Эти двое выглядели так по-домашнему, что Скотта почти обжёг внезапный контраст.       — Нет, — так же тихо ответил он, без труда поняв, о чём говорит Стайлз. Глядя на маму и Питера, мальчик совсем не хотел вспоминать о третьем взрослом, который непременно в ближайшее время должен был влезть в идиллию их семьи. — Он приходил несколько дней назад. Я что, тебе не рассказывал?       — Нет! — воскликнул Стайлз, и Питер всё же коротко покосился на них, прежде чем скрыться в доме.       — Заявился прямо в клинику, — вздохнул Скотт, и друг тут же поморщился.       — Серьёзно? Отстой.       — Ага.       Стайлз вытянул шею, проверил, не наблюдают ли за ними, и ещё тише уточнил:       — Ты уже говорил Питеру?       — Зачем? — непонимающе нахмурился Скотт.       — Не знаю, чувак, — Стайлз странно посмотрел на него. Будто прекрасно знал ответ на вопрос, но сомневался, стоит ли его озвучивать. В любом случае, он соврал. Аккуратно исправился: — Может, это было бы правильно? Он всё же живёт с твоей мамой.       — Я думаю, мама ему сказала, — после непродолжительной паузы всё же предположил Скотт. Он даже не подумал о том, что у мамы чуть ли не впервые появились отношения, о которых отец должен был узнать. Ну, если конечно он внезапно не ослепнет. Неизвестно, приходилось ли Питеру до этого иметь дело с бывшими мужьями своих подруг, но они оба вряд ли будут в восторге от этого общения. По крайней мере Скотт на это надеялся. Ему почему-то безумно не хотелось, чтобы мужчины нашли общий язык.       Отец, похоже, решил задержаться в городе на какое-то время. Хотя ему хватало вежливости больше не объявляться без приглашения, мама сказала, что он снял квартиру. То, что он останется, не означало, что ему будут рады. Он должен был это понимать. Вернее, так хотелось Скотту и маме.       Но шли каникулы. Его семья и его друзья были рядом с ним. И Скотт действительно чувствовал, что это лето сильно отличается от всех в его жизни. У него никогда не было большой компании хоть немного схожих с ним людей, они со Стайлзом оставались невольными одиночками всю среднюю школу. Всё изменилось.