Любовь или Боль?

      Ю Хан Сон пытается выкинуть из головы цветок лотоса, несколько дней нахад появившийся на его запястье. Пока он скользит сквозь толпу участников, передние пряди его волос, собранных в строгий пучок, слабо покачиваются с каждым сделанным шагом. Его взгляд устремлён вперёд, не желая признавать намёк на присутствие своей предполагаемой родственной души.       Но даже несмотря на внешнюю отстранённость, он не может избавиться от неприятного чувства в груди, напоминающего открытую рану. Метка на рука будто пульсирует, снова и снова привлекая к себе внимание. Но он лишь заводит руку за спину и сжимает в кулак, пряча цветок под рукавом.       Достигнув центра комнаты, Ю Хан Сон поворачивается к собравшимся участникам, и пронзительные золотые глаза сканируют их критическим взглядом. Лица очередной группы овеяны страхом, решимостью и отчаянием — смесь эмоций, к которой он уже давно привык.       С лёгкой ухмылкой мужчина начинает говорить, его голос чёткий и властный, несмотря на остаточный шум в помещении, который тут же затих, стоило ему появиться.       — Добро пожаловать, избранные. Меня зовут Ю Хан Сон и я администратор вашего сегодняшнего испытания. Сегодня вы примете участие в испытании, призванного оценить вашу силу, смекалку и решимость подняться на Башню, — он на мгновение замолкает, давая словам дойти до слушателей, — вы будете разделены на команды по три человека. Вашей первой задачей будет пройти через систему пещер, полную опасностей, которые проверят вашу командную работу и индивидуальные способности. Первая команда, которая достигнет указанного места, получит награду, что поможет в дальнейшем восхождении на Башню.       Его глаза слегка мерцают, когда замечает проблеск серебряных волос в толпе.       Он слегка качает головой и отводит взгляд в сторону, продолжая своё объяснение. Его голос звучит отчётливо и властно, перекрывая бормотание участников.       — Те, кто не докажут себя достойными, будут исключены из соревнования и будут вынуждены покинуть Башню. Навсегда.       Он позволяет весу своих слов всплыть на поверхность, наблюдая, как осознание проступает на лицах собравшихся претендентов. Ю Хан Сон чувствует трепет предвкушения, темное волнение при мысли о том, чтобы столкнуть их друг с другом в битве за выживание.       Говоря это, он не может не позволить взгляду снова скользнуть по толпе, ища вспышку серебристых волос, которую он видел раньше. Он говорит себе, что это просто для того, чтобы убедиться, что его предполагаемой родственной души не будет среди соревнующихся, что ему нужно пристально следить за любыми потенциальными угрозами его целям. Но где-то глубоко внутри он не может избавиться от скользкого чувства напряжения, которое заставляет нахмуриться.       — Ну что, готовы доказать свою силу и непоколебимую решимость подняться на вершину Башни? Тогда пусть испытание начнётся!       С этими словами директор отступает назад, в привычном жесте скрестив руки за спиной, наблюдая, как избранные начинают разбиваться на группы. В последний раз пройдясь взглядом по толпе, намеренно избегая незнакомки, которая стала бельмом на глазу, он разворачивается и выходит из главного зала.       Его разум — водоворот темных мыслей и противоречивых эмоций. Он чувствует тяжесть метки в виде лотоса на своей руке, постоянное напоминание о судьбе, которая, кажется, пытается связать его с незнакомцем. Но он отказывается принять это, поддаться такому нелепому понятию, как родственные души.       Войдя в зал ожидания, Ю Хан Сон встречает взгляд Леро-Ро, одного из офицеров, размещенных на втором этаже. Мужчина отрывает взгляд от дисплеев, показывающих прогресс участников, а глаза сужаются, когда он замечает лёгкое напряжение в плечах прибывшего.       — Вы кажетесь рассеянным, директор.       Мужчина бросает на офицера острый взгляд, его глаза сверкают раздражением от предполагаемой эмоции. Он берет момент, чтобы собраться с мыслями, прежде чем ответить.       — Всего лишь сосредоточился на поставленной задаче. Эти тесты всегда тяжелые, а этот — ещё труднее, — его голос остаётся нейтральным.       Директор подходит к Леро-Ро и смотрит на дисплеи, на которых участники проходят через опасные пещеры. Трансляции мерцают и искажаются, когда команды сталкиваются с опасностями внутри. Крики боли и страха приглушенно разносятся по динамикам.       Ю Хан Сон бесстрастно наблюдает, выражение его лица невозможно прочесть. Но под поверхностью разума — поле битвы противоречивых желаний. Часть наслаждается насилием, хаосом, шансом отсеять слабых и недостойных. Но другая часть, часть, которую он едва узнает, испытывает странное грызущее беспокойство за безопасность седовласой девчонки, которую он даже никогда не встречал.       Он слегка качает головой, отбрасывая эту мысль. Что бы ни приготовила ей судьба, к нему это не имеет никакого отношения. Эта девчонка — всего лишь одна из бесчисленных участников, однажды вступивших на второй этаж Башни.       — Должен сказать, директор, я никогда не видел вас таким… заинтересованным в результате теста. Есть ли что-то конкретное, что вы ищете на этих мониторах? — словно почувствовав мрачные мысли коллеги, Леро-Ро прочищает горло и снова говорит, его голос тщательно нейтральный.       Золотые глаза сужаются, когда Ю Хан Сон поворачивается лицом к говорящему, его взгляд острый и пронзительный. От офицера так и сквозит любопытством и едва уловимым подозрением в тоне. На мгновение он даже подумывает, чтобы утолить любопытство подчинённого, прежде чем быстро стряхивает с себя кратковременную потерю самообладания.       Чтобы он, Глубоководная Рыба, позволил себе потерять контроль перед кем-то? Да ни за что. Тем более не перед этим лисом. Садясь рядом с офицером, он тянется к ожидающей чашке на столе, попутно натягивая привычную усмешку.       — Знаешь, Леро-Ро, тебе было бы достаточно предложить мне чашку растворимого кофе, чтобы узнать что у меня на уме. Что ты мне подсунул? Этот кофе просто ужасен, — он подносит дымящийся напиток к носу, вдыхая аромат, а сморщенные брови дают слишком явную оценку.       Леро-Ро слабо качает головой и усмехается над попыткой собеседника увести разговор в сторону. Он откидывается на спинку стула и упирается локтями в подлокотники, наблюдая за мерцанием дисплеев.       — Буду иметь это в виду, директор. Хотя, должен сказать, это освежающая смена обстановки — увидеть вас с более мягкой стороны. Что бы это ни было, эта ваша тайна уже оказывает на вас влияние.       Ю Хан Сон усмехается, закатывая глаза. Он всё же делает первый глоток кофе, его черты заостряются, когда взгляд снова устремляется к экранам. Жестокая улыбка дёргает уголок его рта, пока он наблюдает за особенно напряжённым противостоянием.       — Просто сосредоточься и следи за происходящим. Оставь мои личные дела при мне, — его голос твёрд и не терпит возражений.       Заметив опасный блеск в золотых глазах, офицер быстро понимает, что директор не намерен обсуждать этот вопрос дальше. Он решает не давить на проблему, не желая провоцировать гнев собеседника, вместо этого решает направить разговор в другое русло, надеясь разгладить напряжённую атмосферу.       — Знаете, директор, я всё время хотел вас кое о чём спросить. Как вам удаётся всё время поддерживать идеальную причёску? Клянусь, ни одна прядь не выбивается, даже в разгар битвы, — он усмехается, надеясь вызвать искреннюю реакцию мужчины.       Ю Хан Сон известен не только своими способностями, но и безупречным внешним видом: всегда одет в чистый и ухоженный сине-желтый ханбок, а длинные золотистые волосы уложены в замысловатый пучок, украшенный красной шпилькой. И даже передние короткие пряди, создающие подобие чёлки, никогда не путались и не мешались перед глазами.       — Ты спрашиваешь о моих волосах? Серьёзно, Леро-Ро? — Директор искоса смотрит на собеседника, на его губах играет ухмылка, а бровь приподнимается в лёгком удивлении от внезапной смены темы. Он тянется вверх, рассеянно проводя пальцами по шелковистым прядям, словно проверяя на наличие каких-либо недостатков.       Леро-Ро кивает, ухмыляясь в ожидании остроумного ответа.       — Ну, я полагаю, это инструмент, как и любой другой, который можно использовать для достижения моих целей, — его голос пронизан ноткой высокомерия и гордости, — кроме того, у меня не так уж много выбора в этом вопросе. В конце концов, я — воплощение совершенства во всех отношениях. Вполне естественно, что моя внешность должна это отражать.       — Да уж, директор, скромности вам не занимать, — офицер смеется, качая головой в недоумении над раздутым чувством собственного достоинства мужчины. Он и до этого знал, что эго Ю Хан Сона не знает границ, и всё же не мог быть немного впечатлён такой непоколебимой уверенностью.       По мере того, как испытание прогрессирует, Леро-Ро изучает различные команды, пытаясь оценить, какая из них имеет наилучшие шансы на победу. Сделать ставку на исход очередного испытания — болезненная форма развлечения для них двоих.       Его взгляд останавливается на определенной команде, когда на дисплее показывается девушка с длинными серебряными волосами. Она, похоже, хорошо держится, а быстрое мышление и стратегический ум очевидны в том, как она ведёт свою команду через систему пещер.       — Кажется, я нашёл победителя. Вон та, с серебряными волосами. Кажется, из семьи Хендо? — Леро-Ро усмехается, ожидая реакции Ю Хан Сона, даже и не подозревая что сыплет соль на рану.       Выражение лица собеседника остаётся бесстрастным, скрывая под поверхностью бурю эмоций. Он может чувствовать, как горит отметина, которая словно признаёт свою родственную душу. Мужчина неосознанно потирает запястье, с усилием подавляя нарастающую волну эмоций.       С намеренным, почти капризным действием Ю Хан Сон поворачивается к мужчине с расцветшей на губах жестокой ухмылкой.       — Я принимаю твою ставку. Я выбираю парня с татуировкой дракона, он показал отличную силу воли и способности к Шинсу.       Леро-Ро приподнимает бровь, в золотистых глазах появляется озорной блеск, когда он становится свидетелем неосознанных действий собеседника. Он откидывается на спинку стула и на лице появляется ухмылка, пока взгляд остаётся прикованным к слегка открывшемуся рукаву ханбока.       — О, так вас не убедил мой выбор? Полагаю, мне не стоит удивляться, что у вас есть свой фаворит, — он усмехается, наслаждаясь редким моментом игривого подшучивания над своим начальником, чувствуя что затронул деликатную тему.       Ю Хан Сон усмехается, закатывая глаза на попытку пошутить. Он делает глоток кофе, а выражение лица застывает в маске холодного безразличия.       — Не придавай этому слишком большого значения, Леро-Ро. У меня просто есть предчувствие относительно этого мальчика, у него есть потенциал далеко пройти в этих испытаниях. Кроме того, я думал, что ты хотел сделать всё интереснее с помощью этого своего маленького пари.       — О, понятно. Интуиция, значит? Ну, полагаю, даже сломанные часы дважды в день показывают правильно время. Но должен признаться, я немного удивлен, что вы не приняли моего предложения. Я-то думал, что из всех людей именно вы будете жаждать разгадать тайну этой девчонки.       Он наклоняется вперёд с озорной ухмылкой, пока изучает бесстрастное выражение лица собеседника. Офицер всегда высоко ценил концепцию родственных душ, считая её редкой и драгоценной связью, хоть и той, которой похоже ему самому не было суждено испытать. Мысль о том, что вечно отстранённый от ближайшего окружения директор мог найти своего соулмейта, но при этом активно пытался это отрицать, наполняло смесью благоговения и веселья.       — Моя интуиция — не то, что можно легко подвергнуть сомнению. К тому же, я думал, у тебя есть дела поважнее, чем спекулировать на делах твоего начальства, — его глаза сужаются, а на лице мелькает тень раздражения.       Он понимает, что Леро-Ро намеренно издевается, попутно пытаясь выудить правду, стоящую за нетипичным поведением. Несмотря на предостерегающий взгляд, в голосе есть намёк на что-то ещё, что-то, что он не был пока что готов признать.       Офицер, чувствуя явный дискомфорт директора, со смехом откидывается на спинку стула и приподнимает руки в жесте притворной капитуляции.       — Справедливо, директор. Я не хотел никого обидеть. Я просто думаю, что это… увлекательно, скажем так, видеть как вы колеблетесь в своём выборе. Это на вас не похоже.       Ю Хан Сон делает последний глоток кофе, чувствуя, как непривычно горькая жидкость обжигает горло. На короткое мгновение он остается напряжённым, борясь с нежеланными терзающими мыслями. Но вот, сделав глубокий вдох, он заставляет себя расслабиться, острые плечи слегка опускаются, когда он откидывается на спинку стула.       — Хочешь заключить сделку? Отлично. Если ты проиграешь это пари, ты не только прекратишь вмешиваться в эту тему, но и возьмешь на себя некоторые дополнительные обязанности. Похоже, в последнее время у тебя слишком много свободного времени, чтобы тратить его на такие тривиальные занятия, — в его тоне есть намёк на упрёк, напоминание об иерархии, которая существует между ними. Он знает, что Леро-Ро не представляет особой угрозы, но не собирался мириться с любой слабостью или отвлечением, особенно которую вызывает кто-то со стороны тех, кто служит ему.       Офицер усмехается, когда встречает взгляд директора с озорным блеском в глазах. Он знает, что задел за живое, и мысль о раскрытии правды, стоящей за его странным поведением, только подпитывает решимость выиграть пари.       — Вы заключили сделку, директор. Но у меня такое чувство, что вы об этом пожалеете. Эта красавица из рода Хендо та, за кем стоит последить. И когда она победит, я ожидаю что вы расскажете мне всё, что я захочу знать о ней. Всё.       Ю Хан Сон просто отмахивается от продолжающихся поддразниваний Леро-Ро,       отказываясь поддаваться на уловку дальше. Двое мужчин снова переключают внимание на эфемерный экран, наблюдая. как избранные продолжают преодолевать испытание.       Его взгляд на мгновение задерживается на седовласой девчонке, а сердце слегка сжимается при виде её решимости и грации под давлением соревнования. Но он так же быстро подавляет нежелательную эмоцию прежде, что она успела отразиться на лице.       На протяжении всего испытания Ю Хан Сон поддерживает непрерывную беседу, обсуждая выступления различных участников и ни разу не признавая, что теперь он лично заинтересован в исходе соревнования. Но под внешним проявлением безразличия мелькает растущее беспокойство и предвкушение. Он знает, что Леро-Ро точно о чём-то подозревает, ведь этот офицер был намного проницательнее других его подчинённых.       Когда же испытание достигает финальной стадии и команда седовласой девчонки выходит победителем, странная смесь эмоций борется внутри него, когда взгляд задерживается на торжествующей улыбке.       Поблизости раздаётся торжествующий смешок:       — Ну, ну, ну. Похоже, я победил. Должен сказать, мне не терпится услышать, что вы скажете о нашей победительнице. Она ведь не просто красивое личико, а?       В золотых глазах промелькнула тень раздражения от дразнящих слов офицера. Он резко встаёт, внезапное движение заставляет другого мужчину замолчать.       — Мы обсудим это позже… в моём кабинете, — его голос напряжён от едва скрываемого раздражения.       Не дожидаясь ответа, Ю Хан Сон разворачивается и уходит, а длинные одежды слабо покачиваются за спиной. Не смотря на высоко поднятую голову, внутри скрывается буря эмоций.       Образ серебристых волос и пронзительных янтарных глаз, кажется, выжжен на его сетчатке, преследуя с каждым сделанным шагом. А отметина в виде цветка лотоса на её тонком запястье… словно обжигает его собственную кожу, постоянно напоминая о связи, которую с трудом удавалось отрицать.       Пока он идёт, неосознанно трёт соответствующую метку на своё запястье, пытаясь облегчить внезапное жжение. Хотелось содрать её вместе с кожей, а тонкий силуэт навсегда вырезать из головы. Но казалось, чем больше он пытался отрицать новообретённую связь, тем всё больше усиливалось непрекращающееся жжение. Это клеймо словно выжигалось раскалённым металлом, пока приходило осознание, что больше избегать правды не получится.       Родственная душа найдена, и она прошла испытание.       На губах невольно расплывается жестокая ухмылка, когда он ловит себя на мысли, что скорее предпочёл, чтобы она умерла на этом испытании, чтобы больше никогда не видеть этот въевшийся в сознание силуэт. Но, увы, к его несчастью, девчонка оказалась не так проста, как хотелось бы.       Привычными манипуляциями, Ю Хан Сон переносится в своё пространство, официально призванное его кабинетом. Хотя от кабинета здесь было только название: китайское поместье, сделанное из отборного дерева, что украшалось открытым двориком, разбавленным деревьями и голубым небом над головой. Не смотря на то, что окружение было лишь очередной иллюзией Башни, оно даровало привычное успокоение знатно расшатавшимся за день нервам.       Пройдя до середины пространства и в традиционной позе усевшись на подушку рядом с низким чайным столиком, мужчина плавным жестом подготавливает воду для очередной чашки кофе. Разбросанные по столу пакетики излюбленного растворимого кофе действуют как бальзам на душу. Заварив очередную чашку кофе за день, он подносит её к носу, вдыхая насыщенный аромат.       В этот момент с тихим звуком Леро-Ро появляется перед глазами, а на его лице играет понимающая ухмылка.       — Должен сказать, директор, вы выглядите так, будто увидели приведение.       Глаза Ю Хан Сона сужаются, когда он видит, что офицер чуть ли не злорадствует его затруднительному положению. Но прежде чем он успевает остудить его пыл, его взгляд останавливается на знакомой фигуре, едва заметной за широкой спиной. Янтарные глаза полны любопытства, пока она рассматривает замысловатую обстановку «кабинета».       Леро-Ро, пользуясь заминкой, продолжает, а в его глазах играет озорной огонёк, пока он проводит девушку дальше в комнату.       — А вот и наш победитель! Я как раз рассказывал директору о вашем впечатляющем выступлении и взял на себя смелость пригласить вас получить награду, как и было обещано.       Ю Хан Сон поднимается со своего места, выражение на его лице невозможно прочесть, пока золотые глаза словно пытаются просверлить дыру в приближающейся победительнице. Тонкие брови слегка хмурятся от прилива негодования к Леро-Ро за то, что тот навязал ему эту конфронтацию, но так же быстро скрывает это.       — Я должен поздравить вас с победой. Редко можно увидеть такое мастерство и решимость у новичка. Надеюсь, вы уже проинформированы о наградах, которые ждут вас за ваши усилия? — его голос лишён всякого намёка на внутреннее смятение.       Директор пристально смотрит на неё, выискивая среди утончённых черт лица любой признак признания или осознания их связи. Но выражение её лица остаётся беспристрастным, не выдавая ни намёка на истину, которая теперь их связывала. Смесь облегчения и разочарования проносится по телу от этого осознания — облегчения от того, что она ещё не осознает своей власти над ним, и разочарования от того, что он должен поддерживать эту шараду невежества.       — Благодарю за вашу признательность, — она делает лёгкий поклон, после которого полностью выпрямляется и более гордо продолжает, — верно, меня уже посвятили.       Когда незнакомка начинает говорить мягким и мелодичным голосом, сердце невольно сжимается в груди. Он хмурится от странной реакции и скрещивает руки за спиной, намереваясь продолжать сохранять иллюзию дистанции и контроля. Что бы ни произошло, он просто будет продолжать игнорировать эту связь, отказываясь позволять ей диктовать его действия или решения. В конце концов он Ю Хан Сон, Великий Проводник, и не позволит кому-то помешать его планам и целям.       Его челюсть слегка сжимается, когда он чувствует на себе пронзительный взгляд офицера, который явно получал извращённое удовольствие от его дискомфорта. Решив как можно быстрее завершить эту глупую встречу, Ю Хан Сон делает шаг вперёд, вставая между девушкой и ухмыляющимся подчинённым.       — Должно быть, вы с нетерпением ждёте своей награды. Я попрошу кого-нибудь вас, а пока, боюсь, у меня есть неотложные дела.       Он указывает подбородком в сторону двери, ясно показывая, что хочет её отпустить. В то же время бросает предупреждающий взгляд на Леро-Ро, заглушая надвигающуюся реплику мужчины. Повернувшись к избранной, мужчина продолжает, его голос слегка смягчается, словно против воли.       — Вы хорошо потрудились. Я не сомневаюсь, что вы продолжите преуспевать, поднимаясь на Башню. Но будьте осторожны — путь впереди будет нелегким. Вы должны быть готовы пойти на жертвы и столкнуться с трудностями, которые проверят пределы вашей решимости.       Он замолкает, и в золотистых глазах мелькает что-то нечитаемое. На мгновение ему хочется сказать больше, раскрыть правду, но он быстро отбрасывает это желание. Вместо этого лишь коротко кивает, давая понять, что разговор окончен.       Ю Хан Сон снова опускается на подушку, складывая ноги в традиционной манере, а тонкие пальцы тянутся за чашкой уже остывшего кофе. Он делает глоток, смакуя привычную приторную сладость, наблюдая, как серебристые волосы развеиваются с каждым шагом удаляющейся избранной. Часть его чувствует укол сожаления, но он быстро подавляет его, отказываясь зацикливаться на незнакомых эмоциях, которые пробуждает её присутствие.       Леро-Ро наблюдает за обменом репликами со смесью интриги и веселья, его глаза сверкают невысказанными вопросами. Он открывает рот, как будто хочет что-то сказать, но суровое выражение на лице собеседника заставляет остановиться. На время повисает напряженная пауза, которая разбавляется озорным:       — Должен сказать, я никогда не видел вас таким… расстроенным. Эта девушка, она, должно быть, производит на вас сильное впечатление. Скажите, вы так и будете отрицать, что за всем этим скрывается нечто большее, чем кажется на первый взгляд? — он усмехается, явно наслаждаясь возможностью продолжить обсуждение вопроса, несмотря на риск вызвать недовольство директора.       Глаза Ю Хан Сона сужаются, пока он наблюдает за тем, как Леро-Ро беспардонно устраивается напротив него, копируя его позу. Он заполняет чашку кипятком и тянется к пакетику растворимого кофе. Непринуждённость, с которой его подчинённый чувствует себя как дома в его личном пространстве, действует на нервы.       — Делаешь такие смелые предположения о вещах, в которых ничего не смыслишь. Но я полагаю, это естественно, поскольку ты всегда был тем… кто охотно бы сунул свой нос туда, куда не следует, — он наклоняется вперёд, а на лице расплывается злая ухмылка.       Директор делает ещё один глоток кофе, наблюдая за тем, как Леро-Ро слегка ерзает под пронзительным взглядом.       — Продолжай дразнить Глубоководную Рыбу, и она может тебя укусить. Или, что ещё хуже, оставить без работы. Я мог бы очень усложнить тебе жизнь, раз уж ты так этого хочешь, — голос падает до тихого, насмешливого тона, — к тому же, я уверен, что у тебя есть дела поважнее, чем продолжать эти бессмысленные домыслы.       Леро-Ро слабо смеется, скрывая лёгкое беспокойство за показной бравадой.       — Хорошо-хорошо, намёк понятен, — он поднимает руки в притворной капитуляции, но ухмылка все ещё дергает уголки его губ. Он встает со своего места, осушая остатки украденного кофе, прежде чем поставить чашку на стол с резким звоном. — Но, должен сказать, не каждый день увидишь великого Ю Хан Сона в столь… интересном положении. Быть может, в этой девушке есть какое-то скрытое очарование, о котором я и не подозреваю?       С этим прощальным ударом офицер насмешливо кланяется, прежде чем развернуться и уйти, оставляя Ю Хан Сона наедине с его мыслями. Он наблюдает как фигура Леро-Ро быстро растворяется в пространстве, а тихий вздох разбавляет воцарившуюся тишину.       Рассеянный взгляд скользит вниз, замечая небольшой кусок цветка, выглядывающего из-под слегка задравшегося рукава ханбока. Резким, почти сердитым движением он дёргает рукав, скрывая от глаз убийственную метку. Он подпирает голову рукой, позволяя глазам закрыться и потеряться в тишине, которая теперь наконец заполняет комнату.       Тишина — бальзам для его изношенных нервов, кратковременная передышка от вихря эмоций и мыслей, терзающих с момента раскрытия нежеланной связи. Он знает, что не может вечно бежать от правды, но сейчас просто довольствуется этим моментом невежества.       Пока Ю Хан Сон продолжает сидеть в тишине с закрытыми глазами, в голове внезапно мелькают янтарные глаза, с треском разрушая краткий момент покоя. Его глаза резко открываются, а жестокая, насмешливая улыбка кривит губы.       — Глупая девчонка, — бормочет он себе под нос, его голос сочится презрением.       Он резко встаёт со своего места, от резкого движения тонкая фарфоровая чашка в его руке дребезжит о стол, когда мужчина ставит её с резким, сердитым звоном.       Даже узы родственных душ не могут повлиять на судьбу и его истинную миссию. Едва ли он когда-то подчинится капризам какой-то произвольной связи. Он — хозяин своей судьбы и никому не позволит диктовать условия его существования.       С резким смешком, Ю Хан Сон отворачивается от стола. Он не позволит чему-то столь глупому диктовать его судьбой, и он найдёт способ разрушить эту проклятую связь. Неважно, какой ценой.