Среди Безликих

"Я ощущал вокруг пустоту, и больше ничего" Г. Ф. Лавкрафт *** ~ Мы переночевали на дамбе. Всю ночь я не мог уснуть думая о Луцие, пытаясь вспомнить прошлое, вспомнить, что нас с ней связывало. Но все было бесполезно. Я лишь мучил себя. Я вышел из душной комнаты, что мне выделил Хусейн для ночлега и бродил по небольшому огражденному дворику, наблюдая, как на небе сгущаются тучи. Я постоянно думал, как же Луция там - в лапах этого пса Крейна. Верна ли она мне или уже забыла? А если верна, то сколько продлится ее верность… Я курил одну за одной… то присаживался на ступени небольшой лестницы, то снова ходил из стороны в сторону, как дикий зверь, загнанный в клетку. Дым сигарет, крики улетающих птичьих стай и дождь были моей кампанией, пока не наступил рассвет. Я тут же поднял всех и, даже не завтракая, мы отправились в храм. Обрыскав по дороге пару заброшек, к полудню мы уже были в храме. Новоиспеченный верховный жрец встречал меня у ворот. Я вышел из машины, как и все мои солдаты. — Да хранит вас Небо, полковник! Благословенная Матерь ожидает вас в своих покоях. - спокойно вымолвил Оркан и поклонился. — Моя женушка уже соскучилась? - усмехнулся я, отдавая оружие одному из солдат, встретивших меня. — Я не могу этого знать, полковник Амир. Но Матерь просила передать, что ждет вас немедленно. — Хорошо, Оркан. Есть новости? - направился я ко входу в храм. Жрец шёл рядом. — Нет, если не считать, что старейшина Джасир жаловался Матери о ваших бесчинствах. Я усмехнулся, понимая, что он называет моими “бесчинствами”. Оркан остался у дверей, когда я вошел к Жасмин. Она стояла у окна наблюдая что-то внизу. — Почему твои солдаты вымазаны в краске? - спросила она и резко обернулась ко мне. Она говорила о моих метках - метках Раиса, которые вчера вечером Хусейн любезно начертал на униформе и оружии моих бойцов ярко-желтой краской. — Знал, что ты оценишь! - язвил я. Я, как обычно, прошел к трону и вальяжно развалился на нем. — Ты издеваешься надо мной? Что все это значит, Раис?! - хрипела она, встав передо мной. — Видишь ли, это символика. Желтый цвет- цвет солнца! Не так ли? Я решил изобразить на униформе солнечные лучи. Что плохого? Буду теперь нести добро людям! - милейшим голосом выговорил я последнее, ехидно улыбнувшись. Жасмин подлетела ко мне и впилась своими когтями в мою руку. — Такое добро, какое ты натворил на ферме Джасира? - прокричала она. Мой поступок привел ее в бешенство, но мне было плевать. Я нагло смотрел в глазные щели ее маски. — Не начинай, Жасмин! Я всего лишь проучил их местного дурочка́! - закатил я глаза, одернув руку. — Ты - мой муж! Муж Матери! Что обо мне скажут люди? Я даже не знала, что ответить Джасиру, когда он связался со мной! — Скажи, что в меня вселился бес… или кто там у тебя? — Ты убил его! Убил единственного их плотника! - заорала она, отойдя от меня, и, замахнувшись, обрушила свой удар на огромную старинную вазу, которой была не одна сотня лет. Ваза разлетелась на мелкие осколки, которые в большом количестве прилетели к моим ногам. — Не пойму, что ты так взбесилась? Пусть отправят толковых парней на обучение в храм. Будут им плотники! — Ты что не понимаешь? Ты убил не только плотника, ты убил мирного жителя! — Он не из паствы! Он даже не верил в тебя и в ту чушь, что ты внушаешь своим фанатикам! — Ты тоже не веришь, Раис! — Ты не сравнивай меня с этим отребьем! С тобой меня связывает не вера, а договор, - прорычал я, разозлившись. — Вот именно! Договор, о котором ты забыл! Но я тебе напомню! Ты не можешь убивать кого захочешь! — Ошибаешься! Ты видимо забыла кто я такой! Я - Раис! Я могу и буду убивать кого посчитаю нужным, будь это хоть человек из лагеря, хоть твой жрец! В принципе, я и раньше мог это делать, просто жалел твою ранимую натуру. Но не теперь… — Да ты…. Ты… - Жасмин видимо хотела обозвать меня последними словами, но не смогла в силу своих манер. — Ты просто охамел! Ума не приложу, что с тобой случилось! - кричала она, эмоционально жестикулируя. Я молча и беспристрастно слушал, как она психует. Ждал, когда она закончит свою истерику. — Или ты из-за этой змеи, так ведешь себя? Из-за Луции? - разоблачающим тоном произнесла она. Конечно же, я бы никогда не сказал ей “да”. — Нет! Все только из-за тебя, Жасмин! - встал я с трона и подошел к ней. Под моей подошвой хрустели мелкие осколки вазы. — Из-за твоей больной фантазии, что я твой муж! Мне этот бред совсем не нравится! И как бы сильно ты меня не любила, я заставлю тебя меня ненавидеть! Жасмин не ответила мне и я вышел хлопнув дверью. Выйдя из храма во двор, я закурил. Как всегда в храме кипела жизнь, а я не знал, как мне жить дальше… Я не мог выкинуть Лу из головы, как ни пытался…. И все было против нашего с ней союза… Матерь следила за мной, чтобы я не подходил к Луцие.… Крейн был рядом с ней, а я был чертовски далеко…. И этот тоннель… черт знает, когда они его сделают! Да и еще Лу скорее всего ненавидит меня за то, как я поступил с ней! Она даже не взглянула на меня вчера… не взглянула даже с ненавистью, даже со злостью…. Мне не на что надеяться. — Проклятье! Проклятье! - выругался я, невыдержав. Надо забыть ее. Надо просто забыть… Я направился в казармы. Я пробыл с своём кабинете почти до заката, когда ко мне в очередной раз постучали. Я разрешил войти, но на пороге оказался не очередной солдат, а Эсмина. Она медленно и грациозно, не забывая вилять бедрами, подошла к столу, за которым я сидел. — Какого черта, Эсмина? - устало вымолвил я. — Не кипятись, Амир! Я пришла рассказать кое-что важное! - ответила она, поправляя свои черные кудри. — Выкладывай быстрее и уходи. - сквозь зубы выдавил я и уставился в карту, что лежала на моем столе. — Я ходила с проповедями в прибрежные поселки. И в одном из них происходит нечто возмутительное! - эмоционально произнесла она. — Раньше в поселке Умара были наши прихожане, это больше двадцати человек, я всегда была желанной гостьей на этой ферме, но на этот раз меня не пустили на порог! — И в чем же причина? — Там образовалась секта каких то идиотов! Мне пришлось идти в соседний лагерь. Там мне рассказали, что люди на ферме Умара поклоняются морскому богу. Якобы поклонение ему обеспечивает жителям хороший улов. И самое страшное, что эти люди приносят жертвы! С соседних ферм стали пропадать люди. Конечно, они могли попасть в лапы зомби, но уже пошел слух, что кто-то был свидетелем, как одну женщину сбросили со скал прямо в воду в дар их богу. — Кто главный в секте? - наконец поднял я на нее глаза. Мне нравилась эта история, вернее, нравилось, что я смогу написать ее конец. — Если не ошибаюсь, его зовут Азиф. — Азиф? Что ты о нем знаешь? Видела его? — Не видела, Амир. Говорят, он не здешний! И умеет предсказывать будущее. — Интересно, он уже предсказал свою смерть? - рассмеялся я и снова склонился над картой, разыскивая ферму Умара на побережье. В предвкушении предстоящей бойни, я даже не заметил, как Эсмина встала и подошла ко мне сзади. Ее теплые ладони легли на мои плечи и я машинально повернул голову в ее сторону. — Уходи, Эсмина! - сказал спокойно я. — Хватит обижаться, Амир! Расслабься, я помассирую тебе плечи. Ты такой напряженный. Постоянно в разъездах, я даже не вижу тебя! И уже страшно соскучилась… - мурлыкала она мне в ухо. — Убери руки! - предупредил я ее еще раз, но Эсмина игнорировала и обняла меня прижавшись щекой к моей щеке. Я почувствовал аромат ее парфюма: такой знакомый и такой отталкивающий. Не счесть сколько ночей я проводил с этой женщиной, но после того, как она стала причиной моей разлуки с Луцией, я просто не мог даже выносить ее присутствия, не говоря уже о прикосновениях. — Убирайся! - прорычал я и скинул ее руку с моего плеча. — Я уже устал посылать тебя! Имей хоть какую-то гордость! — Ты придурок, Амир! - топнула она ногой. — Скоро превратишься в дервиша! Неужели ты сможешь отказаться от меня?! — Уже отказался… - встал и пошел к двери. Я вышел, оставив Эсмину одну в своём кабинете. Мне не хотелось ни быть с ней рядом, ни разговаривать с ней. Это касалось и других женщин. В моем распоряжении могла быть любая красотка этого храма, но ни одна не смогла бы унять мою боль. Кроме Луции, ведь она и была моей болью и моим лекарством. Я думал только о ней. Каждую секунду я боролся сам с собой, не зная, что же мне делать: забыть Лу навсегда и дать ей жить своей жизнью или же делать все, чтобы скорее вернуть ее. Никогда в жизни у меня не было похожего случая, чтобы я так долго не мог принять решение…. Стук в дверь прервал мои мысли. Я выкинул сигарету и открыл. На пороге стоял одна из послушниц в маске. — Простите, полковник Амир. Матерь вызывает вас. — Что она хочет? - безразличным тоном спросил я, пройдя в комнату и, достав рубашку из шкафа, надел ее. — Как я поняла, она хочет обсудить с вами предстоящую вылазку. — Ясно, сейчас приду. Через пять минут я уже был у Жасмин. Она стояла у окна наблюдая первые солнечные лучи. — Что ты хотела, Жасмин? - спросил я. — Доброе утро, Кадыр. — Раис! - исправил я ее, смотря ей в спину. Она хмыкнула и повернулась ко мне лицом, вернее маской. Медленно шагая она подошла к трону и села в него. — Говори, зачем звала. Мне нужно собрать людей на вылазку. — Вот именно об этом я и хотела поговорить. Эта секта о которой мы узнали, появилась совсем недавно. В лагере отступников может быть кто-то и из моей паствы. Я не хочу, чтобы ты без разбора убивал всех жителей, поэтому Эсмина поедет с тобой и… — Черта с два! - перебил я ее. — Она поедет! - повысила голос Жасмин и сжала кулаки. — Пусть проведет проповедь и все желающие смогут вернуться в паству. — А что делать с теми, кто откажется? — Оставь их в покое! Каждую неделю ты с Эсминой будешь ездить туда, и в итоге они все уверуют. — Ты глупее, чем я думал! - усмехнулся я. — То, что они приносят человеческие жертвы тебя не смущает? — Мне не нужна бойня, Раис! Я хочу добиться своего мирным путем! — Мирным путем ты можешь добиться только своего поражения…. - ответил я и вышел. И ушел к себе. Как обычно, я не мог уснуть и только ближе к рассвету сон одолел меня. Я стоял посреди двора в храме. Видел, как Лу зашла в ворота в белом платье послушницы. Словно богиня, она сияла в солнечных лучах и шла ко мне. Улыбалась. Как же я был счастлив! Я обнимал ее не в силах отпустить и сказать хоть слово. Просто прижимал ее к себе и целовал ее светлую голову. Но вдруг тучи за секунду закрыли до этого голубое небо. Вокруг появилась непроглядная толпа кусак, а Лу исчезла из мои объятий. Просто испарилась. Я стал оглядываться, а зомби зажимали меня со всех сторон в плотное кольцо. Пробираясь сквозь их тлеющие уродливые тела, я пытался разыскать Луцию. — Лу! Где ты? - кричал я, как сумасшедший. Я расталкивал мертвецов, прорываясь вперед, но они тянули меня за одежду, хватали за руки и ноги и тем самым тормозили меня. Наконец, я выбрался из их хватки и рванул вперед. Растолкал еще десяток зомби и увидел ее. Нет, это была не Лу. Это была Матерь. Она стояла передо мной огромная. Намного больше, чем в жизни и смеялась… смеялась над моей беспомощностью… над моим поражением…. Я проснулся в холодном поту с гнетущим чувством собственного бессилия. Я встал, прошелся по комнате, пытаясь прийти в себя после этого сна… Жасмин играла со мной, как с ребёнком, умело манипулируя жизнью Луции. И чем больше я играл по ее правилам, тем увереннее она была в том, что Лу дорога мне, в том что я пойду на все, чтобы спасти ей жизнь. Я снова встречал рассвет в сигаретном дыму, думая о том, как же мне теперь вылезти из всего этого дерьма Я не стал мучить себя мыслями и пошёл собираться на вылазку. Сегодня было пасмурно, но тепло и безветренно, для осеннего дня. Три машины забитые битком вооруженными до зубов головорезами, были готовы ехать на побережье в лагерь отступников. Я уже выкурил сигарету и собирался сесть на заднее сидение внедорожника, как увидел, что ко мне приближаются Оркан и Эсмина. Они пересекли остаток двора и жрец первым подошел ко мне, а Эсмина осталась ждать в сторонке. — Да пребудет с вами чистое небо, полковник Амир. - произнес он. — Эсмина должна ехать с вами. — Я знаю, Оркан, пусть садится. - ответил я и открыл дверь, пропуская вперёд проповедницу. Усевшись у окна, Эсмина бросила на меня обиженный взгляд, но я проигнорировал ее и приказал Камилю ехать. Когда мы подъехали к лагерю, который находился прямо на скале у моря, я заметил незнакомые мне символы на заборе, а вот символы Солнца, были закрашены белой краской в тон забора. Мы остановились. Камиль и солдаты вышли из машины. Нас никто не встречал и это было странным для секты, которая намерена отстаивать свои права. Камиль скомандовал бойцам и они попытались открыть ворота. К нашему удивлению они оказались не заперты. Солдаты вошли во двор фермы и тогда я вышел из машины. Эсмина вышла следом за мной, хоть я ее и не звал. Когда я вошел на территорию фермы передо мной плотной стеной стояли крестьян двадцать - тридцать. Мои бойцы стояли по обе мои руки немного позади меня. Камиль стоял рядом со мной с взведенным автоматом. — Добрый день, друзья! - начал я, когда увидел, как Эсмина встала по левую мою руку. — Сегодня вам выпала возможность увидеть жрицу, несущую слово нашего Бога! Толпа молча смотрела на нас. Основная масса состояла из мужчин. Загорелые деревенские работяги: пахари, рыбаки, плотники, косари… женщины тоже были среди них, но не было ни одного ребёнка. Все были спокойны и абсолютно не агрессивны. Я глянул на Эсмину и кивнул ей, чтобы она начинала. — Братья мои! Сестры! Я пришла поделиться с вами чудом! Пришла подарить вам любовь нашего бога Солнце! Матерь - наша путеводная звезда. Она помогла нам найти Бога, помогла избавиться от страха и от чумы! Благодаря любви Солнца к нам - своим детям, мы остаемся людьми даже после укуса! Разве это не чудо? - говорила Эсмина свою пылкую речь. Я же наблюдал за слушателями. Вдруг я заметил шевеления в заднем ряду. Люди стали перешептываться. — Мы знаем кто твой бог! Его любовь нам не нужна! - выкрикнула женщина из толпы и сплюнула на землю перед собой, унижая и бога солнце и Матерь, и Эсмину, и самое главное меня… — Мы пришли к вам с миром! - отчаянно выкрикнула Эсмина. — Мне кажется, слишком много оружия у вас в руках для мирного визита! - услышал я мужской голос из толпы, с персидским акцентом, но не увидел говорящего. Я знал, что так говорят лидеры, но он прятался за спинами своих рабов. Я отодвинул Эсмину и шагнул вперед. — Для мира всегда нужно много оружия! И чем его больше, тем спокойнее живётся! - усмехнулся я, ожидая, что этот смельчак сейчас выйдет ко мне, но никто этого не сделал. Тогда я продолжил. — Я так полагаю, что тот, кто осмелился подать свой голос и есть ваш пастырь? Но, видимо, его вера не настолько сильна, чтобы предстать перед нами лицом, как подобает мужчине. Вместо этого он подговаривает женщин плевать в нашу сторону! Браво! После моих слов толпа расступилась. Моему взору предстал мужчина примерно моего возраста. У него были длинные волосы и длинная борода с проседью. Он выглядел, как бродяга с дорог. В данном балахоне почти до пола, на шее льняной шарф из под которого выглядывала массивная золотая подвеска. Руки были обмотаны уже черными от грязи бинтами, из под которых виднелись только кончики пальцев. Незнакомец поднял свои подведенные сурьмой веки и посмотрел на меня пронзительным наглым взглядом. — Мне лень вести пустые беседы с безумцами вроде вас! — Почему же ты нас такими считаешь? — Ваша Матерь лгунья! А ваш Бог Солнца давно Мертв! Наш бог - Но́гад! И он настоящий и живой! — Чем докажешь? - усмехнулся я. — Я не собираюсь доказывать собакам свою правоту! - оскалился он. Мои бойцы тут же вскинули свои винтовки и автоматы, нацелившись на толпу сектантов. Я понял, что разговор бесполезен и нужно решать вопрос силой. — Я смотрю ты не знаешь, что такое гостеприимство, Азиф! - я вытащил свой пистолет из кобуры и прицелился в наглого ублюдка. В эту же секунду одна из женщин обняла своего вождя, закрыв его своим телом. Я не стал стрелять, а он вскинул руки к небу и стал выкрикивать какие-то нечленораздельные слова. Люди вокруг мгновенно упали на колени и также вскинув руки в небо стали повторять за Азифом. — Ньяхтр! Пазузу! Рльех мидр огнр! - кричал он и моментально, на глазах у всех, серые облака стали сгущаться в темную тучу, прогремел гром и из неба полило. Все это произошло за несколько секунд, будто колдовство…. Но я в него не верил. Просто удачное для Азифа совпадение. За моей спиной несколько солдат читали молитву на арабском, вспомнив своего бога из старой жизни… Струсили, приняв обычный ливень за магию. — Что делать, босс? - спросил тихо Камиль. — Ждем. - ответил я, не сводя глаз с Азифа. — И́А! И́А! Но́гад фата́гн! И́А! И́А! - кричал он. Каскад молний осветил темное небо. Мощнейшие раскаты грома оглушили нас. Двое моих бойцов объятые ужасом бросились бежать. Я прицелился в одного выстрелил в спину, он упал прямо у забора. Мне не нужны суеверные дурачки среди бойцов. Второго пристрелил Камиль. Не успел мой взгляд вернуться к Азифу, как я заметил летящий в меня нож. Я успел увернуться и нож вонзился в плечо моего бойца, стоящего сзади. Я тут же прицелился и выстрелил в Азифа, несколько раз, но все пули пришлись в женщину, что его закрывала своим телом. Она обмякла и медленно начала сползать вниз. В ту же секунду поклонники Азифа встали с колен и закрыли его. — Огонь! - крикнул я и принялся стрелять по людям. Канонада выстрелов раздавалась до тех пор пока все люди не остались лежать в лужах из собственной крови и грязи. Я шел меж стонущих тел разыскивая Азифа. Но его нигде не было. — Обыскать все! Их главный сбежал! - крикнул я полный гнева. Солдаты быстро рассредоточились по территории фермы. — Не двигайся! - услышал я чей-то крик сквозь шум ливня и рванул в ту сторону. Забежав за сарай, я увидел, как Азиф стоял у огромной выломанной дыры в кирпичном заборе. Позади него был обрыв и бушующее море внизу, а в его руках была девочка лет тринадцати. Он держал у ее горла нож. — Помогите! - ревела девчонка, она была промокшей до нитки. Распущенные волосы превратились в темные пакли, а свитер и джинсы были мокрыми и вымазаны в грязи: похоже, что ее волокли по земле. — Я заберу ее с собой, если вздумаете стрелять! - крикнул он. Мы замерли. — Великий Но́гад пробудился! Он восстанет из глубин, чтобы спасти своих детей. Азиф толкнул к нам девочку, а сам прыгнул со скалы в бушующее море. Я подбежал к забору, шагнул через обломки кирпичей и кроме темных высоких волн бьющихся о скалы не увидел никого. Азифа не было. — С такой высоты он разбился о воду и пошел ко дну. - услышал я голос Камиля за спиной. — Очень надеюсь. - процедил я. Я был разгневан, потому что давать уйти своему врагу было не в моем стиле. Пусть даже он покончил жизнь самоубийством. Его жизнь и смерть должна принадлежать только мне…. Девочка сидела на мокрой земле и плакала. — Спасибо! Спасибо! - слышалось сквозь ее рыдания. Камиль поднял ее на ноги и что-то прошептал. Видимо, пытался успокоить. — Всем отрубите головы и бросьте в море! - крикнул я, стараясь перекричать гром и шум ливня. Мои бойцы молча слушали меня. — Тела посадите снаружи вдоль забора! Если у этого ублюдка есть еще поклонники, пусть видят, как их бог сумел защитить их! - договорил я и направился, туда где лежало минимум двадцать мертвых, а также полумертвых поклонников морского Но́гада, о котором я сегодня впервые услышал. Солдаты уже приступили к делу и я все еще пылающий от гнева тоже захотел к ним присоединиться. — Камиль! - крикнул я и огляделся. Камиль передал девочку в руки дрожащей от страха или холода Эсмины и поспешил ко мне. — Помоги мне! - сказал я, вытащив свой смертоносный нож, пестрящий с недавних пор жёлтой краской. — Полковник! Посмотрите на их горла! - крикнул один из солдат. Было видно, что он ошарашен. Я с Камилем подошли к одному из раненных мужчин. Он смог присесть и судорожно дышал держась за грудь. Ему осталось немного. Несколько пуль пробили его легкие. Скоро кровь заполнит их и он умрет. Я схватил сектанта за волосы и поднял голову так, чтобы видеть его горло. — Что за хуйня! - выругался Камиль. На горле слева и справа было по одному продолговатому и дугообразному надрезу, которые уже успели зарубцеваться. Но в эти раны были вшиты рыбьи плавники и вокруг них кожа была воспаленной и красной. — Чертовы придурки! Вы хотите стать рыбами? - удивился я. — Ты…. все увидишь…. с глубин… восстанет Но́гад! Но́га-а-ад! - хрипел фанатик. Я отпустил его и кивнул Камилю. Он пнул раненого мужчину в спину, и тот упал на живот. — И́а! И́а! - прохрипел из последних сил он. Мой верный солдат схватил умирающего за волосы, тем самым открывая мне доступ к его горлу. Я начал с сонной артерии…. Под привычные хрипы и хлюпанья я почти отделил его голову от тела. Ударом ноги, выбил последнее, что держало голову - позвонки. Я стоял среди трупов и умирающих людей, промокший насквозь. Ливень смывал кровь с моей руки. Раньше получал удовольствие совершая такие зверства. Чувство, что сковывало мою грудь последнее время, прошло и я смог вздохнуть свободно…. Мне стало легче дышать… Убивая, я наконец смог вдохнуть полной грудью… Но я все еще думал о ней… о Луции…. Ее глаза…. Ее улыбка… Ее смех… Проклятье! Ни ветер, ни дождь, ни жестокие убийства не смогут успокоить меня… но мне нужно забыть ее… нужно больше убивать, чтобы заглушить эти чувства…. — Камиль! Помоги! - указал я на лежащую у моих женщину. — Хорошо, босс! - ответил он и потянул ее за волосы. *** Мы ехали в храм. Со мной на заднем сидении сидела спасенная девчонка и Эсмина. Мокрые, замерзшие, грязные словно бродяги. Дворники размеренно щёлкали очищая лобовое стекло от потоков дождя, который даже не думал прекращаться. — Он настоящий колдун! - прошипела Эсмина. Я усмехнулся и отвернулся от нее к окну, показывая что не желаю говорить об этом, но она все равно продолжила. — Ты ведь видел своими глазами, как мгновенно, по его приказу, налетели тучи и началась гроза! — Тучи уже были. Сейчас глубокая осень! Ливень - это нормально! — Нееет! Он колдун! Я уверена! - злобно шептала она. Я закатил глаза. — Она права! Он колдун! Он поклоняется морским чудовищам и приносит им жертвы! Мою мать бросили со скалы вчера ночью! Прямо в море! - заплакала девчонка и закрыла лицо руками. — Нет никакого колдовства! Этот Азиф сумасшедший фанатик! А ты, Эсмина, ведешь себя, как дура! Эсмина обняла рыдающую девочку и больше не ответила мне ни слова.