Среди Безликих

Раис ~ Я открыл глаза на рассвете. Мой взор упирался в открытое окно. Небо было тяжелым… свинцовым… как и мое настроение, которое не менялось уже несколько месяцев… с тех самых пор, как Лу покинула этот храм. Я встал, принял душ, выпил, кофе… все на автомате… словно какая-то машина… Если бы не Азиф, который постоянно ускользал из моих рук, прячась, как корабельная крыса, по углам пригорода и совершая людские жертвоприношения своему мерзкому богу, я бы померк в стенах казарм, не желая никого видеть. Хотя была еще одна причина, по которой я все еще держался на плаву. Ниса…та самая девчонка, которую я вырвал из лап Азифа перед его прыжком со скалы, после которого он чудом выжил. Эту девчонку сразу поселили с анциллами, но она была очень непослушной и не хотела выполнять приказы старших и особенно слушаться Эсмину. Вместо выполнения своих обязанностей она бежала ко мне в казармы и проводила время со мной. — Дядя Амир! А откуда у вас этот шрам? - тыкала она мне в щеку острым пальчиком. Смуглая черноволосая красавица. Я сидел за столом, перебирая списки заброшенных лагерей и сверяя их с картой… — Получил при сражении с самураями. - отшучивался я с серьезным видом, не поднимая на нее глаз. — Ты - китаец? - спросила она, поправляя ворот красной водолазки, настойчиво пытаясь заглянуть мне в лицо своими угольками черных глаз, Я оторвался от карты и откинулся на спинку стула. — Конечно нет, Ниса! Я - японец! - продолжал я шутить. — Ты тоже был самураем? — Нет! Ты что! Я был ниндзей! — Скажи, а руку тебе правда самурай отрубил? Я рассмеялся… Она умиляла меня и, своим любопытством, напомнила мне Луцию, по которой я безумно скучал. — Неееет, руку мне откусил крокодил, когда я был в Африке. — Чтоооо???! Ты врешь! Ты же ниндзя! Что мог делать ниндзя в Африке? — Понятное дело, подавлял восстание обезьян! - возмутился я и Ниса громко рассмеялась, не по девичьи - скромно, а словно какой-то солдат, запрокинув голову, громко и раскатисто. — Ты врун, дядя Амир! - заявила она обижено насупив свои брови. — Как ты смеешь сомневаться в моих словах? - грозно уставился я на нее, но она не дрогнула, а прищурив огромные глаза прошипела. — Ты хоть раз сказал мне правду? — Конечно! Всегда! — Даже про то, что ты сражался с охотником? — Это был не простой охотник, а ночной! Не путай! — А в чем разница между обычным и ночным охотником? Я устало выдохнул… спина затекла и мне нужно было размяться. Я встал, взял я свою куртку и пошел к двери. — Идем прогуляемся, Ниса. - позвал я черноволосую девчонку. Она прихватила свою куртку со стула и побежала за мной. Пройдя длинный коридор казарм полный моих солдат, мы вышли во двор храма. — Ну так чем отличается обычный охотник от ночного? - не отставала Ниса от меня. — Ночной охотник, можно сказать, умеет летать. Он изрыгает из своей пасти кислоту, которая разъедает даже кости. — И как же ты смог его победить?! - подпрыгнула она от одолевавших ее эмоций. — Это все благодаря моим навыкам ниндзи. - подмигнул я ей, остановившись. Камиль выстроил солдат вдоль стены в идеальную шеренгу и распределял дежурства. Я ждал, пока он закончит, чтобы отдать ему свой приказ. — Дядя Амир, я тоже хочу автомат или пистолет. — Чтобы получить оружие, нужно быть солдатом. А в моем храме солдатами могут быть только мужчины, Ниса. — А как же я буду защищаться? — Солдаты защитят тебя. Девочка печально вздохнула, глядя на солдат. — Если бы у меня был пистолет, я бы спасла маму. Я глянул на нее, но промолчал. Мне было жаль ее, но мое молчание было лучшим воспитанием ее духа, чем моя жалость. Для нее же будет лучше не надеятся на людское милосердие и понимание. Этот мир жесток… Очень жесток... Камиль закончил и я приказал ему связаться со всеми постами, чтобы выяснить не было ли Азифа рядом с их точками. Не успел я договорить с Камилем, как подошла Эсмина. Я узнал ее по походке и по бордовой теплой шали, в которую она укутывалась, выбегая во двор храма. Увидев жрицу, Ниса спряталась за меня — Да хранит вас небо, полковник! - лепетала Эсмина передо мной. — Матерь ждет вас. — Это она тебе сказала меня найти? - усмехнулся я, зная, что Матерь не желает видеть Эсмину. — Услышала от послушниц. - обиженно ответила она. Эсмина все эти месяцы пыталась соблазнить меня. Стоило мне прийти в казармы, как у нее появлялось куча новостей и других поводов, чтобы поговорить со мной. — Ниса! Ты уже сделала то, что тебе поручили на сегодня? - прошипела Эсмина склонившись над девочкой. — Не сделала. - ответила дерзко она. — Так иди и делай! Ниса с надеждой посмотрела на меня, ища защиту, но я лишь кивнул ей в сторону корпуса анцилл. — Можешь прийти, когда закончишь. - сказал я ей вслед. Она кивнула, улыбнулась в ответ и убежала. А вот Эсмина конечно осталась. — Ты балуешь эту девочку. - заявила недовольно она. — Не лезь не в свое дело! — Я должна подготовить ее к службе в храме. А ты ей во всем потакаешь. Так из нее ничего не выйдет и придется просто ее выгнать! — Ей не нужно быть послушницей. Я беру ее под свою опеку. Теперь Ниса не принадлежит храму. Теперь тебе все ясно? - процедил я сквозь зубы. Эсмина кивнула и ушла, а я наконец смог поговорить с Камилем, который уже распустил солдат. *** Отдав приказ Камилю, я отправился к Жасмин. Ее походка стала еще ужаснее, в силу ее превращения в прыгуна, и она стала еще реже выходить из своих покоев. Это было мне на руку, потому что теперь Матерь не преследовала меня на каждом шагу и не докучала своими истериками. Я знал зачем она хочет видеть меня. На прошлой мессе жрецы потратили последний флакон химиката и теперь Жасмин в панике и не знает, что ей делать. Я поднялся на второй этаж храма и вошёл в её покои. Матерь сидела на троне в своей маске и увидев меня сразу встала. — Раис! До мессы осталось три дня! У нас нет даже капли химиката! Что мне делать? — Видишь ли, это не мои проблемы! - ответил брезгливо я. — Ты невыносим! Проблемы храма - это и твои проблемы! Ты живешь здесь и паства кормит тебя и твоих людей! — Тут ты ошибаешься. Я могу сегодня же покинуть храм со своими солдатами. И твоя паства также продолжит кормить меня. Так что повторюсь: это не мои проблемы! Жасмин сжала своими длинными пальцами подлокотники трона и медленно встала. — А если я скажу, - начала медленно она, — Что натравлю на Луцию стаю прыгунов и она вряд ли доживет до рассвета, в этом случае нехватка химиката станет твоей проблемой?! Эти слова произнесенные ее скрипучим голосом, просто взбесили меня. Ненависть к ее мерзкой натуре подступила к горлу. Она угрожала мне. Снова манипулировала мною, как ребенком, используя мое единственное слабое место - Луцию. И я не мог не подчиниться Жасмин, как бы тяжело мне не было. — Только из-за того, что ты так дорожишь ею она еще жива! - добавила она, намекая, что если я вдруг решу сблефовать, она мигом расправится с моей женщиной. — Говори, что от меня требуется… - прорычал я сжав рукоятку пистолета, который был закреплен на моем поясе. — Все очень просто! Принеси мне химикат! — Хорошо. - ответил сухо я и направился к выходу. — Хм! Смотрю эта девица никак не выходит из твоей головы! Очень интересно, чем она тебя так зацепила? - произнесла она, когда я уже открыл дверь чтобы выйти. Я обернулся и усмехнулся глупости ее вопроса. — Тем, чего у тебя никогда не было и не будет, Жасмин! Она молчала, но я слышал, как часто и нервно она задышала. Я не стал ждать ее ответа, который, возможно, и не поступил бы, и вышел. И только тогда я услышал ее нечеловеческий крик. Проходящие мимо послушницы, вздрогнули и ускорили шаг, испугавшись гнева Матери. Я же ушел. Мне оставалось собрать отряд и искать этот химикат неизвестно где. Вернувшись в казармы, я вызвал Камиля и перелопатив всю карту, мы поняли что искать химикат больше негде и нам следует выбираться за границы пригорода. У меня были некоторые идеи, обыскать лаборатории в трущобах. Так и оставалось сделать. Собравшись, мы на следующее утро на трёх машинах отправились в трущобы по намеченным точкам. Несколько часов ушло на дорогу до первого пункта назначения. Мы обыскали все здание бывшего госпиталя, убив не меньше сотни зомби. Уставшие, голодные, холодные мы разбили лагерь в соседнем с лабораторией домом. Небольшой двухэтажный дом с кроватями и диванами… как раз то, что нужно. Камиль сразу выбрал для меня самую лучшую комнату, где было почище и не было страшного бардака после мародеров. Я заперся и прилег, пока мои бойцы устанавливали по периметру ультрафиолетовые светильники, чтобы охотники и прыгуны не напали на нас грядущей ночью. Я слышал, как бойцы переговаривались, как Камиль отдавал приказы и как периодически хрипели зарубленные солдатами кусаки. Примерно через час меня позвал Камиль. — Босс, ужин готов. Я кивнул и через пару минут уже спустился вниз. Десяток солдат сидели по разным углам комнаты. Кто на полу, кто на диване и стульях. Пахло консервированной похлебкой, которую я ненавидел, но молча ел, чтобы не лишиться сил в походе. Для меня оставили свободным кресло. Большое старое, но удобное. Я уселся в него. Кто-то из ребят принес мне еду и вилку. Я размешал эту дурно пахнущую жижу и попробовал на вкус. Все было таким же: пресным, невкусным, гадким, словно моя жизнь… жизнь гребанного вояки, который потратил свои лучшие годы на защиту родины, а взамен получил плевок в лицо и был объявлен врагом народа… замечательно… — Вы слышали? - вдруг произнес один из бойцов. Его звали Аслан. Молодой, как впрочем и многие из моих солдат. — Я ничего не слышал… - ответил ему сидевший рядом. — Заткнулись! - приказал я, прислушиваясь к тишине. Я действительно услышал какой-то шорох и, как мне показалось, он исходил откуда-то снизу. — Подними ковер! - отдал я консерву в чьи-то руки, приглядываясь к узорам. Парнишка встал, отодвинул стол, который, стоял на ковре, и оттащил последний в сторону. Среди обнажившегося дощатого пола выделялся люк. На нем был небольшой засов, который запирал его. Возможно ранее там находился погреб, либо подвал, но сейчас внизу явно обитало что-то живое, и отнюдь не факт, что безобидное. На несколько секунд в помещении повисла гробовая тишина, нарушаемая только унылыми завываниями ветра с улицы и напряжённым дыханием моих бойцов. Внезапно снизу вновь раздался непонятный звук, но теперь напоминавший хриплое рычание дикого зверя. Я моментально расстегнул кобуру, и большим пальцем взвёл курок пистолета. Камиль проделал тоже самое. Деревянная крышка остервенело задергалась под силой чьего-то бешеного натиска, сопровождаемого гортанным воем. Несколько солдат с перепугу выронили консервы с баландой, и схватились за автоматы, готовясь отражать нападение. Те, кто ещё мгновенье назад непринуждённо сидели, повскакивали с дивна и стульев, боязливо пятясь назад. Воздух одномоментно наполнили щелчки автоматных предохранителей и переводчиков огня, но никто из присутствующих не понимал, что им делать. — Придвиньте шкаф, быстро! - скомандовал я, выдёргивая бойцов из ступора. Тут же двое ребят обступив с двух сторон массивный комод, приподняли его, и спешно потащили к содрогающемуся под яростными ударами люку. Но внезапно люк просто разлетелся на куски из-за сильного удара снизу. С диким рёвом прямо к нам в комнату выскочил здоровенный прыгун. Рослая, мускулистая тварь, с острыми как бритва когтями, раздвоенной челюстью, усеянной загнутыми вовнутрь клыками и затвердевшей, будто дерево кожей. Его взрывная сила при прыжке была сокрушительной. В долю секунды он кинулся на шокированного Аслана и сшибив его с ног впился своей омерзительной слюнявой пастью ему в горло. Комнату разорвал жуткий предсмертный крик, тотчас перешедший в хрипенье, заглушённое перепуганными воплями нескольких солдат. Я поднял пистолет, и прицелившись мутанту в изуродованный язвами затылок, спустил курок. Тварь судорожно дёрнулась, и через секунду рухнула мордой в кровавую лужу, возле головы Аслана, к которому я уже подскочил. Юноша был ещё жив, но помочь ему не был в силах никто. Я навёл дуло пистолета ему на лоб и выжал спуск ещё раз, после чего, держа на мушке черную дыру подвала, отступил к двери, где уже столпились остальные. Следом за моими выстрелами, строение огласил чудовищный хор воплей прыгунов. Теперь я осознал, что всё это время мы сами того не ведая ходили у них прямо над головами, и хуже того, прямо над одним из их гнезд. Одним из самых страшных, и опасных мест Пригорода. Какое-то время монстры не замечали нас, но теперь мы побеспокоили улей и прыгуны, учуяв запах человеческой плоти просто озверели. К тому же, на улице стояла глубокая ночь, и сейчас был пик их активности. Едва я успел оценить обстановку, как из подвала высунулась новая оскаленная морда, поводящая раздвоенной челюстью, с которой капала чёрная слюна. На этот раз одновременно со мной выстрелил и Камиль. Две сияющих в свете ламп пули ударили существу в морду, раздробив левую скулу и глаз. Монстр рухнул обратно в чёрное жерло ада, но оттуда уже лезло подкрепление. Благо, Камиль догадался зажечь ультрафиолетовый флайер и комнату озарило голубое свечение, ослепив всех на пару секунд, а заодно вынудив двоих прыгунов отступить обратно в подвал. Камиль активировал и бросил еще один Флайер вслед за ними, прямо в дыру в полу. Кто-то из солдат открыл дверь и мы высыпали на улицу. — Забаррикадируйте вход! - приказал я и обернулся. Уже была полночь. Нам следовало как можно быстрее и без шума найти укрытие, иначе мы не проживем и часа. Трое бойцов быстро сбегали за угол дома, и притащили оттуда старую газовую плиту, которой подпёрли дверь. Едва ли она задержит тварей надолго, но флайеры должны были обеспечить нам несколько драгоценных минут форы. Оставалось только понять, куда уходить. К счастью днем мы зачистили лабораторию и до нее было примерно метров триста. — Двигаемся в лабораторный комплекс! - повернулся я к солдатам. — Не разбегаться! Держимся вместе и используем ультрафиолет для защиты от ночных тварей. Пушки убрать! Стрелять запрещено! Кто нарушит приказ, откручу голову лично! Всего один прогремевший выстрел мог приговорить нас к ужасающей смерти, призвав всех прыгунов с округи. Даже вооруженные до зубов, мы не выдержим их натиска физически. А большая половина солдат - морально. К счастью, мои люди беспрекословно подчинились мне, и я уже слышал, как некоторые бойцы щёлкают переводчиками огня, ставя пушки на предохранители, лишь бы ненароком не нарушить моё указание, и не натравить на нас всю ораву тварей в окрестностях. Впрочем, смерть от клыков и когтей монстров я мог бы иронично назвать милосердным подарком судьбы, в сравнении с участью, к которой прыгуны могли приговорить наименее везучих из нас. С самого начала эпидемии по всему Харрану ходили леденящие душу слухи о тех, кого мутанты не стали убивать, а вместо этого живьём утянули в свой кошмарный улей, дабы сделать себе подобными тварями. Учитывая, что из тёмных тоннелей, пещер и парковок, где находились гнёзда этих тварей, почти никто не возвращался живым, верилось в эти россказни слабо, но поговаривали, что, затащив пойманных людей под землю, прыгуны опутывали их странными, склизкими кокономами. Воздействие такого кокона приводило к чудовищным мутациям в телах жертв и нарочито медленному, но полному угасанию разума. В кошмарных муках, эти люди медленно, в течении недель сами становились прыгунами, и лишь в конце превращения переставали молить о пощаде, утрачивая рассудок. Одну из таких историй мне поведал ныне покойный Тахир, в свою очередь услышав её от единственного выжившего солдата из целого отряда, забредшего в улей чудовищ, в процессе поисков других бесследно исчезнувших людей в одном заброшенном туннеле. Туннель успешно подорвали, вот только молодой солдат вскоре повесился ночью прямо посреди казармы, не выдержав того, что ему пришлось узреть. И вспомнив эту историю, я ощутил не страх, а скорее липкое чувство отвращения. Меня не пугала смерть в бою, но такой участи я бы не пожелал даже своему самому заклятому врагу. Между тем мы продолжали движение, освещая себе путь обычными фонарями, и лишь периодически ультрафиолетовыми, дабы отпугнуть нескольких прыгунов, пришедших на звуки стрельбы из дома. К сожалению, УФ фонари слишком быстро перегревались и теряли заряд, а потому использовать их следовало лишь в крайней ситуации. Впрочем, пока что нам везло, и на дороге в основном встречались только самые обычные зомби, которых мои ребята легко рубили клинками, либо дубасили прикладами по головам, если те подходили слишком близко. Увы, удача не сопутствовала нам вечно. До базы оставалось метров двести, когда мы услышали рев. Не человеческий и не животный. Это был и не прыгун. Но я узнал его сразу… ночной охотник… редкая тварь… мутант, умеющий летать и изрыгать кислоту мощным плевком на десяток метров. Мою догадку подтвердили прыгуны, резко прекратившие ютиться вокруг нас, и начавшие разбегаться по сторонам, страшась охотника не меньше людей. — Что это за хрень? - спросил Камиль в страхе, озираясь по сторонам, и сжимая в руке свой армейский мачете. — Ночной охотник. - процедил я, сквозь зубы, понимая, что это может быть моя последняя ночь. — Не разделятся! - громко приказал я, чтобы все солдаты меня услышали. — Эта тварь атакует с воздуха. Будьте на чеку! Кислотный плевок превратит вас в лужу дерьма! Никто из них никогда не встречал ночного охотника. Встреча с ним гарантирует смерть любому. Только опыт и техника спасли меня в прошлый раз. На них я рассчитывал и сейчас. —Теперь нет смысла таиться, так что приведите автоматы в боевую готовность! На это у вас 10 секунд. Отряд резко замер, солдаты быстро проверили магазины, одни сняли винтовки с предохранителей, другие перетянули их со спины на грудь, готовясь к бою, и мы поспешили вперед. — Стрелять только, когда охотник не ближе, чем в тридцати метрах. Если ближе, используем ультрафиолет и атакуем холодным оружием. Если дальше - вы потратите пули в пустую, а он дождётся этого и атакует вас. Произнося последние слова, я уже видел, как перелетая с крыши на крышу с помощью гибких длинных щупалец, ночная тварь приближалась к нам. Ее глаза светились ярко-желтым цветом, и при свете луны были видны костяные наросты, выступающие вдоль ее позвоночника, и ровно по кругу на голове. — Ну что, посмотрим, кто из нас король? - усмехнувшись прошептал я, положив палец на спусковой крючок. Охотник издал еще один хриплый крик и в нас полетел кислотный плевок. Отскочить успели все, кроме двух зазевавшихся ребят. Их одежда моментально въелась в пузырящуюся от кислоты плоть. Они истошно кричали, оседая в кислотную лужу, но мы им ничем не могли помочь, кроме как выстрелом в голову. Что и сделал Камиль. Ночной охотник не медлил, воспользовавшись нашим разобщением, он налетел еще на одного солдата и схватив щупальцами, свалил его на землю, а затем пронзил его грудь мощными когтями, разорвав грудную клетку, словно пластиковый человеческий манекен. И я видел, как в груди солдата все еще билось багровое сердце. — Атакуем! - крикнул Камиль и обнажив мачете первым рванул к охотнику, продолжающему терзать уже мертвое тело парня. Он нанес мутанту рубящий удар в спину, но чешуйчатая, будто у ящера кожа монстра словно кольчуга защищала его. Мутант почувствовал удар, и развернулся к Камилю, яростно зарычав на него. Несколько солдат уже подоспели ему на помощь, и двое из них обрушили свои лезвия на мутанта, не дав ему совершить новый прыжок. Охотник взвыл от ярости, и тут же подпрыгнув высоко над землей, выпустил из лап свои щупальца, зацепился ими за крышу трехэтажного дома и тотчас взмыв в воздух скрылся из нашего поля зрения. — Сука! Где он?! -испуганно завопил кто-то из солдат. Будто в ответ на его вопрос, воздух сотряс чудовищный гортанный вой, исходящий уже с крыши соседнего здания. Несколько бойцов направили туда свои лампы, но успели выхватить из тьмы лишь промелькнувший на мгновенье силуэт существа. Лучи солдатских фонарей судорожно забегали по верхушкам ближайших строений, остовам разбитых машин у обочины дороги, и наваленных всюду куч мусора, но внезапно вой раздался уже с другой стороны трассы, среди лесопосадки. Все вновь обернулись, направив туда винтовки и фонари, но кроме шумящих на ветру древесных крон, там уже ничего не было. Кто-то из моих людей перепугано выматерился, кто-то начал тихо шептать молитвы на арабском. Я лишь недвусмысленно усмехнулся, понимая, что бойцов охватывает самое ужасное в данной ситуации чувство: паника. И охотник явно добивался этого, ведя с нами свою подлую игру. Некоторые солдаты уже начали боязливо отступать куда-то в бок от основной группы, другие же наоборот кучковались спина к спине, напрочь забыв про кислотные плевки чудовища. Требовалось срочно это пресечь, пока не стало слишком поздно. — Все ко мне! – властным, уверенным тоном крикнул я и солдаты тотчас исполнили мое приказание, выйдя из панического ступора и вернулись на свои места, держа винтовки наготове. Мы рванули вперед, ловя момент пока охотник готовится к очередному нападению. Форы нам это почти не давало, однако лаборатория находилась совсем недалеко. Мы с Камилем двигались впереди отряда, крепко сжимая мачете, рядом шли самые опытные солдаты, беспрерывно озиравшиеся по сторонам и освещающие нам дорогу. Основная масса бойцов двигалась позади, контролируя фланги, и держа на прицеле силуэты заброшенных домов по одну, и деревья по другую сторону автотрассы. Но чудовище настойчиво преследовало нас, не отставая ни на шаг, и его гортанный вой постоянно раздавался то по одну, то по другую сторону дороги, изрядно давя всем на нервы. Один из молодых не выдержал, и в ужасе бросился бежать с места битвы, крича молитву богу, который давно забыл про нас. Я вскинул пистолет и выстрелил ему в голову, не дав пробежать и десяти метров. Мне не нужны трусы в отряде, к тому же, еще в далекие годы военной службы я не понаслышке уверился, что даже один сбежавший посреди боя солдат мог заразить своей трусостью остальных, посеяв хаос, который уже не смог бы остановить даже я. — Отставить панику, идиоты! Не смейте разбегаться! Кто посмеет сбежать, я брошу в лапы этой твари, и не стану избавлять его от мук! Здание лаборатории уже виднелось в конце улицы. До него оставалось всего ничего. Я узнал его по развевающимся на ветру подранным флагам и длинному белому забору, который был укреплен досками с шипами по периметру, чтобы бешеные и прыгуны не могли перебраться через него. Вдруг раздался рев охотника. Он был готов… готов выпотрошить каждого из нас, просто чтобы убить, а может и сожрать труп одного. Обернувшись, я вскинул пистолет, остальные последовали моему примеру и подготовили винтовки к огню. Охотник слетел с крыши и зацепившись щупальцем за дерево, что росло в метрах 10 от нас, приземлился на землю и испустив злобный рык, устремился в нашу сторону на четвереньках. Его тонкие, словно железные членистые ноги несли на себе мерзкое, покрытое чешуей тело, увенчанное отвратительной, окостенелой башкой с оскаленной зубастой пастью. Расстояние между чудовищем и моими людьми стремительно сокращалось, но все уже понимали, что боя не избежать. Я вышел на несколько метров вперед встречая уродливую тварь первым, и когда она на полной скорости рванулась на меня, я подпрыгнул, и пропустим ее под собой прямо в толпу моих солдат. Бойцы кинулись в рассыпную, но Камиль, светя ультрафиолетовым фонариком, нанёс охотнику удар по голове мачете. Ультрафиолет на мгновенье ослепил охотника, вынужденного закрыть глаза одной из своих лап, его кожа слегка задымилась, а клинок меча застрял между его коронообразных наростов на голове, не навредив ему. Охотник, рыча замотал головой, и Камиль ненароком выпустил мачете из рук, и оно упало на асфальт, громко звеня вороненым лезвием. Тут же придя в себя, мутант кинулся на Камиля, чей ультрафиолетовый фонарь предательски потух. Мой товарищ был крепким физически и удерживал лапы охотника, заодно не давая клацающей клыками пасти преодолеть последние сантиметры и вцепиться ему в лицо. Несколько самых смелых бойцов кинулись рубить охотника своими мачете, но он, не чувствуя удары, плюнул кислотой прямо в одного из ребят. Тот с ужасающим криком упал на колени, растворяясь на наших глазах до костей. Его одежда и плоть тлели, будто он попал в чан серной кислоты, а жуткий крик парализовал всех остальных. Бойцы отступили, боясь влезть в лужу. Многие держали охотника на прицеле, но не могли выстрелить, опасаясь ненароком убить Камиля. За секунду оценив обстановку, я рванул на помощь собрату. Разбежавшись, я взвился в воздух, прямо в тот миг, когда охотник отпустил Камиля слыша, что я приближаюсь к нему и развернулся всем телом. В этот момент я уже сбалансировал тело в полете, и выставив обе ноги вперед и нанес сокрушительный удар прямо в грудь охотнику. Он отлетел к забору и его тело пронзили острые колья и шипы, торчащие из досок. Как я и планировал. Страшный предсмертный рев вырвался из его груди, а тело существа обмякло, безжизненно повиснув на шипах. Я ловко приземлился на асфальт, и пару раз перекатившись по нему глянул на мертвое тело чудища, по которому бегало несколько красных точек от лазерных прицелов. Мои солдаты боялись его даже мертвым, и продолжали держать на прицелах. Но когда они перевели взгляд на меня, я еще раз убедился, что меня они все же бояться сильнее. Я единолично удерживал титул короля Харрана, и даже вирус не мог мне противостоять. Камиль подошел ко мне и протянул руку,чтобы я встал. — Отличный удар, босс! - улыбался он во весь рот, радуясь за свою спасенную жизнь. — Скорее в укрытие! - приказал я, переводя дух. Мы поспешили в здание лаборатории. Заняли небольшое помещение. Кто-то из ребят подвесил фонарь к потолочной лампе, освещая нашу скромную обитель. Я занял кушетку, закурил и прилег. Только сейчас мы все смогли перевести дух. Солдаты взахлеб обсуждали бой с охотником и погибших товарищей. Да, я потерял пятерых солдат. Это очень много. Былых бойцов- профессионалов, что служили мне в гарнизоне было мало. Остались единицы из них, и основная масса моих солдат состояла из деревенских парней, собранных со всего пригорода. Я обучал их каждый день, добросовестно, словно готовил к войне. Сам тренировался с ними каждый день оттачивая мастерство боя, стрельбу и физическую подготовку. Но как ни старайся, подготовить молодых неокрепших ребят, к битве с монстром не получится. Это нужно иметь дух, а он или есть или его нет. Третьего не дано. На утро, мы уже шли к своим машинам, чтобы отправиться к следующей точке, как один из бойцов случайно заметил машину принадлежащую лаборатории. За рулем сидел мертвец. На его рубашке красовался бейджик указывающий на его высокую должность, и это обнадежило меня. Я приказал обыскать машину. После тяжелого взлома усиленного замка багажника, мы обнаружили в нем чемодан с нужным нам химикатом. Я довольно улыбнулся и мы отправились в долгий путь в храм. Прибыв я тотчас отправился с химикатом к Матери, но по дороге меня перехватил Оркан. — Да благословит вас Солнце, полковник. - шел он за мной. — Хотел сообщить вам, что Матери нездоровиться. Я остановится, а эта новость заставила меня улыбнуться. — Что с ней? - спросил я, уставившись в деревянную маску жреца. — Видимо вирус одолевает ее, она потеряла сознание на несколько часов. Касым приложил все усилия, чтобы вернуть ее к нам. — Проклятье! - выругался я. С одной стороны я страстно желал, чтоб Матерь наконец отправилась в Адский котел, а с другой стороны я все же боялся, что после ее смерти прыгуны устроят охоту на Лу. — Как она сейчас? — Она лежит, не встает. Еще слаба. Но ждет вас. — Понял, - ответил я и зашагал вперед. Хоть Оркан говорил о том, что Жасмин слаба и не подымается с постели, я обнаружил ее сидящей на троне. — Я ждала тебя… - тихо прохрипела она. Ее голос выдавал ее скверное самочувствие. — Вот твой химикат, - сказал я, как можно холоднее, чтобы она не подумала лишнего и развернулся, чтобы выйти из ее покоев. — Стой. - окликнула она меня. Я застыл, но не обернулся. — Ты даже не спросишь о моем самочувствии? Я лишь усмехнулся и вышел. На этот раз об двери не бились вазы и не разносился рев Матери на весь храм… она была действительно слаба, чтобы эпатажно выражать свое возмущение. Меня это даже радовало. Я направился в свою комнату, принял душ и снова поспешил в казармы. Я спустился по храмовой лестнице, и услышал знакомый и уже родной голос позади. — Дядя Амир! Ты приехал! - прыгнула мне на спину Ниса, обхватив шею руками. Она всем весом надавила мне на горло и я захрипел от удушья. Я постучал ей по запястью в знак своего поражения и она наконец отпустила меня. — Ты хочешь убить старика? - рассмеялся я, приобняв девочку. — Да если тебя крокодилы не съели, что смогу я? - улыбалась она своей детской искренней улыбкой и я понял, что Ниса единственный человек, кто радуется моему появлению в храме просто так, без всякой корысти… Я был одинок и холоден без моего солнца… моей Лу… Но голос Нисы вырвал меня из моих страданий. — Где ты был? Камиль уже рассказал мне, что ты убил охотника! Я хочу услышать ВСЁ! От начала и до конца! - ее глаза горели от любопытства. Я рассмеялся… она была жутко милой в своем нетерпении. — Хорошо, хорошо! - пойдем прогуляемся, сказал я и мы вышли во двор храма. Идя в сторону ворот я полез в карман куртки и достал оттуда красивый охотничий нож с буковой рукояткой и изогнутым лезвием, который я нашел на вылазке. Вытащив лезвие из кожаного чехла. — Это твой нож. - передал я его Нисе. Она округлила и без того большие глаза, посмотрев на меня, и стала разглядывать подарок. — Это так круто! Спасибо, дядя Амир! - произнесла она не сводя глаз с ножа. — Хочешь попробовать его в деле? — Да-а-а-а! - крикнула она, на весь храм. На нас обернулась все, кто там был. Я прикрыл глаза ладонью и засмеялся… Мы вышли из храма в сопровождении двух солдат. Я был жутко уставшим и не хотел возится с кусаками. По моему приказу бойцы поймали бродящего неподалеку замби и, скрутив ему руки за спиной, подвели к нам. Я внимательно наблюдал за девчонкой. Вначале ее лицо переменилось от страха, но затем она сомкнула брови, настроилась и уже хотела бросится на живую мишень, но я успел ее придержать. — Я не давал команды! - оскалился я на нее и когда она переключила свое внимание на меня, продолжил. — Целься в висок. Эта болезнь делает их кости мягкими и висок, самое слабое место. Она кивнула в ответ, но все еще смотрела на меня. — Вперед! - скомандовал я и она словно фурия рванула к зомби. Ее удар был сильным и метким. Она с легкостью и характерным треском пробила висок чумному и, вытащив нож из его плоти, вернулась ко мне, возбужденно дыша. Солдаты бросили давно сгнивший труп на землю. — Ну как? - спросил я, улыбаясь. — С ума сойти, как страшно! - ответила она. — Теперь протри нож. Он всегда должен быть чистым. - кивнул я в сторону мертвеца. Ниса послушалась меня, присела на корточки и, с брезгливым лицом взяв лоскут разорванной рубашки мертвеца, принялась вытирать кровь с лезвия. — Ты настоящий воин! Молодец! Не смотря на страх сделала то, что нужно, - похлопал я ее по плечу, когда она справилась с задачей. — Теперь ты возьмешь меня на вылазку? — Конечно, нет! - усмехнулся я. Мы вернулись в храм. Ниса провела со мной весь день в казармах, ходя за мной повсюду. Но после ужина я отправил ее в корпус анцилл, потому что от ее вопросов о ночном охотнике у меня разболелась голова. Поговорив с Камилем и дав ему задания на завтра я устроился в своем большом удобном кресле, размышляя о том как мне поступить если приступ у Жасмин случится еще раз. Нужно будет понаблюдать за поведением зомби и предупредить Касыма, чтобы он не откачивал ее. Я не заметил, как погрузился в сон… Мне снилась Луция в сотый раз…. Ее золотые локоны, ее голубые влюбленные глаза, ее улыбка… мы стояли посреди ее комнаты и она целовала меня, по пояс обнаженного. Ее пальчики медленно повторяли узоры моих наколок, а затем она села на колени передо мной. Ее губы обжигали мою кожу и она стремилась ниже расстегивая мой ремень. Я затаил дыхание, предвкушая почувствовать теплоту ее губ и влажность ее языка своим уже готовым членом. Когда она взяла его в рот, я моментально проснулся от яркости этого ощущения. Но оно не проходило… Кто-то отсасывал мне в реальности. Я открыл глаза… проклятье! — Эсмина! - прорычал я, схватив ее за плечи. Она выпустила мой член изо рта и удивленно уставилась на меня. — Проваливай! Дура! - толкнул я ее и застегнув ширинку. — Это ты, дурак! Что с тобой? Тебе раньше нравились мои ласки! Я был в просто в гневе от ее поступка. Расхаживая из стороны в сторону по кабинету я не мог понять ее поведения. Что ею движет: наглость или беспросветная тупость! Я подошел к ней, схватил за горло и рывком прижал ее к стене так, что она взвизгнула, ударившись головой. — Ты совсем не в себе что ли? Откуда столько смелости лезть ко мне? Или ты не боишься, что Матерь оторвет тебе твою пустую голову? — Не боюсь! - выдавила она из себя. — Матерь сама попросила утешить тебя! — Ты думаешь я тебе поверю? - усмехнулся я. — Это правда! Чтобы ты забыл эту предательницу, которая вскружила тебе голову. — Ах вы суки! - сжал я ее горло и она стала задыхаться и краснеть. Эсмина боролась за свою жизнь, но я уже настроился придушить ее и избавить себя от ее назойливости. Стук в дверь заставил меня отпустить эту суку и она сползла по стене вниз. Я открыл и выглянул. На пороге стоял Мехмед. Он пугливо опустил взгляд. — Полковник, Касым просил зайти вас, когда будет свободное время. — Это все? - прорычал я. — Да. Я захлопнул дверь и вернулся в кабинет. Маленькая передышка, охладила мой пыл и вернула трезвость сознания. Эсмина стояла передо мной держась за горло и гневно смотря на меня. В следующую секунду она рванула к двери, но я остановил ее. — Погоди, Эсмина… Ты ведь хочешь, чтобы наши отношения наладились? - прижал я ее к двери, но уже нежнее. — Я уже ничего не хочу, Амир! Ты ненормальный! Она дергалась, но не прилагала достаточно усилий, чтобы вырваться из моей хватки. Просто набивала себе цену… — Да брось. Я же вижу, как ты таешь передо мной… — Что ты хочешь, Амир? - прошипела недовольно она, но все же согласилась. — Скажи Матери, что у тебя все вышло. Поняла? Она закатила глаза и толкнула меня в грудь. — Придурок! - выругалась она и ушла. Она была зла, но я знал, что она выполнит мою просьбу… впрочем, как и всегда. Я вышел вслед за ней, застегивая все еще расслабленный ремень своих брюк. Эсмина уже ушла, а у выхода стояла Айлин рядом с Мехмедом и поглядывала на меня… на то, как я застегиваю ремень, после ухода Эсмины… Проклятье….