Как спалось?

      Как только Илья допивает первый стакан коньяка, смешанного с соком, он чувствует, как голова расслабляется и становится легкой.  Когда он допивает второй, люди, танцующие посередине клуба, уже не кажутся такими нелепыми. Когда друзья подходят с предложением присоединиться, он, прихватив с собой третий стакан, идет вместе с друзьями к танцполу, уже пританцовывая.       Илья, пытаясь не выронить уже бог знает какой по счёту стакан, закидывает руку на чужое плечо, замыкая круг из людей, и начинает прыгать вместе со всеми. Он не помнит, точнее, не знает их имён, но зато знает, что с ними очень весело просто вот так, как идиоты, прыгать в кругу под какую-то английскую песню и подпевать, не попадая в слова. Содержимое стакана все же не выдерживает и выливается кому-то на плечо. Илья тут же останавливается и извиняется, но этот кто-то смеется в ответ и говорит, что всё нормально. Илья, решив, что надо передохнуть, подходит к тем из своих друзей, кого смог отыскать, и предупреждает, что он к бару и скоро вернётся. Он не уверен, впитали ли те информацию, но отходит от толпы со спокойной душой и направляется к бару.       Залпом выпив стакан воды и непонятно зачем съев лимон, одиноко лежащий на барной стойке, Илья решает, что, в целом, он достаточно пришел в себя и освежился. Когда он заказывает какой-то коктейль, особо не вглядываясь в состав в меню, на глаза попадается высокий рыжий парень в черных штанах и бежевой оверсайз рубашке, с двумя расстегнутыми пуговицами сверху. Тот, с закрытыми глазами, двигается под музыку. Плавно, вальяжно, его движения не похожи на типичные дергания танцующих в клубе.        Илья, постоянно оглядываясь на того парня, пилит взглядом бармена, чтобы тот быстрее мешал бурду в бокале, но тому, кажется всё равно. Наконец, практически вырвав свой коктейль из рук бармена, Илья подрывается с места, и пытаясь разглядеть куда направился тот парень, спешит за ним. На пути возникают люди, и половина из них не реагируют на вежливое «извините, можно?», поэтому приходится расталкивать некоторых персон локтями. Точнее, аккуратно их раздвигать. Все же Илья слишком вежливый, даже в таком состоянии.         Вдруг -  запнувшаяся нога об ногу, почти падение вперед, столкновение, и разлитый коктейль. Опять. Илья, поднимая голову, уже собирается быстро и довольно невнятно пробормотать  «прошу прошения» и умчаться вперед. Но когда взгляд фокусируется на человеке напротив, необходимость куда-то бежать и кого-то искать сразу отпадает. Перед ним стоит тот самый рыжий, сжимая в руке мокрую в районе живота рубашку и зло просверливая глазами дыру в Илье.       — Вы под ноги вообще смотрите? —  Он зло шипит, а Илья чуть ли не закатывает глаза от того, насколько хорошо совмещаются злоба в голосе и обращение на «вы» от этого человека.       — Простите, пожалуйста, я… я не специально. Давайте я… Эм… — А что он может сделать в такой ситуации? Отдать свою футболку? Илья не против, но вряд ли это оценит его собеседник.       — Да ничего мне от вас не нужно, отвалите. — Он разворачивается и быстрым шагом заходит в туалет, хлопнув за собой дверью.       Илья ни секунды не сомневается в своем порыве, хотя, наверно, следовало бы, но все же залетает в туалет вслед за рыжим. Тот оборачивается, снова стреляя глазами и тут же отворачиваясь, включает воду в кране, оттягивает рубашку и сует испачканную часть под воду. Илья подходит к незнакомцу и просто стоит рядом. Намокает только край рубашки, поэтому рыжему приходится наклониться и чуть согнуть колени, чтобы доставать до довольно низкой для его роста раковины. Теперь они с Ильей почти на одном уровне и он принимается рассматривать лицо напротив.       — Вы пришли, чтобы пялиться? — Всё ещё раздраженно говорит рыжий и поворачивает голову. Илья отшатывается и будто просыпается.       — Ой… Нет. Нет, простите! Я правда не хотел. Давайте я тебе… вам помогу? — Илья тянет руки к рубашке, но останавливается, так и не дотронувшись - ждет разрешения.       — Мальчик, тебя как зовут? — Поняв, что так он ничего не отмоет, рыжий снова поворачивает голову, разгибается и вытаскивает рубашку из под струи воды.       — Э-э-э… Илья. А теб… вас? — Он путается в словах так же сильно, как хочет помочь этому человеку. А помочь он хочет очень сильно.       — Женя. — Проходит несколько секунд, в которые Илья забвенно любуется лицом напротив, прежде чем Женя продолжает. — Так вот, Илья, иди на хер. — Снова плюётся раздражением, но в этот раз переходя на полушёпот, а после стягивает рубашку, и опять сует пятно под воду.       А Илья теряет способность смотреть куда-либо выше чужой шеи и готов сходить куда угодно, если Женя еще раз что-то скажет таким тоном. От того, насколько агрессивно тот трет пятно, Илье кажется, что там сейчас образуется дырка. В стороны разлетаются брызги, попадая на голый живот, и от того, чтобы слизать их, Илью останавливает только раковина и раздраженный Женя, который, кажется, готов убивать.       — Ты вроде помочь хотел?       Илья сразу же подлетает и забирает рубашку. Капает на нее жидким мылом и начинает тереть, украдкой смотря на Женю через зеркало. Тот складывает руки на груди, и прикрывает глаза. Алкоголь в крови даёт о себе знать, так Женя ещё и понервничать успел, поэтому когда он открывает глаза, всё плывёт, и приходится облокотиться одной рукой о раковину.       — Всё нормально? — Илья, продолжая тереть рубашку, хотя, наверно, пятна там уже давно нет, спрашивает, как ему кажется, достаточно обеспокоенным тоном, чтобы его можно было простить.       — Нормально всё, кроме того, что моя рубашка с пятном и мокрая, и теперь я… — Женя разводит руки, оглядывая себя. — А я её, между прочим, только пару дней назад купил. — Он укоризненно смотрит на отражение Ильи в зеркале.       — Вам так даже лучше. — Он говорит это абсолютно не задумываясь, таким тоном, будто констатирует всем известный факт, а не делает комплимент оголённому торсу парня. А ещё он без понятия, почему всё ещё продолжает обращаться на «вы», если другой уже давно отказался от официоза. — Ой, ну, то есть..        Женя на это хмыкает и вперивается взглядом в Илью в зеркале, на что тот моментально отводит глаза и начинает тереть рубашку ещё усерднее.       — Да хватит уже, ты сейчас дырку там протрешь. — Женя касается пальцев Ильи, останавливая их, и перед тем, как забрать рубашку, быстрым движением оглаживает чужие руки. — Ну, вроде оттерлось. — Рассмотрев место, где недавно сияло пятно, он свернул рубашку и положил рядом с раковиной.       — Правда, простите, это случайно вышло. — Илью всё не отпускает мысль, что Женя до сих пор на него в обиде и не настроен на разговор, а у Ильи так-то изначально планы были явно не стоять в этом туалете с мокрой рубашкой и полуголым Женей. Хотя последний пункт Илью более чем устраивает.       — Куда ж ты так несся? — Он оглядывается по сторонам, осматривая туалет. Никого.       Одна из проблем Ильи, когда он пьяный: он мелит всё, что можно и нельзя. Так, наверное, у всех, но только вот именно он, а не кто-нибудь другой сейчас пьяно отвечает:       — К вам.       — Так хотелось меня облить? — Женя поднимает одну бровь и смотрит в упор.       — Так хотелось… — «Вас» проносится в голове, но Илья, наверное впервые за вечер, успевает сначала подумать и только потом говорит. — Познакомиться. Я, вообще-то, с благими намерениями, а вы…       Хотя, с другой стороны, эта раскрепощённость даже помогает в данный момент, ведь будь Илья трезвым, он бы не то, что не сыпал сейчас искренностями, он бы даже не пошёл за Женей.       — Да… — Женя отталкивается от раковины и становится напротив. — Необычные у тебя методы «знакомства». — Илья не понимает, что это. Комплимент? Укор? Поэтому он просто улыбается, как дурачок. — Но, надо сказать, довольно действенные. — Женя делает шаг вперед.       — То есть, если бы я вас не облил, вы бы отказались знакомиться? — Илья выпрямляется, поднимает голову и смотрит снизу вверх.       — Не думаю, что я бы отказал… — Женя пробегает взглядом по Илье и, возвратив взгляд в глаза, продолжает. — Тебе.       — Это комплимент?       — Считай, что да.       — Что-то какие-то комплименты у вас не очень. — Илья понимает, что нагло врёт. В данный момент он может расплавиться только от Жениного присутствия рядом, и от слов, что тот не смог бы ему отказать. В знакомстве, естественно.       — Ну, знаешь, Илюш, — Женя делает еще один шаг вперед, и оказывается в сантиметрах десяти от того, чтобы впечататься в чужое тело, а у Виногорского сердце начинает ходить ходуном. — Если бы кто-то не облил меня коктейлем, наше знакомство пошло бы гораздо быстрее, и сейчас мы бы уже… — Он осекается, мимолетно улыбнувшись своим мыслям.       Илья, уже не контролируя свой тембр голоса и перейдя на полушёпот, спрашивает:       — Мы бы… Что? — Виногорский чувствует это напряжение с обеих сторон. Чувствует, что всей Жениной злости, которая десять минут назад еще имела место быть, сейчас как не бывало, и на смену ей пришло что-то другое. Чувствует, будто они ходят по грани, играют друг с другом, проверяя, кто первый сорвётся. И Илья готов поклясться, что это будет не он.       — Мы бы… Отлично проводили время вдвоём.       Или пьяному мозгу Ильи это всё кажется? Или то, что Женя сейчас стоит непозволительно близко, смотрит непозволительно одуряюще, говорит непозволительно сладкое «Илюша», ничего не значит?       — Я очень хочу отлично провести с Вами время. — На выдохе. Илья чувствует, что срывается вниз с острия, на котором еще пару минут назад успешно балансировал. Сейчас - либо всё, либо ничего. Сейчас либо Женя развернется и уйдет, либо… Илья втягивает носом воздух от того, что вырисовывается в голове.       — И я хочу, Илюша. — Женя делает шаг, сталкивается с чужим телом, и, ни секунды не церемонясь, хватает того за бока и впивается в губы.       Илья выдыхает в поцелуй и кладет руки на спину, начиная гладить голые лопатки.       — А что, если зайдут? — Илья держит другого за спину и тяжело дышит, еле выговаривая слова. — Мы в общественном месте.       — Я могу остановится, но… ты разве не этого хотел, когда за мной мчался? — Виногорский без понятия, как Женя даже в таком состоянии может так обворожительно улыбаться, но Илья тает. Багровея, он шепчет:       — Если ты остановишься, я тебя сейчас еще раз чем-нибудь оболью.       Женя усмехается, а потом отстраняется и тянет за собой. Они вваливаются в последнюю из пяти кабинок. Илья сразу облокачивается спиной о стену, смотря на то, как рыжий борется с замком. А после - снова до одури близко и хорошо. Илья держит чужие скулы в своих руках, а Женя скользит руками вниз. Виногорский судорожно выдыхает, когда рука, расстегнув ширинку и пролезши под трусы, касается члена. Илья снова лезет целоваться, копирует действия Жени, вытаскивая и обхватывая его член, с упоением и даже какой-то гордостью видит закатившиеся чужие глаза. Вверх-вниз — Илья запрокидывает голову наверх, стараясь дышать как можно тише. Сбиваясь с темпа из-за собственного удовольствия, он в ответ ведет рукой по чужому члену. Женя, сглотнув, резко подается вперед и припадает к сгибу шеи. Кусает, после - целует и втягивает в себя кожу, оставляя засос, и отрывается с неприличным чмокающим звуком. Илья стонет. Именно этого ему не хватало - животного, извращённого донельзя желания.        — Так сильно нравится? — Хрипло, сбиваясь и глотая буквы.       Ильи хватает только на «угу», переходящее в жалобное мычание.       Щелчок дверной ручки, скрип, хлопок. Илья резко поднимает голову, смотря на дверь кабинки, будто сможет что-то увидеть через нее. Неподалёку раздаётся звук закрывающейся защёлки на двери. Пьяный мозг не понимает что делать. Выйти страшно, да и оба слишком возбуждены, чтобы по щелчку пальца остановится и уйти, как ни в чем не бывало. Последнее, что сейчас хочет делать Илья, так это отпускать Женю. Но и продолжать… А если услышат? Тогда…       Мысли обрывает чужая рука, накрывшая рот, и усилившаяся хватка на члене, которая заставляет зажмуриться. Когда Илья через пару секунд снова смотрит на Женю и видит, как у того черти в глазах пляшут. Тот приближается к уху и шепчет еле слышно:       — Илюш, будь тихим. — Он возобновляет движения и мокро целует за ухом.       Илья думает, что он закончится на месте только от этого шёпота. От быстрого темпа хочется скулить, но рука, закрывающая рот, и адреналин, хлынувший в кровь, дают только прерывисто дышать. Когда Илья слышит звук смыва, а затем - снова хлопок входной двери, оповещающий о том, что названный гость их покинул, а рука со рта исчезает, он выгибается, и выдаёт протяжное и громкое «Женя-я-я-я», и как в бреду начинает говорить, прерываясь и срываясь на полустоны:       — Ты идиот? Могли же услыша… — Шумный вдох. — Женя… пожалуйста.       Он ещё пару раз несвязно о чём-то просит, и Женя ускоряется. У Ильи звёзды перед глазами, дрожащие коленки, зажмуренные глаза и стон облегчения. Тело обмякает, Илья чувствует, как ноги слабеют и перестают держать. Он одной рукой упирается в стену, а другой начинает двигать на чужом члене, сразу же ускоряя темп, вспомнив, что Женя всё ещё не получил разрядки. Тот задушенно мычит, тычется в губы напротив, целует в подбородок и утыкается носом в шею.       — Илюш, ты такой красивый… Такой замечательный…       Илья довольно улыбается и ускоряет движения. Через пару минут Женя кончает, еще раз укусив за шею, а после обессилено садится на крышку унитаза и облокачивается спиной о стену. Илья подрагивающими руками натягивает джинсы и сползает на пол.       Раздается вибрация, Виногорский лезет в карман джинс и выуживает телефон. Имя контакта плывёт перед глазами и, решая не гадать, он берет трубку.        — Да?        — Алё, ты где вообще? — На заднем плане у собеседника грохочет музыка, по голосу Илья узнаёт своего друга.       Точно, он же говорил, что просто отойдёт к бару, а потом пропал, даже не предупредил никого, а просто ушёл. Точнее сказать, убежал.       — А, я… Эм… В туалете. Тут… Кароче да. — Посвящать друзей в события последнего времени Илья пока не собирается. Взгляд на Женю. Тот, сидя на унитазе, ехидно улыбается.       — Ну чё ты, давай, расскажи — Шепчет Женя.       Убрав телефон от уха и закрыв рукой динамик, Илья шипит на него:       — Замолчи! — Он возвращает телефон обратно, и тут же, округлив глаза, выкрикивает. — Нет-нет! — Поняв, что, наверно, прозвучало слишком резко и подозрительно, снижает тон. — Нет, не надо за мной заходить… Да, все хорошо… Ага, да, поезжайте… Да, я точно сам справлюсь… Ага, давай, пока, отпишись, как доедете! — Илья последний раз кивает голосу в телефоне, вешает трубку, кладёт телефон рядом с Женей на крышку унитаза и запрокидывает голову назад, прикрывая глаза.       Он теряется во времени, он не знает сколько уже сидит в таком положении, но вставать и что-то делать не хочется от слова совсем - слишком хорошо. В голове спокойно, ни одной мысли. Сейчас его даже не волнует всё то, что произошло в последние тридцать минут.       Илья слышит гремящую музыку в зале и какие-то непонятные шебуршания, исходящие от Жени. Но сейчас ему слишком лениво смотреть что там. Через какое-то время Женя тормошит его за плечо и глаза всё же приходится открыть.       — Илюш, пойдём?       — Куда?       — Домой. Э-э-э… Ну, в смысле, по домам. Мне кажется, ты уже не в состоянии.       — Ты ширинку хотя бы застегни, герой-любовник. Собрался он куда-то. — Илья, усмехнувшись, встает и забирает свой телефон, на котором, почему-то, всё ещё открыт экран «Домой».       Женя всё-таки застегивается, и они, пошатываясь, выходят из кабинки, но, столкнувшись в проходе, продолжают путь в обнимку, придерживая друг друга от падения.       Включается Илья только когда стоит у двери в квартиру и борется с ключами. Те падают на пол, и он, матерясь, поднимает их. Открыть дверь все же получается. Единственное, на что хватает сил - закрыться на щеколду, умыться, вздрогнув от холодной воды, переодеться и завалиться спать.

***

      Утро встречает солнцем, светящим прямо в глаза из-за незакрытых вечером портьер, головной болью, сухостью во рту и беспамятством о вчерашнем дне, оставившим только отрывки событий. Илья поднимается с кровати, жмурит глаза и бредет на кухню. Забив на стакан, он хватает целую бутылку воды и, отпивая на ходу, плетется обратно. Задернув шторы и поставив воду на тумбочку, Илья падает обратно в кровать. Проснувшись в следующий раз, он ещё какое-то время ворочается в кровати, но понимает, что больше не уснёт и берет в руки телефон. Тот показывает время - «14:23» и новое уведомление от контакта «Самый сексуальный»:  Как спалось?:)

13:16

      Это ещё кто? У Ильи, конечно, сильное похмелье, но не такое, чтобы забыть содержимое своего телефона. Он точно помнит - этого контакта у него не было. Тем более, Илья никогда не записывает и не стал бы записывать кого-то вот так.       Не понимая кто это, он заходит в чат, еще раз перечитывает сообщение, поднимает глаза выше и…       видит на аватарке Женю.