Патологически одинок

      Минхо странный. О, да, его бы так описали все бывшие и ещё несколько несостоявшихся. ㅤ       С Минхо трудно. Это правда. Но не в дружбе. ㅤ       Минхо хороший друг. С ним приятно и удобно дружить. Он всегда поддержит, придёт на помощь. Он проснётся в два часа ночи и пойдёт пить с тобой пиво, потому что тебе грустно. Он отдаст последнее. Ну потому что ты друг, а значит это важно. ㅤ       Не то чтобы в отношениях Минхо становится тираном. Нет. Он всё такой же милый и заботливый. Он будет готовить тебе завтрак, убирать за тобой пустые чашки из-под чая и самостоятельно менять постельное. Потому что правильно это делать по расписанию. ㅤ       Что-то ему нравится, что-то нетрудно, что-то имеет значение. ㅤ       Делить с Минхо быт — буквально находиться в сказке, но это не самое важное в любви. По крайней мере, пока тебе двадцать или хотя бы до сорока. ㅤ       Минхо как раз чуточку за двадцать, и он очень хорошо понимает, что важный элемент отношений — это секс. Не то чтобы у него с этим проблемы. Нет. Какие могут быть проблемы с тем, чего нет? ㅤ       Первое время Минхо думал, что ему не везёт с партнёрами. Казалось, что секс — это что-то такое потрясающее, невероятное, как прыгнуть с парашютом. Ни с чем это чувство не спутать и непременно хочется ещё. ㅤ       Минхо почему-то не хотелось. ㅤ       Друзья говорили, что весомые критерии — это долго, чувственно, с огоньком. Но на долго Минхо не хватало, чувств особо не было, а огонь лишь сжигал выстроенные мосты. ㅤ       Минхо отказывался от таких мероприятий, а с ним расставались по этой причине. ㅤ       Благо, интернет в общем доступе и расставил всё по местам. Оказалось, таких, как Минхо, много, и это не патология. ㅤ       Минхо никогда не смотрел ни на кого с вожделением. Даже в самый яркий период пубертата он был спокоен. Пока все друзья ныли и жаловались на все последствия гормональных всплесков, Минхо смотрел аниме и был в порядке. ㅤ       Ему никогда не хотелось залезть объекту любви в трусы. Даже если он был голым, хотелось только обниматься, пока не отсохнут руки, и целоваться, пока губы не станут ватными. Это казалось таким простым и логичным, что, когда Минхо впервые влюбился, он несколько месяцев думал, что находится в отношениях. ㅤ       Он держал одноклассника за руку и всё ждал тот важный момент, когда они наконец поцелуются, чтобы негласно оформить их взаимную любовь. А потом этот одноклассник вдруг признался, что втайне встречается с девочкой из параллели, и Минхо стоило сил не спросить про «нас», которых никогда и не было. ㅤ       Это было не первое, но очень болезненное разочарование. Розовые очки бились стёклами вовнутрь, и Минхо понемногу принимал реальность. ㅤ       Уже позже, в более осознанном — нет — возрасте у Минхо появились настоящие отношения. Он был на первом курсе универа, был открыт ко всему новому и, честно, жалеет до сих пор. ㅤ       Оказалось, что отношения — это не всегда про комфорт, объятия и поцелуи. ㅤ       Оказалось, отношения — это про похоть. По крайней мере в восемнадцать. ㅤ       Минхо был сбит с толку. Его целовали, только чтобы в конце концов раздеть. Его обнимали, чтобы пощупать за задницу. С ним были, потому что он красивый и трахать его — классно. ㅤ       Минхо никогда не сомневался в себе. Он считал себя интересным, смешным и точно красивым. Только последнее он считал приятным бонусом, как выиграть пару сотен в лотерею. Не много значит, но приятно. ㅤ       Оказалось, нет. ㅤ       Оказалось всё совсем не так. ㅤ       Оказалось, всем плевать на его чувства и желания. Все просто хотели его трахнуть. Или не все. Минхо понимал, что нравиться всем невозможно. Но это не играло роли. Сам факт. ㅤ       Минхо поменял аватарку на сайте знакомств, написал в профиле, что ищет родственную душу. Только это не помогло. Лишь прибавилось извращенцев. В остальном была тишина. Как же всем срать на конфету, когда все и так понятно по обёртке. ㅤ       Тогда случилось выгорание. Минхо плакал в колени Чана и медленно мирился с реальностью. Это было трудно. Он выплакал все слёзы и уже почти успокоился, когда Чан внезапно поцеловал. ㅤ       Чан поцеловал, чтобы шокировать, чтобы прекратилась эта бесячая икота после длительных рыданий. Помогло, кстати. Только Минхо посмотрел на него в тот миг другими глазами. ㅤ       Чан. Он же всегда рядом. Такой добрый и заботливый. С ним уютно и хорошо. Обнимает так тепло, целуется вдруг приятно. И хотя Минхо чувствует себя с ним бездомной собакой, в тот момент это казалось очень правильным. ㅤ       Минхо отправил ему сообщение. Такой смелый, но не смог сказать в глаза. Было откровенно стыдно за свои чувства. ㅤ       «Мне так нравится с тобой. Знаешь, да, мы друзья, но... Это трудно. Ты поцеловал меня. Я бы хотел, чтобы ты сделал это снова. Я думаю об этом слишком много?» ㅤ       Чан перезвонил. Нежно рассмеялся и сказал: ㅤ       — Встретимся завтра? ㅤ       — Хочешь посмотреть на мои красные уши? — нервно прошептал Минхо. ㅤ       — Хочу предложить тебе встречаться. Как думаешь, у меня есть шансы? ㅤ       Чан удивительный. Настолько потрясающий, насколько это вообще возможно. ㅤ       Он заботливый, как это нужно Минхо, он тактильный, как это важно для Минхо, он понимающий, как никто и никогда. ㅤ       Минхо с ним классно. Было всегда. И в качестве друга, и в качестве кого-то, с кем можно целоваться до упаду. ㅤ       Только Чан тоже не смог. ㅤ       У них не получилось. Не сразу. Конечно. Первые месяцы были чудесными. Чан встречал его с учебы, дарил любимые ромашки, водил в кино и много-много обнимал. Минхо хватало с головой, но Чан... ㅤ       Чан импульсивный. У Чана проблемы с агрессией. Он умеет себя контролировать, но куда-то её нужно вымещать. Тренажёрка — действенный способ, но не стабильный. ㅤ       Выяснилось, что секс — это ебаный спорт. ㅤ       И хотя Минхо любит спорт, у него другие предпочтения в нагрузках. Ему нравится силовые на трицепсы, а не... ㅤ       Не получилось. ㅤ       Минхо стал закрываться, Чан сдался. Он честно написал, что так не может. Что для него это важно настолько, насколько Минхо нуждается в объятиях. ㅤ       Это было больно. Ужасно. Даже Чан, которого Минхо знает столько, сколько помнит самого себя, в котором уверен так, как ни в ком, не смог. Это было финитой ля трагедии. ㅤ       Минхо перечитывал сообщение Чана и смеялся. Плакал и смеялся. Это было каким-то ёбаным адом, из которого не было выхода, а все попытки сбежать выкручивали конфорку под котлом на максимум. ㅤ       Минхо никогда столько не плакал, как в тот вечер. Ни по одному своему бывшему, ни из жалости к себе. ㅤ       Чан тогда перезванивал после нескольких дней без ответа, но Минхо не брал трубку. Он умирал внутри снова и снова. С каждым его звонком. И захлёбываясь слезами, сбрасывал. ㅤ       Время шло, Минхо приходил в себя. Он отвечал на взволнованное Чаново: ㅤ       «Пожалуйста, скажи, ты в порядке?» ㅤ       Очень сухим: ㅤ       «Я в порядке». ㅤ       Чан обещал, что может приехать, что, если это важно... Минхо просил дать ему время. ㅤ       Чан замолчал, и Минхо спустя несколько месяцев написал сам. Он спросил что-то банальное. ㅤ       «Как дела?» ㅤ       Это было так глупо после двух месяцев игнора. Но Чан ответил почти сразу. Он, казалось, был рад. У Минхо снова глаза стали влажными. Он слишком чувствительный, когда это Чан. ㅤ       «Я скучаю по тебе». ㅤ       «Хочешь я приеду?» — без колебаний спросил Чан. ㅤ       Минхо хотел, и Чан приехал. Приехал, чтобы обнять и поговорить о насущном. Столько всего изменилось. Кажется, жизнь ручьём. ㅤ       Минхо перевёлся на заочку, нашёл подработку. Трудится в кафе официантом. ㅤ       Чан подписал новый контракт с агентством, теперь он стажёр. У него появилась своя студия и двое подопечных. Дурни дурнями, а какие талантливые. ㅤ       Минхо слушал его и немного засыпал в тёплых объятиях. Ему непременно сильно хотелось поцеловать Чана. Как раньше. Нежно так. Но уже было нельзя. Они больше не встречались. ㅤ       — Мы же сможем дружить снова, как раньше? — спросил он тихо, на грани слышимости. ㅤ       — Конечно, — прошептал в ответ Чан и чмокнул в макушку. ㅤ       Минхо стало легче. Правда. Очень. ㅤ       Всё возвращалось на круги своя, к тому моменту, где всё только стало разрушаться — в самое начало. Но это не ощущалось, как начать с нуля. Это было, как карабкаться наверх, к нулю. ㅤ       Минхо постепенно возвращал доверие Чана, Чан медленно снова становился на верное место друга. Он приезжал среди ночи, чтобы обнять Минхо, Минхо отпрашивался с работы, чтобы выслушать его. ㅤ       Всё медленно становилось хорошо. ㅤ       Минхо время от времени ходил на свидания, Чан начинал новые отношения с новеньким в агентстве — Феликсом. Кажется, у них много общего. По крайней мере, Минхо верил в них больше, чем в себя. Временами. ㅤ

💔💔💔

ㅤ       День начинается неважно, но вечер обещает сгладить все углы. Минхо полдня подбирает наряд, подкрашивает глаза и губы, а после несётся в плохую погоду в кафе. Он прячется от дождя под капюшоном, глупо забыв дома зонт, и быстро оставляет в гардеробе мокрый плащ. ㅤ       Минхо старается быть милым и вежливым всё свидание, показывая лучшие свои качества — терпимость и нежность. Он смеётся, когда надо, кивает, если нужно, и не нагружает собеседника своими проблемами. Говорит в основном о своих хобби и иногда о работе. ㅤ       Минхо выжимает из себя максимум и вместо глупых ожиданий, слышит в конце вечера: ㅤ       — Ну ладно, это всё ерунда. Куда рванём? К тебе? Ко мне? ㅤ       И Минхо понимает, что пойдёт он к себе. В одиночестве и без надежд на продолжение. ㅤ       Минхо тактично отказывает, а после звонит Чану, унизительно выпрашивая немного поддержки и объятий. Чан говорит, что ещё занят и находится в студии, но если Минхо приедет... ㅤ       Минхо сразу вызывает такси. Ему правда надо. Надо поныть и получить хотя бы немного нежности. Хотя бы дружеской. Это важно. ㅤ       Чан встречает его на пропускном пункте, проводит внутрь. Минхо ноет. Конечно. Ноет и получает свои заслуженные объятия. ㅤ       Минхо чувствует себя плаксой, но так тоже бывает. Говорят, это нормально. Пока Чан не отталкивает, Минхо верит. Верит и, шмыгая носом, жалуется. ㅤ       Чан выслушивает, находит где-то плед, заваривает чай и ведёт его в свою небольшую студию. Он мило представляет его друзьям, а Минхо смущается и чувствует себя лишним. Он хочет тихо уйти, но двое щекастиков приветливо здороваются, и язык начинает работу сам по себе. ㅤ       — Я тут посижу немного? ㅤ       И хотя Чан сказал, что можно, Минхо решает спросить у других. ㅤ       Джисон с Чанбином синхронно кивают и ухмыляются, отворачиваясь к мониторам, а Минхо тихонько усаживается в самый дальний угол небольшого диванчика у стены. Он молча укутывается в плед, замёрзнув под дождём, и греет руки о тёплую чашку, дыша над горячим напитком. ㅤ       Минхо непозволительно комфортно чувствует себя в новой обстановке. Он расслабляется, откидывается на спинку. Он даже не залипает в телефон, он любопытно заглядывает за плечо Чанбина перед собой. Тот что-то увлекательно щёлкает мышкой, сидя в наушниках и сосредоточенно запуская звуковую дорожку снова после некоторых правок. ㅤ       Минхо всё это непонятно, и, хотя интересно, он не навязывается. Ютится со своим уже остывшим чаем в углу дивана и не надоедает. Никому, кроме себя, глупыми размышлениями. О всяком. ㅤ       О красивых глазах Джисона. Он ими смотрит, иногда забавно косясь в сторону Минхо. ㅤ       Об упругих мышцах Чанбина. Интересно, как давно он качается в зале? ㅤ       Минхо в потоке своих мыслей уже хочет всё потрогать и рассмотреть детально, но не двигается с места, позволяя фантазии брать своё. Ему, как минимум, нельзя. И пусть Чан не озвучил, всё равно нельзя отвлекать ребят. ㅤ       Зато им можно. Например, Джисону. Например, сесть рядом и коснуться плечом плеча. ㅤ       — Тебе разве не нужно работать? — робко спрашивает Минхо спустя пару не очень комфортных минут. ㅤ       — Иногда стоит отдыхать для продуктивности. ㅤ       — Верно. ㅤ       — А ты? ㅤ       — Я? ㅤ       — Почему ты тут? — интересуется Джисон без наезда, но с настойчивым любопытством. ㅤ       Минхо тушуется. Он не хочет говорить, что здесь из-за собственной беспомощности и желания разныться. Он, конечно, виноват, но в чём? В непереносимости тотального одиночества без шанса на избавление? ㅤ       — Тебе не скучно? — давит Джисон, и Минхо чувствует его некомфортным человеком. ㅤ       Кто так спрашивает в лоб? Некрасиво, между прочим. ㅤ       Минхо тянет уголок губ, ухмыляясь. ㅤ       — Я тут за объятиями, знаешь, — немного резко, но уверенно. — И мне совсем не скучно их дожидаться, — Минхо смотрит на Чана, широко улыбаясь. ㅤ       Чан не реагирует, но шутка не перестаёт быть таковой. Она дурацкая, правдивая, но шутка. Минхо даже легко смеётся, чтобы Джисон понял, принял за флирт. Флирт с Чаном, который не смотрит. Подводит. ㅤ       Джисон смотрит то на него, то на Чана, то на обернувшегося Чанбина. Он вдруг говорит неожиданно громко и... искренне: ㅤ       — Чего же ты раньше не сказал? Мне как раз тоже нужно. ㅤ       И обнимает. Так крепко, тепло и приятно. Прямо через плед, сжимая Минхо маленьким комочком в своих руках. ㅤ       У Минхо мурашки бегут от копчика по позвоночнику к шее. Это так... много за последнее время. Даже Чан не обнимает, настолько окунаясь в чувства. Чтобы прикрыть глаза, чтобы широко улыбнуться и сжать крепко-крепко. ㅤ       Минхо выглядит вынужденным сидеть в оковах рук, и Джисон это видит. Он отстраняется и поправляет плед на его плечах. ㅤ       — Это я тоже шучу, — объясняет он и неловко улыбается. — Мне показалось это смешным, я не хотел тебя пугать, — оправдывается и говорит заметно тише, так, что слышит только Минхо. ㅤ       — Я не напуган, просто... ㅤ       — Просто я нарушаю твои границы. Я понимаю. И больше не буду, — Джисон улыбается нежно-нежно и протягивает мизинчик, как будто они поссорились и нужно помириться. ㅤ       Минхо цепляет за него свой. Почему-то. По инерции. ㅤ       — Давай сначала? Я Джисон, я немного придурок, но, честное слово, безобидный. ㅤ       Минхо смеётся, от себя не ожидая. Он такой забавный. ㅤ       Они болтают ещё немного, а после, когда Минхо уже очевидно пора идти, Джисон просит его номер, и Минхо сомневается. Стоит ли? Кажется, между ними промелькнула искра. Можно ли ей позволить загореться синим пламенем? Как будто это сожжёт всё вокруг. ㅤ       Минхо, кажется, уже дотла. Хуже не будет. Он оставляет номер и уезжает. А вдруг? ㅤ       С Джисоном и так очень много вдруг. Ещё одно не будет лишним. Не будет же? ㅤ

💔💔💔

ㅤ       Джисон пишет ему следующим днём. Он пишет что-то банальное, спрашивает про самочувствие. Минхо всё равно отвлекается. Просит коллегу взять его стол, лишаясь чаевых. Ответить почему-то так важно. ㅤ       Джисон не зовёт на свидание. Он приглашает просто пошляться в парке. И Минхо соглашается. После двенадцатичасовой смены находит в себе силы ходить и весело поддерживает разговор. ㅤ       Минхо узнаёт детали. Что Джисон из Малайзии, что музыка — его жизнь, что, несмотря на возраст, он рассчитывает связать с ней жизнь. Для айдола — это всё-таки много. Но может быть, композитор? Если выучится, продюсер? Звучит классно. ㅤ       Джисон не очень много говорит о себе. Он стесняется. Спрашивает про Минхо. У Минхо поменьше амбиций, но говорить о них тоже стрёмно. ㅤ       Они находят общим обсудить Чана. Это весело — вспоминать его косяки или, наоборот, хвалить качества. ㅤ       — Вы же встречались, да? — спрашивает Джисон, когда пауза затягивается. ㅤ       — Угу. ㅤ       — Почему не сошлись? ㅤ       Минхо смотрит на него и не хочет, чтобы эта встреча была последней. Он опускает глаза. ㅤ       — Характерами не сошлись. ㅤ       — Это серьёзно, — кивает Джисон на заезженную фразу. ㅤ       Минхо не хочет говорить правду, хотя всё равно придётся. Он понимает, когда Джисон ненавязчиво берёт его руку в свою и улыбается. ㅤ       Хотя бы ещё одну такую прогулку, и он скажет. Обязательно. Нельзя давать ложные надежды. Ни себе, ни другим. Но с Джисоном так уютно. Даже молчать. Впервые так. Но так волшебно. ㅤ

💔💔💔

ㅤ       Минхо не находит в себе смелости сказать прямо. Ни в следующий раз, ни позже. ㅤ       Джисон такой невероятно приятный. Он смеётся красиво, говорит интересно и обнимает так правильно. За талию. Иногда выше. ㅤ       С Минхо так нежен никто не был. Кроме Чана. Только вот всё кончилось плохо. И с Джисоном точно будет так же. ㅤ       Минхо нужно скорее ему сказать, чтобы не было больнее, но он наивно позволяет себе привязаться. Спустя две недели он отвечает на поцелуй, столь романтичный на последнем ряду в кинотеатре, и все выходит из-под контроля. ㅤ       Джисон держит его за руку, идя по небольшой тропинке к дому Минхо, и говорит тихо: ㅤ       — Ты мне нравишься. Будешь со мной встречаться? — звучит застенчиво и так мило, что у Минхо сил нет никаких, чтобы сказать нет. ㅤ       Минхо думает — наплевать. Будут они трахаться. Нет в этом ничего такого. Все спят друг с другом. Да, не высыпаются, но сон — и не смысл жизни. ㅤ       Пропьёт препараты, повысит либидо и отдастся Джисону. Или возьмёт его. По желанию. Надо было вообще сделать это раньше — озаряет Минхо. Столько лет в ебеня, пока он пытался принимать себя таким, какой есть. ㅤ       «Будь настоящим», — говорят они. ㅤ       «Только настоящими мы никому нахуй не нужны», — думает Минхо. ㅤ       Думает и говорит да. ㅤ       — Я хочу с тобой встречаться. Ты очень мне нравишься. ㅤ       Джисон целует его, у Минхо подгибаются колени. Он чувствует руку на пояснице, чувствует пальцы на шее. У него губы немеют от сладкого касания. Он хочет так всегда и сделает всё. ㅤ       Его будут ебать, и даже если это в конце концов будет не в удовольствие, после будут поцелуи и тёплые объятия. Это того стоит. ㅤ

💔💔💔

ㅤ       После очередной смены в кафе, Минхо звонит Чану, предлагает встретиться. Они немного гуляют до ближайшей кафешки, Минхо жалуется на работу и неприятных гостей. Как вообще можно называть гостями это тупое быдло? Он бы к себе таких никогда и не позвал. Впрочем, такие бы и без приглашения пришли.       Чан тоже говорит о работе, о требующем слишком много начальстве, жалуется на усталость. Они с печалью и пониманием выслушивают насущные проблемы друг друга, а после Минхо ненавязчиво интересуется про Феликса. Не то чтобы ему сильно интересно, но это маленькая манипуляция, чтобы Чан спросил про Джисона. Конечно.ㅤ       Минхо почему-то кажется, что Джисон ничего не говорил Чану. Возможно, ему любопытно? Или спросит хотя бы ради приличия. Минхо просто нужно выговориться. Хотя это неловко.       — Джисон сказал, что ты согласился с ним встречаться, — вместо вопроса закидывает удочку Чан.       Сказал всё-таки? Минхо щурится, игнорируя официанта, принёсшего напитки.       — Что он ещё сказал? — звучит как-то слишком обеспокоенно.       — Не волнуйся, ничего плохого.       — А если конкретнее?       — Ну что мог сказать влюблённый человек? — Чан усмехается. — В основном спрашивал, куда сводить тебя на свидание.       — А ты? Ты что-то ему сказал?       — Посоветовал решать самому. Ты же непривередливый, — Чан подмигивает, а Минхо устало стонет. Он ведь не об этом.       — Я имею в виду, ты говорил ему что-то об...       — Нет.       Чан смотрит на Минхо, а тот взгляд уводит. Приподнявшееся настроение из-за Джисона, стремительно стало опускаться вниз. Из-за него же. Отчасти.       — Мне кажется, — аккуратно продолжает Чан, — ты сам должен всё сказать.       — Я подумал, — Минхо неловко обнимает стакан с кофейным напитком ладонями и царапает кончиками ногтей стекло. — Может быть, — шепчет и осторожно поднимает взгляд, — я не буду говорить?       — Почему? Что-то изменилось?       — Нет, — Минхо тяжело сглатывает и медленно выдыхает. — Просто я очень устал оставаться ни с чем. Прыгать из одних отношений в другие, каждый раз надеясь на понимание и каждый раз его не получая.       — Я понимаю, — сочувственно говорит Чан и накрывает его ладонь своей, — но молчать — не выход.       — А что делать? Я уже не сказал раньше, а сказать сейчас — это разбить тот тонкий лёд, по которому мы ходим. Ничего не получится, опять. Я просто его оттолкну, — шипит Минхо отчаянно и забирает свою руку из тёплой ладони Чана. Ему обидно и грустно. И хуже всего, что виноват в этом он сам.       — Мне кажется, он поймёт.       — Ты тоже когда-то понял.       Чан виновато опускает глаза, а Минхо спешно извиняется за дерзость. Он как минимум не хотел обидеть Чана. Они договаривались не поднимать эту тему, но у Минхо слишком сильно болит внутри, чтобы контролировать собственный язык.       Они молча пьют кофе, иногда случайно сталкиваясь взглядами, и очень хотят что-то сказать, но говорить больше не о чем. Минхо для себя всё решил, а Чан просто не чувствует, что имеет право убеждать его в обратном.       — Не скажешь? — единственное, что спрашивает Чан, уже выходя из кафе.       — Не скажу, — подтверждает Минхо и думает, что так он ещё не пробовал. Вряд ли фраза «молчание — золото» подразумевает это, но вдруг?       Минхо не хочет больше спотыкаться, хочет выбрать спокойный, верный путь и просто надеется, что в этот раз жизнь не поставит ему подножку.

💔💔💔

ㅤ       Минхо гонит от себя все неприятные мысли и разрешает себе в полной мере наслаждаться конфетно-букетным периодом. Он ходит с Джисоном в кино, гуляет за руку в парке и долго целуется с ним под подъездом, никак не решаясь оторваться и пойти домой.       Джисон устраивает романтичные вылазки за город, заезжает за Минхо после работы и уже на вторую неделю отношений планирует с ним летом поехать куда-нибудь на море. Минхо застенчиво признаётся, что не умеет плавать, и Джисон спешит поделиться, что тоже, но обещает — это совсем не испортит их отдых.       Минхо под впечатлением. Он дарит Джисону на их маленькую дату — месяц отношений — парный браслет и зовёт его вечером к себе, чтобы подарить ещё и себя. Джисон не намекает и по нему не видно, что он хочет затащить Минхо в постель, но внутреннее ощущение вовсю кричит, что пора перейти на новый уровень, и Минхо не сопротивляется.       Во всяком случае, это не самое страшное, что может случиться. Подумаешь, Джисон всего лишь коснётся его без одежды и опустит руки ниже талии. Это, наверное, даже будет приятно. Он пока ещё так не делал.       Минхо заказывает на вечер много еды, долго торчит в душе и совсем немного волнуется, когда Джисон пишет, что скоро будет.       Джисон ещё не был у него дома, поэтому ведёт себя осторожно и даже скромно. Он ничего не трогает и только рассматривает. Квартира Минхо небольшая и уютная. В минималистичном дизайне, зато просторная.       Джисон обращает внимание на чёрные шторы у каждого окна и говорит, что у него точно такие же. Чтобы в выходные солнечный свет не мешал высыпаться.       — Иногда я не понимаю, какое сейчас время суток, когда просыпаюсь, — неловко делится Минхо.       — Представляю твой потерянный вид.       — Да, это забавно.       Минхо улыбается и неловко облизывается, подавая Джисону приборы. Он тоже садится рядом, подгибая одну ногу под себя для комфорта, и Джисон говорит что-то ещё. Что-то рандомное, что-то не очень важное. Минхо поддерживает любую предложенную им тему и чувствует себя так уютно по-домашнему, забывая вообще обо всех волнениях и беспокойствах.       Минхо болтает с ним весь вечер, позже смотрит фильм, сидя в обнимку перед телевизором, а когда предлагает остаться на ночь, Джисон просит у него только какой-нибудь плед и собирается лечь на диване.       Минхо кусает себя за язык, чтобы не начать уговаривать спать вместе на кровати. С одной стороны ему хочется обниматься с Джисоном до утра, а с другой — это будет таким двусмысленным.       Минхо отдаёт ему самое мягкое одеяло, которое имеет, и самую мягкую, любимую подушку, получая за это тёплый поцелуй в щёчку, а после долго лежит в кровати и не может уснуть из-за глупых бабочек в животе, которые никак не могут успокоиться.

💔💔💔

      Джисон ведёт себя нежно и очень невинно. С ним настолько приятно, что Минхо хочет раствориться в нём и оставаться рядом каждую секунду. Ему кажется, что так долго у него ни к кому не получалось испытывать трепет. С Джисоном так идеально.       Минхо больше ни капельки не волнуется звать его к себе и зовёт чаще. Он не чувствует тревоги, когда Джисон приглашает к себе. Он ощущает комфорт, обнимаясь с ним полночи или сидя на кухне до утра. У них всё мило и романтично.       Минхо чувствует лёгкий стыд, когда Джисон уступает ему свою кровать, потому что сам стелил ему только на диване. Минхо смущается, отнекивается, но застенчиво остаётся в его невероятно мягкой кровати, пока Джисон без капли сомнений укладывается на диване. Снова.       Минхо залипает в телефон, когда не получается быстро уснуть на новом месте, и, замечая Джисона в сети, надолго залипает в чате с ним. Он думает, что бы такого написать? Желать сладких снов было бы странно, они ведь только что уже сделали это.       Минхо обнимает край одеяла, сжимая его между пальцами, и решает написать то, что крутится в голове каждый раз, когда они ночуют вместе. Да ладно. Была не была.

Минхо:

Чего не спишь?

Джисон: Обычно засыпаю, выматывая себя рилсами. А ты?

Минхо:

А я обниматься хочу.

Джисон: Это мысли вслух?

Минхо:

Нет, это я так тебя зову к себе.

Мне немного неловко, знаешь.

Особенно писать тебе, когда ты находишься буквально в соседней комнате.

Джисон: Впрочем, ты мог бы просто крикнуть, чтобы я пришёл.

Минхо:

Это нагло.

Джисон: Это мило?

Минхо:

Так ты придёшь?

      Минхо смотрит в экран, видит, как теряется значок «в сети», и быстро блокирует телефон, засовывая его под подушку. Он смущённо улыбается, что вряд ли видно в темноте, и отодвигается на край кровати, откидывая одеяло, разрешая Джисону лечь рядом в свою же кровать.       Минхо застенчиво сводит коленки, пряча голову в плечах, и первым за объятиями не тянется. Он мирно лежит и, чувствуя чужую руку на своей талии, осторожно касается ладонью плеча Джисона.       — Ты так напряжён, — говорит полушёпотом, и Минхо, поднимая взгляд, в тусклом освещении замечает блеск его глаз.       — Как будто кровать — это очень личное место. И несмотря на то, что она твоя, у меня ощущение, что я пускаю тебя себе в душу. Это волнительно.       — Я буду очень осторожен с твоей нежной душой, — обещает Джисон и тепло чмокает его в кончик носа.       Минхо доверчиво жмётся крепче и приподнимает голову, давая Джисону просунуть руку под своей шеей. Он мягко прикрывает глаза и расслабляется, тихонько засыпая, уткнувшись носом ему в грудь.

💔💔💔

      Проходит три просто волшебных месяца с начала их отношений, и Минхо начинает что-то подозревать. Джисон, который ни разу не опустил руку ниже талии, или является слишком правильным, или у него с Минхо больше общего, чем кажется, или, что более вероятно, Чан не смог удержать язык за зубами.       Конечно, он понимает, что самым логичным было бы не лезть в это всё и просто радоваться своему везению, но Минхо не будет собой, если не узнает правду.       Ему банально интересно: в чём причина?       Минхо размышляет о том, кого из этих двоих будет легче расколоть, и решает начать с Чана. Чан жмёт плечами и говорит, что Минхо сам не знает, чего хочет. Секс в отношениях есть — плохо, секса нет — он всё равно не унимается. Странный.       Минхо чувствует себя виноватым после разговора с ним, но понимает, что Чан так и не ответил прямо на его вопрос, слишком поздно. Уже дома, прокручивая слова Чана в голове в сотый раз, до него доходит. Чан не просто застыдил его, а обратился к тактике «лучшая защита — нападение». Какой хитрец. Впрочем, Минхо не обидно. Действительно сам виноват. А Чан обеспечил ему по меньшей мере три месяца потрясающих отношений, которые Минхо не хочет разрушать серьёзным разговором, но чувствует, что всё равно надо.       Даже если сам Джисон всё знает, всё понял и всё принял, Минхо важно теперь понять его. Что у него в голове? Они ведь так и не договорились на берегу, действовали в одиночку. И Джисон наверняка старается из себя, а Минхо так хочется искренности. Возможно, он пожалеет. Возможно, ему для собственного комфорта стоит остаться в мыльном пузыре, но он так не может.       Джисон на протяжении трёх месяцев делал всё, чтобы Минхо чувствовал себя рядом с ним хорошо. Разве не эгоистично даже не попытаться сделать что-то для него в ответ? Хотя бы понять.       Нет, Минхо не считает себя эгоистом. Он с самого начала готов был спать с Джисоном ради объятий и лёгких поцелуев после. Но ничего же не было.       Насколько Джисону трудно со всем этим? Что он об этом думает? Может, вообще думает, что пора расставаться? Минхо непременно нужно выяснить, потому что расставаться он не готов. Ему слишком хорошо с Джисоном, и без он уже не хочет. ㅤ

💔💔💔

      Минхо пишет, что им нужно поговорить, но следующие несколько дней Джисон занят в агентстве, а Минхо тратит выходные на беготню по преподавателям, берёт задания, что-то учит. В его тесном графике нет места страданиям, он даже не находит времени достаточно обдумать, что именно он скажет Джисону, что спросит и какую альтернативу предложит.       Уже на работе Минхо загоняется, что Джисон так ничего ему и не написал за последние два дня. Он немного переживает. Может быть, Джисона напугала такая базовая фраза о серьёзном разговоре? Мало ли что она в себе скрывает. Минхо бы и сам напрягся, поэтому после смены он планирует позвонить Джисону и всё объяснить.       Минхо немного неловкий весь день, путает заказы, путает слова. Даже влетает в стеклянную дверь, роняя разнос с напитками. Чувствует себя полным идиотом, у которого всё валится из рук. Но день в конце концов заканчивается, а Джисон объявляется сам. Он заезжает за Минхо после работы, целует в щёчку и вежливо открывает ему дверь машины.       — К тебе? Ко мне? — играет он бровями, пристёгивая ремень.       — Завтра на смену, так что лучше ко мне.       — Хорошо, — Джисон нежно улыбается ему и переводит взгляд.       Они молчат всю дорогу, Минхо успевает задремать в пути. Джисон будит его, целуя в макушку, и осторожно кладёт ладонь на коленку, слегка похлопывая.       Сонный Минхо выглядит безумно мило. Он растерянно осматривается, трёт своими короткими пальчиками глаза и прижимает ладонь ко рту, чтобы не зевать открыто.       — Провести тебя до квартиры? — негромко спрашивает Джисон и нежно заправляет ему волосы за уши.       — Не останешься?       — Кажется, тебе нужно выспаться.       — Я, вообще, хотел поговорить, — сонно хрипит Минхо, вспоминая.       — Это может подождать ещё немного, разве нет?       — Ну...       — Уверен, ничего не случится, если мы поговорим, например, завтра. Да?       — Но я всё равно хочу, чтобы ты остался, — совсем тихо шепчет Минхо. — Или у тебя дела?       — Нет. Совсем нет.       Минхо смущённо улыбается, уводя взгляд, и Джисон снова заводит автомобиль, чтобы припарковаться нормально.

💔💔💔

      Минхо лежит в его объятиях и, хотя сон ощущается в каждом глазу, не спит. Всё думает и думает.       — Мне просто интересно, Чан ведь тебе рассказал обо мне, да? — спрашивает совсем тихо, куда-то в шею.       — Что?       — Про мою асексуальность, — ещё тише, так, что чувствуется — говорить он об этом точно не хочет. По крайней мере вслух. Как будто это что-то стыдное и неловкое.       Джисон молчит немного. Он не удивляется, не пытается отстраниться и заглянуть в глаза. Так бы сделал любой, кто слышал впервые, и Минхо уже знает ответ, не дожидаясь его слов.       — Чан просил не говорить и терпеливо ждать, когда ты сам скажешь, но раз ты догадался...       — И что ты об этом думаешь?       Минхо чувствует, как он рефлекторно пожимает плечами.       — Ничего не думаю.       — Тебе не напряжно?       — Наверное, Чан тебе обо мне тоже немногое рассказывал, — усмехается Джисон.       — Вообще ничего.       — У меня около двух лет были отношения на расстоянии. Даже без объятий и поцелуев. Лишь эмоциональный контакт и нежность сообщений. Тогда мне этого хватало, а сейчас у меня есть даже больше, — негромко рассказывает Джисон и тепло целует Минхо в лоб.       — А как так вышло?       — Влюбился в одноклассника в последний год обучения. Мы начали встречаться, а спустя полгода родители отправили его учиться за границу. Мы были юными и верили, что расстояние любви не помеха. Потом, правда, оказалось, что только я так думал, а ему было очень трудно. Меня окружала музыка, его окружали новые, интересные люди. У нас не получилось.       — Два года — всё равно очень много.       — Ты прав.       — И ты два года ни на кого не смотрел? Я имею в виду... тактильный голод и вообще.       — Музыка занимает очень большую часть моей жизни. Какое-то время я даже был трейни. Спойлер — ничего не получилось и теперь я всего лишь композитор. Но в то время, пока я надеялся и верил пробиться в айдолы, я готов был к контракту, по которому мне нельзя было заводить отношения вплоть до пяти лет с дебюта. Настолько много это для меня значит. ㅤ       — Получается, ты сам ограничиваешь себя?       — Нет, — Джисон усмехается, — не совсем так. Просто не считаю это настолько важным, насколько считают многие другие. Есть гораздо более приятные вещи в жизни. Например, — он задумчиво мычит и смотрит на часы, — высыпаться.       — Ты намекаешь? — тихо смеётся ему в грудь Минхо.       — Тебе завтра на работу. Я просто хочу, чтобы ты чувствовал себя хорошо.       — Ты такой милый, — сладко тянет Минхо и поднимает голову, чмокая Джисона в уголок губ. — Прости, что я с самого начала не поговорил с тобой об этом. Я думал, моя неувлечённость может тебя оттолкнуть, а ты мне ну уж очень сильно нравился.       Джисон нежно улыбается, обнимая его крепче, и тепло трётся щекой о мягкие волосы на макушке Минхо.       — Теперь нравлюсь меньше? Поэтому ты решил сказать?       — Да ну тебя! — Минхо несильно пихает его локтем в бок.       — Я шучу, — успокаивающе шепчет Джисон.       — А я нет. Это всё ещё очень важно, я понимаю. И я хочу, чтобы ты знал, — Минхо запинается, сжимая в пальцах край своей футболки под одеялом, — мы можем заняться сексом в любой момент, когда ты захочешь.       Джисон закусывает губу, подавляя смешок, и Минхо дуется. Это же так серьёзно!       — Не смейся, — просит обиженно. — Я просто не хочу, чтобы когда-то это послужило причиной расставания.       — Это не послужит причиной расставания, обещаю. Никогда.       — Ты всё равно скажи, когда захочешь, — шепчет Минхо и прячет нос в его шее.       — Обязательно.       — Но лучше заранее, чтобы у меня было время подготовиться и...       Джисон смеётся. Нежно так, смущающе. Минхо замолкает.       — Сладких снов, — бубнит он себе под нос.       Джисон тепло целует его в висок.       — Сладких снов, котёнок. ㅤ

💔💔💔

ㅤ       Минхо кажется, что их отношения с Джисоном — это что-то между бесконечным конфетным периодом и парой в возрасте, которые вместе уже сорок лет. У них романтика на уровне подростковой влюблённости и близость каждый раз обламывается примерно одинаково:       — Может, сегодня?..       — Что-то так лень.       — Фух, отлично, а то я только поел. Теперь бы поспать часов двадцать.       Минхо полностью устраивает такой комфорт, а Джисон даже предлагает переехать к нему. Во-первых, потому что из-за и без того отнимающей половину жизни работы тратить время ещё и на дорогу — банальное расточительство драгоценного ресурса. Во-вторых, Минхо решил восстановиться на очную форму обучения, а подработку оставить только на выходные — это тоже значительно сократило возможности проводить время вместе.       Минхо немного думает и соглашается. Почему нет? Кажется, у них полное доверие и взаимопонимание. Минхо чувствует, что, пока Джисон посвящает ему стихи, он готов посвятить ему жизнь, а значит, рано или поздно они всё равно станут жить вместе.       А жить с Джисоном оказывается классно. Классно смотреть каждый вечер сериалы в обнимку, классно просыпаться от поцелуев в щёки, классно возвращаться домой с ощущением, что там тебя ждут и любят. Гораздо лучше и приятнее, чем видеться раз в неделю, начинать день с пусть даже милого, но всего лишь сообщения и в конце концов засыпать в одинокой кровати.       Джисон ненастойчиво уговаривает Минхо отказаться от подработок и сфокусироваться на учёбе. Кто-то из них всё-таки должен получить высшее образование.       Минхо сомневается. Не хочет зависеть от Джисона так сильно. Но отсутствие дополнительных трат на аренду, всегда полный холодильник и бесконечно щедрый мужчина рядом заставляют медленно сдаться.       Минхо увольняется, но видно, что всё ещё волнуется. В последний раз его так тотально обеспечивали ещё родители, но даже от них он не зависит уже несколько лет. А тут вдруг Джисон, который закрывает все потребности и хотелки. И это внезапно приятно.       Минхо отчётливо слышит слово «семья», когда Джисон говорит про общий бюджет. Вообще-то, Минхо ещё учится и у него теперь в принципе нет никаких доходов, кроме смехотворной стипендии, поэтому Джисон буквально такой: «вот тебе мои деньги, ни в чём себе не отказывай».       У Минхо так сильно щемит сердце от того, насколько Джисон к нему серьёзно. Это раз в миллион больше, чем «люблю», которое у них так и не прозвучало ещё ни разу в отношении друг друга. Джисон говорит, что любит триллеры, говорит, что любит рис с овощами, но то, что он любит Минхо, он не говорит. Он проявляет это в действиях, и в каждом из них Минхо слышит его признание.

💔💔💔

      У них скоро годовщина, и Минхо ходит по магазинам, никак не в силах придумать, что дарить. Три года вместе всё-таки, некрасиво без подарка. Он звонит Чану, чтобы посоветоваться, но больше, конечно, поныть. Джисону ведь ничего не нужно, а если что-то нужно, он сам себе всё может купить.       Минхо стоит придумать что-то такое, что в принципе не очень важно, но приятно получить. Чан иронично советует зайти в секс-шоп и подобрать костюм какой-нибудь кошечки. Минхо бросает ему в ответ саркастичное, троекратное «ха» и отключается. Ну его.       Дарить что-то, завязанное на сексе, — последнее, что могло прийти в голову. Не то чтобы у них его нет. Всё есть. Просто обычно это не связано с каким-то праздником. Скорее со скукой.       Вот бывает наступает долгожданный выходной и так лень куда-то идти, что-то делать. В такие дни они отменяют все планы, спят до обеда и залипают в телефоны до вечера, а когда уже совсем ныть хочется от скуки, тянутся с поцелуями, трогают друг друга без одежды и отлично проводят время, ласкаясь.       До полноценного секса редко доходит, но губы скользят по всему телу, оставляя то поцелуи внизу живота, то засосы на бёдрах.       Минхо даже находит у себя кинки. Например, ему сильно нравятся зубы Джисона на коленях. Это так же приятно, как поцелуи в шею или кончиками пальцев по спине.       А у Джисона бывает разное настроение. И когда ему особенно грустно, что часто случается поздней осенью и ранней весной, Джисон просто хочет, чтобы его залюбили. Полностью. С поцелуями в шею, с тёплыми ладонями на талии, с охренительно приятно двигающимся внутри членом.       Когда Джисон выглядит таким нуждающимся, у Минхо даже не стоит вопрос о том, есть у него желание близости или нет. Он просто его любит. Целует, касается и доводит до сладких поскуливаний. Это вкусно.       Нет, конечно, бывает и такое, что секс является неотъемлемой частью праздника. Когда Джисон закончил большой проект, когда Минхо получил диплом, когда им спустя год мучений оформили визу в Европу, тогда радостные поцелуи всё никак не хотели заканчиваться, а от возбуждения даже колени подрагивали.       Только тогда это были эмоции, неожиданные и неподдельные, а праздновать так годовщину и тем более упаковывать себя в красивую этикетку, чтобы быть подарком — совсем странно.       В конце концов Минхо даже не знает, понравятся ли Джисону такие игры с переодеванием? Они никогда ничего подобного не практиковали и даже не собирались.       Но... может быть, это повод попробовать? Ничего лучше придумать всё равно не получается.

💔💔💔

ㅤ       Минхо стоит перед зеркалом и прикрывает рот ладонью, чтобы истерично не смеяться. Он выглядит откровенно глупо в колготках в широкую сетку и с болтающимся за спиной хвостом от баттплага, но медленно выдыхает, решая не отступать, и надевает стрепы, застёгивая ремешки на талии и бёдрах.       Минхо выбирает из нескольких вариантов и думает, что в юбке он будет выглядеть ну совсем уже смешно, поэтому надевает короткие, джинсовые шорты, майку с тонкими лямками и, чтобы не шугаться собственного отражения, накидывает сверху длинную рубашку, застёгивая её на все пуговицы.       Минхо смотрит на себя в зеркале и добавляет ещё несколько деталей: ободок с кошачьими ушами на голову, чокер на шею и вишнёвый тинт на губы. Он борется с желанием снять с себя вообще всё и одеться в домашнее. Но вдруг Джисону всё-таки понравится?       Минхо встречает доставщика в халате, накрывает на стол и идёт валяться на кровати в ожидании, потому что сидеть с пробкой в заднице — то ещё мучение. То неприятно давит на стенки, то приятно давит на простату. И чёрт знает, что хуже — оставаться в дискомфорте или со стояком в тесных, узких шортах.       — Что я творю? — периодически повторяет он вслух и тренирует выносливость. ㅤ

💔💔💔

      Минхо встречает Джисона на пороге. Он стоит с расстёгнутым воротом рубашки, из-под которой хорошо виднеются обнажённые плечи с тонкими лямками майки, и держит руки за спиной, скромно тушуясь. Его плечи так напряжены, что об ключицы можно порезаться, но не волноваться не получается.       — Привет?       У Джисона мило приоткрывается рот. Минхо подходит, чтобы чмокнуть его в щёчку, и отступает назад.       — Вау, — медленно произносит он, собираясь расстегнуть куртку и замирая с собачкой между пальцами.       — С праздником? — Минхо то ли поздравляет, то ли уточняет, празднуют ли они ещё.       — С каким? — Джисону нужно время, чтобы перестать пялиться.       — Ну, — Минхо неловко улыбается. — Сегодня три года с тех пор, как мы вместе. Я приготовил праздничный ужин, вернее заказал, а это, — он скромно указывает на себя, — типа... подарок? — произносит ломающимся голосом. — В любом случае, это то, что хотя бы тебя развеселит.       Джисон наконец отмирает. Улыбается и снимает с себя верхнюю одежду, оставляя её на крючке в прихожей. Он подходит и коротко целует Минхо в губы.       — Во-первых, поздравляю тебя тоже. Ты терпишь меня уже три года, это сильно, — серьёзно говорит Джисон, и Минхо улыбается, потому что это неправда. Эти три года были самыми чудесными в его жизни. — А во-вторых, — он касается пальцами рубашки, заглядывая за неё, — кто тебя надоумил на это?       — Я сам. Ну почти.       Джисон смотрит с изумлением и качает головой, как будто удивляется или не верит своим глазам.       — Можно посмотреть образ целиком?       Минхо кивает. Берёт за руку и уводит в гостиную, усаживая на диван.       — Будет стриптиз? — изгибает брови Джисон, когда Минхо остаётся стоять напротив.       — Образ не настолько продуманный.       — Понял, молчу.       Минхо расстёгивает пуговку за пуговкой и на последней слегка откидывает рубашку назад, оголяя плечи и демонстрируя всё, что под ней. Короткие шорты, из-под которых виднеется пояс сетчатых колготок, стрепы, застёгнутые на талии и бедрах, и чёрную майку, легко задирающуюся на животе.       Джисон сначала сидит как в стрип-клубе, откинувшись на спинку дивана, а всё внимательно рассмотрев, тянет руки к Минхо.       — Можно же? — спрашивает, прежде чем дотронуться.       Минхо быстро кивает на манер болванчика и делает шаг ближе, разрешая себя коснуться.       Джисон обводит пальцами кожаные ремешки, слегка цепляя кончиками покрытую мурашками кожу, и приближается, тепло целуя Минхо в животик чуть выше пупка. Он обвивает его талию, цепляя руки где-то в районе поясницы, и смотрит снизу вверх.       — Красивый подарок. Определённо самый лучший из всех, что я получал в жизни.       Минхо нежно улыбается, держась за его плечи и задирая голову, чтобы не мелькать своими розовеющими щеками.       — А это... — Джисон, нащупывая что-то интересное, заставляет Минхо повернуться, сжимая в ладонях его бока. — Что это?       — Это хвост. Я же типа кошка. Мяу, — Минхо выставляет ладонь и слегка сгибает пальцы, имитируя когтистую лапу.       — К чему он крепится? — Джисон рассматривает и пытается его вытащить, слегка оттягивая.       — Не надо! — накрывает его руку Минхо. — Это игрушка. Она... внутри, — застенчиво объясняет он.       Ухмылка на лице Джисона такая коварная.       — Можно тоже посмотреть?       — Можно, но... — смущается Минхо, сжимая пальцы на его плечах. — Просто ты так внимательно меня рассматриваешь, ещё и так медленно. Это волнительно.       — А мне нравится, — задумчиво отвечает Джисон. — Разве не для этого столько милых деталей?       — Я думал, что всё будет быстрее. Знаешь, как в порыве страсти.       — Тогда какой смысл был так много стараться, чтобы всё быстренько это снять?       Минхо обиженно дует губы, не находя, что ответить, а Джисон нежно гладит его по бедру.       — Иди поцелую, — и тоже выставляет губы.       Минхо наклоняется, получая вполне заслуженный за терпение поцелуй, и снова встаёт ровно, разрешая себя раздеть.       Джисон расстёгивает его шорты и помогает снять, пока Минхо, держась за его плечи, из них вылезает. Он придерживает Минхо одной рукой за талию, когда тот становится вполоборота, и держит пальцами длинную, закрывающую обзор рубашку, рассматривая хорошенькую задницу в колготках в широкую сетку.       Минхо молча виляет бёдрами, так, чтобы хвост позади слегка болтался, и Джисон широко улыбается, прикладываясь лбом к его руке чуть выше локтя. ㅤ       — Занимательно, — комментирует, не отрывая взгляда от забавно свисающего хвоста.       — Как будто играю лазером с котом.       Джисон целует его в поясницу, посмеиваясь и прижимаясь следом к ней щекой. Минхо немного скован и неловко жмёт коленки друг к другу, совсем чуть-чуть прогибаясь в спине. Он чувствует ладонь на своей заднице, чувствует, как она сжимает ягодицу, и кусает губы.       Джисон абсолютно бессовестно разводит половинки в стороны, рассматривая основание хвоста, и легонько на него давит.       — Она большая? — спрашивает, замечая неоднозначную реакцию на лёгкое нажатие.       — Нет, но... если что, я растянут, и ты можешь взять меня, — тараторит Минхо, уже кусая костяшки пальцев.       Джисон задумчиво мычит и тянет хвост на себя совсем немного, так, чтобы колечко мышц напряглось из-за давления широкой части пробки изнутри, а затем отпускает.       — Я хочу её вытащить.       — Окей, — хрипит Минхо и почти сразу чувствует, как Джисон вынимает игрушку, а из дырочки тут же льётся смазка. Кажется, он использовал слишком много.       Джисон смотрит на это безобразие, всё так же оттягивая половинку в сторону, и аккуратно касается подушечкой пальца мокрого колечка мышц.       У Минхо мило подгибаются колени.       — Красиво, — говорит Джисон и убирает руки, давая Минхо повернуться. — Ты весь красивый. Очень.       Минхо аккуратно давит Джисону в плечи и садится сверху, на его бёдра.       — Хочешь меня? — без энтузиазма, но уверенно.       — Разве тебе ещё не надоело? Кажется, я немного затянул, — Джисон касается его щеки и нежно гладит пальцами по скуле.       — Мне надоело ещё на моменте, когда я всё это на себя натягивал, но... мне так не хочется, чтобы это было зря. Тем более, если тебе правда нравится, — своим нежным, высоким голосом произносит Минхо и обнимает Джисона за шею, зарываясь пальчиками в его волосы.       — Мне очень нравится, — шепчет ему в губы Джисон, вовлекая в сладкий поцелуй, и сжимает в ладонях бёдра. — Мне всё в тебе нравится. Ты выглядишь потрясающе. И сегодня, и всегда.       — То есть всё это всё-таки было зря?       — Мне приятно, что ты так заморочился, но ради меня, наверное, правда не стоило. Для меня ты одинаково привлекательный и в этом бессовестном одеянии, и в домашней, растянутой футболке, и со смешной заколкой на голове, и с маской из огурцов на лице. Это же ты. Ты потрясающий.       У Минхо мурашки бегут по плечам. Он тепло улыбается и чмокает Джисона в губы.       — Так ты... возьмёшь меня? — он прикрывает глаза и прячет лицо в изгибе шеи Джисона, наклоняясь. — Как же щекотно из меня вытекает смазка, это какой-то кошмар.       Джисон смеётся, и его ладони соскальзывают с бёдер на ягодицы, а пальцы проходятся между половинками, собирая кончиками влагу. Он целует Минхо в шею, трётся кончиком носа об его ключицы, и Минхо рефлекторно выгибается, шумно выдыхая рядом с его ухом.       Он издаёт маленький звук, похожий на что-то среднее между «ой» и писком от неожиданности, когда Джисон подхватывает его под бёдра и уносит в спальню, но с довольной улыбкой разводит ноги в стороны, оказываясь на спине.       Минхо немного двигается к изголовью, укладываясь на подушки, и манит Джисона пальчиком. С его плеч всё ещё свисает рубашка, на животе задирается майка, а сетчатые колготки в широкую клетку вообще ничего не прикрывают ниже пояса.       Джисон умещается между его разведённых ног и проводит руками от щиколоток до тазовых косточек, слегка сжимая бёдра. Он нависает сверху и целует Минхо в низ живота, слегка потираясь щекой о бедро.       — Разденешься? — шёпотом спрашивает Минхо.       — Я сексуальнее, когда обнажён?       — Ты всегда сексуальный, просто меня немного смущает, что ты одет, а я в таком откровенном виде.       — Но мне нравится, как ты смущаешься.       — Тогда не раздевайся, — говорит Минхо, смешно махнув рукой.       Джисон улыбается, откидывая голову вбок, прежде чем потянуться губами к головке полутвёрдого члена. Он широко мажет языком по всей длине, размыкает губы шире, но Минхо давит ему на подбородок, заставляя закрыть рот.       — Бессмысленно?       — Не надо стараться для меня, просто сделай то, чего сам хочешь. Это же подарок для тебя.       — Мне нравится заботиться о тебе.       — Сони, — очень строго.       — Помяукай.       — Что? — Минхо, до того лежавший с хитрым прищуром, широко раскрывает глаза.       — Скажи «мяу», — тянет Джисон, удобнее усаживаясь между его бёдрами. — Ты же кошечка сегодня.       — У которой, на минуточку, украли хвост.       — Намяукай на меня за это.       Минхо выглядит неуверенным, пробуя на вкус это смущающее «мяу», но произносит чётче, и Джисон удовлетворённо целует его в коленку.       — Хорошая кошечка.       Минхо чувствует, как от этих слов окутывает спазмом низ живота, но в полной мере ощутить не успевает. Джисон сводит его бёдра вместе, прижимая ладонью сбоку их друг к другу, и оставляет лёгкий шлепок на ягодице.       — Поворачивайся.       Минхо исполняет каприз и устойчиво опирается о колени, выгибаясь. Между половинками всё ещё мокро и липко, и теперь там пальцы Джисона легко проникают внутрь. Сразу несколько.       Сетка колготок довольно широкая, настолько, что Джисон даже не заморачивается, чтобы снять их. Он только слегка отодвигает неудобно расположенную нитку и играет пальцами с растянутой дырочкой, разводя их в стороны.       Минхо тихонько стонет, но, чувствуя вместо пальцев скользящую по колечку мышц головку члена, вспоминает просьбу Джисона и давит из себя сладкое, протяжное:       — Мяу.       Джисон медленно толкается внутрь, гладит Минхо по спине, щипает за бёдра, задевая стрепы и отвлекая от скорее всего непривычного ощущения растяжения. Последний раз они занимались сексом с проникновением, может, полгода назад. Они реально как пара, которая лет сорок вместе. Хотя те, возможно, трахаются чаще.       Джисон медленно набирает темп, ускоряя ритм и увеличивая амплитуду движений, чтобы внимательно следить за тем, как завораживающе член исчезает в тугой дырочке. Он мягко сжимает в руках узкую талию вместе с кожаными ремнями на ней, скользит ладонями по рёбрам, совсем осторожно цепляя кончиками пальцев — вряд ли от холода — твёрдые соски, и задирает рубашку выше, открывая себе вид на красиво выгнутую спину.       Минхо тихонько скулит, сжимая в руках подушку, и глотает воздух кусками. Его бёдра мило подрагивают, пальчики на ногах подгибаются, а дырочка сжимается прямо на твёрдом члене.       Джисону не так много нужно, чтобы кончить. Тем более с таким соблазнительным под руками Минхо. Он отстраняется, чтобы не излиться внутрь, но Минхо недовольно стонет и выпячивает задницу сильнее.       — Нет, нет, пожалуйста. Господи, мяу.       — М? Можно в тебя? — с искреннем удивлением хрипит Джисон. Никогда было нельзя. Вернее, Минхо всегда просил об обратном.       — Д-да, — неразборчиво, с заплетающимся языком.       Джисон просто надеется, что ему не послышалось. Он возвращает член в нежно сжимающуюся дырочку, и ему хватает сладкого всхлипа Минхо, чтобы без движений излиться внутрь.       Джисон крепко прижимается к нему сзади, обнимая за талию и держа ладони на подрагивающем животе. Он целует Минхо в плечо через рубашку и укладывает подбородок где-то между лопатками, вжимаясь ещё и носом.       — Не выходи.       — М?       Колени Минхо разъезжаются, и он почти полностью ложится на кровать. Джисон не может в таком положении обещать, что член не выскользнет, тем более когда он уже не такой твёрдый, поэтому он осторожно ложится на бок, прижимая Минхо спиной к своей груди.       — Что это всё значит? У тебя новые фетиши? — спрашивает Джисон шёпотом и целует за ушком.       — Я не знаю, меня просто так возбуждает почему-то то, что ты в меня кончил. Это так странно, — отчаянно хнычет Минхо. — У тебя встанет снова?       — После твоих слов не может не встать.       Джисон только сейчас замечает руку Минхо на члене. Он давится воздухом, тяжело сглатывая ком в горле. Минхо действительно возбуждённым бывает так редко, что для него хочется сделать вообще всё в эти секунды, но так страшно спугнуть его настолько пугливое желание. У Джисона у самого мурашки. ㅤ       — Ты же знаешь, что я могу тебе отсосать или вылизать тебя. Тебе просто...       — Пожалуйста... — перебивает Минхо, тяжело смыкая веки. Он и так знает. Слишком хорошо знает. — Я просто хочу, чтобы ты потрахал меня ещё немного. Господи, как это ужасно звучит, но я... Чёрт.       Джисон шепчет ему на ушко что-то нежное. Нечёткое, но такое сладкое. Минхо не разбирает слов, но стонет от его хриплого, низкого голоса. Он кусает пальцы одной руки, другой сжимая головку члена. Он чувствует, как Джисон медленно начинает в нём двигаться, как приятное ощущение растяжения снова давит на колечко мышц.       У Минхо в голове только одна мысль — член Джисона внутри скользит не по смазке, а по его же сперме. И это как пиздец стискивает и скручивает все внутренние органы.       Минхо с контрастом представляет в голове картинку, как Джисон толкается в его сочащуюся спермой дырочку, и приятный спазм внизу живота не заставляет себя ждать. Его одновременно и смущает, и возбуждает это настолько, словно чёртово сумасшествие.       Минхо кончает в собственную ладонь и чувствует, как оргазм разливается по всему телу, сковывая все мышцы. Джисон так идеально попадает головкой члена по комку нервов, продлевая оргазм, что Минхо от бесконечно волшебного ощущения даже губу себе прокусывает.       Джисону всё ещё не нужно много. Он смотрит на искажённое удовольствием лицо Минхо и глубоко толкается в последний раз, снова кончая внутрь. Его оргазм легче и короче. Он смыкает веки всего на пару секунд и тут же тянется к лицу Минхо, целуя в нос, лоб, щёки, губы. Везде.       Минхо смеётся из-за коротких, щекотных чмоков, а ободок с кошачьими ушами скатывается с его головы из-за лёгкой тряски.       — Ну ты чего, — уворачивается он, закрывая лицо ладонями.       — Просто обожаю тебя.       — А на кухне ужин стынет, кстати, — почему-то вспоминает Минхо, подглядывая через маленькую щёлочку сквозь пальцы.       — Наплевать, — обещает Джисон и ложится рядом. — Подогреем или закажем новый. Неважно.       Минхо подползает ближе, укладывая голову на его грудь, и получает в ответ тесные объятия.       — А ты ведь забыл про годовщину, да? — спрашивает Минхо с упрёком, но без обиды. Вообще, он не рассчитывал, что Джисон вдруг сам вспомнит, но оставил на его телефоне пометку. Хотя они такие ненадёжные. То не срабатывают, то появляются незаметно.       — Нет, но поверь, мой подарок гораздо скромнее.       — Эй! — Минхо шлёпает его по плечу.       — Нет, я не об этом. В смысле... хуже?       — Что это?       — Ну погоди тогда.       Джисон точно не хочет, но встаёт с кровати и, застёгивая на ходу джинсы, которые так и не снял, уходит в прихожую. Он возвращается, но не ложится обратно, а садится на край, и Минхо тоже на всякий случай приподнимается, облокачиваясь об изголовье.       — Что там? — нетерпеливо спрашивает, пялясь на небольшую коробочку в руке Джисона. — Парные кольца? — кажется, они пристрастились к парным вещам. Это мило, они часто покупают что-то для двоих.       — Не совсем. Они... Вообще-то, они обручальные.       Минхо, тянувший руку к коробочке, резко её опускает и уставляется подозрительным взглядом. Он поджимает колени к груди и как будто пытается слиться с кроватью, но на самом деле просто взволнован.       Обручальные? Они же даже не могут... и вроде не хотят? Или хотят? Господи, как сложно.       — Мы не можем обручиться. Это факт. По крайней мере, пока живём в этой стране, — подтверждает Джисон его мысли и запинается. Буквально на долю секунды. — Но... это может быть символом нашей любви, верно? Потому что я люблю тебя, и я клянусь, я хочу быть с тобой всегда. Если бы нас могли обвенчать, я бы осознанно пошёл под венец. Я хочу с тобой и в этой жизни, и в другой, и после. Всегда.       Минхо прикрывает рот рукой, но скулы всё равно сводит, а глаза мокнут. А Джисон вообще не собирается замолчать, зато, кажется, готов довести до слёз.       — Может быть, три года — это не такой большой срок, но я никогда не смогу тебя разлюбить. Ты лучшее, что со мной случалось в жизни, и ни одна ссора не заставила меня даже на секунду подумать иначе.       Джисон берёт его за руку, а Минхо свободной стирает влажные дорожки с щёк и шмыгает носом.       — Ты никогда не говорил, что любишь меня.       — Потому что тогда прошло слишком мало времени. Я знаю, что люди могут говорить слова ради слов и давать пустые обещания. Мой отец много обещал моей маме и никогда не выполнял. Я не хочу врать. Я знаю, как это больно — быть обманутым.       — Сони...       — Когда Чан сказал, что с тобой будет трудно, я ему поверил. Но мне не было с тобой трудно, и я ждал. Я правда почти три года ждал, когда ты поведёшь себя так, что мне придётся задуматься: а стоит ли продолжать? Смогу ли я с этим жить? Только в каждой даже самой хреновой ситуации ты всегда был тем, на кого можно положиться, но самое потрясающее — мириться с тобой после ссоры. Ты всё честно высказываешь и быстро отходишь. Ты так легко принимаешь извинения и даже сам извиняешься. Такие люди, как ты, правда существуют? Ты настоящий?       Джисон не больно щипает его за ляжку, и Минхо смеётся сквозь слёзы, уткнувшись носом в колени.       — Я немного затянул со вступительной частью, но самое важное — я люблю тебя очень сильно. А ты... Ты хочешь со мной навсегда? — Джисон протягивает коробочку с кольцом. — Тебе не обязательно отвечать сразу. Ты можешь подумать. Взвесить все за и...       Минхо достаёт свое кольцо и сам надевает его на безымянный палец, а следом тянется к Джисону, отлипая от изголовья кровати. Он целует так нежно, слизывая собственные слёзы с его губ, и обнимает так крепко, вжимаясь всем телом.       — Клянусь, — шепчет в губы и отстраняется, — я не ждал от тебя ничего подобного, но это было так сильно.       — Котёнок, — Джисон коротко целует в губы, надевая за его спиной своё кольцо.       — ... так необходимо. Я тоже тебя люблю. Очень. И то, что ты от меня не отделаешься, я понял ещё, когда ты отдал мне свою карточку, что-то там сказав про общий бюджет, но теперь это точно, так что твоё навсегда, реально навсегда. Я в тебя зубами вцеплюсь и никуда не пущу, — обещает Минхо, легонько кусая за плечо.       — Вообще-то, я должен признаться.       — М?       — У меня была ещё одна карточка.       — Да-а? — изумлённо тянет Минхо, забавно подбрасывая брови вверх.       — Я оставил около трёх сотен долларов. Просто не был готов объяснять, что хорошие наушники действительно столько стоят.       Минхо смеётся, прикрывая рот тыльной стороной ладони.       — Ах ты жук, — говорит, смеясь, и целует в губы. — Но ты ведь знал, что я тогда был на мели, верно?       — Я случайно подсмотрел, когда ты расплачивался в кафе переводом. Мне не хотелось, чтобы ты чувствовал себя некомфортно.       — Мне было некомфортно. Это были всё ещё твои деньги.       — О, не волнуйся, такая тревога быстро проходит, — подмигивает ему Джисон.       — Впрочем, да. Всё это, — Минхо опускает голову, кивая на наряд, в который до сих пор облачён, — куплено за твои кровные.       — Уверен, никаких денег мира не хватило бы, чтобы купить то впечатление, которое оставил ты.       Минхо застенчиво улыбается и снова тянется за поцелуем. Слезы высыхают, заставляют становиться ленивым и разнеженным.       — Ну что, муж мой, — Минхо смотрит на кольцо, — пойдём поедим? Возможно, выпьем? Где-то была бутылка вина.       — А может, наше любимое? Полежим и позалипаем на тупые рилсы? Я что-то так наелся эмоциями.       Минхо снова смеётся.       — Ты так хорошо меня чувствуешь.       Джисон ложится, притягивая Минхо к себе, и прячет их под одеялом, заставляя забыть и про душ, и про еду, и про весь остальной мир в целом. Впрочем, всё такое неважное, пока он лежит рядом, смеясь с глупых, коротких видео, под которые Минхо медленно засыпает.