7 минут

– Отведи меня в тайный сад, в наш сад. Туда, где я впервые встретил тебя, впервые поцеловал. Я начал дышать, когда увидел тебя… Там, в саду, я и испущу дух. Кесем едва удерживала его, когда он произнёс эти слова слабым голосом, почти без сознания. Она не плакала – ещё нет. Ей нужно было исполнить его просьбу. Они вышли в сад – в их сад. Снег медленно падал, укрывая землю мягким покрывалом. Когда они дошли, он уже не мог стоять на ногах. Ахмед упал, и Кесем мягко уложила его голову себе на колени. – Не оставляй меня… – её голос дрожал. – Ахмед, ты не можешь уйти. Он улыбнулся. Его пальцы слабо коснулись её руки. – Я всегда буду с тобой… Глаза закрылись. Говорят, после смерти у человека есть ещё семь минут, чтобы видеть свою жизнь. Что в это короткое мгновение перед ним проносится всё тёплое, всё дорогое, что осталось в душе. Тьма окутывала его, как мягкая вуаль, постепенно скрывая мир. Дыхание стало тяжёлым, сердце билось всё медленнее. Но боль отступила, и пришли воспоминания. Кесем Она всегда была рядом. Сначала как чужестранка с ясными глазами, не побоявшаяся встретить его взгляд. Потом – как его свет, его вера, его единственная настоящая любовь. Он помнил, как впервые прикоснулся к её руке – не как султан, а как Ахмед, простой человек, впервые почувствовавший нечто большее, чем долг. Как она смеялась, когда они прятались от дождя в садах дворца. Как её глаза светились, когда она впервые взяла на руки их первенца. Он хотел сказать ей, что она – его душа. Что её голос был музыкой, успокаивающей его в бурные ночи. Что даже тогда, когда он принимал самые тяжёлые решения, её прикосновение напоминало ему, что он не только султан, но и человек. Узнает ли она, как он её любил? Поймёт ли, что даже сейчас, когда мир исчезал, он видел лишь её? Кёсем… Он хотел дотянуться до её лица, в последний раз почувствовать тепло её руки, ещё раз услышать её голос. Но сил уже не было. Перед глазами промелькнули все моменты, которые они провели вместе – от их первого танца под луной до последнего взгляда, которым она провожала его в бой. Мир растворялся, но она была рядом. Последняя мысль Ахмеда была не о троне, не о величии империи, не о прошедших сражениях. Только о ней. Кёсем.