Зима-весна 2018
После того как Пак Чинён объявил, что все девять участников Stray Kids могут дебютировать, Йеджи не знала как реагировать.
С одной стороны она была вне себя от радости. Ей действительно нравились все выступления и песни парней, они придавали ей сил и мотивации продолжать усердно тренироваться.
С другой — она всё ещё была в раздрае от того, что произшло между ней и Хёнджином. Имела ли она право радоваться, когда он по прежнему ходил с мрачным видом, хоть и улыбался на сцене?
Йеджи не могла нормально уснуть первые несколько суток после произошедшего. Оправдывала себя, ругала последними словами, убеждала в правильности и логичности всего, что сказала. Однако, чувство потери ехидно поглядывало из глубины души, царапало за рёбрами и скреблось в тишине.
Черён сказала, что это вряд ли пройдёт со временем. Йеджи решила рассказать ей всё. Ли была удивлена и даже ошарашена.
— Он же тебе нравится? — девушка постучала пальцами по столу.
Йеджи кивнула.
— Но ты отвергла его?
— Не думаю, что он мне признался. Да и слишком много всего: выступление, съёмки, записи, контракт, вряд ли стоит рисковать. В конце концов, я не готова отказаться от дебюта. И не хочу, чтобы он пострадал.
— Ты думаешь, что он не страдает сейчас? — нахмурилась Черён. — Да на нём лица нет!
— Это пройдёт.
— А как же ты? — не унималась подруга.
— Я справлюсь.
Официальный дебют Stray Kids был отложен на весну, но парни уже во всю были заняты съемками клипов, записями песен и бесконечными выступлениями на различных шоу.
Для Йеджи это был шанс угомонить своего раненого зверя, скулящего всякий раз, когда она видела Хёнджина издалека. Она верила, что он справится, а значит, должна справиться сама.
Девушка с новой силой посвятила себя тренировкам, и постепенно беспокойные мысли покинули её.
А потом стало не до этого.
Сначала ушла Еджин. Просто и тихо, с обнадёживающей улыбкой и обещанием быть их ярой фанаткой, когда они добьются успеха.
Потом Сонмин. Тоже тихо, но по-английски. Без улыбок и слёз, оставив пустыми кровать и место в шкафу.
Йеджи не знала, как быть. Она слишком привыкла считать их частью себя, одной семьёй. Рюджин сильно расстроилась, ведь эти девушки были ей почти как сестры — она выросла с ними. Особенно сильно её подкосил уход Сонмин.
В этот раз Йеджи поила её чаем и успокаивала, пока девушка не уснула. Она накрыла её одеялом и вышла, чтобы проверить остальных.
Черён и Юна сидели в обнимку на диванчике в общей комнате. Масиро задумчиво смотрела в окно, сидя на подоконнике.
— Что ж, — выдохнула Йеджи, натягивая улыбку. — Нас теперь пятеро.
— Четверо, — тихо поправила Масиро.
— Что? — Йеджи хотелось думать, что она ослышалась.
— Я не хочу ждать ещё бог знает сколько времени, чтобы JYP позволили мне дебютировать. Я не Чан-сонбэ и не Наён‐сонбэ, чтобы ждать больше трёх лет. Шанс был упущен, — девушка не смотрела на них. — Меня пригласили в Pledis и обещали дебют в ближайший год, тоже неплохой вариант.
— Но как же мы? — спросила Юна. — Как же 2TEAM?
— Вы тоже можете уйти. — Масиро пожала плечами. — Вас примут с распростёртыми объятиями: тебя и Рюджин. Вы же засветились в клипе BTS, а значит у вас будет внушительная фанбаза для старта. А ты, Черён, популярна ещё с шоу Sixteen. — Девушка вдруг усмехнулась. — Да что уж там? Вы все недавно засветились в шоу новой дебютировавшей группы. В отличие от меня.
— Ты тоже там засветилась, — нахмурилась Черён.
— Как кто? Как массовка?
— Масиро…
— Не надо, Йеджи, — девушка взмахнула рукой. В её глазах стояли слёзы. — Вам легко быть уверенными в будущем, потому что вы всегда отлично справлялись на шоукейсах, и вас не вырезали из того чертового эпизода. Мне же пришлось уехать из родной страны, бросить карьеру, которую я там имела, ради шанса стать айдолом. Вы можете выбираться к семье каждую неделю или даже день, а я раз в год, потому что денег нет: моя семья оплачивает пребывание здесь, чтобы потом я не имела контракт с практически рабскими условиями. Я могла бы стать актрисой к этому времени, но я выбрала карьеру певицы. А теперь у меня нет ничего, кроме сожалений. Сколько ещё лет я должна принимать всё, что сочтёт кинуть в меня компания? Сколько ещё лет мне жить мёртвым грузом для своей семьи?
У Йеджи не нашлось слов.
— Я чертовски устала чувствовать себя уязвимой, — Масиро вытерла слёзы со щёк. — Устала принимать всё, как должное. Простите, — всхлипнула она и закрыла лицо руками. — Простите меня, пожалуйста.
Теперь она рыдала и тряслась, как листик клёна на ветру. Йеджи всегда считала её утончённой и хрупкой, словно фарфоровая куколка, а от того сильнее ударило по ней чужое откровение. Сколько всего эта хрупкая с виду девушка держала в себе?
— О, Масиро, — вздохнула Йеджи и приблизилась к ней, чтобы обнять. Черён и Юна присоединились к объятиям. — Если бы ты раньше поделилась своими чувствами…
— Ничего бы не изменилось, — её голос дрожал. — Я не хотела, чтобы вы волновались обо мне.
— Глупая, — буркнула Юна. — Тебе не обязательно было переживать всё это в одиночку.
— Я правда полюбила вас за это время, — снова всхлипнула Масиро, — но я хочу двигаться дальше.
— Мы тоже любим тебя, — прошептала ей Йеджи. Со стороны других девушек послышалось согласное бульканье. — Надеюсь, что ты обретёшь своё счастье… — следующие слова она вытолкала из горла, сглатывая ком: — пусть даже без нас.
Масиро шмыгнула носом и уткнулась Йеджи в плечо. Они так и уснули в общей гостиной на ковре, переплетаясь конечностями.
Масиро покинула компанию в начале апреля. Они ещё столкнулись в школе на линейке в честь нового учебного года, но потом их разделили по разным классам. Девушка погрязла в делах и всё реже мелькала среди других школьников.
Йеджи отвлекалась как могла: посещала коллективные уроки танцев, не вылезала из уроков вокала, даже взяла уроки японского. Не было времени на отдых, лишь бы не вспоминать, что больше не существует 2TEAM, а значит, мечта о совместном старте растворилась, как дым.
Тварь в груди ехидно смеялась: «
Ты потеряла всё, что имела. Довольна?»
С каждой бессонной ночью её голос становился громче, отчётливей: «
Стоило оно того? Оправдывать свою трусость неподписанным контрактом».
«Я не струсила», — отнекивалась перед
собой ней девушка, сжимая в руках одеяло.
«
Нет, ты испугалась, и боишься до сих пор».
Заткнись. Заткнись-заткнись-заткнись-заткнись-заткнись!
«
Жалкая».
Йеджи зажмурилась и закусила губу. Через несколько секунд, она смахнула влагу со щёк и уткнулась в подушку. Завтра новый день, новые попытки склеить вылезшие трещины и вылепить из себя ту, кем она хотела стать, а не казаться.
Утро подарило лишь головную боль, но Йеджи вдарила себе по щекам, умылась холодной водой и заставила —
блять, возьми себя в руки, — себя уделить внимание исключительно тем, кто окружает её.
Так она наконец увидела, что Рюджин, Черён и Юна были рядом, что они тоже пытаются справиться. Поэтому она решилась на разговор с тем, кто тоже проходил через подобное.
— Привет, — Йеджи подошла к Чану. Было уже поздно, он стоял возле автомата с кофе.
— Привет, — неуверенно улыбнулся он.
— Поздравляю с дебютом.
— Спасибо.
И всё. Йеджи не знала, как начать. Она прокручивала в голове этот диалог сотни раз, и каждое начало казалось ей несуразным и неправильным. Чан заметил её колебания, улыбнулся шире, с ямочками.
— Чем я могу помочь?
Девушка испытала благодарность к нему и облегчённо вздохнула, улыбнувшись в ответ.
— Я хотела попросить совета.
Он кивнул, не выглядя раздраженным.
— Ты, как лидер и человек, который сам создал группу, мог бы... Я… Я хотела спросить. Когда твою группу вынужденно покинули двое, как ты справился? Как поддерживал командный дух?
Крис вздохнул, зачесав волосы назад. Автомат с кофе пропищал о готовности напитка. Парень развернулся и взял напиток, а потом посмотрел на неё:
— Любишь американо?
Йеджи не ожидала этого вопроса, но растерянно кивнула. Чан протянул ей свой стаканчик. Девушка округлила глаза.
— Спасибо, но это твой.
— Я угощаю, — мягко улыбнулся он.
Йеджи неловко приняла протянутый напиток, а Чан заказал ещё.
— Отвечая на твой вопрос: было тяжело. — Он прислонился плечом к автомату и сложил руки на груди. — Когда ушел Минхо все впервые ощутили, что шоу вовсе не такое легкое. Все были подавлены и напуганы. Я утешал их как мог, заказывал вкусную еду, подбадривал и давал советы, когда они просили об этом. А потом выгнали Феликса. — Он снова вздохнул. Автомат известил о готовности. Чан взял напиток и немного отпил. Йеджи тоже сделала глоток. — Ночами я размышлял, что мог бы сделать, как лидер, чтобы поднять командный дух. Я собрал их вместе за ужином, даже тех, кого выгнали. Сказал, что осталось совсем немного до дебюта, указал на их слабые места. Потом увиделся с продюсерами и попросил дать Минхо и Феликсу шанс. Они не переставали совершенствоваться и значительно улучшили свои навыки. И вот, мы дебютировали вдевятером. — У него была красивая улыбка. Йеджи словно впервые увидела этого человека. — Знаешь, что это значит?
— Что?
— Что как бы трудно не казалось, ты должна помнить, что ты — опора команды, — теперь он смотрел на неё с этой самой улыбкой. — В любое время, как бы грустно и плохо не было, просто не опускай руки. Я понимаю, что ты хотела продолжать идти к цели вместе со всеми из твоей группы. Но я думаю, что ты не должна думать о тех, кто решил уйти, потому что те, кто решил остаться, нуждаются в тебе больше всего. Преодолевать трудности легче вместе, чем поодиночке.
Йеджи помолчала, обдумывая каждое его слово, а потом кивнула, отпив еще американо. Волна благодарности накрыла с головой.
— Спасибо! — она поклонилась в девяносто градусов.
— Да не за что, — он неловко потер нос. — Обращайся.
Они распрощались, и Йеджи, почувствовав, как часть ноши свалилась с плеч, воодушевлённая направилась в общежитие. В здании компании она проходила мимо всё ещё работующего танцевального зала и замерла, увидев того, о ком думала последние дни.
Хёнджин стоял там, перед зеркалом, уставший, потный, но его выражение лица, заставило что-то внутри Йеджи ожить. Его взгляд был острым, пленительным, губы были изогнуты в усмешке.
— Не будешь заходить? — тихо раздолось с боку.
Девушка вздрогнула и отскочила в сторону. Рядом стоял Ли Минхо, на скучающем лице появилась улыбка, а глаза потемнели.
— Он не готов, — просто сказал он. — Вам лучше не видеться.
— Ч-что?
Минхо вздохнул, как-то чересчур заёбанно, для того, кого все считают бесчувственным и холодным. Очередное доказательство превосходной маски предстало перед Йеджи.
— Готов поспорить у вас состоялся не очень приятный разговор. И раз уж он так разбит, значит, ты поставила карьеру выше его чувств.
Йеджи нахмурилась. Почему он говорит ей это?
— Не отрицаешь, — хмыкнул Ли. — Дай ему время осознать, что он не на первом месте для тебя.
— Я... — девушка почувствовала надобность оправдаться. — Контракт не позволил бы...
— Контракт — лишь условность, вещь, помогающая избежать неприятностей и сохранить неприкосновенность айдолов. Но скажи мне: как много людей из индустрии невинны? Ты никогда не сможешь утверждать что-либо на сто процентов.
Йеджи открыла рот, чтобы возразить, но слова потонули в ней, споткнувшись о реальность и факты, свидетелем которых она была когда-то. В индустрии, где замешаны огромные деньги, никогда не будет белых овечек. Есть те, кто держится в стороне от грязи — но они лишь закрывают глаза, а есть те, кто ломается и кого ломают.
— Дай вам обоим время. Возможно, его чувства остынут и вы сможете общаться как раньше, — просто сказал Минхо. Для Йеджи это было как ведро ледяной воды. — А может, он научится жить с этим.
Девушка сглотнула вязкую слюну. В голове на повторе билось под черепом: «
Его чувства остынут, его чувства остынут, его чувства остынут».
«
Жалкая. Разве ты не этого ждала?».
«
Оно того стоило?»
Всё на что хватило Йеджи, отрывисто кивнуть и попрощаться. На деревянных ногах она вышла из здания компании, задрала голову к ночному небу.
Сердце бешенно стучало, кололо и давило на грудь. Вдохи давались с трудом. Йеджи закрыла глаза ладонью, заставила себя дышать ровно.
На что она надеялась?
Что Хёнджин наплюёт на всё и притянет её в объятия? Что насильно поцелует и прижмёт к стене?
Глупая. Он бы никога её не заставил. Он слишком мягкий, чувствительный и добрый. Брать — не про него.
Теперь терять нечего.
Некого. Йеджи ошиблась, но слишком слаба сейчас чтобы подойти к нему и сознаться.
Остаётся только сосредоточиться на другом. Действительно сосредоточиться. И пусть самой себе она кажется страусом, лучше так, чем распасться на мелкие кусочки. Жалкие ошмётки из чувств.
...
Первым делом она вытащила подруг на пикник. Как раз во всю цвела вишня, и выдался выходной день с солнечной погодой.
Они вчетвером расстелили покрывало под самым крупным деревом, каждая принесла что-то из дома. Черён принесла яблочный пирог, который испекла её мама, Рюджин — ароматные ребрышки и сладости, Юна — самолично приготовленные онигири с тунцом, а Йеджи — папино кимчи. В этот день они не думали о плохом и ели до отвала.
Девушки делились смешными историями из жизни, смеялись и сплетничали. Йеджи была счастлива видеть на их лицах улыбки.
Дни снова летели быстрее, чем Йеджи успевала это осознать. Stray kids теперь разъезжали по миру, принимая участие в фестивалях и иностранных музыкальных шоу. Потом они не вылезали с телеканалов и радио. А потом наконец выпустили свой первый мини-альбом.
И всё началось по новой, Йеджи впервые видела, как компания продвигает только что дебютировавшую группу, не было буквально ни дня, чтобы парни возвращались в общежитие не рано утром.
Черён делилась информацией о том, что они буквально падали без сил и постоянно валились с ног от желания хотя бы поспать.
Особенно сильно нагрузка шла на младших мемберов — они всё ещё ходили в школу и были вынуждены ускоренно готовиться ко всем экзаменам.
Однажды она задержалась на курсах по японскому. Всё вокруг многие недели казалось бездонным и вязким омутом, который ей приходилось переплывать на дырявой лодке. Поэтому Йеджи была погружена в себя, когда выходила, снова думала о новой связке в танце, о необходимости сделать домашнее задание для школы.
Она скорее почувствовала, чем увидела и замерла. За спиной стоял Хёнджин, она просто знала это. Оттого наверное, как-то медленно обернулась, просто чтобы в следующее мгновение задохнуться. Он смотрел на неё, он прожигал её взглядом, он пригвождал её к одному месту: ни сдвинуться, ни сделать вдох.
Когда он так повзрослел?
Он подошёл ближе и склонился.
— Пиши мне, — сказал он ей на ухо. — О чём угодно: какая погода за окном, что ты ела, что нового узнала. Пожалуйста, иначе я сойду с ума от того, как скучаю по тебе.
Йеджи почувствовала мурашки под кожей, когда его дыхание коснулось её шеи. Внутри поднялась сладкая дрожь, а трепет наполнил лёгкие.
— Хорошо, — прохрипела она, когда он отошёл.
С того дня всё постепенно стало налаживаться.
Они медленно возвращались к привычному общению. Сначала было неловко, но они молча решили не вспоминать тот случай в танцевальной комнате. И также без слов приняли то, что больше не останутся наедине в том месте.
Вот только, даже при прежних общении и переписке, для Йеджи ничего не было как прежде.
Хёнджин был осторожен: не было больше касаний и долгих взглядов. Объятий при приветствии, кофе во время обеда, и долгих прогулок вечером. Йеджи чувствовала, что на этот раз, хоть он и рядом, всё ещё далеко. И становится ещё дальше.
Ей сильно не хватало того, что было в прошлом. В сердце поселилась тоска.
Йеджи понимала, что не может просить парня о большем. Потому что такой барьер не просто сдерживал, а позволял жить дальше и стремиться к своим мечтам. И девушка винила себя за чувства, которые вспыхивали каждый раз, когда она видела Хёнджина.
Чёртово сердце, это же неправильно! Когда ты угомонишься? Я уже всё решила.
С каждым разом они всё сильнее накрывали с головой.
Хван ловила себя на мысли, что могла бы смотреть на него вечно, когда он смеётся, когда устало глядит в потолок, лёжа в позе звёздочки, или когда рассказывает о том, как прошёл очередной трудный день. В такие моменты Хёнджин был прекрасен настолько, что хотелось к нему прикоснуться, ощутить кожей принадлежность к его жизни.
Каждый раз Йеджи сжимала кулаки и отводила взгляд. Она стала помешанной. Точно сошла с ума.
А потом Хёнджин уехал вместе со Stray Kids колесить по миру со своим первым мини-альбомом. И Йеджи выдохнула. У неё в запасе полгода, чтобы разобраться с влюблённостью в него.
Как раньше уже не будет никогда.
