ᗝᘜᙓᖘᕼᑌᙅᖚ

Жизнь не ждёт чтобы её кто-то начал, она начинается по своей воле.

Гарри встречает коридор освещенный лишь несколькими окнами, хотя ночью тут было намного светлее, когда каждая лапочка излучала свет и тепло. Атмосфера в доме оставалась приятной, даже если Поттер всё ещё чувствовал себя как на иголках. По крайней мере у него во дворе не лежит труп, так что уже отлично. Гарри всего-то сжёг труп. Всего-то. Он чувствовал себя отвратительно. Желудок истошно сжимался напоминая, что надо поесть. Гарри не помнил когда в последний раз ел. Спустившись по лестнице он с трудом вспоминал, в какой же стороне находилась кухня; куда вчера он забредал. Прогулявшись по тихому первому этажу он находит уютную гостиную оформленную точь в точь, в стиле гриффиндорской башни; с камином, парой кресел, обширным диваном и журнальным столиком на котором было несколько кружек. Этот вид заставляет Гарри грустно усмехнуться, его родители были ярыми поклонниками своего факультета. В соседней комнате обнаружилась библиотека по совместительству с чьим-то кабинетом. Гарри догадывался, что стол в центре библиотеки с хаотично разбросанными записями и парой стопкой книг принадлежал именно Лили, а не Джеймсу. Коридор первого этажа, куда Поттер вышел из библиотеки, был идентичен коридору на втором: теплые тона и красный длинный ковёр, на стенах висели картины, стояли вазы с цветами. Очередная из светлых дверей привела его в просторную столовую. — Уже близко — проворчал Гарри осматривая помещение. В голове уже складывалась карта дома в котором он оказался. Гриммо плейс был совершенно не похож на это строение, не говоря уже о маленьком домишке Дурслей по сравнению с этим коттеджем. Поттер невольно подумал, что не хотел бы убирать такой большой дом. Из окон столовую наполнял теплый свет утреннего солнца. За окном цвели цветочки, щебетали птички, всё было необычайно мирно и спокойно. Кухня оказалась в соседней комнате. Размеры поражали Гарри. Он впервые вне Хогвартса видел такое количество шкафчиков и полок. Поттер даже загляделся на мраморную столешницу розоватого цвета. Всё выглядело аккуратно и уютно. Огромный холодильник и различное количество техники удивляло как никогда, он даже не знал о том, что такое количество техники можно уместить на магической кухне и ничего не взорвать. Гарри принялся готовить себе скромный завтрак, который умял за раз-два; сидя на высоком стульчике за кухонным островком который, видимо использовался как стол. Поттер начал ощущать дереализацию. Помещение в светлых тонах, солнце ярко светит в окна, лучи мягко падают на стол; Гарри сидит и завтракает в мире где всё хорошо и ему хочется вдохнуть полной грудью свободу и счастье. Но грудную клетку сковывает осознание того, что он тут чужой. Лишний. Ненужный. Это всё не по настоящему, не для него. У Гарри никогда не бывает хорошо. — Доброе утро солнышко — погрузившись в свои мысли Гарри даже не услышал как на кухню зашла Лили. Рука мягко опускается на голову поглаживая непослушные волосы. — Да ты оброс солнце, когда пойдем стричься? — Эванс садится напротив с улыбкой сонно любуясь сыном. Давно её мальчик не вставал так рано, предпочитая отсыпаться на каникулах. — Д-да, можно — заикнувшис, нервно отвечает Поттер хватаясь за волосы и начиная лохматить приглаженное матерью гнездо на его голове. Лили просто улыбалась не отрывая взгляда от него. Становилось неловко. — Хочешь, чего-нибудь на завтрак? Я могу приготовить — спрашивает Гарри. Он не мог спокойно сидеть на месте, нервно перебирая собственные пальцы под столом. Поттер не знал как вести себя с матерью. Также как и совершенно не понимал как она ещё не поняла, что он — это не её сын. — Хах, если ты не собираешься спалить кухню как в прошлый раз, то с удовольствием милый — Лили весело усмехается, в её глазах горит огонь и это лучшее что видел Гарри. Сердце замирает, вот она спокойная жизнь. В этот момент он лишь убеждается, что не хочет упускать этот шанс на счастливую жизнь, хотя бы потому что в его мире не существует яркой, любящей Лили. — Такого больше не повторится — уверенно, с улыбкой говорит Поттер даже не зная что случилось в прошлый раз, но он готов играть свою роль перед матерью, может быть это его единственный шанс притворится сыном хоть раз в своей жизни. — Чего бы тебе хотелось? — ему так хотелось добавить простое "мам" в конец вопроса, но язык не повернулся, а сердце с уколом сжалось. Всё таки, это не его место, и несмотря на искренне желание побыть сыном для Лили; Гарри имел внутренний конфликт, ведь на самом деле он не имел права называть эту женщину матерью. — Чего-нибудь простенького милый, что тебе будет полегче приготовить? — Гарри уже стоял у холодильника он мог приготовить матери всё, чтобы она не попросила, он бы научился всему, каждому рецепту, только чтобы порадовать её. — Хорошо — говорит Поттер в ответ на мягкий приятный голос Лили. Он решает не хвастаться своими высокими навыками готовки, придерживаясь чего-то попроще. Яйца и пара сосисок ставится на столешницу у плиты. Для магической семьи, у них было крайне много обычный, маггловских продуктов, чему он вполне рад. — Так, а я пока сделаю кофе, тебе как обычно? — Эванс встаёт со своего места отправляясь к необычной кофеварочной машине. — Да, пожалуйста — Гарри отвечает с задержкой даже не зная о том, что любил другой Гарри, ему остаётся надеется что у того парня был вкус. Яйца на сковороде шваркали и жарились. — Расскажи как закончился год в школе? В последнее время ты не ничего не рассказывал, даже на письма не отвечал, у тебя всё в порядке? Ничего не случилось? — Лили пошла ва-банк, ее сын уже пару недель начавшегося лета вёл себя подавлено и она не знала в чем причина. Ее Гарри был уже не был маленьким, да и нынешние тенденции не позволяли мамам залезать к сынкам в личную жизнь. Лили все равно беспокоилась за сына и хотела помочь, ей бы не хотелось чтобы у него помимо проблем в семейной жизни были бы и в школе. — Всё в порядке, ничего интересного, честно. Просто это был... Не очень лёгкий год... — он тяжело вздыхает стараясь не вспоминать все пережитые ужасы за последний год, и за позапрошлый год, и за все годы его жизни. Несмотря на свои попытки закрыть прошлое в ящик под замок, по телу всё равно пошли мурашки и на мгновение Поттер замер. Сделав вдох и выдох, он переложил еду со сковородки в тарелку с вилкой и поставил на островок-стол. — Понимаю, в школе не всегда бывает всё гладко. Гарри, — сердце Поттера пропускает удар, а он сам весь замер пока его мать ставит чашку с ароматным напитком перед ним. За него беспокоятся. Вернее за другого Гарри, за того, кто повесился. Может быть, если бы тот парень услышал эти слова на день раньше... — Если что-то будет, ты же мне расскажешь? Я беспокоюсь, я знаю, что у вас с папой натяжные отношения, но он тебя тоже любит. Я знаю, ты не любишь когда я тебя допытываю, но солнце, ты же знаешь что я всегда буду за тебя и с тобой в любом вопросе — Гарри не знал что и ответить, дышать было сложно не то что говорить, слова оставались где-то горле которое сковало железной проволокой. Он встречался слишком с большим количеством чувств, включая противоречивые. Лили усаживается напротив с удивлением смотря на свой прекрасный завтрак приготовленный её сыном. — Мам — после паузы, наконец сумев вдох и взять себя в руки Гарри неловко, почти натянуто улыбнулся матери. Ему экстренно нужно придумать как ответить, может если он не будет отвечать, то удастся избежать этой темы. Поттер даже не заметил как легко с языка соскользнуло "мам". Хотелось заплакать, упасть, сжаться, исчезнуть. Гарри крепко держался за свою чашку совершенно не обращая внимания на то, что она была горячей и обжигала руки, или каким соблазнительным запахом свежего кофе наполнилась кухня. Поттер был на столько погружен в себя пытаясь подобрать слова, что молчал слишком долго. — Ладно, ладно, прости что начала прям с утра, но солнце, ты же знаешь, у меня не всегда есть время. Прости, что я не уделяю тебе его достаточно — сидящая напротив Лили сжала свободную руку сына желая выразить поддержку. В последнее время она была никудышной матерью. Она мягко поглаживает руку сына смотря в его ярко зелёные глаза. Они стали более зелёными или ей кажется. Лили даже глаз собственного сына не узнаёт, какая она плохая мать. — Мама — снова повторяет Гарри не зная что и сказать, он чувствовал тепло в груди, сердце щемило, на него смотрели с такой нежностью. Даже для себя, он внезапно говорит: — Я тебя люблю — Поттер улыбался, но его глаза были полны слёз. Это всё могло быть у него, это всё будто бы есть, но он не может перестать думать. Если бы тот Гарри услышал эти слова хотя бы вчера, может быть настоящий сын этой Лили был бы жив. Гарри просто самозванец в чужой жизни, он не должен быть тут и все эти теплые слова не для него. — Ох солнце, прости, мне правда не стоило начинать с утра, тем более у тебя было такое хорошее настроение — Лили вскакивает с места мигом оказываясь рядом с Гарри и крепко обнимая, прижимая к себе, словно он это самое ценное что есть в её жизни. — И я тебя очень люблю мой дорогой, ты у меня один такой солнце — она нежно поглаживает сына по лохматой голове и спине, не желая отпускать. Как она могла пропустить что ее сыночке плохо, как она могла заставить его плакать с утра пораньше. Это невыносимо для ее материнского сердца. — Всё будет хорошо, не переживай чтобы там ни было, хорошо? Ты всегда можешь рассказать мне — Эванс берет в руки лицо сына заставляя посмотреть на себя. Гарри пытается осознать, заставить себя поверить в то, что несмотря на то, что она родила другого Гарри, она все ещё Лили и все ещё мама, раз и навсегда. Может быть, у него есть право наслаждаться заботой этой Лили. — Спасибо — утирая собственные слезы выдаёт Поттер ломающимся голосом, его всего мелко трясло. В его груди разливалось огненное нежное тепло. Возможно это правда его шанс. — У тебя всё точно в порядке в школе? Если хочешь, мы можем перевести тебя на домашнее обучение, я поговорю с папой солнце, седьмой курс не так уж и важен, зато мы побудем вместе — было сложно уследить за словами Лили, но он честно пытался. Голова жутко гудела после слез, он будто пережил нервный срыв, хотя скорее эмоциональный. Поттер уже не улавливал всего смысла сказанного матерью, но что-то про седьмой курс и домашнее обучение его настораживало. — Нет, правда, мам, всё в порядке — Лишь поглотив огромный комок в горле совместно с соплями и кое-как остановив собственные слезы Гарри смог хоть что-то сказать пусть и с большим трудом. — Как скажешь солнце, но знай, я всегда с тобой — Эванс утешительно сжимает плечи Гарри заглядывая в его пронзительно зелёные глаза которые покраснели, прежде чем отпустить и сесть обратно напротив. Ей нужно следить лучше за сыном. — Я поговорю с папой если вдруг что — После того как глотнуть кофе, Лили всё равно вставляет свои три копейки об этом. Её взгляд горел решимостью. Она не даст сына в обиду. — Только обещай, что скажешь мне если хочешь перейти на домашнее обучение — Гарри в целом не понимал о чём конкретно идёт речь, услышанное про седьмой курс конечно, наводило на мысли, но ему сейчас было не до этого. Он отказывался даже думать что ему придется идти снова учиться. — Обещаю мам, я всё скажу, всё в порядке, честно — Гарри поддаётся желанию и также как и это делала недавно Лили, кладёт свою руку поверх её, не решившись сжать. — Я так рада что у тебя хорошее настроение, пусть оно будет такое почаще тучка моя — Лили грустно улыбается утирая уголки глаз рукавом кофты и то и дело поглядывая на сына. Гарри в последнее время постоянно был смурной, она рада что ему наконец лучше, что видит его улыбку, пусть и такую скованную. — Я буду — Гарри решается и мягко сжимает чужую руку пытаясь сказать о том, что теперь всё будет хорошо. Ему всё ещё неловко, он всё ещё как будто в чужой коже,но он попытается. — Спасибо, знаешь, твои навыки готовки очень повысились, говори: по ночам готовил? Пока никто не видит, да? — с улыбкой весело выдаёт Эванс после того, как она пробует приготовленную Поттером яичницу. В конце концов сын Лили не умел готовить, а тут такой шедевр и даже без магии. — Нет, мам, нет — улыбается Гарри понимая, что не хочет никогда терять Лили, чтобы ни случилось, ему хочется всегда видеть улыбку матери и чувствовать тепло в сердце, где совсем недавно была чёрная непроглядная пустота. — Ну ладно, но я тебе не верю, знай. Пожалуй закрою глаза на твою маленький талант который ты скрывал. Но только потому что ты не спалил кухню — она хихикает и подмигивает прежде чем продолжить завтрак. — На здоровье мам — Поттер не перестаёт улыбаться, ощущая лёгкость в груди и пустоту в голове, словно плотный туман наконец развеялся. Будто после долгой жизни в пасмурном мире, на него наконец упал лучик солнца и теперь всё наладится. — Что на счёт съездить всей семьёй куда-нибудь на днях? Джеймс как раз должен вернуться сегодня или завтра — Лили быстро доедает свой завтрак, переполненная энтузиазмом, спешит подписать сына на семейную авантюру, надеясь что тот согласится пока находится в столь отличном настроении. Обычно ей не удавалось устроить семейные вылазки. — Если хочешь — улыбается Гарри даже не подозревая о том, что другой Поттер давно бы ушел с кухни и уж тем более не стал бы соглашаться на предложение матери. — О, ты даёшь мне решить куда и даже никаких условий не будет, да ты просто в ударе солнце! — Эванс не задавалась вопросами, она ловила момент пока сын был согласен, она хотела наверстать всё. Ей не часто удавалось уделять сыну время, а после он слишком закрылся и вот, кажется сейчас, у нее снова появляется шанс узнать своего Гарри поближе и сплотить семью. Отважная Лили не может позволить себе упустить этот шанс, эту ниточку надежды за которую она крепко держится. — Да, я буду рад поехать с тобой куда угодно — честно отвечает Поттер, в то время как Эванс сияет от радости уже прикинув куда они могут отправится всей семьёй, уже составляя точные планы и готовая к отъезду через считанные минуты. В её глазах горит огонь и она даже не думает чем может обернуться такая семейная вылазка в действительности. — Отлично, тогда сегодня же позвоню Джеймсу и скажу чтобы возвращался, а то их с Сириусом посиделка что-то зятянулась. Поедем в горы? Ой, ты же недавно оттуда, хах, Хогвартс же в горах, а может в театр? В маггловский, я знаю, ты не особо их любишь, будь уверена я подберу что-нибу... — Лили полностью ушла в раздумья говоря в слух различные варианты, в то время как Гарри слышал только единственное слово в своей голове: Сириус. Сириус жив. — Так. Хорошо. Я тогда подумаю, но если тебе куда-нибудь захочется ты скажешь, договорились? — Заметив, что сын ушел в свои мысли, Эванс быстро заканчивает свой монолог переставая перечислять варианты и давая возможность выбора сыну. Она примет любую инициативу её сына. — Конечно — Поттер улыбался матери, но голова его была занята крёстным который был жив тут и с котором он мог бы встретиться. — Хорошо, тогда я звоню твоему отцу — Лили будто ребенок, чуть ли не вприпрыжку выбегает из кухни; в то время как Гарри задумывается как же будет вести себя с Джеймсом. Он совсем не знает отца. Поглощённый своими мыслями, он прибирает кухню оставляя на столе лишь пару кружек с недопитым кофе. Может чуть позже они его всё же допьют. Гарри хмурится, улыбка резко пропадает с лица. Он смотрит в окно, на место где прошлой ночью он сжигал труп другого мальчика. — Прости, но я не откажусь от этого — Серьезно говорит он не отводя взгляда от заднего двора. Тот Гарри Поттер не видел войны и смерти, у него была семья, но ему всё равно чего-то не хватало и раз уж он отказался от всего что имел, то Гарри примет эти остатки чужой жизни. Будто снимая с трупа драгоценности которые мёртвому уже не понадобится.

Нужно лишь постараться прожить эту жизнь.