Всё только начинается

      Если бы Нилу сказали что-то вроде «вот тебе сотня долларов, и ты съезжаешь с этой комнаты прямо завтра», он отказался бы, а после заплатил бы в два раза больше, чтобы съехать сегодня.              К сожалению, денег у него нет, да и такие предложения ему не озвучивают, поэтому да, Нилу приходится терпеть.              — Ты забыл что? — выразительно переспрашивает он, хотя прекрасно слышит слова Эндрю о ключах, оставленных на хате у Кевина на другом конце города.              — Джостен, — цедит голос в трубке. — Заканчивай с этим.              — Спи на коврике под дверью, — огрызается Нил. Он не собачка, чтобы мчаться к Миньярду по первому же зову каждый раз, когда его идеальная память даёт сбой.              Правда, без шуток, ему хватило уже — сначала Эндрю потерял ключи, и Нилу пришлось вернуться раньше, чтобы пустить соседа домой, а всего неделю назад Миньярд умудрился перед выходом на пары оставить ключ прямо в комнате. Каким же идиотом Нил выглядел во время своего свидания, когда озвучивал причину внезапного ухода — и плевать, что тот парень из приложения для знакомств ему сразу не понравился. Какой-то слишком... мягкий что ли?              Эндрю Миньярда Нил знает уже второй год, поэтому уверенно может утверждать, что является профессионалом в вопросах взаимоотношений с этим типом. Абсолютно неконтактный, колючий, острый на язык — они не ладят буквально с самых первых дней и не кидаются с кулаками друг на друга только из-за того, что свободных мест в общежитии больше нет, а если они устроят скандал, их вышвырнут за порог вместе.              Вылетать за порог не хочется — цены на аренду способны осилить только мажоры вроде Дэя, — и поэтому Эндрю с Нилом с самого первого курса стараются находиться в здоро́вом нейтралитете. Из здорового у них, впрочем, только протеиновый коктейль Миньярда в шкафу — за вычетом оттуда лишних элементов из химической таблицы, конечно.              Думает обо всём этом Нил, к слову, пока едет от Жана в какой-то рандомный бар, локацию которого Эндрю скидывает ему на телефон, упрямо игнорируя категорический отказ.              И Нил едет, блять. Ведётся, как полный идиот, потому что, если Эндрю не попадёт в общежитие, то будет торчать в баре до утра вместе с Кевином, а от Кевина вообще ничего хорошего ожидать не стоит, Нил по своему опыту знает.              «Я готов наблюдать за этим цирком целую вечность, потому что уже знаю финал» — в дороге прилетает сообщение от Жана, который, кажется, искренне забавляется происходящим. Нил ничего не отвечает и прячет телефон в карман, потому что не готов снова отбиваться от тупых теорий Моро, на правах друга решившего свести его с самым неподходящим человеком на свете.              Откуда у него вообще такие идеи взялись?..              Нил заходит в задымленное полуподвальное помещение бара — музыка здесь играет слишком громко, людей излишне много, а алкоголем несёт, кажется, ещё с порога. Это заведение по статусу совсем не похоже на стиль Кевина, а по пути сюда Нил даже не додумывается поискать в интернете, что находится по этому адресу.              Просто вызывает такси сразу же, как получает локацию.              Он замечает Эндрю едва ли не в первые же секунды — тот сидит у барной стойки. Светлые волосы подсвечены от бара контровым светом, кожанка небрежно спущена с плеч, на всегда бледных щеках играет лёгкий румянец от повышенной концентрации алкоголя в крови. Кажется, он успевает выпить ещё больше за эти полчаса, что Нил сюда едет.              Мутный взгляд находит его, и губы Миньярда искажает кривая усмешка.              «Я знал, что ты приедешь» — говорят его глаза.              Нилу не так уж и сложно приехать вообще-то. Он здесь только для того, чтобы оставить Эндрю свой экземпляр ключей, а после уехать обратно к Жану готовиться к дурацкому проекту для зачёта. Он не собирается вестись на провокации Миньярда — слишком уж давно он его знает.              — Поехали домой, — произносит Нил, когда оказывается рядом. — И сотри со своего лица эту дебильную улыбку.              Проект подождёт.              Эндрю улыбку, конечно, не стирает. Да и не выглядит он так, будто собирается прямо сейчас подорваться с барного стула и умчаться подальше от прокуренного бара. Вид у Миньярда возмутительно фривольный: рубашка хаотично расстёгнута на добрую половину пуговиц, а волосы растрёпаны так, словно он только-только встал с кровати — Нилу приходится смотреть на это каждое утро, поэтому он легко подмечает сходство.              Не смотри, скажете вы? Легко сказать: комната в общежитии маленькая, пространство ничтожно ограничено, кроме них двоих — никого. Взгляд сам притягивается.              — Вообще-то я позвал тебя не за этим.              Нилу бы развернуться и уйти на этих словах, но что-то его держит.              — Если хотел поговорить, позвал бы Кевина, — фыркает он, но Эндрю даже под алкоголем умудряется глянуть на него с таким скепсисом, что сразу становится ясно — бред ляпнул. Кевин сюда и под страхом расстрела не зашёл бы, потому что в принципе не появляется в заведениях, в которые пускают без вип-карт.              Нилу довелось как-то пару раз попасть с ним в такой клуб по вседозволенному «плюс один», так вот ничего, кроме легендарного пафоса золотой молодёжи он там разглядеть не успел.              — Кевин тут не поможет, — произносит Эндрю, чуть склоняя голову набок, и Нилу… странно.              Они живут вместе уже больше года, но бо́льшая часть их общения складывается из фоновых перепалок, когда они даже не смотрят толком друг на друга, а занимаются своими делами. Их комната — словно поле боя во время мирного договора, и Нил смотрит на Эндрю только тогда, когда тот не смотрит на него. Нужно же быть готовым к нападению в случае чего?              Сейчас же он вдруг чувствует себя как под прицелом, потому что Эндрю ни на секунду не отрывает от него взгляда.              — Ты слишком рано встал на путь бездуховного алкоголизма, — бросает Нил с нарочитым пренебрежением.              — На что только не пойдёшь ради достижения цели.              — Цели?              Нил всё равно уже здесь и обратно возвращаться рано, поэтому подходит ближе — на соседний стул не садится, а встаёт рядом спиной к стойке, опираясь о неё и молясь, чтобы местный бармен не дал ему за это по затылку.              Рядом с Миньярдом он находится, разумеется, исключительно для того, чтобы расслышать его голос в общем гомоне.              — Мне кое-кто интересен.              Нил невольно поворачивает голову — пожалуй, даже слишком быстро для того, кому от этой новости должно быть ни горячо, ни холодно.              Вблизи взгляд Эндрю почти затягивает. В самом нехорошем смысле этого слова — Нил словно в болото попадает, и у него никаких шансов на спасение. Он почему-то думает о том, что настолько близко друг к другу они находятся впервые, несмотря на то, что они буквально спят в одной комнате.              — А я тут причём?              Эндрю усмехается и отводит взгляд куда-то в сторону, выглядывая неизвестно кого в толпе.              — Это один парень из этого бара.              Нил даже брови приподнимает и хочет тоже посмотреть, кто это такой особенный привлёк внимание его неприступного соседа, но почему-то не отводит взгляда от профиля Миньярда. В темноте со вспышками цветомузыки на его лицо падают смазанные блики, и видеть его таким непривычно.              — Перешёл на нищебродов?              Эндрю снисходительно напоминает:              — Мы студенты, Джостен. Звание нищебродов закреплено за нами.              — Скажи это Кевину, — кривится Нил, потому что помнит, что Дэй всё ещё является их ровесником, а деньги тратит так, словно неиспользованные средства автоматически сгорают в конце каждого дня. Он всё ещё не может понять, как так вышло, что Кевин каким-то невероятным образом умудряется подружиться с ними двумя и до сих пор оставаться той незримой нитью, объединяющей их. Не считая комнаты, конечно. — Так что за парень?              Вопрос звучит отлично: с должной долей похуизма и интонациями из серии «мне похуй, но я спрошу», так что Нил остаётся собой доволен.              — Он из нашего универа, друг Дэя, — доверительно произносит Эндрю. — Роланд.              — Роланд, — кивает Нил. Никакого конкретного Роланда он не помнит. — Кто-то из младших?              Взгляд Нила возвращается к толпе. Где там эта малолетка, ради которой ему приходится таскаться по сомнительным местам?              — Старшекурсник.              Нил щурится.              Только этого тут ещё и не хватало. Заботит это его только из-за того, что старшекурсники выглядят куда более платёжеспособными, а это значит, что у него есть своя съёмная квартира или даже, боже упаси, своя квартира. Нил не собирается свыкаться с другим соседом, если этот съедет к своему новому хахалю, только и всего. Не то чтобы у Эндрю был старый хахаль — Миньярд всегда казался слишком колючим и резким для того, чтобы иметь отношения, а Нила просто устраивало то, что тот никого не таскает к ним в комнату.              И вот, пожалуйста: у этого колючего и неприступного вдруг заводится какой-то там Роланд.              — Это всё ещё не объясняет, зачем ты меня позвал, — произносит Нил и на периферии замечает, как Эндрю придвигается чуть ближе — так, что его спущенная с плеч куртка задевает рукав толстовки Нила.              Жарко тут. Душно слишком для верхней одежды.              — У меня не получается привлечь его внимание, но ходит слух, что этот парень довольно… — Эндрю на секунду задумывается, — ревнивый.              — И нахрена тебе он? — не сдерживает раздражение Нил и оглядывается на Эндрю только в тот момент, когда слышит тихий смешок с его стороны.              — Твоя роль тебя, значит, не смущает?              Нил вроде бы не пьян, но чувствует от Миньярда лёгкий запах чего-то крепкого, смешанного с ароматом его лучших духов — тех, что наносит на себя лишь в те дни, когда куда-то собирается. Нила чуть ведёт — должно быть, лишь от витающих в воздухе спиртовых паров.              — Подожди, ты реально собираешься использовать меня как приманку для внимания своего Рональда?              Это не должно звучать с таким открытым обвинением, но звучит. Нил едва ли не каждое слово в своём вопросе чеканит и понимает это лишь по насмешке в глазах Эндрю, который придвигается ещё ближе, и этого достаточно, чтобы спутать мысли.              — Его зовут Роланд, — почти мягко поправляет Миньярд, и он даже не прикасается к Нилу, но из-за того, что находится слишком близко, очевидно вторгается в его личное пространство.              Вот теперь — точно, вне всяких сомнений, — Миньярд бьёт свои рекорды по нарушению дистанции между ними, и вины за это как будто бы даже и не ощущает.              Засранец. И Роланд его такой же. И оттолкнуть бы его сейчас да уйти отсюда куда подальше, чтобы не поддаваться на эти глупые провокации. Они не в школе вообще-то, чтобы играть в подобные игры.              — Почему бы тебе не попросить Кевина? — спрашивает Нил вместо этого.              Не отстраняется.              — Мне кажется, — усмехается Эндрю, — с тобой выйдет убедительнее.              А после притягивает его к себе, чтобы поцеловать.              ***              Учатся они на одной специальности, но долгое время никто даже и не догадывается, что Миньярд и Джостен, которые между собой совершенно не контактируют, живут в одной комнате. Они возвращаются в общежитие всегда разными путями, не перебрасываются ни словом и даже сидят всегда на разных концах аудитории.              В прошлом году Дэн, которая знает всё и про всех, просит занести заболевшему Миньярду конспекты лекций профессора Тэцудзи, способного выпотрошить за пропуски занятий вне зависимости от уважительности причины. Нил без особой охоты соглашается тогда, и это случайно подслушивает кто-то из однокурсников, а дальше уже новость растекается по всему кампусу.              Кто-то дарит им статус непримиримых врагов, кто-то решает, что они скрывают свои отношения, а остальным — редкой части адекватных людей, а не сплетников мамкиных — просто перманентно плевать на них.              На втором курсе всё становится ещё более фатально.              — У нас проблемы, — произносит Эндрю, подсаживаясь к нему перед началом лекции.              Нил даже не верит, что действительно слышит этот голос, но поворачивает голову, чтобы убедиться, что крыша ещё не поехала окончательно.              Выясняется, что поехала, но не у него.              — Нас затопили?              — Нет, — лаконично отвечает Эндрю.              — Пожар в комнате?              В глазах Миньярда появляется чуть больше подозрения.              — Мимо.              — Тогда у нас не может быть других общих проблем, — делает закономерный вывод Нил и даже хочет пересесть, но Эндрю сжимает его бедро под столом. Знаете, больно так сжимает — пальцами впивается так сильно, что и синяки могут остаться. Нил шипит грязное ругательство, и Миньярд чуть ослабляет хватку, но руку не убирает и смотрит крайне многозначительно.              — Не привлекай лишнего внимания, окей? — просит он почти мягко, и они оба проходятся взглядом по аудитории. С самого верхнего ряда обзор открывается отличный, и они уже сейчас могут заметить, что не меньше десятка однокурсников начинают коситься в их сторону. Нил тоже косился бы, если бы два человека, которые больше года находились в слепых зонах друг друга, вдруг оказались бы рядом.              — Итак, какие у нас проблемы? — с фальшивой доброжелательностью спрашивает Нил.              Эндрю дарит ему язвительный взгляд, давая понять, что уловил его демонстративную вовлечённость.              — Роланд повёлся на наше представление. Он сам мне сказал.              Нила на секунду будто бы возвращает обратно в жаркий бар, потому что по спине и рукам проходится горячая волна. Он почти чувствует снова на языке горечь виски с чужих губ.              — Ты о том представлении, в которое ты втянул меня без предварительного обсуждения? — вздёргивает бровь Нил. Вообще-то с того случая проходит всего несколько дней, так что он и хотел бы забыть — не забудет.              — Так ты не согласился бы, — резонно замечает Эндрю.              Ответить на это нечего. Нил переводит взгляд на кафедру и откидывается на спинку скамьи, закидывая на неё локти.              Эндрю убирает ладонь с его бедра только сейчас.              Нил думает, почему не скинул её сам.              Чёрт.              — Так, ладно, — возвращает он взгляд. — Что не так? Ты же вроде сам хотел вызвать у него ревность. Всё получилось, радуйся и бери в оборот.              Эндрю разворачивается к нему полубоком — видимо, для того, чтобы Нилу было лучше видно его скептическое выражение лица.              — Джостен, у тебя вроде опыта в отношениях достаточно. Ты должен догадаться, что одной сценки недостаточно для того, чтобы закрепить эффект.              Нил старается не показывать, насколько сильно он охуевает от этих слов, но, кажется, у него всё же проскальзывает в мимике что-то такое, что вызывает на губах Миньярда тень усмешки.              — Я совершенно не ревнивый, так что без понятия, о чём ты говоришь, — фыркает Нил, а Миньярд смеётся.              Смеётся.              Если пару минут назад они привлекали внимание только части аудитории, то теперь на них косится уже весь поток, потому что встретить смеющегося Эндрю Миньярда не так просто вообще-то. С ума сойти, может, это его брат-близнец приехал из Германии, чтобы довести Нила Джостена до срыва?              — Ты не ревнивый? Я всё правильно понял?              Нилу бы тут вспомнить какой-нибудь из случаев со своими бывшими, когда он действительно проявлял что-то, что можно было бы списать на ревность, но в голову вместо этого приходит тот случай, когда Эндрю привёл к ним в комнату свою подругу, а Нил решил, что она его девушка, и невзлюбил с первого взгляда.              Позже оказалось, что Миньярд по парням, а Рене — самый святой человек во всём кампусе, и отношение к Уокер как-то сразу нормализовалось.              — Так, не переводи стрелки, — кривится Нил и переводит стрелки сам. — Хочешь сказать, что ты собираешься снова сосаться со мной на глазах у своего Рональда?              — Роланда, — поправляет Эндрю уже привычно и закатывает глаза. — Боже, Джостен, не будь драматичным, я к тебе едва губами прикоснулся.              Это правда: Эндрю тогда задерживает этот недопоцелуй на пару секунд от силы, и куда больше это похоже на невинно-показушный первый поцелуй из корейского кинематографа, когда один кадр снимается с десятка ракурсов на протяжении целой минуты.              Нилу в тот момент тоже кажется, что время замирает.              — Иди к Кевину губами прикасайся, — отмахивается он вполне себе естественно, возвращая взгляд кафедре, на которой уже раскладывает свои бумаги преподаватель.              — Поздно, я уже выбрал тебя, — понижает голос Эндрю, чтобы привлекать к себе меньше внимания, хотя теперь это абсолютно невозможно. — Слушай, я не прошу тебя целоваться со мной. Просто какое-то время покрутись рядом, чтобы он решил, что мы вместе. Я часто общаюсь с ним, так что точно пойму, когда он клюнет.              Нил усмехается, резко отталкиваясь от спинки скамьи, чтобы взять ручку и записать в тетради тему лекции для конспекта.              — Ты уверен, что тебе нужен придурок, который испытывает интерес только к людям, которые состоят в отношениях?              Он уже не смотрит на Миньярда, когда тот отвечает, поэтому не видит его взгляда.              — Ты уверен, что тебя это касается?              Нил оставляет вопрос без ответа.              ***              Тусовки у Кевина — единственное место, где успешно можно встретить едва ли не половину города. Свою квартиру Дэй под такие массовые сборища, конечно, не отдаёт, потому что туда путь открыт лишь избранным, а вот родительский дом нещадно использует каждый раз, стоит только тому остаться без присмотра.              — Вроде на съёмки уехали мои родители, а театр почему-то здесь, — смеётся Кевин, повисая на плече Нила. Тот небрежно отталкивает его, на что Эндрю не скрывает ухмылки.              — Поменьше открывай рот, — произносит он, делая глоток пива из своей бутылки. — Никто не должен знать о том, что наши отношения — фейк.              Они не собираются рассказывать о своей затее никому, но слухи разлетаются куда быстрее, чем они думали. У Кевина Дэя свои уши везде — он общается едва ли не со всем университетом, поэтому на самом деле это вопрос времени, насколько быстро до него должны дойти сплетни про Джостена и Миньярда, которые вдруг начинают разговаривать.              Это кажется даже забавным: простых разговоров в кампусе после года полного равнодушия друг к другу оказывается достаточно для того, чтобы все вдруг решили, что между ними что-то есть. Нил искренне не понимает, почему все настолько слепы, но едва ли не каждое поздравление вбивает его всё глубже в землю: начиная с радостного «наконец-то вы решили не скрываться» и заканчивая многозначительным «между вами всегда чувствовалась какая-то искра».              Искра? Разве что та, которая подорвёт склад с динамитом.              — Люди слышат то, что хотят, — замечает Кевин. — Даже если вы будете кричать, что ненавидите друг друга, все будут видеть в этом вашу собственную динамику.              Им приходится рассказать ему правду, потому что Кевин знает, что они ещё неделю назад даже дышать рядом друг с другом вне комнаты отказались бы.              — И какая у нас раньше была динамика? — скептически спрашивает Нил.              — Динамика идиотов, скрывающих свои чувства, — скалится Дэй.              Глаза Нил с Эндрю закатывают синхронно.              Вот ведь фантазёр.              Когда Кевин узнаёт днём раньше, что они затеяли, его глаза аж вспыхивают. Он честно пытается не лыбиться, но у него плохо получается, поэтому он сразу же предлагает организовать вечеринку в коттедже, чтобы привлечь побольше внимания. Внимания Нилу, на его взгляд, и без того более чем достаточно, но Эндрю соглашается, так что приходится смириться.              Им не нужно делать ничего сверх их возможностей: просто быть рядом, потому что Роланд где-то тут, в толпе, и Нилу невероятно хочется посмотреть на этого мудилу, на которого умудрился клюнуть Миньярд. Нормального парня выбрать себе не мог?              Господи, да даже Уокер — и та была бы лучше.              — Он вообще здесь? — скользит Нил взглядом по толпе у бассейна, пока забирает у Кевина бутылку с пивом, чтобы сделать из неё глоток.              — Здесь, поэтому прекрати отходить, — огрызается Эндрю и внаглую притягивает его к себе ближе за ремень.              Нил не выливает на него чужое пиво только из-за того, что это последняя холодная бутылка — новая партия ещё не успевает остыть в холодильнике.              — Руки, — выразительно напоминает он, потому что Миньярд внаглую смотрит прямо в глаза.              — Тоже думаешь, что нужно больше прикосновений, а то не особо естественно выходит?              Нил строит самое презрительное выражение лица, на которое только способен, но Эндрю это совершенно не впечатляет, зато вот Кевин рядом смеётся.              — Как ты его уговорил? — спрашивает он с неприкрытым интересом. — Ни за что не поверю, что Джостен согласился на это без своей выгоды.              Эндрю руку с ремня не отцепляет (а Нил снова почему-то не скидывает) и косится на Кевина.              — Я должен ему один честный ответ.              — И поменяться со мной местами, — напоминает Нил возмущённо, потому что вообще-то как раз таки честность тут была больше в качестве бонуса.              Эндрю насмешливо щурится.              — Джостен слишком устал быть второй год снизу, — тянет он с двусмысленной ухмылкой, и Кевин вздёргивает брови.              — Я чего-то не знаю? — переводит он взгляд на Нила.              — У нас кровать двухъярусная, — снисходительно поясняет тот.                     Нил не слишком любит шумные сборища — он и с Кевином-то начинает общаться, потому что их матери дружат с малых лет, а сокращает общение как раз из-за того, что тех самых сборищ с каждым месяцем становится всё больше и больше.              Где-то пару месяцев назад он приходит к Кевину, чтобы забрать забытую на очередной ночёвке куртку, а обнаруживает там Эндрю.              Это почти ощущается как предательство, но Нил остаётся — только для того, чтобы держать всё под контролем. Тогда им управляют собственнические замашки, потому что он знает Кевина дольше, а значит у него и прав на него больше, но дружба — довольно спонтанная штука, так что Кевин становится тем, из-за кого Эндрю с Нилом невольно начинают всё чаще проводить время вместе.              При этом между собой Джостен и Миньярд, конечно, всё ещё не дружат.              Они же совершенно не подходят друг другу.              — Рада, что вы вместе, — тянет одна из чирлидерш, приглашённых на тусовку для массовки. От неё ярко пахнет цветочными духами, в наманикюренных руках уже пустой бокал с коктейльным зонтиком, а взгляд накрашенных глаз направлен на Нила, о плечо которого лениво опирается спиной Эндрю, своими ногами занявший оставшееся место на диване для отлучившегося Кевина.              Пока большинство гостей толпится на улице у бассейна, остальные собираются небольшой компанией в мягкой зоне с диванами и креслами, и Нил не знает даже половины из присутствующих. Эти ребята точно все из их университета?              Ему было бы некомфортно, но присутствие Миньярда оказывается тем самым знакомым якорем, который заставляет его чувствовать себя так, словно он находится не среди толпы полузнакомых людей, а дома, в их комнате.              — А я-то как рад, — не слишком естественно отзывается Нил и чувствует плечом, как Эндрю тихо хмыкает.              — Это было действительно неожиданно, да к тому же... — соглашается кто-то ещё, но девушка с нехорошим прищуром перебивает незадачливого сплетника.              — Эндрю, но разве вы общались до этого?              Нил переводит взгляд на девицу с теперь уже усилившимся подозрением. Подождите, Миньярд ей нравится что ли?              Ему становится искренне смешно: у бедной девочки откровенно нулевые шансы, потому что даже у него самого перспектив с Эндрю было больше, чем у любой женщины в кампусе.              — Мы живём вместе, — напоминает Нил и едва ли рукой не машет перед её глазами, напоминая, что вот он, тут, здесь, с ним тоже можно разговаривать, оторви свои перекрашенные тушью глаза от Миньярда и удели каплю внимания кому-то другому. — Или нам стоило включить онлайн-трансляцию специально для тебя?              — Марисса этот рейтинг не потянет, расслабься, — почти скучающе произносит Эндрю и лениво сползает ниже, чтобы удобно устроить затылок на коленях Нила.              — Почему? — недовольно спрашивает Марисса где-то там.              — Тебе нет двадцати одного, — усмехается Эндрю так, будто бы самому не девятнадцать. Их взгляды пересекаются, и Нил понимает, для чего Миньярд поменял своё положение — ради большей естественности.              Когда они могут смотреть друг на друга, не то что остальные — Нил сам на грани того, чтобы поверить.              — Мне всё равно кажется странным, что... — начинает что-то говорить неугомонная чирлидерша, имя которой Нил уже забывает, но он её особо не слушает, потому что Эндрю тянет его за галстук на себя, заставляя склониться ближе.              — Миньярд, — предупреждающе тянет Нил у его губ, но Эндрю только с усмешкой подмигивает ему.              «Выдашь нас?» — прямая провокация в карамельных глазах.              Нил целует его сам.              ***              Им верят. Им верят так легко, что спустя неделю разговоры о них уже затихают, а сплетни испаряются сами собой.              Все привыкают: где Миньярд — там Джостен.              Они начинают ходить вместе на занятия, и это оказывается достаточно удобно, потому что Эндрю напоминает Нилу взять тетради с конспектами, а Нил показывает ему короткую дорогу через кампус — открывает свой секрет, что огромное здание соседнего корпуса общежития совершенно не обязательно обходить, если найти общий язык с охранником и попросить его пропускать их через чёрный выход каждое утро за пару сигарет.              Они возвращаются вместе после занятий и заходят каждый раз в магазин — и за продуктами, которые оказывается удобнее покупать на двоих, и за разными вредностями, за которые Эндрю каждый раз читает Нилу лекции о здоровом питании, а после таскает у него снеки вечерами.              Они начинают разговаривать не только там, где их могут увидеть, но и в комнате. Сначала отвлечённо — просто учатся не огрызаться друг на друга за каждую брошеную фразу. После — говорят уже ночами и так долго, что теряются во времени.              Нил тоже привыкает.              Наверное, это не слишком хорошо.              — У тебя проблемы, Джостен, — сообщает ему Жан. Они сидят в библиотеке, чтобы подготовиться к очередному проекту, но у Нила мысли где-то абсолютно в другом месте, потому что он перечитывает один и тот же абзац уже несколько раз и никак не может понять его смысла.              — Нет у меня проблем, — отмахивается Нил и пытается снова вникнуть в непослушные буквы, которые едва ли не скачут между строк.              Ладно, у него нет проблем, если не считать внезапной дислексии и полного отсутствия концентрации.              — Это мне говорит человек, который уже месяц состоит в фейковых отношениях.              В библиотеке тихо, и Нил тут же шипит на Жана, жёстким взглядом приказывая ему поменьше трепаться о том, чего остальным знать не стоит. Никто, впрочем, не обращает на них внимания — все занимаются своими делами.              — Так мы не договаривались о сроках и дедлайнах, — чуть нервно прогибает корочку книги Нил под осуждающим взглядом любителя книг и пробегает глазами по тексту. Где он вообще остановился? Не помнит ни слова с этой страницы.              — А вы оба вообще помните хотя бы о своей первоначальной цели или уже просто получаете удовольствие от происходящего? — давит Жан, и Нил невольно напрягается от этих слов. — Ты когда в последний раз видел этого Роланда?              А и правда, когда?              Пальцы Нила бессознательно сжимаются на обложке, и Жан касается его руки, заставляя ослабить хватку, а после убирает свою ладонь. Помнит, что Нил не слишком любит прикосновения.              — Я... — Нил рассеянно переводит взгляд на Жана. — Я не видел его.              — Сегодня?              — Вообще.              Моро смотрит на него, словно на идиота, и Нил, если так подумать, в принципе согласен со всеми уничижительными мыслями, которые сейчас прокручиваются в чужой голове. Возможно, даже с французскими матами вперемешку.              — Ты шутишь что ли?              Нил морщится, потому что ему вообще не хочется раскручивать эту тему. Пока он не думает об этом, всё нормально, его всё устраивает, но стоит только совсем немного углубиться в первоисточник его текущего стабильного эмоционального состояния...              Грёбаный стыд, только этого ему не хватало.              — Я ни разу не видел его. Знаю, что он старшекурсник из нашего университета и крутится периодически в нашей компании, но...              — Пиздец, — недвусмысленно припечатывает Жан, но голос его звучит довольно иронично. Это Нил тонет в личностном кризисе, а вот Моро определённо получает от всей этой ситуации только удовольствие. — Я не устану поражаться твоей наивности, Джостен. Он хоть существует?              Нил прожигает Жана выразительным взглядом и хватает со стола свой телефон. Чужая голова тут же склоняется к нему, чтобы не пропустить ничего интересного.              — У нас куча Роландов в университете, один из них — точно наш, — произносит решительно Нил, вбивает в поиске в социальной сети нужные параметры и листает страницу.              Роландов действительно оказывается много — не меньше десятка. Двоих Нил сразу отметает, потому что они не подходят по возрасту, зато остальных изучает куда более тщательно.              На кого из них могло пасть внимание Миньярда?              — Вот этот ничего такой, — тыкает пальцем в экран Жан, склоняясь ближе, чтобы разглядеть высокого красавчика. Кажется, из баскетбольной команды?              — Точно нет. Он же под два метра, Эндрю такие не нравятся.              Взгляд Жана чувствуется кожей.              — Ты знаешь, какие парни нравятся Миньярду?              — Конечно, — фыркает Нил, листая фотографии в профиле другого кандидата. — Я живу с ним, я всё знаю про него.              Тон Жана становится ещё более ироничным.              — И какие же?              — Пониже. И не такие перекачанные.              — Где-то вот... — Жан касается рукой макушки Нила, — такие?              Нил резко вскидывает голову, пытаясь взглядом просверлить в Моро дырку, но тот лишь усмехается, ничуть не испуганный неозвученной угрозой.              Он уже даже собирается привычно возразить, что на самом деле между ним и Эндрю ничего такого нет, а сам он в последний месяц забивает на приложение для знакомств лишь из-за того, что ему надоедает каждый раз знакомиться с новыми людьми, но даже открыть рот не успевает.              — Не отвечаешь на звонки.              Нил сначала обращает внимание на то, как Жан с усмешкой опирается рукой о спинку его стула, не прикасаясь при этом к спине самого Нила, а только после этого оборачивается к Эндрю.              Миньярд выглядит… довольно раздражённым.              — Ты звонил? — Нил кидает взгляд на верхнюю часть экрана, но никаких уведомлений о пропущенных звонках там нет. — Я, наверное, случайно сбросил.              — Занят был, наверное? — тянет Эндрю как-то выразительно и смотрит на Жана. Нил тоже смотрит — несколько озадаченно.              Жан смущённым не выглядит и только лишь ухмыляется чуть шире, почему-то сейчас напоминая Кевина. Нил не знакомит их между собой, но сейчас в его голову приходит мысль, что они наверняка нашли бы общий язык.              — Ага, в библиотеке обычно занимаются делами, — легко парирует Жан. — А вот ты чего тут забыл?              Взгляд Эндрю заметно тяжелеет, и Нил, прочувствовав странную атмосферу, поднимается с места, подходя ближе к Миньярду.              — Отойдём, тут нельзя шуметь. — Нил тянет его за запястье к выходу из библиотеки, стеклянные стены которой открывают на неё полный обзор. Они уже оказываются вне читального зала, но Эндрю всё ещё недовольно смотрит куда-то в сторону Жана, и, оглянувшись, Нил понимает, что Моро не отстаёт. — Зачем ты звонил?              — Я не звонил, — неохотно признаётся Эндрю, когда обзор ему демонстративно перекрывается. — Кевин звал к себе, сказал, что заберёт нас после занятий на машине.              — А цирк этот для чего? — не понимает Нил.              — Не понимаю, про что ты говоришь, — невозмутимо отвечает Эндрю и мельком кидает взгляд через его плечо. Нил передвигается чуть вправо, снова мешая Миньярду прожигать Жана взглядом. Чего они вдруг не поделили? — Так ты поедешь?              Нил мысленно прикидывает, сколько времени у них остаётся до конца окна перед последней парой. Должны успеть закончить работать с источниками, а обработать полученный материал, если так подумать, можно и на выходных…              — Поеду.              Взгляд Эндрю становится спокойнее. Или ему только кажется?              — Отлично, — произносит Миньярд и делает шаг ближе. Нил машинально подаётся назад, но Эндрю легко перехватывает его за запястье, не позволяя отойти. — Верхнюю койку уже отжал, а от своей роли отказываешься? — вкрадчиво спрашивает он.              — Так Роланда тут нет, — отзывается Нил, совершенно бессознательно облизывая пересохшие губы, и взгляд Эндрю следит за коротким движением его языка.              Пульс спотыкается.              — Мы не можем позволить, чтобы кто-то донёс до него, что ты от меня шарахаешься, — склоняет голову Эндрю и смотрит чуть вопросительно. — Я же прав?              Нил смотрит в чужие глаза, где-то на фоне слышатся негромкие разговоры студентов в коридорах здания библиотеки, за спиной всё ещё находится огороженный стеклом зал библиотеки.              Роланда тут всё ещё нет и быть не может.              Нил кивает.              Их прошлые поцелуи быстрые, смазанные — простые прикосновения без малейшего намёка на бо́льшее, — но Нил догадывается, что в этот раз всё будет по-другому. Ещё на том моменте, когда тихий выдох обжигает его влажные губы.              Эндрю едва ощутимо проскальзывает пальцами ниже по запястью, когда целует его — медленно, неторопливо, по-странному мягко. Подушечки пальцев касаются ладони, и Нил со вздохом чуть приоткрывает губы, позволяя чужому языку ненавязчиво скользнуть в его рот.              Их пальцы переплетаются, свободная рука Эндрю притягивает его к себе ближе и остаётся лежать где-то на пояснице — он лишь держит его рядом с собой, то ли не позволяя отстраниться раньше времени, то ли просто позволяя себе ощутить рядом его тепло.              Нил не касается Эндрю сам, но целует в ответ — и это ощущается так по-настоящему, что у него щемит где-то в сердце.              Эндрю отстраняется первым, и Нил благодарен ему за это, потому что сам не смог бы. Взгляд Миньярда чуть рассеянный, губы влажные, и он проскальзывает по ним языком, а после делает ещё один шаг, чтобы увеличить расстояние между ними.              Не уходит.              — Я буду попозже, уезжай с Кевином, — хрипло произносит Нил и разворачивается обратно к входу в читальный зал.              Почти сбегает.              Он возвращается за свой стол, садится рядом с Жаном, на которого, честно говоря, даже страшно прямо сейчас смотреть, и медленно, аккуратно выдыхает.              Как будто бы только сейчас вспоминает, что это такое — дышать.              — Пиздец, — произносит Нил лаконично, опираясь локтями о стол и прикрывая пылающее лицо ладонями. Он будто бы горит изнутри, сердце ускоряет свой темп ещё сильнее, чем минутой ранее, потому что осознание неизбежного приходит не сразу — только сейчас, когда он остаётся вдали от некоторых отвлекающих факторов.              — Я тебе уже говорил, что у тебя проблемы? — спрашивает Жан без капли сочувствия, как и полагается настоящему другу.              В этот раз Нил с ним согласен.              ***              — Подожди, можешь повторить ещё раз? — невольно переспрашивает Нил, хотя отлично слышит имя и с первого.              — Роланд, — улыбается дружелюбно красивый, не слишком высокий и откровенно привлекательный старшекурсник, который определённо точно должен быть во вкусе Миньярда.              Нил оглядывает его ещё раз с головы до ног, и Роланд встречает этот взгляд с таким непоколебимым спокойствием, словно его так оглядывают едва ли не каждый день. Это не один из тех Роландов, которых он находит в интернете — но ни один из тех Роландов точно не пришёлся бы Эндрю по вкусу.              — И тебя прислал Кевин, чтобы забрать меня? — ещё более озадаченно переспрашивает Нил.              Если Роланд и сомневается в его умственных способностях, то по доброжелательному выражению лица, которое как-то сразу по умолчанию Нилу не нравится, это понять невозможно.              — Вообще-то на самом деле я просто тоже собирался к нему после универа, поэтому Кевин попросил заехать в библиотеку за неким Нилом Джостеном. Это, вероятно, ты.              У Роланда неприлично дорогая машина, искренний беззлобный взгляд и да, он точно живёт в своей собственной квартире, за которую ему не нужно платить арендную плату. Хорош собой во всём, исключая вкусы на парней, которые уже заняты другими парнями.              Нилу хочется отказать, сказать, что он не Нил Джостен и вообще, мол, иди искать Нила где-нибудь в другом городе и лучше потом не возвращайся, но он только неопределённо кивает.              — Вероятно, я. Поехали?              — Запрыгивай, — улыбается Роланд и открывает ему дверь переднего пассажирского сиденья.              Ещё и учтивый. Замечательно.              Они едут в полной тишине, и Нил не смотрит на водителя, который ведёт автомобиль с уверенным спокойствием и даже не подозревает, какие колючие и ядовитые мысли крутятся прямо сейчас в голове его случайного пассажира.              Мыслей там, конечно, более, чем достаточно — и ни одна из них не справедлива по отношению к этому человеку, который даже не подозревает о кризисе, который устроил в душе Нила Джостена, столкнувшегося спустя месяц с жестокой реальностью.              Цель Эндрю существует. Человек, который нравится Миньярду, сидит буквально в этой машине.              У Нила ни шанса и, что убивает его ещё сильнее, — за этот самый шанс он отдал бы сейчас многое.              Понимает он это только теперь или знает изначально?              — Как ты познакомился с Миньярдом? — спрашивает Нил рассеянно, разглядывая проносящиеся мимо здания. Ему хочется хотя бы как-то отвлечься от мыслей, которые давят в его голове, и, если ему нужно сделать первым шаг к принятию, то он готов начать этот разговор.              — С кем?              Что?              — С Эндрю Миньярдом, — повторяет Нил и оглядывается на Роланда.              С тем Эндрю Миньярдом, который сохнет по тебе, парень, уже больше месяца. Который затевает эту дурацкую идею с фиктивными отношениями с соседом по комнате. В их университете только один Эндрю Миньярд — Нил Джостен в этом уверен, как никто.              — Это кто-то из друзей Кевина? Извини, в первый раз слышу, — чуть виновато улыбается Роланд, мельком кидая на него взгляд, а после возвращает внимание дороге.              У Нила пересыхает в горле от жара, который подступает к голове.              «Роланд повёлся на наше представление. Он сам мне сказал» — чётко звучит в голове непринуждённый голос Эндрю              «Я часто общаюсь с ним, так что точно пойму, когда он клюнет» — эхом бьются в черепной коробке уверенные слова.              — Грёбаный притворщик! — рыкает Нил, раздражённо ударяя кулаком по колену, потому что даже во время взрыва эмоций подсознательно чувствует, что в дорогом автомобиле ничего внутри лучше не бить. Особенно при водителе.              — Да правда не знаю, — озадаченно оправдывается Роланд, с сомнением покосившись на Нила.              — Да не ты, — огрызается Нил и зло смотрит на знакомый дом Кевина, рядом с которым уже припарковано вдоль улицы не меньше десятка машин — сюда опять подтягивается целая толпа студентов.              Нил опасно щурится.              Хорошо. Просто отлично, Эндрю Миньярд.              Будем играть по твоим правилам.                     Они становятся ближе за последний месяц — настолько ближе, что Эндрю начинает его чувствовать. Малейшие изменения в настроении, чуть бо́льшее напряжение в плечах, немного сильнее сжатые губы и едва заметно потемневший взгляд.              — Что-то случилось? — спрашивает Эндрю негромко.              Не успевает пройти и получаса с момента их прибытия — Роланд скрывается где-то в толпе прежде, чем Эндрю успевает увидеть, на чьей машине приехал Нил. В бассейне уже плещутся девушки, а в гостиной кто-то включает музыку, но основная часть гостей ещё не успевает подъехать, поэтому Нил с Эндрю помогают раскладывать алкоголь по холодильникам — Кевин спонтанно покупает ещё один.              — С чего ты взял? — спрашивает Нил, кидая взгляд на Эндрю, и едва бутылку из рук не роняет.              Эндрю смотрит на него так, словно они одни не только на кухне — во всём доме.              Нил вспоминает, что вообще-то только его собственные впечатления были спутаны внезапным осознанием, что Эндрю выдумал какие-то зачатки отношений с Роландом. Для Миньярда их последняя встреча закончилась там, у читального зала, на чувственном поцелуе и дрожи в кончиках пальцев.              Возможно, он даже до сих пор чувствует эту горькую сладость на губах?              Возможно, он думает, что Нил не просто так ведёт себя иначе?              Правильно. Пусть подумает ещё немного.              — Показалось, — произносит Эндрю, но не двигается с места, поэтому вместо него двигается Нил — отворачивается к холодильнику, ставя пару бутылок на полку и скрывая на губах тень улыбки.              Нилу хочется в ледяной душ, чтобы отрезвить голову — или, как минимум, хотя бы в бассейн, на самое дно хотя бы на пару минут, чтобы толща воды вытеснила дурацкие тёплые чувства из груди. Ему дурили голову месяц, а он и радуется, вы только посмотрите на него.              Или… даже больше месяца?              Нил вспоминает это странное ощущение приятного покалывания на коже каждый раз, когда он отводил взгляд от Эндрю — то же чувство, что он ощущает и прямо сейчас. Что, если они всегда смотрели друг на друга, но никогда одновременно?              Он слышит, как Эндрю делает шаг к нему, но закрывает холодильник и оглядывается через плечо.              — Помогу Кевину, — произносит Нил, и в его груди тянет, когда Эндрю на секунду замирает, а после безмолвно кивает в ответ.              Нила почти ломает от желания сказать прямо сейчас, что он всё знает, но это было бы слишком просто для Миньярда.              Людей в доме прибавляется, кто-то здоровается с ним, Нил небрежно кидает приветствия направо и налево, особо даже не присматриваясь к лицам. Все, кто принадлежат к близкому кругу Дэя, невольно отхватывают на себя часть его популярности, и это сейчас больше раздражает, чем вызывает какие-то другие эмоции.              — О, Джостен, — тянет Кевин с ехидной ухмылкой и смотрит с таким ожиданием, что у Нила кулаки так и чешутся. — Уже виделся с Роландом?              Знает, мерзавец. Вот кто знает всё с самого начала — тот самый недостающий фрагмент в этой истории. Кевин и поддерживает историю с их фиктивными отношениями, и во время встреч подтверждает, что Роланд существует, и подтверждает их взаимную симпатию с Эндрю, и говорит, что нужно поднажать.              Сейчас Нил ему поднажмёт, блять.              — За мной, — холодно чеканит Нил, и Кевин кривит виноватую гримасу на лице для своих собеседников.              — Отбегу на пять минуток, без меня там никак, — подмигивает он стоящей рядом с ним девушке, которая на Нила косится чуть встревоженно, хотя сама выше его на голову. Впечатляется суровым взглядом? Нил старается.              Они выходят на задний двор, до которого гости пока что не успевают добраться, и Нил резко разворачивается к Кевину, впечатывая того в стену дома. Впечатывая довольно ощутимо, к слову — утренние пробежки с Миньярдом дают свои бонусы выносливости.              — Ты специально подослал Роланда?              — Аккуратнее, горячий парень, — охает Дэй и демонстративно поднимает руки, будто бы показывая, что сдаётся. — Мне надоело смотреть на то, как вы тянете резину. Кто же знал, что моя идея выльется в такую катастрофу?              Нил чуть склоняет голову, не веря в то, что расслышал верно.              — Твоя идея, значит?              Кевин вины за собой не чувствует и довольно щурится.              — Я предложил Эндрю хороший вариант, чтобы подтолкнуть тебя в нужном направлении, а вы, — он закатывает глаза, — превратили это в какой-то цирк вместо того, чтобы переспать в первую же…              Дэй с глухим стоном сгибается от удара, но смеётся через боль. Нил должен на него злиться, но вместо этого в голове синхронно с пульсом стучат озвученные Кевином слова, которые он должен услышать совершенно от другого человека.              Нилу не показалось. Не показалось.              — Не беспокойся, тебе чуть позже ещё и от Эндрю достанется, — почти ласково треплет его по волосам Нил и разворачивается к входу обратно в дом. — А, и ещё… — притормаживает он на секунду, оглядываясь.              — Хочешь сказать мне спасибо за то, что у вас всё только начинается? — ехидничает Кевин, которого мелочами вроде удара под дых не перевоспитать. Уж кому, как не другу детства, об этом знать — на соседних горшках всё же воспитывались.              Нил дарит ему небрежную усмешку.              — Не говори Миньярду о том, что я в курсе. Возьму это на себя.              Ни Нил, ни Эндрю этим вечером почти не пьют — много болтают с Кевином, который, как и обещал, сохраняет их разговор в тайне, подключаются к какой-то глупой игре в карты, правил которой никто не запоминает, и даже устраивают заплыв в бассейне. Нил, конечно, проигрывает — плечи у Эндрю шире, поэтому с ним тут соревноваться бесполезно.              Они расслабляются, будто бы даже и забывая обо всём, что сегодня происходило — их выдают только взгляды, которые они то и дело бросают друг на друга, и если раньше им удавалось это делать скрытно, то сейчас Нил то и дело ловит задумчивый взгляд Миньярда на себе.              — Поедем в общагу сейчас или уже останемся до утра? — спрашивает Нил, натягивая футболку на высохшее, наконец, тело. Они находятся в тени под верандой — сюда не доходит свет от фонаря, а местное освещение на крыльце кто-то то ли отрубает, то ли выбивает в пьяном угаре.              Он чувствует, как взгляд Эндрю скользит по его спине до того момента, пока плотная ткань не прикрывает его кожу.              — Что?              Нил щурится, с усмешкой оглядываясь.              — Я говорю, что… — он запинается на середине фразы, кидая взгляд через плечо Эндрю на другую сторону бассейна. У него тянет в животе от мысли, которая приходит ему в голову. — Роланд.              — Какой Роланд?.. — теряется Эндрю и оглядывается назад, а после Нил видит, как его плечи ощутимо напрягаются, и делает шаг ближе, скрывая усмешку. — Джостен, нам нужно…              — Знаю, — перебивает его Нил, закрывая рот рукой и не давая закончить фразу. Его взгляд возвращается на Роланда — вполне себе реального Роланда, который бросает на них вскользь абсолютно незаинтересованный взгляд и отворачивается. Эндрю этого видеть затылком, конечно, не может. — Кажется, он действительно заинтересован тобой, — срывается лёгкая ложь с языка, и Нил склоняется ближе, заглядывая в глаза Миньярда. — Хорошо, что я знаю, как этот эффект закрепить.              Эндрю точно хочет что-то сказать, стоит только чужой руке оторваться от его губ, но Нил затыкает его поцелуем. Тот не похож ни на один из предыдущих — Нил целует сразу глубоко и жарко, притягивает Миньярда к себе за шею и чувствует, как тот отвечает с самых первых секунд.              Нил задевает его губы зубами, чуть оттягивает, а после зализывает укусы, скользит пальцами по подтянутому животу, который напряжённо подрагивает от чувственных прикосновений, а Эндрю жарко выдыхает ему в губы, когда воздуха перестаёт хватать.              — Джостен, — хрипло окликает он и Нил опускает голову ниже, спускаясь поцелуями с губ на линию челюсти. — Блять… Нил, — делает Эндрю вторую попытку, и Нил кидает на него расфокусированный взгляд. — Общежитие. Ты спрашивал, стоит нам поехать или…              Слышал всё-таки.              — Понял, — на выдохе соглашается Нил, заставляя себя вспомнить, что они здесь не одни, и на несколько томительных секунд упирается лбом в плечо Миньярда. Обнажённое, к слову, плечо Миньярда, потому что, в отличие от некоторых, надеть на себя футболку после бассейна он не успевает.              Возможно, если бы успел, сознание Нила не было бы столь безвозвратно спутано прямо сейчас.              — Джостен, — тянет Эндрю, но Нил берёт себя в руки раньше, чем тот успевает ляпнуть что-то ещё.              — Ты мне должен один честный ответ, — произносит он и отстраняется, делая шаг назад.              Настороженный взгляд Миньярда лучше тысячи честных ответов, потому что он чувствует, как меняется тон Нила. Он смотрит долгим взглядом, то ли ожидая вопроса, то ли решая, каким ещё способом сможет оправдаться за целый месяц откровенного вранья глаза в глаза.              — Спрашивай.              Нил тянет. Где-то вблизи слышится плеск воды и смех — кто-то прыгает в бассейн, — но на неосвещённой части двора на них совершенно не обращают внимания.              Они будто находятся в слепой зоне для всего мира, но впервые в зоне видимости друг друга.              — Кого ты собирался спровоцировать тем поцелуем в баре? — срывается с губ Нила. — Меня или… себя?              Они оба знают, что неправильных ответов здесь нет.              ***              Если бы Нилу сказали что-то вроде «вот тебе сотня долларов, и ты съезжаешь с этой комнаты прямо завтра», он отказался бы, а после заплатил бы в два раза больше, чтобы от него отстали с подобными глупыми предложениями.              Для чего ему съезжать отсюда? Ещё скажите, что он должен продать свою квартиру, заработанную честным трудом, и съехать в городское общежитие.              — Ты забыл что? — выразительно переспрашивает Нил, и Эндрю швыряет в него подушку через всю комнату.              Уворачивается Нил крайне профессионально — опыта у него в этом деле хоть отбавляй.              — Это день рождения вашего с Жаном друга, почему я должен покупать подарок? — искренне возмущается Миньярд, и Нил фыркает, потому что эта тема споров продолжается между ними уже не первый год. — К тому же он не заслужил.              — Миньярд, боже. Сколько уже прошло? Лет пять?              Эндрю ничуть не ведётся на негласное обвинение в злопамятности и с удовольствием уточняет:              — А сколько ты потом меня динамил?              — Столько же, сколько ты историю со своим Роландом сочинял, — парирует Нил, и Эндрю только глаза закатывает, но всё равно подходит ближе к Нилу и аккуратно поправляет неровно завязанный на его шее галстук. — Кстати, о Роланде…              — Внизу ждёт, Кевин снова попросил его подвезти нас, — усмехается Миньярд.              Нил думает, что уж кому из них троих не повезло быть другом Дэя, так это Роланду, обречённому теперь до скончания своих дней быть вечным такси для пары идиотов, которые когда-то не могли поговорить словами через рот. Морозили друг друга столько времени, додумывали какие-то детали и ещё к тому же чувства друг от друга взаимно умудрялись скрывать, когда всё их окружение уже было давно в курсе, что дыма без огня не бывает.              Хорошо, что у них всегда есть рядом человек, способный подтолкнуть их друг к другу. Пусть и совершенно неправильными методами.              — Ключи не забудь, — не сдерживается Нил от напоминания, когда они уже переступают порог.              — Заканчивай с этим, Джостен, — привычно отзывается Эндрю и аккуратно прикрывает дверь их квартиры, чтобы не спугнуть громким звуком оставшихся дома котов. — Зачем мне свои ключи, когда у меня есть ты?