Хрупкая красота

На столе лежали ножницы, бинты, запачканные кровью, салфетки, чистые и грязные, скомканные и неиспользованные. Забинтованная рука мужчины потянулась за черной перчаткой, и в этот момент раздался стук в дверь. — Шерлок, к вам гости, — сказала появившаяся в проёме миссис Хадсон. Увидев, что тот начал суетиться и дрожащими руками убирать вещи, лежащие на столе, она добавила — не беспокойтесь. Холмс выдохнул и продолжил свое занятие. Фраза «не беспокойтесь» являлась сигналом, означающим, что пришел один из двух людей помимо самой домовладелицы, знающих его тайну, и можно было не прятаться. Да и вряд ли понимающая миссис Хадсон стала бы предупреждать о гостях когда визитёр уже поднимается по лестнице. В комнату вошёл высокий мужчина в гладко выглаженном костюме и, по обыкновению своему, с зонтиком. — Ну здравствуй, брат, — он степенно подошёл к креслу для посетителей и присел, следя за действиями младшего. — Как жизнь? — Майкрофт, ты просто так никогда не приходишь. Давай ближе к делу. — Хорошо. Тебе необходим напарник. За последние годы эти три слова настолько надоели Шерлоку, что уже причиняли физическую боль. Вот ведь настырный! Младший лишь вздохнул, закатив глаза: — Сколько раз мы касались этой темы. Я тебе уже дал понять свою позицию. — Мой дорогой братец, — начал Майкрофт с улыбкой, которую тот терпеть не мог, — ты чуть не погиб при раскрытии дела Баркли четыре дня назад. И погиб бы, если бы не я. Так что, будь добр, хоть раз в жизни послушай мой совет. Тем более, тебе надо разделить это с кем-нибудь... — он взглядом указал на руки мужчины. — Зачем кому-то ещё знать об этом? — равнодушно спросил Шерлок, надев на обе руки перчатки — к тому же, Майкрофт, почему ты так переживаешь за меня? Ответом было молчание. Через минуту Холмс-старший встал с кресла со словами: — Я пойду. Лишь выходя из гостиной, он оглянулся и добавил: — Я действительно переживаю, брат. Вид у него как всегда был непроницаемый, но голос звучал...искренне? Действительно, иначе с чего бы ему так опекать брата? Закупаться бинтами и запасными перчатками, от которых пусть и не долго, но легче? Изо дня в день твердить о том, чтобы тот разделил ношу с кем-нибудь другим? О его проклятье знают всего три человека: миссис Хадсон, Майкрофт и Гэвин (или как там его). Первые двое просто не могли не знать, а с полицейским получился странный случай... Осматривая место преступления, Шерлок заметил, что вроде как недавно намотанные бинты насквозь промокли и окрасились в алый. В тот же миг он почувствовал, как по рукам начала течь кровь, пачкая рукава рубашки и пиджака. Лестрейд увидел это и подумал, что это трупная кровь, но поняв, что к чему, без лишних слов помог ему перебинтоваться. По прошествии многих лет они лишь раз затронули эту тему, и с тех пор полицейский всегда носит с собой пару черных перчаток и бинты. Три человека — немало, ведь да? Можно ведь кому-нибудь высказаться? Но не все так просто. Перед братом Шерлок не хочет казаться слабым, потому и не акцентирует внимания на недуге, сердобольная домовладелица примет его слова слишком близко к сердцу, а расстраивать женщину он не хотел, с Лестрейдом они не особо близки, чтобы разговаривать на такие темы, да и близок ли он хоть с кем-то?... Возможно, идея с напарником хороша, но готов ли Шерлок доверить свою тайну кому-нибудь другому?