Ангел о шести крыльях

      Когда «Харон» вступает на территорию старой каверны в порту Элпис, Вайз чувствует, как меняется воздух даже в их защищённом офисе. Чем больше они слушают «Падальщицу», тем сильнее распаляется его гнев. Он был там, он знает, что произошло. Но это не оправдывает действий снайперши. Забирать чужие жизни, жизни простых солдат, которые не виноваты? Это было больше, чем просто отвратительно. И всë же… Вайз смотрит на сестру. Белль сидит за монитором HDD, в глазах горят синие круги имплантов, но брови нахмурены и в обычно мягких чертах проступает заметный гнев, смешанный с виной. И правда, ведь именно Белль видела больше. Пока он сражался на передовой, вместе с Пятым и Вторым, сдерживая часть симбиотического роя Ниневии; она металась по всей каверне, находя тех, кто не мог выбраться сам.       И за каждую упущенную жизнь, девушка чувствовала вину даже спустя столько времени.       Вайз кладет ладонь на плечо сестры, от чего она слабо вздрагивает и быстро смотрит на него. Парень качает головой и слегка сжимает ладонь, помогая ей найти опору. Это срабатывает, когда Белль выдыхает, медленно и уже немного более уверено. «Харон» продолжает погружение в каверну, находя тела убитых бывших военных. Девушка кусает нижнюю губу, ее пальцы предательски дрогнули. Вайз принимает решение. — Ты можешь пойти туда, — неожиданно говорит он тихим и спокойным голосом, — я вижу, что тебе это нужно. В конце концов, именно ты этим занималась.       Белль молчит несколько секунд, смотря на него. Этот упрямый взгляд парень узнает из тысячи. Она поджимает губы и быстрым набором команд передает подключение брату. Импланты Белль гаснут одновременно с тем, как зажигаются импланты Вайза. — Спасибо, — она коротко его обнимает и бежит на парковку.

***

      Когда девушка достигает порта Элпис, ветер уже во всю бушует, поднимая волны с белой пеной. Холодный дождь хлещет по лицу, крупные капли впитываются в одежду. Но она упрямо смотрит на каверну и чувствует странное спокойствие. Как тогда. Белль чувствует ровный стук собственного сердца, пульсацию жизни, течение крови в каждую клетку своего тела. Она закрывает глаза. Поднимает ладонь, ловя капли дождя. — Ветер меняется, — шепчет девушка, — воздух… воздух пахнет дымом и кровью.       Еë глаза открываются. Черные воды порта озаряет алая вспышка. И в тот же момент сирены в ССК и в Собезе начинают выть, протяжно и громко, объявляя высший уровень угрозы. На территории каверны порта Элпис появился эфириал равный Ниневии по силам. По тревоге поднимаются военные и Секция 6, порт оцепляют. На месте, где был зафиксирован скачок эфирной энергии лежит алое перо, состоящее словно из тончайших кристаллов.

***

      «Харон» чувствует, как меняется воздух в каверне, меняются эфирные колебания. Слабые монстры начинают прятаться, словно сбегая от чего-то более могущественного. Она чувствует на себе чужой внимательный взгляд, поднимается на ноги и крепче сжимает винтовку, оборачивается. — Это ты? — Голос Зои, «Падальщицы», звучит слабо и удивленно. — Ты… Ты забрала моих товарищей, а теперь пришла за мной, Ангел?       «Харон» замерла. В нескольких метрах от них стояла… женщина. Она точно была эфириалом, ведь на это указывало эфирное ядро в еë груди, ровно там, где у человека сердце. Но это чудовище было пугающе человечным. У неë были мягкие черты лица, короткие седые волосы. Глаза сверкали глубоким винным цветом с ярко алым перекрестием зрачка. Руки тонкие, почти изящные, но сформированные из эфирных кристаллов, перетекающих из черного в красный. И за спиной шесть странных отростков, похожих то ли на лезвия, то ли на крылья.       «Ангел» делает шаг вперед, проходя мимо «Харон». Ветер треплет еë одежду, полы длинного плаща, путается в коротких волосах. Сзади раздается тихий вой слабых эфириалов, которые стаскивают тела мертвых на площадку внизу. Женщина легко и безмолвно поднимает Зои на руки. — Я… Я встречусь с ними? Я увижу их там? — Спрашивает умирающая «Падальщица», на что получает лишь короткий взгляд. — Пожалуйста, ответь мне!.. -… они ждут тебя. — Наконец произносит Агнел. Ее голос спокойный и глубокий. Когда слышишь его, кажется, что опасность миновала. — Я так… так рада… Я обязательно всë… им объясню… — Зои расслабляется и на еë губах замирает улыбка.       «Харон» чувствует торжественность момента, когда Ангел легким движением парит вниз, где собраны тела. Ее ноги касаются земли, и губная гормошка начинает напевать «Возвращение домой».       Женщина идет не спеша, но каждый ее шаг словно памятная плита, несущая горе. Тяжелый и уверенный. Тела убитых военных начинает обнимать огонь, не гаснущий под ливнем. — Вы все, — голос женщины с эфирным ядром звучит громко, четко и как-то печально, — солдаты, отдавшие всë, чтобы защитить этот город. — Тела начинают рассыпаться в яркие огненные лепестки. — Вы выстояли там, где другие бы пали. — Ангел останавливается, немного поднимая тело Зои. — Позвольте же другим нести это бремя. Теперь вы можете отдохнуть. — Пламя тянется выше, мертвые рассыпаются искрами, тающими в холодном воздухе. — Спите спокойно. Ваша война окончена.       Она опускает руки. Последний лепесток Зои держится немного дольше, словно цепляется за последние мгновения, но и он тает.       Ангел оборачивается на «Харон» и смотрит на нее. Еë губы дрогнули в маленькой улыбке. — Твое время еще не пришло. — Произносит женщина и качает головой.       Снайпер хочет ответить, но еë обрывает вспышка электрической стрелы. — Стой! — Кричит мужской голос и следом летят еще две стрелы.       Ангел бросает взгляд в его сторону, последний раз смотрит на «Харон» и исчезает во вспышке алого пламени, оставляя после себя лишь перо. — Черт! — Ругается лучник с желтой повязкой на лбу. — Снова ушла! — Успокойся, Харумаса, — отвечает ему женский голос, когда подходит тирен-лиса, — это уже не в первый раз. — Мы обязательно еë поймаем. — Кивает женщина с розовыми волосами. На всех троих знаки отличии Секции 6. — Она не сможет бегать вечно. — А… — Неуверенно тянет «Харон», чем привлекает к себе внимание. — А кто это был, если не тайна? — Это… — Тирен-лиса смотрит на снайпера, словно оценивая еë. Она слегка кивает, когда видит знак Вооруженных Сил. — Эфириал особого класса опасности. Номер Четыре, Повешенный Шут. Или по-другому… — Арлекин. — Вставляет лучник. «Ангел о шести крыльях, защитник убитых, проводник на ту сторону. Укрой нас своими алыми перьями, даруй нам покой. Обрати наши тела в пепел. И пламя наших душ станет твоим оружием. Лишь обещай хранить землю, на которой мы умерли.»

Последние слова неизвестного солдата.