Закон Гудхарта

Несмотря на то, что часы показывали третий час ночи, праздник и не думал утихать, а кажется наоборот — лишь набирал обороты. Небольшой ресторанчик на Набережной был переполнен — несмотря на всю свою внушительную вместительность внутреннего зала принять в себя всех гостей, собравшихся в этот знаменательный день поздравить именинницу, была бы не в состоянии даже бывшая Штаб-Квартира Протектората. Упомянутая нефтяная платформа всё так же стояла, гордо возвышаясь на сваях, стоически терпя приливные волны, почти полностью погружённая во мрак и по большей части заброшенная, лишённая своего сияющего купола вот уже несколько месяцев как. Лишь несколько слабых огоньков горели в ночной темноте, показывая гражданам Броктон Бэй, что правительство не оставило их на растерзание бандам, которые, по всей видимости, и должны были захватить город в отсутствие Службы Контроля Параугроз. Но — не захватили. И во многом именно поэтому на улице стояла огромная толпа, а по всему городу поднимались бокалы и возносили тосты за одну из их спасительниц, Прядильщицу, сегодня празднующую свой день рождения. Сама именинница в бурном банкете участия не принимала — и стояла на крыше бывшего кафе, переоборудованную в летнюю веранду, безразлично потягивая содовую с парой кубиков льда и хмуро глядя на серо-зелёные волны океана. Озорной тёплый ветер трепал полы её короткого платья, облегающего худую и стройную фигуру в лёгком тёмно-зелёном сарафане, подчёркивающем её длинные тонкие ноги и чётко очерченные икры. Яркая оправа на переносице, сделанная из сверкающего в свете уличных фонарей лёгкого сплава с золотом поблескивала, когда недвижимая девушка изредка чуть поворачивала голову — ей всегда говорили что её полная неподвижность выглядит жутко, так что она старалась показать чуть более человечной, чем была на самом деле. Плечи были оголены, демонстрируя тонкую и шелковистую кожу, и вызывая жадные взгляды у окружающих. Не то что бы она была против. Ведь облокотившаяся на ограду веранды Тейлор Эберт всё равно не позволила бы вот этим прикоснуться к ней. В конце-концов, она принадлежала лишь одному человеку, и уж точно не пялящимся на неё с улицы зевакам. И всё же она послала рой мелкой мошки куснуть одного зазевавшегося прохожего на другой стороне улицы, что смотрел на неё особенно неприятно. Высокий, худой, с очевидными залысинами на голове, в уродливой роговой оправе, закрывающими за линзами большие светло-зелёные глаза, мужчина лет сорока или, быть может, сорока пяти судя по внешнему виду, смотрел на неё с такой невыносимой тоской, что ей стало неприятно. Повелительно махнув рукой, к мошкаре прибавилась пара ос — и только тогда высокий мужчина в простой и явно не офисной одежде (Рабочий? Быть может, какой-нибудь докер или вроде того? Она в этом всё равно не разбиралась) развернулся и почти побежал, сопровождаемый жалящими его букашками. — Снова доводишь бедолаг до сердечного приступа? — Справа от неё на мгновение засияло ослепительное свечение, и этого было достаточно для того, чтобы безошибочно идентифицировать собеседницу — даже в том случае, если бы по какой-то причине Тейлор не заметила летающими вокруг неё насекомыми сверкающий метеор, рухнувший на крышу рядом с ней и поднявший короткий порыв бушующего ветра вокруг них. — Пялятся. Раздражают. — Коротко ответила именинница, повернув голову к весело улыбающейся Славе. Та за последние несколько месяцев изменила имидж — и теперь гордо шествовала по городу в облегающем белом комбинезоне, подчёркивающими её грудь и талию. Несколько вырезов на нем давали ровно столько оголённой кожи, чтобы разгорячить даже камень — но и скрывали достаточно, чтобы заставить воображение трудиться. В общем — почти как повседневный костюм её самой. Но, раз сегодня у неё был День Рождения, они решили, что лучше будет выбрать что-то менее провокативное — но остальных это не касалось. Так что Виктория Даллон наслаждалась мужским (и женским тоже!) вниманием, весело улыбаясь и махая людям на улице, приветствующим Славу. Одну из Отряда Героинь. — Ну… — Надула та губки, выкрашенные алой помадой и склонив голову набок. — Ты же знаешь, что мы не можем позволить вести себя так. Люди ведь нас любят, правильно? Мы же герои-спасители, всё же! — Тот странный мужчина. — Негромко пробормотала Тейлор, позволив копне антрацитовых волос водопадом рассыпаться по плечам. — Так странно смотрел на меня… Уже четвёртый раз за эту неделю его замечаю. — Так скажи мне, я ему ноги переломаю. — Ухмыльнулась Слава, мгновенно развеивая весь ореол ответственности, который та иногда пыталась на себя навести. — Эймс всё равно срастит… Ну, когда мы её из-под домашнего ареста выпустим. — У неё опять… Эпизод? — Чуть обеспокоенно перевела взгляд набок Эберт, внимательно глядя на старшую Даллон. — Да ты же знаешь, бывает такое иногда. — Спокойно ответила Виктория, стянув со столика рядом бокал с пуншем и сделав глубокий глоток. Улыбнулась и щёлкнула девушке в коротком платье горничной, подзывая ту к себе за ещё одной порцией. Взяла ещё один бокал, с наслаждением выпила, и вручила уже целых две пустые хрустальные тары обратно. — Спасибо, Кайден. Та коротко поклонилась и, забрав те у героини, затерялась в толпе. — Эми. — Напомнила Тейлор Эберт, строго глядя на собеседницу. — Да что «Эми»… — Неопределённо отмахнулась Виктория. — Опять что-то там напортачила со своим мозгом. Уже не первый раз такое случается — ломает там что-то, а Райли опять лечить. Думаю, к концу вечера обе присоединятся к нам. Ты же не думаешь, что они пропустят такой праздник? — Хм. — Пожала худыми оголёнными плечами Тейлор, прикрыв глаза за тонкими линзами очков. — Ей опять достанется. — А ты только и рада. — Ухмыльнулась ей Слава, заговорщически подтолкнув собеседницу локтём. — Ты же у нас большая любительница такого, разве нет? К её чести — Прядильщица не покраснела, сумев сохранив видимое самообладание — и лишь вспыхнувшие ярким алым кончики ушей выдали, что подколка попала точно в цель. — Понятия не имею, о чём ты. — Ну конечно… — Неубеждённо хихикнула Виктория, привалившись грудью на ограждение летней веранды и заговорщически посматривая на подругу. — А вот когда я улететь попыталась, и тебе сказали мне вдолбить немного мыслей в голову, я помню, что ты была весьма убедительна, м? Тейлор промолчала, чуть вздрогнув и чувствуя, как румянец всё же заполняет её лицо. И лишь парой секунд позже, вспомнив о причинах своего дурного настроения, игривое возбуждение покинуло её тело, словно роса испаряется под ярким дневным солнцем. Заметив перемену настроения, Слава тоже посерьёзнела и огляделась по сторонам, чуть прищурившись. — Ну ты чего такая напряженная? — Что-то не так. — Смогла, наконец, выразить таящееся в разуме беспокойство независимая героиня. — Всё слишком… Хорошо. Такого не бывает. — Ох, серьёзно?! — Раздражённо закатила глаза Виктория, мотнув копной белых волос. — Опять, Тей? — Отвали. — Беззлобно огрызнулась Эберт, бросив ещё один взгляд по сторонам. — Тебя разве саму не смущает происходящее? Что мы просто взяли и… Победили банды? АПП, Империя, Барыги… Да даже чёртова Бойня! — Ну, может мы просто классные? — Улыбнулась ей Слава. — Я имею в виду — ну сколько Броктон Бэй мучался от всех этих подонков? А он нас собрал вместе, и мы всех выпнули отсюда! Чего теперь переживать то? — Я просто… — Тейлор неопределённо закусила губу и посмотрела по сторонам. В паре метров от неё Кайден Андерс разговаривала с Ханной — та была облачена в обтягивающий немаленькую грудь звёздно-полосатый лиф и короткие шорты, подчёркивающий подтянутую задницу. Она долго сопротивлялась этому костюму, и даже Тейлор не смогла убедить её в том, что это подходящий гардероб для героини. Он правда с ней потом поговорил, и та, как и все остальные, согласилась со сменой имиджа. Взрыв хохота — Тейлор даже не надо было поворачивать голову, чтобы узнать знакомое трио — Дина, Мисси и Аиша, на этот раз все в одинаковых костюмах готических куколок со слишком смелыми для викторианской эпохи вырезами что-то весело обсуждали, деля целую банку мороженного на троих. Может… Может всё действительно было нормально, а она просто всё переусложнила? — Ага. — Слава, видимо, услышала её мысли — или она просто говорила вслух? — и кивнула. — Давай, не куксись, а то уже совсем как Эймс себя ведёшь. — Наверное… — Неуверенно пробормотала Прядильщица. — Наверное, просто волнуюсь за твою сестру. Все веселятся, а она там сидит, накручивает себя… — Можем слетать к ней. — Пожала плечами Слава. — Если хочешь тратить свой день рождения на неё, конечно. Она же все равно сюда придёт через пару часов, как он с ней поговорит. — Ну может мы сами справимся? — Неуверенно предложила Эберт. — Потому что он будет ей явно недоволен, учитывая сколько раз мы ей говорили самой в мозгах не лазить… — Эй! — Возмущённо фыркнула Слава. — Я начинаю подозревать, что ты просто хочешь посмотреть на то, как достанется моей сестрёнке! Тейлор фыркнула, отвернувшись. — Подожди, серьёзно?! — Давай лететь уже. — Отмахнулась от неё Прядильщица. — Я правда за неё переживаю. Да и в целом ощущения какие-то… Неправильные от всего этого. — Но тебе интересно? Тейлор промолчала и просто вскинула бровь, протянув к Славе руку. Та ухмыльнулась и просто обхватила её за талию (на короткую секунду Эберт прижалась к разгорячённому телу героини и мелко вздрогнула, почувствовав влияние ауры) и взмыла вверх. Броктон Бэй, оставшийся под ними, напоминал цветное одеяло — тут и там целые кварталы светились определённым оттенком, обозначая зоны влияния их небольшой группы. Доки переливались зелёным и синим — цвета Сары и её собственные. Юг города — белый и золотой, Виктория и Эми. Центр — там была целая мешанина всех оттенков, начиная от смешанных тонов Мелиссы, заканчивая ровным красным оттенком Рэйчел. Но сейчас они вдвоём направлялись в небольшой коттедж, лишённый цветов — и стоящий на их пересечении. От Доков до него было рукой подать — и потому меньше чем через две минуты полёта Виктория аккуратно приземлилась на лужайку перед домом, опуская Тейлор на ноги. Та, привычная к подобным полётам, легко соскользнула с рук подруги и парой шагов сократила расстояние между их группой и входной дверью, вежливо постучавшись. Никто не ответил — и потому она открыла дверь, оказавшись внутри небольшого домика. Его внутренности ничем не выделялись среди других — простые обои, кухонный гарнитур из нержавейки, чуть капающий смеситель над раковиной, мерно гудящая массивная белая туша холодильника — всё это было абсолютно обыденным зрелищем. Как и сидящая в кресле девушка, примотанная к кожаному покрытию впивающейся в голую кожу шёлковой (сшитой лично пауками Тейлор!) верёвкой. Та проходила под и над грудью пленницы, подчёркивая небольшие полусферы, увенчанные чуть сморщенными от холода сосками. Шла дальше, впиваясь в подтянутый живот, и захлёстывала её бёдра, едва задевая простые хлопковые трусы — единственный предмет гардероба, оставшийся при связанной на его любимом кресле девушке. При их виде самая знаменитая целительница Америки зашипела, что-то промямлив в кляп — и тонкая струйка слюны запузырилась на её пересохших губах, сползая на и так уже давно мокрую от этого ложбинку между двумя полусферами груди. Её руки и ноги дёрнулись, когда она в очередной раз попыталась вырваться из мягкого плена — Тейлор профессиональным взглядом отметила, что на запястьях было полно содранной кожи — очевидный признак того, как активно старалась вырваться сестра Виктории. — Эй-эй-эй! — Виктория нервно всплеснула руками, сделав шаг к сестре и аккуратно прижала её к стулу. — Ты себе только хуже делаешь, глупышка. Глубокие зелёные глаза Амелии сверкнули парой крохотных слезинок, и она бросила на явно обеспокоенную сестру полный тоски — и вместе с тем невыразимого ужаса взгляд. Тейлор он не понравился. Насекомые вне дома яросто загудели, когда она подавила в себе желание устроить связанной на кресле подруге весёлую жизнь. Не могла она что ли выбрать другой день для того, чтобы устроить свой очередной бунт?! — Сними кляп. — Приказала внезапно даже для себя Прядильщица, строго глядя на сжавшую руки в кулаки целительницу. — Э-э-э… — Нервно протянула Слава. — Ты уверена? Он же всегда говорил нам, что у кого-то из нас такие приступы случаются, лучше просто его дождаться. — Я старшая среди всех вас. — Сказала как отрезала Эберт, сделав пару шагов ближе и аккуратно проведя длинным пальцем по разгорячённой и покрытой потом коже Амелии. Та вздрогнула и всем телом дёрнулась, попытавшись отстраниться от неё — но верёвки, скрипнув, сохранили крепость своей хватки. — Если что, я в этом не участвовала. — Хмыкнула Слава, обойдя сестру по кругу и аккуратно расцепив крепления красного шара, сдерживающего голос Даллон. — Да-да. — Отмахнулась от неё Тейлор, взяв обычный стул и усевшись на него, так, что её зрачки теперь были на одном уровне с панически расширившимися глазами Амелии. — Интересно, что она сегодня расскажет. Кляп вывалился изо рта целительницы в ту же секунду, когда застёжка была снята. — Нам… — Голос Амелии был хриплый. Дрожащий. Паникующий. Тейлор вздрогнула — она не говорила так даже тогда, когда стало понятно, что в их город направляется весь состав Бойни. — Нам надо бежать. Пожалуйста. Пожалуйста! Мы… — Всё как обычно. — Прокомментировала Слава весело, подойдя к холодильнику и достав оттуда баночку пива. Вскрыла ту со щелчком и сделала широкий глоток. Поёжилась, когда ледяная обжигающая волна хлынула по её пищеводу, и ухмыльнулась. — Чего ты ожидала, Тей? — Ну а вдруг. — Пожала плечами героиня, выпрямившись и смотря на Эми с жалостью во взгляде. Целительница отчаянно, безнадёжно всхлипнула и откинулась на спинку кресла, глядя на них обеих с болью и паникой. — Пожалуйста… — Повторила она. Затем, втянув воздух сквозь сжатые зубы, резко мотнула головой и сглотнула. — Тейлор. Чёрт возьми. Ну давай. Включи свой грёбаный мозг! — О, это что-то новенькое. — Ухмыльнулась со своего места Виктория. — Обычно она, правда, меня пытается убедить… — Я несколько оскорблена, что моя лояльность ставится под сомнение больше твоей. — Прокомментировала Прядильщица, не отрывая взгляда от заплаканных глаз младшей Даллон. — Это не вопрос лояльности. — Хрипло прошипела Эми. Закашлялась — но всё же справилась с собой и с трудом продолжила. — Блядь, Рой! Тебя в этом городе боялись все. Ты не могла всё это забыть, ты… Ты была самой жёсткой и жуткой дрянью вокруг! — Рой? — Подняла бровь Тейлор. — Отвратительное имя. Какой герой вовсе захочет его носить? — Жуткое. — Поддакнула Виктория. — Ты была не героем! — Прорычала целительница. Вены на её шее напряглись, когда она бешено зарычала, стараясь порвать верёвки. Это было столь же результативно, сколь попытка бабочки вырваться из паутины. — Пока этот уёбок не появился, ты была самым опасным грёбаным злодеем во всем городе! Давай, я знаю, что ты это помнишь! Тейлор вздрогнула. Чёрная маска. Желтые, фасетчатые линзы глаз. Дубинка на поясе. Тёмно-серый костюм. Амелия нервно выдохнула, глядя ей в глаза — увидев только что-то одной ей заметное. — Давай… — Прорычала целительница, наклонившись вперед — так, что перехватившие её грудь верёвки больно впились в её тело, оставляя почти шрамы. — Я всегда думала, что смогу убедить Викторию, но… Ты же тогда ограбила банк! Ты кастрировала блядского Лунга! Давай, сука, вспоминай, тупая ты дрянь! Ты всё это начала! Тейлор стиснула зубы, когда вспышка острой головной боли пронзила её — от затылка до самих глаз, вышибая из глаз слёзы, а изо рта — короткий болезненный стон. — Эй! — Резко оборвала сестру Виктория и в пару шагов сократила между ними расстояние. В её руках вновь был кляп — и она уже намеревалась засунуть его в рот Амелии, когда Тейлор одним движением прервала её, резко мотнув головой. — Пусть говорит. — Чуть подрагивающим тоном пробормотала она. — Да. — Нервно, истерично кивнула Эми срывающимся тоном. — Да. Правильно. Ты же не можешь думать, что всё нормально? Что Протекторат просто ушёл из города? Они, блядь, заперли нас тут! Вокруг всего города сраная Карантинная Зона, а вы на это даже внимания не обращаете! Или банды… Как так получилось, что все мы собрались вместе и победили их? И почему только девушки?! Ни одного героя — только мы, мать его, героини! — Просто мы лучше умеем договариваться. — Фыркнула Виктория, закатив глаза. — Давай, Тей. Ты серьёзно будешь слушать то, что она нам говорит? Уже не первый раз же! Каждый раз одно и то же — нас всех поработили, надо бежать, у нас есть последний шанс… — ТЫ ХОДИШЬ В ГРЁБАНОМ КУПАЛЬНИКЕ! — Проорала на неё сестра. — Тебя это блядь не смущает?! Что ты летаешь вокруг, как какая-то шлюха с сиськами, которые у тебя из костюма выпадают?! И это ты — которая даже перед Дином боялась раздеваться, и мне жаловалась на то, что ему может не понравиться?! — Кто такой Дин? — Хмыкнула Слава, вскинув бровь. — Опять ложные воспоминания мучают? — Точно тот же, кто и Мрак. — Прорычала Панацея. Тейлор вздрогнула. Это имя было даже важнее, чем «Рой». Высокая фигура. Крепкие мышцы. Широкая грудь. Кто?.. — Но ты помнишь, да?! — Глаза Даллон были широко распахнуты, когда она смотрела на Тейлор. Её голос дрожал от несдерживаемых эмоций, а сама она панически раскачивалась из стороны в стороны. — Я всегда думала, что к тебе бесполезно обращаться, потому что ты верна ему больше всего, но может… Может поэтому он не так обработал тебя, как остальных?.. Давай, чёрт тебя подери! Рой! — Кто… — Слова рождались из груди Тейлор тяжело, медленно. — Мрак? — Твой парень! — Рявкнула она. — Тот, с кем ты встречалась, пока не появился этот… Голова Тейлор вспыхнула очередной вспышкой боли… А затем ей стало хорошо. Виктория рядом сладко ахнула, оперевшись о стоящий неподалёку стул и нервно дёрнула бедрами, резко развернувшись ко входной двери. Прядильщица была куда менее откровенна — но вспыхнувшее под животом пламя было ничуть не слабее, чем то, что испытала Слава. Амелия издала отчаянный вой разочарования, всхлипнув — и отчаянно закричав, замотав головой. — Прочь! — Её крик был больше похож на вой раненного животного, чем на человеческие слова. — Прочь из моей головы, ты, поганый мерзкий уёбок! — Как грубо. — Вздохнул вошедший в комнату мужчина. Очень… Обычный мужчина. С небольшим животиком, спутанными каштановыми недлинными волосами, бледно-карими глазами. Не очень высокий, сутулящийся, с крючковатым носом и одетый в повседневную офисную одежду… — Наконец-то. — Нервно улыбнулась Виктория и в пару шагов подлетела к нему, аккуратно выгнувшись и подарив тому целомудренный поцелуй в щёку. — Мы соскучились, мастер. Сидящая на стуле Эми всхлипнула от этого обращения, бросив на сестру полный боли и тоски взгляд. — Я тоже. — Улыбнулся он, вешая куртку на вешалку по правую руку от входа. — Привет, Тейлор. Привет, Амелия. — Мастер. — Тихо произнесла Тейлор, глубоко поклонившись. Вся головная боль, все неправильные мысли, все сомнения — испарились одномоментно, стоило только им вновь встретиться. — Я приношу свои глубочайшие извинения за то, что позволила ей… — Ничего страшного. — Отмахнулся он, подойдя к ней поближе и аккуратно, нежно провёл рукой по её лицу. Тейлор тихо ахнула, и счастливо склонила голову, стараясь продлить контакт с ним. — Любопытство ведь не порок, да, дорогая? Тебе интересно, кто такой Мрак? Тейлор замерла. Затем медленно, очень медленно и робко, кивнула. — Скажи ей. — Прорычала со стула Панацея. — Скажи что ты сделал, ёбаный ублюдок. — Я вскрыл ему кишки и заставил смотреть, как я насилую тебя, пока он умирал. — Мягко, нежно и трепетно улыбнулся Тейлор мужчина, потрепав её по волосам. — А. — Пренебрежительно кивнула Эберт. Ну и что в этом было такого страшного? Почему Эми думала, что такая мелочь заставит её отвернуться от их любимого мастера? В этом же не было ничего такого уж страшного. Это было абсолютно нормально. — А Дин, ух… — Улыбнулся Ник мило. — Виктория, помнишь того идиота, что пытался добраться до тебя? — А, которому я спину сломала и в залив бросила? Амелия издала тихий стон ужаса. — Вот видишь, солнышко. — Прошёл мимо Тейлор Ник и аккуратно склонился к поникнувшей и панически старающейся отстраниться от него Панацее. — Они и так всё прекрасно знают. И ты знаешь. Просто опять своими шаловливыми ручками залезла к себе в мозги. А я ведь говорил тебе так не делать, правильно? — Пошёл ты. — Всхлипнула целительница, закрыв глаза и отвернувшись, вжимаясь в кресло и отстраняясь от него как можно дальше. — Ну это просто грубо. — Улыбнулся Ник. — Впрочём, ты даже в каноне была той ещё сучкой, да? Тейлор с любопытством переглянулась с Викторией за спиной их хозяина. Их мастер иногда упомянал некий «канон», в котором всё было совсем иначе — но вытянуть из него информацию об этом так и не получилось. Это была одна из его многочисленных тайн, которую он хранил со всем тщанием. — Ладно. — Хлопнул тот в ладоши. — В любом случае, у тебя опять не получилось. А проигравших наказывают, помнишь? Эми стиснула зубы и с полыхающей ненавистью во взгляде уставилась на него. — Слава. Прядильщица. — Щёлкнул тот пальцами. — Напомните ей о том, почему не стоит лезть туда, куда не стоит. Тейлор улыбнулась, когда Виктория рядом весело хихикнула. На лице у Амелии не было ничего, кроме отчаяния, боли и усталости. Но это было совсем не страшно. Они ведь делали это уже много-много раз. Где-то после четвёртого оргазма той станет лучше, и к ним вернётся их любимая Амелия, скромная и умная — а вовсе не эта дерзкая и наглая истеричка, знающая и помнящая слишком много. А до тех пор... Тейлор и Виктория переглянулись и решительно кивнули. Они уже достаточно неплохо успели изучить тела друг друга. В конце-концов, они были хорошими друзьями. А хорошие друзья поддерживали друг друга, верно?