Подруга Северуса Снейпа

На земле, скрестив ноги, сидели лицом друг к другу двое детей. Северус Снейп в данный момент рассказывал подруге о зельях и о том, как их готовить. — …и надо не забыть снять котёл с огня перед тем, как станешь добавлять туда иглы дикобраза, иначе всё испортишь. — А как думаешь, Сев — могут ли зелья действовать на магглов? — Только часть из них. Например… есть вот такое Оборотное зелье. С помощью него ты можешь принять облик другого человека. Но, маггл не сможет сделать этого. Хотя, волшебник может принять облик какого-нибудь маггла. Однако — это зелье сложное, да и к тому же… оно требует слишком больших затрат. Я бы не смог пока его сварить. — А ты варишь зелья дома? — Иногда, если отца нет дома, а у мамы есть время и настроение, но так как мы не можем себе… короче, в основном из того, что можно сорвать или поймать — травы и коренья, ну и всякие там жуки, пиявки, лягушки, — смутился он. — Ничего — когда-нибудь мы сможем и другие зелья варить, — Лина не видела ничего стыдного в нехватке средств на ингредиенты для зелий. — Да, надеюсь, что так… В Хогвартсе, к примеру, может, будет лучше с этим? — А колдовать, наверно, не пробовал? Я помню, ты говорил, вне Хогвартса… — Так это тем, кто там уже учится! А мы вот, как считается, ещё не можем свою магию сдерживать. Так что, я пробовал некоторые простые заклинания. Когда удавалось выпросить у мамы палочку. Своей-то пока нет, раньше Хогвартса их ни у кого не бывает. Лина задумчиво подобрала веточку из-под дерева и взмахнула ею в воздухе — будто это волшебная палочка. — А где мы возьмём свои палочки? — Ну, обычно их покупают. Они, правда, дорогие, — вздохнул Северус, — однако по-другому никак. Мама рассказывала, что это палочка выбирает волшебника. Поэтому она откладывает деньги. И на палочку, и на учебники, и вообще… хотя, наверное, нам придётся многое купить, ну, в лавочке подержанных вещей. — Да, я понимаю, — кивнула Лина, — но, как ты думаешь, я могу подарить что-то тебе в честь поступления в Хогвартс? — Не надо, я-то ведь не могу в ответ… я не хочу себя чувствовать, словно… — Перестань, Сев, это же просто в знак дружбы. Если совсем уж не можешь не подарить что-то взамен — зелье твоего приготовления вполне сойдёт — любое зелье — главное, что его сваришь ты, — улыбнулась Лина. — Зелье? Точно, я как-то не подумал об этом, — воодушевился Сев. — Тогда всё будет по-честному. Тогда, твой подарок тоже на твоё усмотрение… главное, что его мне подаришь ты. Друзья переглянулись и рассмеялись. — Ты очень красивая, когда смеёшься, Лили, — сделал комплимент Северус. — Я хотел сказать, ты всегда красивая, но тогда ещё больше… — Ой, ну что ты… спасибо. Сев… — М? — А письмо из Хогвартса придёт сразу? Как только одиннадцать исполнится? И его сова принесёт? Ты ж говорил, почту в ваш… в нашем мире носят совы. — Обычно так, — ответил Северус, — но ты ведь маглорождённая, так что кому-нибудь из школы придётся приезжать к вам и объяснять всё твоим родителям, а придёт оно, да, примерно в то время, когда тебе будет одиннадцать. Немного раньше или немного позже. У меня вот в январе день рождения, девятого… Ой, а представь, получу его на Рождество? Хотя, наверно, тогда будет рановато, но мало ли, вдруг они всё-таки решат… — Волшебники его празднуют? — Ага, представь себе. А в Хогвартсе на Рождество пир, я читал, — мечтательно улыбнулся Северус, — там куча разного всякого, пироги… индейка… мороженое. Я только раз ел мороженое. И то самое дешёвое. Но даже такое очень вкусное, а представь, какое бывает на пиру? — Тогда, наверное, и на Рождество что-то надо подарить, и на день рождения… — Количество зелий неуклонно растёт… но это лучшая идея для подарка, что ты могла придумать. Обожаю зелья. И это то, что я действительно могу для тебя… — Сев, слушай, а ты не хочешь ко мне в гости? Посидим, поболтаем, всё такое? — Ещё этого не хватало! — резкий голос раздался откуда-то со стороны прежде, чем Северус успел ответить, и заставил их обоих оглянуться. — Петуния! Что ты тут… Северус вскочил на ноги. — Ты за нами шпионила! — воскликнул он. — Чего тебе надо? Петуния смешалась: она была смущена и напугана тем, что раскрыла себя. Она переводила хмурый взгляд с сестры на Снейпа и обратно. — А что это надето на тебе? — спросила с ехидцей она, показывая на Снейпа. — Мамина блузка, что ли? Рубашка Северуса больше напоминала, и вправду, женскую. Обычно, он прятал её под курткой — также, явно, отданной ему кем-то, ведь та была ему велика — и весьма потрёпанной. Быть может, то была куртка его отца? Видимо, Снейпы не могли себе позволить купить куртку и рубашку Севу по размеру. Вдруг раздался треск. Ветка свалилась с дерева, ударив Петунию по плечу, и та отскочила и убежала в слезах. Лина же обернулась к Снейпу. — Это не я, Лили… правда… ветка упала сама, — стал он оправдываться. — Я знаю, — усмехнулась Лина. — Это я. Нет, ну… а чего она? Сама виновата, что шпионила, да ещё грубит. — Сознательное волшебство до школы. Круто… не каждый так может. А ты ещё и магглорождённая — считают, что они не так могущественны… — Кто считает? — Уж точно не я, знаешь ли. Я-то видел, как у тебя выходит, ты сильная ведьма. Но, есть волшебники, которые считают, что они лучше других — только потому, что они, видите ли, чистокровные. Ну, то есть, в их роду целые поколения магов. А бывают полукровки — это, когда есть в семье и маги, и магглы. Я полукровка, например, потому что мой отец маггл. — Ах да, что насчёт твоего визита? — Визита… ну, если мне разрешат… — Ладно, тогда… о, а может, мы пойдём вместе спрашивать? Я пойду с тобой, в качестве моральной поддержки. Ой, да ладно тебе, Сев! Чего головой мотаешь, да, знаю, ты не во дворце живёшь. Ну и что? Хотя, в тебе есть что-то от принца… Например, ты очень воспитанный. Чего ты хихикаешь, Сев? — Да ничего, Лили… просто, я ведь… хи-хи-хи, просто, моя мама происходит из магической семьи по фамилии Принц… так что, я действительно… Друзья шли, обходя лужи, по грунтовой дороге, что вела к дому Снейпов. Почти все окна в домах были заколочены. На улице, кроме них, никого не было. — Раньше тут жили сотрудники ткацкой фабрики, — рассказывал подруге Сев, а та с интересом его слушала, — поэтому-то улица так и зовётся. Потом, фабрику закрыли, почти все уехали — тут живём только мы, и какой-то упрямый старик, который упёрся и не хочет выезжать — вот его дом — видишь? Он почти оттуда не выходит… Разве что, в магазин. Есть ему ведь что-то надо. Ещё, он какую-то газету выписывает. Я видел, как к нему приходил почтальон. Я как-то пытался, ну, знаешь, заработать, разнося газеты. Но мама не одобрила: сказала, что мне не пристало этим заниматься. Отец, что бывает очень редко, встал в этот раз на мою сторону. Сказал, что я уже вырос и смогу заработать деньги сам, а не быть, как он выразился, дармоедом, но мама была непреклонна. Она резко ответила отцу — и опять вышел скандал. Отец не дома, надеюсь… Во-первых, тогда мама будет посговорчивей, а во-вторых, мне, видишь ли, не нужна очередная ссора в доме. Так что, когда придём — я сперва осторожно загляну в окна — одна мама дома или нет. Если всё «чисто», тогда… Друзья всё шли и шли по пустой улочке мимо заколоченных и разбитых окон, и наконец-то дошли до последнего дома, где в окне горел тусклый свет. Северус проверил, дома ли отец. Похоже, его не было, и мальчик постучал в дверь. Они вместе замерли в ожидании, и наконец за дверью послышались шаги и шум, и та с треском распахнулась. Перед ними стояла женщина, с длинными чёрными волосами, бледным лицом, и чёрными, как были и у самого Сева, глазами. Она хмуро оглядела сына и его спутницу. — Мам, это Лили, — представил подругу Сев, — она тоже ведьма… Лили, это моя мама, Эйлин Снейп. — Добрый вечер, миссис Снейп… очень приятно с вами познакомиться. — И тебе не хворать… «тоже ведьма», — сухо ответила та. — Чем обязана? Лина, конечно, уже знала, что родители Северуса не слишком-то заботливы. Но всё же она была обескуражена тем, как неприветлива миссис Снейп. — Я… мы… — Мы хотели у тебя кое-что спросить, — выручил Сев подругу. — Да, миссис Снейп, можно, Северус ко мне сходит в гости? Обещаю, допоздна засиживаться не будем. — Да, мам, пожалуйста. Домой вернусь, когда скажешь. Мы с Лили друзья… — Ладно… можно, — наконец «сдалась» Эйлин, — но дома был чтоб до заката. — Ура, разрешили! Лили, идём скорее! — И не следует так орать, Северус — ты волшебник, а не банши. — Идём же, Сев. До заката не так много времени… хотя, пару часиков посидеть, думаю, успеем! — Друзья снова шли по улочке. — Кстати, что за «банши»?

***

Мальчик и девочка грелись у камина, а в углу комнаты — стояла наряженная к празднику ёлка. Как ни странно, никто до сих пор не догадывался о реальном положении дел с Лили Эванс. Наверно, здесь была замешана магия. «Конечно, магия», — думала Лина, — «иначе, как я бы вообще сюда попала?» Впрочем, ей не на что было жаловаться. Так даже и проще: не нужно ничего объяснять. Она могла быть, по правде говоря… вполне убедительной в «роли» девочки десяти лет от роду… В «прежнем» мире, у Лины была младшая сестра чуть старше — ей было — на момент «заселения» Лины в другой мир — двенадцать лет. Сама же Лина, в том мире, успела, незадолго до того, отметить двадцатидвухлетие — и, окончив бакалавриат, найти работу. Но несмотря на такую разницу в возрасте, сёстры были дружны. Если честно — то Аделина скучала по Веронике. Итак, друзья сидели у камина. Северус был одет в новенькую, чистую, светло-зелёную рубашку. — Большое спасибо тебе за подарок, — говорил он. — Она мне очень нравится. А как тебе моё зелье? — И тебе спасибо, Сев. Зелье отличное, правда. Волосы от него действительно гораздо легче расчёсываются. Письмо-то как, ещё не получал? —Нет, наверно, всё же придёт ближе ко дню рождения, — ответил он, — а через год — представь — мы будем пировать на Рождество в Хогвартсе!