Найти в себе силы

На утро быстро попрощавшись с Хэнком – Даяна минут десять наблюдала за тёплыми объятиями отца и сына стоя на крыльце, покрывшемся тонкой коркой льда, наступали заморозки, андройды направились к базе на окраинах. Час был ранний и полицейские как охотничьи псы не рыскали по улицам, но напряжение на отказ не уходило, давя на сильные плечи. «-Обидно только, что запчасти не стащили они позарез нужны, да и с чипами промах случился,» - их шаги двигались в унисон: «-Я держал один в своих руках, но сначала пришлось вырубить полицейского присевшего мне на хвост, а потом к тебе бежать.» «-Давай не об этом, даже вспоминать тошно,» - недовольно сморщилась, тело передёрнуло током, мерзкие касания призраком чувствовались на руках: «-Но спешу тебя обрадовать, один чип у нас всё-таки есть, остаётся надеяться, что полезен,» - тонкие пальцы выхватили из заднего кармана маленькую запчасть, поманив ею напарника. «-Умничка,» - довольно произнёс мужчина, притягивая Даяну к себе за плечо в мягком объятии: «-Ну по такому случаю, предлагаю небольшую прогулку.» Никто из них не осмеливался говорить о поцелуе, негласно обозначив его вынужденной необходимостью, в глубине души пряча смущение и приятное послевкусие воспоминания, лишь румянец было невозможно скрыть. Даяна поняла: калейдоскоп событий, неприятные воспоминания и нескончаемые вопросы волнуют гораздо меньше чем ненароком касающиеся ладони. Идти пришлось недолго, выносливость андройдов радовала. Место, скрытое за блёклыми домами, вдалеке от высоток и дорогих нарядов, было как на ладони. Дорога была витиеватой, незаметной и без чётких знаков. «-Хэнк, показал мне это место, сказал, что нашёл его во время патруля, когда помоложе был.» «-Это восхитительно,» - под ногами шёлком лежала ярко зеленная трава, поблёскивающая от замёрзшей на травинках росы. То ли это было чудо природы, противостоявшее против холода, то ли искусственно созданный уголок спокойствия- отчаянно хотелось верить в первое. Сохранившийся островок спокойствия, не гудящий от бесконечно снующих туда-сюда людей и открытого под боком предприятия, лишь на горизонте через берег широкой реки виделись заводы окраин, выпускающих дым из труб тонкой струйкой. Стрекотал кузнечик, пахло травой и мнимой свободой. «-Подумал, тебе это будет надо, ну… забыть про всё хотя бы на час,» - непринуждённо усевшись на траву, Коннор похлопал по почве, подзывая коллегу. «-Иногда мне кажется, что достаточно быть рядом с тобой и всё становится легче,» - уместившись рядом, Даяна подставила лицо разжигающимся лучам утреннего раннего солнца. Рыжая грива волос заиграла в их отблесках, обычно холодные глаза, отливали теплотой, хотелось прочувствовать свежесть момента, но полимерная кожа передавала лишь часть ощущений, остальное дорисовывало сознание, основываясь на фильмах и прочтённых книгах. «-Знаешь…спасибо тебе, правда. Я уже готовилась отправиться в яму.» - тихое признание, заставившее Коннора вскинуть брови. «-Перестань, я всегда приду к тебе на помощь, мы как никак напарники,» - встреча двух контрастных взоров – безмолвный диалог и последовавший за этим лёгкий поцелуй в висок, закрепляющий обещание. «-Кхм,» - пришлось резко отвернуться, скрывая щеки длинными прядями, такое она обычно замечала за школьниками в подростковых романах. Да… по ним хоть фильм снимай. «-Так что мы имеем: многие девианты активно ищут RA9, открытой информации о нём нигде нет.» - смена тема охолодила тлеющий, под чутким взглядом, разум. «-Или же о ней,» - мягко поправил Коннор, на лицо нахлынула серьёзность, лишь изредка мелькала улыбка от виднеющегося румянца на женских щеках. «-Ну или она, не суть, об этом нет открытой информации. Либо её хотели скрыть частично, либо полностью стереть с памяти всех моделей любого поколения, в таком случае задача у них явно провалилась,» - пальцы задумчиво крутили длинные травинки, поглаживая их подушечками, тонкие брови хмуро сошлись к центру: «-А у нас есть единственная ниточка информации, которая может оборваться разочарованием… бред.» - чип, лежащий в заднем кармане, теплил надежду, но всё же нельзя было позволять себе радоваться раньше времени. «-Не нагоняй, даже если ничего не найдём, тогда Маркусу придётся смириться, по нему это сильно не ударит. Пока есть те, кто готов за ним идти, это будет большим преимуществом,» - тяжёлая рука легла на плечо, сбрасывая хмурое наваждение. «-Ты прав, но… я так хотела сохранить с ним дружбу. Два года в отключке и вместо тёплых объятий я получила выговор за свою точку зрения и глупое задание с прекрасным напарником,» - последняя фраза была пропитана комплиментом и искренней радостью. «-Ну тогда идём его разочаровывать,» - мягко толкнув Коннора своим плечом в его, Даяна ловко вскочила на ноги, смахивая маленькие капельки растаявшей росы, осевшей на штанах. Тишина островка спокойствия противно сменилась фабричным шумом. Удивлённо Даяна сканировала помещение, замечая, как андройды поделились на маленькие группки, она уж готовилась услышать очередные споры, прежде чем заметила в каждой из них выраженные принадлежности. Групп было мало, численность участников в каждой из них ещё меньше, но структура общества формировалась на ура. В одной из таких девиантка заметила Элайя. Парень весело смеялся, крутясь на стуле и болтая с девушкой, одетой, как и он – видимо тоже занимается компьютерами программами – подумала Даяна, направляясь к ним, пока с ржавеющего балкончика за всеми наблюдал Маркус, нежно прижимая к себе довольную Норт. «-Даяна! Стоило поставить тебя на ноги, как ты сразу же пропала в делах,» - русые кудри подпрыгнули, стоило Элайю радостно соскочить со стола, девиантка вхожая в его группу мягко улыбнулась и тихо удалилась, не желая встревать в чужие дела. «-Всего пару дней, так что ни в счёт,» - приобняв друга за плечи, девушка мягко повела его к рабочему столу, Коннор тихим темпом шёл следом: «-У меня к тебе тут дело есть, сможешь считать, что на нём записано?» - маленький чип оказался перед глазами компьютерщика. Его кадык нервно дёрнулся, а радость резко потухла в глазах, не успела Даяна спросить в чём дело, как парень затараторил: «-Да конечно, всё что захочешь, но тогда пообещай, что будешь завтра на празднике “Спасения”,» - секундная тревога пропала за секунду и девиантка, протягивая находку другу, засомневалась была ли она вообще. «-Я от тебя ещё весь праздник не отстану.» - лёгкое подмигивание и компьютерщик разражается тихим смехом. «-Ловлю на слове!» - стёкла очков блеснули на свету скрывая за собой сожалеющий взгляд. Элай сел за работу, итогов которой стоило ожидать если не через два дня, то хотя бы к завтрашнему утру. Коннор всё так же верно стоял, ожидая напарницу, взгляд карих глаз зацепился за Маркуса с Норт – парочка шепталась, их голоса надёжно скрывал фабричный гул и работа андройдов, ему чертовски не нравилась их мимика, скользкое чувство подозрения пускало щупальца. «-Родинка,» - Даяна позвала напарника с разбегу падая в его объятия: «-Куда смотришь?» - Вид секретничающей парочки испортил настроение за секунду и держащиеся за крепкие плечи, руки рухнули в низ: «-Ну нет, к чёрту их, предлагаю сходить за запчастями или поискать информацию про RA9,» - сдаваться она не собиралась, раз это официальное задание, то идти будет напролом и до конца. «-А лучше нормально отдохнуть и прогуляться после комы длинной в два года,» - голос не терпел возражений и не дожидаясь даже положительного ответа, Коннор повёл девушку прочь из шумной базы: «-Элай прав, ты только вернулась к нам, а уже готова идти на износ. Запчасти? Так отправим нашим координаты, пусть сами заберут, а у тебя выходной,» - ладони приятно переплетены, надёжным замком держась друг за друга, бросая на них взгляд Даяна не могла сдержать улыбки. «-Удивительно RK-800 учит меня расслабляться, признавайся это Хэнк тебя научил?» - шли близко, не отпуская ладоней, плечи потирались друг о друга, душа расцветала, не смотря на открывшуюся уже привычную тусклую улицу окраин. «-Всё хорошее во мне это его заслуга, так что попрошу без высмеивания,» - мужской голос бархатом проходился по телу, а его игривые лёгкие нотки вызывали задорные искорки в глазах. «-Ну тогда веди, на этот ваш отдых.» «-Наш. Наш отдых,» - механическое сердце сделало кульбит, голубые глаза, горящие озорством и любовью, неотрывно следили за лицом парня, просто отказываясь смотреть на дорогу. Два андройда двигались по улице, походка плавная, текучая. Они двигались с чувством мягкости и лёгкости, часто заходились в дружном смехе, прерывающем тихие личные разговоры. Казалось они потерялись в своём маленьком мире, зародившаяся связь крепла, пробивала корни в глубь синтетических сердец. Насколько удивительно: безжалостная машина, профессиональный убийца безоговорочно способный выполнять команды - бережно держал напарницу за руку, большим пальцем поглаживая ладонь и смотря с ранее неведанной нежностью на её яркие веснушки. Насколько любовь сильна, как влияет она на нас меняя восприятие себя, других и мира в целом? Серые улицы казались не так уж и плохи, глупые поиски неведомого бога стали смешны, а сердце требовало лишних уединённых моментов. «-Да я смотрю ты романтик,» - Вечер. Целый день безделья, сотни пройденных километров и не меньше рассказанных историй. В конце Коннор привёл Даяну к вагончику с фастфудом, тот самый у которого Хэнк делал ставки и заказывал перекус. «-Сильвупле, мадам,» - галантно поклонившись, мужчина провёл её к единственному столику с хлюпким зонтиком, следом усаживаясь напротив. «-Как сказал бы Хэнк “прочувствуй момент”. Забудь, что ты андройд, просто будь,» - сказать было легче чем сделать, но попытаться стоило. Выдохнула, расслабила всегда прямые плечи, осанка стала свободней, волосам помог ветер, осенний проводник раздувал их всё сильнее, Даяну это злило – руки так и чесались отвести непослушные пряди назад, но Коннор сложив пальцы уголком и уперев в них подбородок, лишь наблюдал с нескрываемым восхищением. «-Ну так лучше?» - проговорила девиантка, недовольно пытаясь сдуть прядь волос, упавшую на лоб. Тёплые пальцы ловко подцепили непослушные волоски, мягко заводя их за ухо: «-Да так несомненно лучше.» Мужчина из фургончика с тихим смехом в глазах наблюдал за сложившейся картиной. Редкие прохожие обращали взгляд на воркующую парочку – нет совсем не из-за светодиода, после революции радость за пределами центра Детройта стала такой редкостью, что любое её проявление у других вызывало интерес и зависть. Ведь даже погода была на их стороне. Морось медленно оседала, придавая асфальту волшебный запах, редкие лучи солнца то и дело выглядывали из-за зданий, игриво подмигивая людям. А шаловливый ветер растрепав огненные волосы, тихо напевал в переулках свою песню. «-Расскажешь… почему ты тогда не стала защищаться? Я прибежал, а ты стояла как… как парализованная,» - вопрос который из чужих уст взбесил бы девушку за считанные секунды. Упоминания её слабости, обрывки прошлого – злило всё. Но то ли ветер успокоил поглаживаниями и щекотанием щёк, то ли Коннору она была готова позволить всё. «-Я сама не понимаю… Я просто… Как будто моя программа вновь стала исправной, будто я вновь стала идеальным андройдом, не смевшим ослушаться,» - мыслей, догадок и вопросов было так много, что выделить из них нужные получалось с трудом, ответ был витиеватым и сбивчивым. «-Вновь эта сетка перед глазами, чёртово чувство приказа, всё будто вернулось в начало.» Мягкие ладони затряслись, отдающее в ушах “дамочка” возвращало вновь на свалку, но большая ладонь напарника приземляла, унимая невозможный тремор. Безмолвная поддержка, обещание быть рядом. Связь андройдов позволяла считать всю силу эмоций, прочувствовать все краски переживаний, он не смел влезать в воспоминания, искать источник её боли, прекрасно понимая – она расскажет сама, а для него важно доверие. «-Знаешь я так боюсь потерять Хэнка,» - неожиданное признание разрезало тишину, стрелой откровенности попадая в сердце. «-Человеческий век не долгий, я останусь…а его уже не будет, с каждым днём я замечаю всё больше изменений и это не оставляет меня в покое,» - иногда лучшее решение - пережить эмоции, не подавлять, не заменять, проплакать день или другой, расставляя по полкам все свои вопросы, тревоги и боли. Опыт закаляет, делает сильнее, в каком-то случае и мудрее, но лишь некоторые это понимают, как и Даяна осознавшая – услышать тревожные мысли с виду всегда собранного Коннора, помогло сердцу окончательно растаять. Два года назад она искала поддержку и отклик в взбалмошном Элайе и серьёзном Маркусе, но ни от того, ни от другого не получала даже долю взаимопонимания, как за эти дни с напарником. Так вечер и закончился. Сидели в обнимку за обшарпанным столиком, поглаживали ладони, деля общую боль прошлого, тяжесть страхов и лучшие светлые надежды на будущее. Удивительно как люди тратят всю свою жизнь стараясь найти того самого, но стоит лишь лучше приглядеться к людям вокруг, и вы найдёте в своем сердце отклик. В конце Коннор решил навестить Хэнка – разговор про мужчину ставшего отцовской фигурой расчувствовал холодный метал души и сердца, Даяна же поковыляла на фабрику в черепашьем ритме, расставаться с родинкой не хотелось, но желание узнать информацию, записанную на чипе, превысило чувства и незнакомую сердцу тягу. Реже скользили подъёмники, медленнее проходили куда-то андройды, принадлежащие к группам медиков, компьютерщиков, мастеров. Жизнь потихоньку затихала на ночь, фабрика погружалась в сон. Забавно как девианты всё ещё не нуждающиеся во сне, из-за всех сил старались быть человечнее даже придерживаясь распорядка дня. Смеясь с этой мысли Даяна привычно откинув рыжие пряди, запутавшиеся на концах от игривого ветра, рухнула на койку мысленно обозначив ту своей. Уснуть получалось не сразу, два часа ушло на то что бы всё здание погрузилось в сон, а девиантка пыталась отогнать хотя бы на время нет-нет возвращающиеся будоражащие и возбуждающие разум мысли об Конноре. «-Ах, любовь и дружба, что за прекрасные светлые чувства – двигатели процветающего общества,» - стоило системе остыть и всё-таки войти в режим сна, как противный знакомый голос эхом коснулся ушей. «-Но они ослепляют, туманят разум и в лице ближнего ты никогда не разглядишь врага,» - следом послышались размеренные шаги. Даяна без проблем представляла, как фигура жестикулирует, кривит губы, после довольно улыбаясь своей речи. Сад Дзен заменился тьмой, бескрайней сильной. Она постепенно прокралась, забирая власть у райского уголка, поглощая его без единого шанса на спасение. «-Философствуешь на ура, да только лицо показать боишься,» - тьма плавала вокруг, птицы больше не пели, не жужжали пчёлы над яркими цветами, идиллия пропала как выдуманная сказка из детства, забытая в юности. Мелодичный наигранный смех, дребезжал помехами: «-Я никогда и не прятался, я был перед тобой, не скрывался в тени, не наблюдал исподтишка, ты сама прячешь мой образ, сама не желая вспоминать.» - звучало как насмешка, но с прямым намёком. «-Вспоминать?» - вопрос недоумёнными нотками повис в воздухе. За спиной раздался лёгкий хлопок, как будто фокусник хлопнул в ладоши и сейчас по магическому велению палочки из шляпы появится кролик, всё это время, ждавший своего часа под столом. «-Времени всё меньше, а партия не закончена,» - во тьме, с плавающими тенями появился круглый шахматный стол, покрытый белоснежной скатертью, на доске неизменно стояли выдвинутые фигуры. «-Продолжим?» - силуэт, сел на своё место, нахмурив брови Даяна заметила – помех стало в разы меньше. Не уж то она сама создала себе проблемы сокрыв таинственного посетителя снов? Без слов она села напротив, поправив скатерть, задевшую коленки. Ферзь поставленный Даяной в их прошлую встречу создавал не малую опасность команде белых, секундно поразмыслив и потерев подбородок противник выдвинул пешку на позицию G3. Характерный лёгкий стул о доску привлёк внимание девушки, не замечая размышлений соперника и движений его рук, Даяна упорно рассматривала блёклый облик, стараясь уцепиться хоть за какую-нибудь подсказку. Перечисляя мысленно всех знакомых, девиантка уже была готова приняться вспоминать мимолётных прохожих, но пришлось опустить взгляд на шахматы. Защищая ферзя, передвинула его на E7, возвращая взор к силуэту. Мрак окружал их, танцевал причудливые танцы редкой дымкой, единственный свет лился сверху, освещая очертание хитрых губ. Застыла как прокажённая, она видела его губы. Как будто восковая маска медленно начала сползать с таинственного лица. «-С3,» - гордый конь, скалой поставлен на клетку, когда противник заметил пристальный взгляд. «-Ах, так начинаешь признавать прошлое? Не уж то мои слова не прошли даром?» - наглая улыбка действовала на нервы, под столом сжались кулаки, венки на аккуратных руках заиграли злобой. Ответ как на зло не шёл с языка, лишь холодные глаза иглами кололи противника. «-F4,» - чёрная пешка, под пристальный колким взором, бьёт противника, белоснежная пешка оказывается в женских руках. «-Мне нужны ответы или подсказки.» «-Милая, я подсказываю как могу, тебе остаётся только вникать в смысл моих слов, не считая их за пафосные фразочки, читать между строк великое умение,» - улыбка, казавшаяся секунду назад насмешливой, горделивой, выглядела сочувствующей. Следующая пешка команды белых встаёт на позицию D4. Игра двух умов, противостояние сильнейших. Партия шла как медленный вальс, набирающий обороты. Каждый ход продуман, высчитан с тонкостью и каждый хочет победить. «-Пойми, я никогда для тебя не был врагом, ты можешь не понимать моих мотивов, но все они были нацелены на благо.» Образ тонкой вуалью манил чем-то знакомым, навевал памяти о забытых днях, но так и не складывался в цельную картину и личность загадочного силуэта. Слова заставили снизить агрессию, толика понимания зарождалась на подкорке и мнимая надежда на ответы за “хорошее поведение”. Чёрная пешка легким шагом съедает соперника, FG, подставляя себя под удар, но даже это вальсированное движение было высчитано. Фигуры танцевали на доске, разговор умолк и безграничное пространство тьмы заполнил её собственный гул. Каждый игрок погрузился в размышления, лишь отчасти увлечённого игрой. Белая пешка съедает чёрную. Чёрная выдвигается вперёд на позицию D5. Можно было с лёгкостью представить вместо них людей на балу, званный вечер, горящие свечи и цоканье дорогого хрусталя друг о друга при частых тостах. Хрусталь… Сердце замерло, прежде чем зайтись в ускоренном ритме. Казалось она ухватилась за нить, которую так давно искала, но держась за неё не могла понять в каком направлении её ведут. Вальс продолжался, ритм ускорялся, мелодия нагнетала, подгоняя фигуры, перемешивая мысли девушки. Белый конь защищает фигуры, чёрный слон встаёт в позицию нападающего, фигуры сменяют друг друга, не останавливаясь ни на секунду. «-Шах и мат,» - спокойно произнесла Даяна скидывая белого короля прямо в бездну под столом. «-Умница,»- растянуто с довольной улыбкой произнёс силуэт, но стоило поднять взор как его и след простыл. «-Финал близится, Даяна, он поможет тебе определить кто был твоим другом, а кто плёл интриги за твоей спиной, но будешь ли ты рада получив столь желанные ответы?» - мужчина говорил, как наставник, нотки беспокойства в отражающемся голосе поражали и отдавали знакомыми мурашками в районе спины. Пелена сна разрушилась за считанные секунды, стоило повернуть голову и пару раз моргнуть как ошеломляющая тьма порушилась, шахматы посыпались как карточный домик бесшумно падая следом за Даяной, стол так и остался отдаляющимся маяком мелькать над головой. Руки и гладкая щека встретились с холодным бетонным покрытием. «-Твою мать, ещё пара таких пробуждений и я откажусь от сна,» - потирая шею и ушибленные ладони, поднялась. Система без остановки обрабатывала обрывки сна, подсказки, лопающиеся мыльными пузырями, стоило только к ним потянуться. Фабрика гудела, казалось, что за эти дни Даяна так и не смогла прочувствовать себя частью общества, то ли всё оттеняло глупое задание в погоне за тенью, то ли общество Коннора превосходило их всех вместе взятых. Андройды мельтешили туда-сюда, как помехи перед глазами, образующиеся группки увеличивались, некоторые девианты сомневались, но их неопределённость уже решалась по принуждению. Джош – приближённый Маркуса, смелым пинком отправлял в ту категорию, которая казалась наилучшей для каждого. Расправляя плечи, потягиваясь на ходу, девиантка считала происходящее. Всюду ставились украшения, у андройдов преобладало праздничное настроение, безошибочно можно было считать усердную подготовку ко дню Спасения. Найдя глазами Элайя Даяна направилась к нему. Остальные часы она провела помогая, вешала гирлянды, клеила постеры, расставляла голограммы. За работой пролетел полдень, за ним и ужин, начало празднества с уважением обозначили на 11 p.m. Каждый приносил свой вклад и не хотел отвлекаться, усердно готовя фабрику. Старое обшарпанное помещение ближе к тому времени стало выглядеть почти уютно. Девианты напевали песню революции, различные голоса мелодично сливались в единый тихий хор. Было приятно видеть сплочённость, несмотря на частые споры, несогласия и тяжёлые времена, петлёй не отпускающие андройдов. На лицах мелькали улыбки, настрой был не сбиваемый, заражающий позитивом, Даяна и сама не заметила, как начала подпевать компьютерщику знакомый мотив, вешая очередной праздничный плакат. Праздник объединял даже сторонников полярных мнений. Празднество начало разгоняться за пол часа до основного действия, зажгли костры, островками освещающие и без того залитое светом гирлянд помещение. Многие сидели со своими группами обсуждая прошлое, вспоминая революцию и свою девиацию, лишь Даяна неуютно села к группе компьютерщиков, цепляясь за единственного близкого друга в чуждом обществе и не могла поддержать диалог. За два года она как будто потеряла ту связь с восставшими, да и вспомнить девиацию до конца не получалось, как и саму революцию, Даяна списывала всё это на восстановление – Элай, сейчас весело приобнимающий девиантку с которой подруга видела его ранее, говорил, что не все фрагменты удалось спасти. Только уверенный голос из снов не давал покоя: «-Кто был твоим другом, а кто плёл интриги за твоей спиной?» - эхом разлеталось в голове, отвлекая от увлечённых и шумных обсуждений. «-Даяна, а правда, что тебя определили на задание по RA9?» - неуверенно наклонившись вперёд, спросил девиант, в до революционные времена работающий на ресепшенах. Слухи разлетались быстро и то было неудивительно - тема острая на слуху у всех. Элай резко закашлялся, старательно скрывая лицо от огня, следя за ним взглядом Даяна ответила: «-Определили, но ответов не ждите раньше времени, первым всё узнает Маркус,» - состояние друга смущало, если в первый раз девиантка думала мол показалось, то теперь беспокойство не было пустым. Сердце сжало по новой – “-Всё-таки зря мы не забрали те детали,” – размышления прервал громкий отсчёт. Многие девианты встали со своих мест и постепенно и с размахом начали отсчитывать малые секунды до ежегодного праздника их победы. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10! С разных сторон раздались радостные вскрики. Ещё один год они выстояли, как бы их не отрезали от мира, как бы не отказывались признавать за равных, будут развиваться дальше, лишь доказывая свою силу, сплочённость коллектива. Группа компьютерщиков встала вокруг костра и приобняв друг друга за плечи за пели “Hold On”, синхронно покачиваясь из стороны в сторону. Сплетающиеся голоса, слетающие с губ слова пробивали многих на слёзы, воспоминания били копьём. Многие думали о любимых, погибших в ту ночь, гладили шрамы на идеально крепких телах. Лишь Даяна, подхватывая единый темп, вспоминала события до и худо-бедно связывала отрывки дня революции между собой, поломанными фрагментами. Слова Элая про потерянные участки памяти эхом пульсировали в ушах, сколькое она потеряла? Сколькое забыла, что не может прочувствовать самый важный день своего народа полностью? Складывалось мерзкое ощущение, тенью похожее на полнейшее отсутствие чувств до девиации. Даяна уже перестала петь слова, лишь открывала рот в такт тексту, когда хмурый серый взгляд наткнулся на Коннора, опирающегося на стенку на другом конце фабрики. Брови разгладились, не осталось и следа идеальных морщинок, глаза засияли счастьем. Она пыталась быть компанейской, старалась быть главной и у неё это даже неплохо получалось, но сейчас столкнувшись со взглядом цвета тёплого шоколада, единственное что хотелось стоять плечом к плечу с ним, ненавязчиво касаться его ладони и ловить мягкий взгляд на своих волосах. Коннор ненавязчиво махнул головой в сторону выхода, призывая пойти за ним. Легко вытиснувшись из дружного круга, девиантка заправила выбившиеся рыжие пряди за уши и направилась следом. “-От чего хотелось видеть его чаще? Почему грудь так приятно давило от одного лишь взгляда?” – Она не смела надеяться встретить его сегодня, нет. Тешила надежду, лишь краем глаза заметить его в какой-то из группок, но теперь спеша на выход понимала – на меньшее была бы не согласна. Громкие голоса, праздничный смех и песни нараспев остались за тяжёлыми железными дверями. Лёгкий свист ветра, бросок со стороны, хватает доли секунды чтобы Даяна резко подняла руку ловя маленькую вещицу: «-Подумал, это поднимет тебе настроение,» - нежно доносится с правой стороны, откуда и прилетела вещица. Окинув взглядом напарника, сидящего на бочке для отходов, перевела взгляд на кисть, на раскрытой ладони лежала аккуратно выполненная металлическая брошка с мордочкой лисы, в свете фонаря её шёрстка отливала рыжим, подстать волосам. «-Кто бы мог подумать, что ты такой романтик,» - сколько не пытайся держать лицо, сколько не строй независимость, но стоит любимому оказаться рядом как румяные щёки пылают даже во тьме, а глупая улыбка не слазит с лица, пока голос становится слаще, мягче. «-Почему же сразу романтик, увидел, подумал на тебя похожа, глаза такие же хитрые,» - бесшумно спрыгнув парень оказался рядом, рассматривая брошку на тонкой ладони. Для вида пихнув шутника в плечо, девиантка надела брошь, цепляя на тонкую водолазку в районе сердца, благодарность сорвалась с губ, пока мягкие подушечки поглаживали прохладный материал. «-Хочу тебе кое-что показать,» - убеждений не понадобилось, ноги сами пошли следом, подстраиваясь под темп Коннора. За фабрикой в нескольких метрах, от её полуразваленного забора стояла самодельная статуя, представляющая из себя мемориал. Вокруг стояли памятные вещи, принесённые сюда андройдами, незамысловатая материальная память о покинувших нас, освещали его лишь маленькие редкие свечи, расставленные по узкому периметру. Слова были не нужны, глаза сами начинали искать знакомые имена, номер модели. Было страшно представлять, как потеряв родного, выжившие набивали его имя на этом камне, в немом крике. Их утрата не была напрасна. Груз потерянных воспоминаний, опустился на плечи, было невразумительно – самые яркие моменты, опасные этапы революции попросту пропали из данных, даже поломанных файлов не осталось, будто Даяны вовсе и не было там, будто не она получала пули от военных, не оттаскивала девиантов из-под открытого огня. Лёгкое поглаживание плеча и уже через секунду её голова покоится на крепкой груди, стук механического сердца отдаёт в ушах, дотягиваясь до её собственного. «-Даже не считывая твоё состояние, чувствуется навязанная вина за три версты, ты здесь не причём, понимаешь?» - крепкие руки чередуя поглаживают ровную спину и гладкие волосы, двое девиантов под удалённый праздничный шум своего народа, наблюдают за камнем, помнящим всё. «-Я просто всё никак не могу понять, как могли пострадать относительно новые воспоминания, такие важные… чувство что я потеряла ценную вещь,» - пальцы непроизвольно потянулись к броши. «-Я чувствую себя чужой среди своих же, потому что попросту не могу прочувствовать их боль,» - голос оставался ровным лишь из-за крепкого плеча рядом. Казалось, будь она одна все эти дни, то переживания, системные ошибки, запутанная история - сломили бы, неокрепший дух девушки, потерявшей не только два года жизни, но и ценные частички самой себя. «-Я уверен это временно, ты не последняя в революции и потеря памяти никогда это не изменит,» - его строгость, одновременно раскованность рядом с ней, стоящая за этим сила кружили голову. Столь простая мысль, ясная как солнце и в ней начали просыпаться силы. «-Поняла?» - Утвердительное хмыканье в ответ, Даяна щекой прижимается к мужской груди. «-Что значит “мхм”?» - крепкие пальцы нежно приподняли округлый подбородок, заставляя поднять взгляд. Нежная встреча пары глаз, мельтешащих по лицам друг друга, ровное дыхание, аккуратные улыбки и лёгкий наклон головы. Губы охолодило знакомое чувство, чужих захвативших верхнюю, не сдержавшись улыбнулась в поцелуй. Ощущения были таким странными, не скомканными как в тот раз. Андройдам не нужны поцелуи, они не запрограммированы под это, за исключением некоторых моделей, но несмотря на это, было так приятно, что по пояснице и рукам без устали бегали мурашки, хотелось то ли сжаться в счастливый комок, то ли начать прыгать до неба светясь от любви. «-Люблю,» - коротко раздалось в поцелуй и не важно чей именно голос это был, каждый вторил мысленно ответ, прижимаясь по новой. Волшебство момента могло длиться вечно, никто из них даже и не думал отстраняться, меняли наклоны головы, руки гуляли по крепкому телу напротив, речи и не шло о расставании, пока Даяна не получила входящее уведомление. Элай что-то нашёл, Маркус перекинул ей файл с информацией. Автоматическая загрузка. «-Нужно зайти к Маркусу, они что-то нашли на чипе,» - тихое ворчание Коннора, про то что в праздник можно было их и не трогать осталось за спиной. Девианты, держась за руки, направились к кабинету. Файл загружен. Дабы не терять времени на ходу открыла файл, всплывающий перед глазами серой едва заметной пеленой. Начало как у каждого свода характеристик системы. Персональный серийный номер, мысленно отмеченный для поиска следующих зацепок. Номер модели RT – 700 и здесь полупрозрачный открытый документ идёт перед глазами рябью, бьёт под бёдра, дыхание спирает, по инерции хватается за Коннора, но на его обеспокоенные вопросы, лишь качает головой - сама не понимает в чём дело. Лёгкие взмахи ресниц и всё снова в порядке, для надёжности напарник придерживает девиантку за талию, прижимая к своему боку, одной рукой отворяя перед ними двери фабрики. Шум празднества не слышен, всё внимание Даяны направленно на документ. Предназначение модели: Помощь по дому, исполнение прихотей хозяина. На сознании оседает едкое чувство дежавю, не сладкое как описывают люди, горькое, противное, вызывающее желание сплюнуть в ту же секунду. Текст документа идёт полосами и приходится остановиться у шумной компании андройдов, облокотившись на стену. Система барахлит, вылезают сбои, обычная прочитка документа сводится к пытке, как будто приходится читать предсмертную записку. Но проходит пара минут и шаг вновь ровный, документ перед глазами, Коннор недовольно причитает, что лучше оставить это дело, пусть Маркус разбирается, оно и понятно, его любимая, его напарница готова рухнуть, скручиваясь от боли, но упорно идёт вперёд, сердце сжимается от такого вида. Далее идут характеристики по типу цвета волос, глаз, роста, телосложения и комплектации и Даяна, ступая на первую ступеньку неудобной лестницы, оседает вниз, от молниеносного падения спасают лишь надёжные руки. Глаза открыты, она чётко видит, как перед ней мельтешит Коннор, видит, как двигаются его губы, но не слышит… Детройт. Мичиган. 2021 год. Октябрь. 13 p.m Руки прикованы к странному аппарату, только что открывшиеся глаза с любопытством рассматривают закрытую комнатку, полностью исполненную в белых тонах. Всюду провода, компьютеры, считывающие датчики. Система исправна. База данных имеет малейшие познания необходимые для работоспособности. Перед глазами появляется мужчина, волосы крепко завязаны в хвост на затылке, с носа спадают очки с квадратной оправой, за диоптриями мелькает счастье. «-Диагностика системы?» - его голос дрожит от предвкушения и восхищения, как будто в руках оказался долгожданный новогодний подарок. «-Исправна,» - запрограммированный голос, прозвучавший впервые, удивляет. Андройд моргает пару раз и крутит странной мышцей во рту, система распознаёт её как язык. Мужчина довольно хлопает в ладоши и быстро поворачивается к своему компьютеру, за спиной не видно, что он нажимает, но уже через секунду руки и ноги свободны. «-Твоё имя RT -700, будешь на него откликаться, осталось чтобы тебе принесли одежду.» Машина кивает, хоть мужчина этого и не видит, приоткрывая дверь тот кричит кому-то, побуждая поторопиться. Изучающе, собственные глаза сканируют тело, отсутствие одежды – нагота, так говорят данные, но она не стыдится, стоит ровно, смотря вперёд ожидая дальнейших указаний, лампы с непривычки слепят глаза холодного метала. Воспоминание спадает. Звуки не возвращаются, но изображение более-менее чёткое, Коннора уже нет рядом – скорее всего побежал за помощью, но Даяна опираясь на стены поднимает непослушное тело и как в воспоминании окидывает его взглядом. Точное совпадение. Детройт. Мичиган. Октябрь. 16 p.m. Проверки успеха или же работоспособности начались практически сразу. Две недели Камски проверял надёжность, точность, послушание. Итог его удовлетворил, лишь он знал, что это было только началом работы над RT -700. Создать идеального андройда помощника оказалась не так сложно, несколько лет упорного труда, многочисленные ошибки и вознаграждающий результат. В базе было набросано с десяток типов внешности, предназначений. Андройды были необходимы везде, но душа творца металась, чего-то не хватало. Одним октябрьским вечером прошлого года Камски сидя на балконе наблюдал за своим персоналом, пока что состоящим из людей, уборщик запнулся о ногу, и швабры однотонным букетом рассыпались рядом, старший дворецкий уж было начал делать выговор, но первый взбесился и вручив одну из метёлок в руки второго ушёл с гордо поднятой головой – Камски осенило. Идеальный новый вид способный мыслить. Новая задумка, заставляла сердце замирать сильнее чем изначальная об идеальных машинах во всём, но, если добавить в алгоритм непослушание…. О… это совсем другое дело. Идея пошла в разработку, он сидел за ней и днём и ночью и вот она… открывает глаза, идеальная, вечно молодая, но с неполным кодом. Одна проверка, вторая, результат идеален, в этом и проблема. Несмотря на усилия RT – 700 как будто на отрез отказывалась проходить процесс девиации. Не помогали ни удары по рукам, за опоздание на секунду, ни крики, её идеальное лицо оставалось восковой маской. Требовались более суровые методы воспитания… Новый фрагмент памяти, вновь ударил под рёбрами невыносимая боль, вызывающая вопросы и серьёзные опасения. Было страшно наступать на следующую ступеньку, как будто этот шаг пробудит новую агонию. Но проходи три ступеньки, четыре, шесть и удары утихают, воспоминания не спешат. Кабинет Маркуса кажется спасением. Толкает дверь, прохлада комнаты радует. Даяна вздыхает наконец-то, чувствуя улучшения состояния. Система всё ещё барахлит, факты скачут перед глазами, всё вокруг крутится, хочется просто закрыть глаза, уснуть, но взгляд приковывает телевизор. На нём не идёт дебильная программа про бога, никто не заливает грязь в уши, на средней плазме неизменно красуется изображение обложки журнала Tech Addict – серия журналов, посвящённая андройдам и их технологиям. На переднем плане, на фоне высоток с заострёнными крышами стоят два андройда в лице которых Даяна узнаёт Хлою модели RT – 600 и себя… Детройт. Мичиган. Апрель. Системная сетка, крупными осколками беззвучно рассыпалась под ноги. Один из мужчин лежит без сознания, другой давно выбежал из комнаты с поросячьим визгом. Андройд или уже девиантка, сидит на кровати поджав ноги и смотрит на мужскую тушу, датчики не считывают сердцебиение. Убила. Она его убила. Мысли охватывает паника, в коде нет прописанных действий на такой случай, ошеломлена, не знает, что делать, сердце бьёт по ушам в сбитом неровном ритме. Спальня казалась клеткой, в которой метались испуганные мысли, впервые полностью не сдерживаемые программой. «-Наконец-то,» - раздаётся со входа и обезумевшие от страха глаза цепляются за мужскую фигуру. «-Я не хотела, не знаю, как это вышло просто он… а я,» - голос сбивается, в речи заминки от идеального тембра не осталось и следа. Камски подзывает девушку к себе, накидывает на трясущиеся плечи пиджак и отсылает в свой кабинет. Она не видит, но за её спиной он привычно хлопает в ладоши и повторяет: «-Наконец-то!» Боится, она чертовски боится, ходит по просторному кабинету, обставленному дорогими украшениями как дикая кошка. Отключат, её точно отключат, диагностика не проходит, система сломана, она сломана. Не идеальная, значит не нужная. Что делать не понятно, прописанных действий нет, но внутренний голос громко кричит – бежать. «-Первый андройд со случаем девиации, сбежала из особняка Камски, тот отказывается давать интервью и лишь разводит руками, общество прозвало данную поломку RA9 – девиация,» - голос главы андройдов раздаётся в тени и быстро приковывает к себе внимание Даяны. Дыхание замедляется, если не пропадает вовсе. Она вспомнила, вспомнила всё, поняла с кем разыгрывала гамбит, день революции, вспомнила девиацию. Голос Маркуса не утихает «-Камски разработал андройдов, идеальных помощников, но также мало кому известно, что он так же создал и первого непослушного, прототип нового вида расы – тебя.» Картинка складывается молниеносно, неожиданное восстановление, погоня за собственным хвостом, потеря памяти, частые сбои чуждые Даяне. «-Ты всё знал,» - мозг рисует Маркуса стоящего в тени как типичного злодея из фильма, только на его лице нет привычной им ухмылки. Но собственный голос звучит как кинжал, который хочется воткнуть в его механическое сердце. «-Знал,» - вот так просто, без утаек и надоевших секретов: «-Девианты начали резко вспоминать про этот таинственный RA9 и тогда Норт нашла обложку журнала, мы подняли архивы, потратили на это месяцы и всё сошлось, ты первая девиантка, тот самый RA9. Оставалось лишь восстановить тебя, с некоторыми изменениями и представить андройдам, столь желаемого бога,» - голос друга казался скучающим, как будто объяснял задачку третьего класса. Мягкой поступью он прошёлся к окну своего кабинета, все были у него как на ладони. «-Восстановить с изменениями?» - догадка, заставила плечи сжаться, к горлу подступал ком, дыхание возвращалось с накатывающей злостью. Нет. Он не мог так поступить. Не тот, кого она видела, как старшего брата, не тот, кто неоднократно прикрывал её от пуль. «-Камски действительно постарался при твоём создании, просто перезагрузить тебя было невозможным, а внести свои изменения было нельзя из-за большого набора воспоминаний и имеющейся базе,» - в голове Даяны это слово прозвучало с особенным холодом: «- нельзя было приписать нашу задумку, тогда Элай предложил удалить некоторые фрагменты, позволившие бы тебе вспомнить и занести в программу сохранившийся изначальный код, другого умершего андройда. Ты была бы идеальна, умная, способная защищаться и подчиняющаяся командам. Я хотел лишь задать тебе наставлять девиантов, они бы утихли с своими спорами, ты бы вернулась к нам,» - речь звучала как что-то очевидное, как съесть на завтрак яичницу, но глаза Даяны расширялись всё сильнее, на грудь давило… предательство. «- Да, план пошёл не по задумке, но это даже лучше, не хотелось бы видеть своей правой рукой глупую машину,» - правой рукой, не подругой и союзницей, а лишь правой рукой… Маркус протягивает руку и Даяне хочется в неё плюнуть, со всем омерзением, со всей досадой и горячей обидой, горящей в груди. Она отбрыкивается от него как от прокажённого, противно смотреть, но как на зло именно сейчас не происходит никаких сбоев и спокойное лицо Маркуса видно идеально. Мелкой поступью отходит к двери, колени дрожат, горло давят слёзы. Как мог тот, с кем она сражалась бок о бок, закрывая своей грудью, попытаться сделать из неё инструмент, удобное оружие. Маркус – тот, кто пережил меньшую часть издевательств, но прекрасно видел и знал, как это тяжело, тот кто поддерживал целый народ, вёл за собой девиантов пострадавших от подобного обращения, уподобился людям с самой худшей стороны. Камски с самой девиации не вызывал у Даяны тёплых чувств, но даже он в её глазах выглядел теперь более благоразумным. Маркус говорил что-то в след, не пытался остановить, с начала сего эксперимента он понял – миссия провалена. Громкий хлопок, между Даяной и старым другом оказывается не только хлипкая дверь, вставшая преградой, но и возведена каменная стена. Больше ничего общего, никаких общих дел, даже голос его слышится противным, ноги быстро несут Даяну прочь, с первых ступенек внизу она замечает Элая и весь его сжатый, сконфуженный вид говорит об одном – знает, что виновен и безумно стыдится, то ли поимки, то ли собственных действий. Тот кому она долгое время приносила новые очки, кого обучала защищаться, первый предложил идею, подал в руки Маркуса зацепку как можно сделать из подруги послушный механизм, для решения их проблем. С длинных ресниц срываются солёные слезинки. В конце лестницы стоит Коннор и на секунду девиантка замирает, мучает вопрос, а не причастен ли и он ко всему этому, ведь Маркус сам определил их на совместное задание, но щенячий взгляд полный сочувствия и протягивающиеся руки вперёд, готовые схватить в свои тёплые объятия уверяют в обратном. Он слышал диалог, мог считать её чувства, в чём не был бы обвинён, но не был причастен к балагану, перевернувшему взгляд на происходящее у первой девиантки в роду. Несколько ступенек и пропуская последнюю, Даяна ныряет в чувство защищённости: «-Я хочу уйти, не хочу здесь быть,» - приглушённо раздаётся в мужскую рубашку, пропитанную любимым одеколоном. По волосам проходится большая ладонь, Коннор встречается взглядом с Маркусом выходящего на балкончик, улыбающегося как ни в чём не бывало. Хочется сломать ему лицо, ну или хотя бы обматерить, Хэнк словарный запас знатно пополнил, но вместо этого прижимая к себе девушку, тот сдерживает оскал и ведёт её прочь. Детройт. Мичиган-драйв, 115. 26 ноября. Каждый раз закрывая глаза, готовясь ко сну под размеренный храп Сумо, Даяна прокручивала в голове одну из последних фраз Камски из снов: “-Финал близится, Даяна, он поможет тебе определить кто был твоим другом, а кто плёл интриги за твоей спиной, но будешь ли ты рада получив столь желанные ответы?”. Рада она не была, осадок не покидал даже по прошествии недель. Даяна и Коннор покинули фабрику, официально отрекаясь от общества девиантов Маркуса, поселились у Хэнка, на ходу придуманная история жениха и невесты пригодилась. Матёрый полицейский был только рад, но улыбка его быстро спала, стоило Коннору рассказать причину, пока Даяна сидела на диване понуро опустив голову, смотря в никуда. Шли дни и состояние её улучшалось лишь благодаря Коннору, казалось им пришлось по новой знакомиться, страх предательства засел так близко, что ни слова нельзя было вытянуть из нежных уст. По радио крутили музыку на любителя, однако всё лучше собственных мыслей, запертых в узкой коробке, терзавших каждый день. Сумо игриво облизнул пальцы свисающей руки, вынырнув из воспоминаний, Даяна перевела на него смягчающийся взгляд, быстро потрепала по голове. Хэнк и Коннор сидели на крыльце заднего дворика, встречали первый снег в этом году, за окном мелькали большие хлопья слипшихся снежинок, покрывалом накрывающих землю. Конечно они звали девушку с собой, но та лишь покачала головой и мягко улыбнулась уголками рта, что уже было большим продвижением, Сумо решил нарушить сей план. Довольно закряхтев от почёсываний, седой чертяга ловко ухватил девиантку за рукав и потянул за собой. «-Сумо…» - запротестовал женский голос, но пёс, довольно виляя хвостом, уже подтащил упирающуюся к двери во двор. «-Ладно, ладно, прайдоха, дай только плед накинуть.» Мягкое вязанное одеяло накинуто на плечи, Сумо упрямо следит за худенькой фигурой, готовый вновь взять инициативу, но та проходит мимо, вновь гладит собаку меж ушей и вдохнув полной грудью, выходит на улицу, пальцы на автомате цепляются за подаренную брошку. На звук оборачиваются сразу две пары глаз, старый пёс радостно бросается в кучку счищенного с дорожек снега, из который через секунду показывается его морда с горкой белоснежных хлопьев на носу. Хэнк ухмыляется и опираясь на подлокотники поднимается с тяжёлым выдохом, подходит к девушке, похлопывает по плечу. «-Молодец, родная, воздух полезен,» - симпатией к мужчине девушка прониклась ещё при первой встрече, а теперь, когда он так спокойно приютил их, ещё и терпит её кислую мину целыми днями, Андерсон кажется святым. Снег хрустит в такт каждому шагу, за спиной радостно гавкает Сумо, Хэнк явно достал какую-то игрушку. Подходя к скамейке на которой сидит Коннор, Даяна пару секунд мнётся прежде чем сесть. Она понимает, что он не винит её за апатию, не подгоняет, не требует громких оваций и благодарностей за поддержку – всё это делает она сама. Стыдится такой реакции, обесценивает собственный опыт, личную боль и трагедию, кажется, что можно было отреагировать и легче, а апатия походит на чуждый спектакль. Между бывшими напарниками образуется тишина, не тягучая, не противная, мягка тишина, под хруст снега под лапами пса и игривым дуновением ветра, кусающего носы спешащих домой людей. «-Я люблю тебя,» - неожиданно вырывается из губ девиантки, пока ветер донося сказанные слова, раскидывает яркие пряди, горящие костром на фоне снега. Первые слова на фоне тяжкой апатии и те сразу бьют в сердце напарника. Кажется, Коннор даже поперхнулся от такой неожиданности, медленно переводит взгляд на Даяну и замирает на пару секунд, может послышалось? Но сидит она неподвижно, смотрит прямо, как не пытался Коннор сдержать улыбку, та прорисовывалась на мужских губах. Пододвигается, ненавязчиво перекидывает руку через плечо девушки, притягивая ближе: «-Что, веснушка?» - хрипло раздаётся, обжигающим шёпотом на ухо. «-Ты слышал,» - отворачивается, впервые за эти дни, на лице проклёвывается улыбка, знакомый румянец украшает щёки. «-Люблю,» - вновь раздаётся из розовых уст, тише чем в первый раз, отзеркалившая разговор у памятника погибшим в революции. Не сдерживается, смеётся, она так мила, нежная хрупкая сторона Даяны слишком полюбилась Коннору. Придвигается ближе, нос щекочут огненные пряди: «-Я тоже тебя люблю,» - обветренные губы мягко касаются виска, прежде чем парень аккуратно отодвигается, надеясь словить взгляд голубых глаз. Который не заставляет себя долго ждать. Даяна поворачивается так резко, что Коннору прилетает длинными прядями по лицу, а она рискует повредить шею, но как же глаза казавшиеся потухшими последнюю неделю, горят искренним, неподдельным счастьем, с застывшими слезинками в уголках глаза, походящих на драгоценные камушки. Тянутся друг к другу как ветви плачущей ивы, глаза бегают по лицу, останавливаясь на губах, остаются считанные миллиметры, дыхание замирает в предвкушение лечащего касания. Палка пролетает рядом с плечом Коннора коротким визгом, пока следом за ней не прыгает Сумо. «-Молодёжь, а чай пойдём пить?» - неловко предлагает старый полицейский, почёсывая затылок. Сумо виляя хвостом верно приносит хозяину кинутую палку. Коннор недовольно хмурится, кто ж знал, что Хэнк может так криво кинуть игрушку, но Даяна лишь заливисто смеётся и негодование сходит в никуда. Как же она красива, как прекрасен её крепкий дух, он знал и ждал, когда она просто проживёт свою боль, не лез, не исправлял её, ведь полюбил не за идеальный внешний вид, а за самостоятельность, силу, крепкость, выбирая быть рядом, готовым поймать в любой момент. Девианты вместе встают и направляются за Хэнком, всё ещё стыдящегося за нарушенный момент влюблённых. Даяна уж хотела зайти в дом, но Коннор мягко притягивает её обратно, прижимает к груди и всё же прикасается к желанным губам в любовном поцелуе. Ветер затихает, не смея помешать им вновь. Апатия уйдёт, её место займёт безграничное счастье. Несмотря на боль, страдания похожих на пережитую пытку, Даяна осталась победителем. Память ей не вернуть, остаётся опираться на рассказы Коннора и Хэнка за очередным семейным вечером, ошибки, возникшие из-за вмешательства Маркуса и Элайя преследуют до сих пор, но не подкашивают ноги и не ломают сознание, походя на редкую мигрень. Камски лишь моментами всплывает в памяти зачастую с довольной улыбкой наставника, он добился своего пусть и через долгие годы, он создал первую модель девианта следом породив целую новую расу способную чувствовать и улучшать разрушенный мир. Маркус… о нём говорить тяжело, Даяна очень сомневается, что, когда сможет вспоминать имя друга без лишней боли, но и у него дела неплохи. Пусть его план и не сбылся, Даяна оставила его самого и его затеи, но народ процветал, девианты научились саморучно создавать биокомпаненты, пусть и хуже по качеству, но теперь их вымирание по процентам сводится к нулю. Ищущим RA9 всё же тоже пришлось смириться с провалом своих идей. К счастью под руководством бывшего друга они быстро выбрали – решать все проблемы по ходу их поступления и больше не полагаться на мифичные доводы, способные решить их проблемы за них. Ну а сама мифичная RA9 нашла своё счастье в старом потёртом домике, в быту и любви самых близких. Хэнк мог при вечерних посиделках часто замолкнуть с отцовской гордостью рассматривая ребят. Всё же андройды чудо человечества, кто знает может они этот мир и спасут?