Истина Иллюзорного мира

Иллюзорный мир являлся поистине удивительным местом: равно как прекрасен, он был и смертельно опасен. Любая, даже самая обычная фантазия здесь оживала и вела прямиком к краю. Каков же был этот край? Для каждого свой: кто-то под гнётом видений сходил с ума, кто-то погибал, даже не понимая причины, а те, кому “везло” больше всего, сначала делили участь первых, а после – и вторых. Чары Иллюзорного мира не действовали на Чу Ваньнина, но это не значило, что он был спокоен: волнение голодным червём съедало его изнутри. А причиной того послужило беспокойство за ученика. Чтобы спокойно осмотреться, Бессмертный Бэйдоу вынужден был оставить Мо Жаня одного. Конечно же, он наложил на парня защитное заклинание, но это не значило, что тот не попадет в беду. По иронии судьбы, этот его ученик постоянно влипал в истории. Опасаясь, что и сейчас Мо Жань где-то ухаживает за смертью, Чу Ваньнин закончил изучать округу и поспешил вернуться за ним. То ли из-за спешки, то ли из-за тяжёлого, напоенного влагой воздуха, мужчину бросило в жар. Его тело моментально взмокло, и одежда неприятно прилипла к телу. Выражая свое недовольство только посредством плотно сжатых губ, Бессмертный Бэйдоу смахнул со лба капельки горячего пота и попытался определить место, где сейчас находится Мо Жань. К счастью, из-за его магии на теле парня сделать это было проще простого. – Ну вот что он там забыл? – нахмурившись, произнёс Чу Ваньнин, смутно припоминая, что в нужном направлении находился сад с источником. Предполагая самое худшее, мужчина быстрым шагом направился к ученику. Плохое предчувствие стиснуло его желудок стальной рукой, а по влажной коже пробежались мурашки. – Как знал, не стоило оставлять его одного. Из-за волнения Бессмертный Бэйдоу оказался на месте спустя пару минут. И что же он увидел? Мо Жань, стоя на коленях прямо в источнике, самозабвенно пил опасную для него воду. Чу Ваньнин едва сдержался, чтобы не достать Тяньвэнь и не пройтись по этой спине парой хлестких ударов. Разве он не просил быть осторожнее? Подойдя к кромке воды, учитель схватил своего глупого ученика за одежду и резко вытянул. Без жалости швырнув его на каменистый берег, Бессмертный Бэйдоу грозно произнёс: – Как ты смеешь пить отсюда? Жить надоело? Растерянный и мокрый с головы до ног, Мо Вэйюй поднял голову и тупо уставился в лицо учителя. Вид при этом у юноши был такой, какой бывает у верной собаки, встретившей хозяина после долгой разлуки. – Ши Мэй… “До чего же бестолковый” – не без горечи подумал Чу Ваньнин и, со вздохом, запустил руку в карман рукава. Достав оттуда лекарство, мужчина поднес его к губам ученика. – Хватит болтать. Выпей снадобье… Вот только Мо Жань не унимался: не обращая внимание на пилюлю, он снова повторил: – Ши Мэй… Чу Ваньнин присмотрелся повнимательнее к юноше и нахмурился. Судя по его состоянию, Иллюзорное царство уже застелило его взор желанной картиной. Уговоры были здесь бессильны, оставалось приложить силу. Собираясь протолкнуть пилюлю прямиком в рот Мо Жаня, Бессмертный Бэйдоу снова поднес руку с лекарством к юноше, но тут случилось то, чего учитель никак не ожидал. Будто лишившись остатков разума, Мо Вэйюй вдруг схватил учителя за запястье и, рванув вперёд, впился горячими губами в губы Чу Ваньнина. Красивые глаза феникса вдруг широко распахнулись. В них отразились удивление, гнев, мука… а после все исчезло, сменяясь невыносимой жаждой. Любовь, что оставалась самой важной тайной в жизни Бессмертного Бэйдоу, готова была вырваться наружу, а все из-за одного поцелуя с глупым мальчишкой, который, к тому же, даже не понимал, кого целовал. Стараясь хоть как-то сопротивляться одновременно Мо Жаню и своим чувствам к нему, Чу Ваньнин поднял дрожащие руки и попытался отпихнуть юношу, но разве мог одурманенный похотью мальчишка отпустить из своей хватки того, кого он считал любовью всей своей жизни? Как бы не так. Не отрываясь от поцелуя, Мо Жань тихо застонал, и воздух вокруг него будто загустел. В нос Чу Ваньнина ударил приятный мускусный аромат. Он увлекал за собой, уговаривая расслабиться и подчиниться юноше. И, возможно, Бессмертный Бэйдоу поддался бы, но Мо Жань вдруг застонал, и из его приоткрытых губ в очередной раз слетело уже знакомое имя: – Ши Мэй… Ощутив, будто на него вылили ведро ледяной воды, Чу Ваньнин более настойчиво оттолкнул ученика. – Что ты себе поз...?! Но закончить ему не позволили. Мо Жань, недовольный тем, что ему отказали, настойчиво и, вместе с тем, очень страстно поймал нижнюю челюсть “Ши Мэя” и снова приник к его губам. Впрочем, этого юноше оказалось недостаточно. Чтобы в этот раз столь желанная “добыча” не сбежала, он обвил рукой ее узкую талию и прижал дрожащее тело к себе. Не знающий ничего об отношениях, и уж тем более об интимной жизни, Чу Ваньнин просто замер. Что ему делать?! Избить мальчишку до полусмерти?! – Мо… – Отклонив голову назад, Бессмертный Бэйдоу попытался вразумить хотя бы ученика, но совершил ошибку. Стоило ему лишь слегка приоткрыть рот, как язык Мо Жаня скользнул внутрь. Протиснувшись между влажными, слегка дрожащими губами и миновав разомкнутые зубы, тот нагло напал на робкий и непослушный язык учителя. – Мгх… – простонал Чу Ваньнин. Он не представлял, что такое отталкивающее с первого взгляда действие, как поцелуй, может быть таким… приятным. Мо Жань лишь слегка пощекотал кончиком языка нёбо учителя, а по его телу будто прошёлся электрический разряд. Мышцы напряглись, кожа, которая и без того горела, сейчас едва ли не таяла, моля о ласках, а там, внизу, почему-то всё пульсировало. Сведя бедра, Чу Ваньнин попытался избавиться от этого чувства, но по какой-то причине все стало только хуже: нутро заныло, а горячая влага вдруг начала вытекать наружу, делая кожу скользкой. “Что со мной?” – едва отдавая себе отчет в происходящем, думал Бессмертный Бэйдоу. Сейчас он был словно крошечная лодка, угодившая в шторм. – “Почему я не могу… и не хочу остановить это? Почему… почему мне так невыносимо хорошо? Безумие! Тяньвэнь… мне срочно нужна Тяньвэнь!”. Пальцы мужчины слабо дрогнули, и в ладони замерцало несколько золотистых искр. На этом всё. Чу Ваньнин впервые не смог призвать свою верную подругу, а всё из-за разбушевавшегося Мо Жаня. Будто добравшись до столь желанного плода, он стянул пояс учителя и распахнул его одежды. Ощущая, как лёгкий тёплый ветер обдувает кожу, Бессмертный Бэйдоу слегка запаниковал. Кажется, сейчас они проходили точку невозврата! – Мо Жань! Отпусти меня! – Не бойся, я сделаю так, что нам обоим будет приятно. – заверил раскрасневшийся от сильного возбуждения ученик. – Вот, смотри… Прижав учителя к стене сада, Мо Вэйюй провел рукой по его груди, специально задавая напряженный сосок. От подобного касания Чу Ваньнин вздрогнул, а его ноги едва не подкосились. Благо стена и державший его юноша не дали упасть. – Мо Жань! – гневно прошипел мужчина, надеясь, что хоть грозный вид напугает юношу. В данный момент это единственное, что мог сделать Чу Ваньнин. На другое у него просто не было сил. – Я смотрю, тебе жизнь не дорога? Но что же Мо Вэйюй? Он испугался? Отнюдь, решив, что “Ши Мэй” просто проявляет нетерпение, он, будто извиняясь, прильнул к тому и принялся покрывать нежными лёгкими поцелуями ключицы. – Не злись, я больше не буду тебя дразнить. Проскользив губами по тонкой шее, на которой выделялся красивый узел кадыка, Мо Жань проследил дорожкой поцелуев острую линию нижней челюсти и наконец припал к губам “Ши Мэя”. Таким образом этот хитрый сукин сын отвлек Чу Ваньнина от другого, более серьезного маневра. Млея под ласками губ и языка юноши, Бессмертный Бэйдоу даже не заметил, как рука его ученика проникла под ткань его нижнего белья и протолкнулась в узкое пространство между ягодиц. – Мгх, – простонал Чу Ваньнин прямо в рот Мо Жаня. Последний же, ощутив, насколько сильно промок “Ши Мэй”, нагло потерся своим возбужденным достоинством о бедро учителя. – Ах, это уже пытка. Проведя подушечками пальцев по тугому, скользкому от смазки колечку мышц, такой юный, но почему-то слишком уж опытный Мо Жань протолкнул их внутрь. Тут же Чу Ваньнин напрягся от лёгкой боли и вцепился в плечи ученика, сминая ткань его одежд. – Мо… Жань… – Расслабься. – пробормотал Мо Вэйюй, целуя “Ши Мэя” в висок. – Скоро станет лучше. – Откуда ты знаешь? – хмурясь, спросил Чу Ваньнин, но вместо ответа его ученик вдруг начал медленно двигать своей рукой, проталкивая пальцы глубже. В какой-то момент он задел особую точку внутри и Бессмертный Бэйдоу дёрнулся всем телом. – А вот и оно. – хрипло промурлыкал юноша и стал гладить и надавливать на чувствительную область. Вот теперь точно осознав, что имел в виду парень, Чу Ваньнин, отчаянно цепляясь за плечи своего ученика, задыхался от нахлынувших ощущений. То, что с ним творил Мо Жань, и без того было слишком бесстыдно и сладко, но отчего же с каждым движением внутри его тела, голод мужчины только рос. Задумавшись настолько, насколько это было вообще возможно в данной ситуации, Бессмертный Бэйдоу пришел к одному выводу: он хотел, чтобы что-то большее вошло в него и наполнило до краёв. Это желание было сродни инстинкту и не поддавалось никакому контролю. Не зная, как лучше выразить свою потребность, Чу Ваньнин прижался к Мо Жаню. – Дай… дай мне больше. – Стараясь подтвердить серьёзность своих намерений, вконец утративший разум учитель начал слегка двигать бедрами, насаживаясь на чужие пальцы сильнее. По его бледным бедрам заструилось больше вязкой, скользкой смазки. – Быстрее. – Бл***, – С напряженным лицом прорычал Мо Жань и, отстранившись от “Ши Мэя”, резко развернул того к себе спиной. Скинув с чужих плеч халат и стащив штаны, юноша рванул на себе пояс, высвобождая крупную не по годам плоть. – Я так старался быть нежным с тобой, ведь для тебя это впервые, но... – Обхватив основание своего члена, Мо Жань потёрся головкой о бледные, влажные холмы ягодиц учителя. – Быть таким соблазнительным против правил. Трепеща, Чу Ваньнин упёрся руками в стену сада и пробормотал: – Хватит болтать. Действуй. Мо Жань ухмыльнулся своей очаровательной мальчишеской улыбкой, и на щеках юноши тут же появились очаровательные ямочки. – Как тебе будет угодно. Обхватив бедра “Ши Мэя”, Мо Вэйюй одним сильным толчком полностью вошел внутрь девственного тела своего учителя. Выгнувшись в спине, Чу Ваньнин широко распахнул ничего не видящие глаза и хрипло застонал. “Больно” – думал он, медленно опускаясь на колени. – “Как же это больно! Этот гадкий мальчишка хочет меня убить?!” Пытаясь привыкнуть к ужасному давлению и жару внутри, Чу Ваньнин опустил голову и стиснул зубы. Природа действительно “наградила” Мо Жаня выдающимися данными, ведь, проникнув сзади, эта чудовищная громадина выпирала спереди на животе мужчины. Испугавшись и смутившись, Бессмертный Бэйдоу попытался избежать давления сзади и чуть двинулся вперёд. Однако вспышка странных ощущений заставила его передумать и сжаться. Мо Жань, прижимающийся своей горячей грудью к спине учителя, тут же хрипло застонал. – Если не хочешь, чтобы я сорвался, то стой смирно… Вот только Мо Вэйюю легко было говорить: с каждым мгновением член юноши становился всё больше и горячее, а от любого, даже самого легкого, движения исполинский орган давил на то самое чувствительное место. Чувствуя, что еще немного и он просто сойдёт с ума, Чу Ваньнин прижался своими ягодицами к лобку ученика и слегка поёрзал. Это стало последней каплей для Мо Жаня. – Проклятье! – прохрипел он и, до боли стиснув бедра Чу Ваньнина, стал вбиваться в него так отчаянно и страстно, что всё пространство заполнили звуки быстрого, рваного дыхания и влажные шлепки плоти о плоть. Стоящий на коленях Чу Ваньнин прижался к стене и выгнул спину, принимая безумный напор Мо Жаня. Каждый раз, когда юноша входил, учитель вздрагивал и хватал ртом воздух, когда же мокрый от обилия смазки член выскальзывал наружу, мужчина невольно подавался назад, не желая отпускать наслаждение. – Мо… Мо… Жань, – уже беззастенчиво стонал Бессмертный Бэйдоу, едва ли не плача от удовольствия. Ему было так хорошо, что прежняя боль, едва маячившая на переферии сознания, воспринималась теперь как пикантная остринка, лишь усиливающая удовольствие. – Я хочу… – Чего именно? – простонал ученик, не в силах отвести взгляд от открытой задней части шеи “Ши Мэя”. Проглядывая сквозь занавес растрепанных черных волос, она так и манила Мо Жаня, пробуждая в нем неистовую потребность оставить на этой белой коже кроваво-красную метку. Не сдержавшись, юноша наклонился, намереваясь сделать то, чего он так хотел. Однако ощутив на этом месте поток горячего дыхания, Чу Ваньнин резко поднял руку и закрыл ладонью свою шею. – Ха! – выдохнул Мо Жань, при этом выражение его лица изменилось, стало каким-то пугающим. – Ты меня отвергаешь? – Ч-что? – протянул Чу Ваньнин, ничего не понимая. Однако такой ответ не удовлетворил Мо Вэйюя. Нахмурившись, он вышел из тела учителя, что, несомненно, не понравилось последнему. – Почему? – капризно потребовал ответа дрожащий мужчина. Без горячего тела Мо Жаня ему вдруг стало очень холодно и неспокойно. – Я хочу продолжить! – Так значит, ты не отвергаешь меня? – сменил гнев на милость Мо Вэйюй и сел на брошенный в порыве страсти халат. – Как насчет доказать это мне? Возбужденный, совершенно не контролирующий себя, Чу Ваньнин посмотрел на юношу и нахмурился. На что тот вообще намекал? Вероятно осознав, что девственники не сведущи в вопросе любовных утех, Мо Жань поймал руку “Ши Мэя” и потянул его на себя. Когда мужчина забрался сверху, юноша недвусмысленно потёрся членом о растянутый, сочащийся смазкой вход. – Оседлай меня. Чу Ваньнин слегка поджал губы, но не стал спорить. Сглотнув, он принялся медленно опускаться. На этот раз колечко мышц легко поддалось, поглощая увитую сетью набухших вен плоть. – Ху-у… хорошо. – выдохнул наблюдающий за процессом Мо Жань. – А теперь начинай двигаться сам. Поглощенный сложным, как он считал, процессом и собственными ощущениями, Бессмертный Бэйдоу слегка приподнялся. Но почувствовав, как член Мо Жаня трётся о него изнутри, глухо застонал и упал вниз. – Н…не получается. – Так уж и быть, я помогу. – Не по доброте душевной, а из-за того, что видеть столь откровенную и пошлую картину и оставаться безучастным было выше его сил, Мо Жань сжал тонкую талию “Ши Мэя” и стал яростно толкаться в него. От нахлынувшего удовольствия Чу Ваньнин запрокинул голову и застонал. Снова… снова он чувствовал это сладкое и пьянящее возбуждение. Низ его живота ныл, вход в тело нестерпимо пульсировал, а его собственный твердый и влажный член при каждом толчке раскачивался и легко ударялся практически в то же место, где выпирал орган Мо Жаня. С каждым мгновением наслаждение стремительно усиливалось. Подобно волнам прибоя, оно всё нарастало, заставляя мышцы в теле напрячься. Руки и ноги Чу Ваньнина похолодели: вся горячая кровь, казалось, отхлынула от них и прилила к низу живота. Это было очень странное чувство, но оно вовсе не казалось неприятным. Полностью растворяясь в нём, а также во множественных мелких электрических импульсах, собравшихся внутри в единый комок чистейшего наслаждения, Чу Ваньнин внезапно вздрогнул, а в следующий миг обильный поток густой, жемчужно-белой жидкости вырвался наружу и залил живот и грудь Мо Жаня. – Ах! – простонал учитель, получивший в своей жизни первый оргазм, при этом даже не замечая, как изменился взгляд Мо Жаня. Запах спермы, пота, феромонов, которые всё это время бесконтрольно выделял “Ши Мэй”, а также горячий плен его тела подтолкнули Мо Вэюя к кульминации, а вот дурман Иллюзорного мира, всё нарастающий голос инстинкта и нежелание “Ши Мэя”, чтобы юноша пометил его, подтолкнуло юного альфу к весьма жестокому поступку. С рыком вогнав член как можно глубже, Мо Жань прикрыл глаза и излился. Семя толчками вырывалось вперёд, заполняя чужое тело. Вместе с тем, основание плоти юноши запульсировало, становясь больше и больше, обеспечивая сцепку. Чувствуя эту перемену, которая с вершины мира вдруг скинула его прямиком в ад, Чу Ваньнин сгорбился и, застонав, уперся ладонями в грудь Мо Жаня. С его лица каплями катился пот, а дыхание стало поверхностным и частым. Ему казалось, что мальчишка вот-вот порвет его нутро. – Ч… что ты сделал? – прохрипел Бессмертный Бэйдоу, едва сдерживая слезы. Из-за боли и оргазма, ослабивших возбуждение, разум учителя начал проясняться, а вместе с этим к нему пришло осознание совершенной ошибки. – Я связал нас. – с кривой ухмылкой произнёс Мо Жань. – Всё время думал об этом и вот решил не упускать момент. Чу Ваньнин понятия не имел, что значит это “связал нас”, но факт того, что он, учитель, в данный момент сидел практически голым на своем ученике, не способствовал желанию понимать. Мужчина нахмурился. Заметив это, Мо Жань приподнялся на локте и положил руку на щеку мужчины. – Не злись на меня. Я сделал это только для того, чтобы мы всегда были вместе… Ши Мэй. В очередной раз за этот вечер имя другого его ученика ударило Чу Ваньнина по лицу, будто хлыст. Гнев вскипел мгновенно, а вместе с ним пришла и боль в груди. Едва способный переносить её, мужчина поспешил дать выход тому клубку эмоций, что спутался внутри. – Скотина. – прошипел Чу Ваньнин и наотмашь ударил Мо Жаня по лицу. У Бессмертного Бэйдоу была тяжёлая рука, и от пощёчины голова Мо Жаня дернулась в сторону. Застонав, юноша прижал ладонь к пострадавшей щеке и повернулся к своему обидчику. – Больно… Ши Мэй, за что…. – начал было он, но, увидев того, кто оказался перед ним, юноша вдруг резко вытянулся в лице, а в его фиолетовых глазах появился ужас. – У… учитель?! Не в силах выносить всю эту кошмарную ситуацию, Чу Ваньнин стремительно потянулся к юноше и надавил на несколько акупунктурных точек на его шее. Результат был мгновенным – глаза Мо Жаня закрылись, а он сам погрузился в глубокий сон. На какое-то время Чу Ваньнин мог вздохнуть с облегчением, но это не значило, что и другие проблемы можно было отложить на потом: прямо сейчас плоть юноши, запертая в его теле, набухала всё сильнее. Тихо застонав, мужчина попытался подняться с ученика, но боль в этот момент стала такой невыносимой, что Бессмертный Бэйдоу вынужден был оставить попытки. Надеясь, что со временем это пройдет, он, выпрямив спину, посмотрел вниз. Туда, где на его слишком уж плоском животе заметно выпирал член Мо Жаня. Орган юноши обжигал его даже сейчас, а непонятная пульсация и расходящиеся во все стороны потоки тепла тревожили Чу Ваньнина. Чтобы хоть как-то отвлечься, Бессмертный Бэйдоу перевёл взгляд на Мо Жаня. Юноша хоть и выглядел слегка потрепанным, но при этом выражение лица спящего было каким-то раздражающе довольным. – Такому развратнику как ты много не надо, верно? – проворчал Чу Ваньнин, при этом не чувствуя ничего, кроме заполняющей его тело и душу горечи. Однако мужчина не мог винить в случившемся Мо Жаня. Это он с самого начала не предупредил его. – Если бы я сказал, что в Иллюзорном мире нельзя представлять тех, кого хочешь увидеть, то, возможно, этого всего и не произошло бы. С тяжелым вздохом Чу Ваньнин прикрыл глаза. – Но даже так… с Мо Жанем все понятно: он попал под влияние Иллюзорного мира, но что касается меня? Почему я допустил всё это? Вот так, всё глубже погружаясь в размышления, Чу Ваньнин и не заметил, что прошло достаточно много времени. Узел спал, и теперь мужчина мог беспрепятственно отделаться от своего ученика. Морщась от того, как член юноши покидает его тело, Бессмертный Бэйдоу с трудом поднялся на дрожащие ноги в следующий миг по его бедрам хлынул поток всё ещё горячего семени. Едва не призвав Тяньвэнь, чтобы отхлестать спящего негодяя, Чу Ваньнин двинулся к источнику. Смыв с себя все следы соития, он оделся и поправил волосы. Только убедившись, что выглядит в точности как до нападения Мо Жаня, Бессмерный Бэйдоу взялся за внешний вид своего ученика. Очистить кожу и поправить одежду посредством заклинаний было несложно, а вот заставить ученика поверить в то, что он попал под действие Иллюзорного мира и все произошедшее было бредом, было куда сложнее. К счастью, Чу Ваньнин был уважаемым учителем, и его репутация наверняка сыграет свою роль. Схватив Мо Жаня за ворот халата, мужчина потянул его к воде источника и как следует “искупал”. – А?! – тут же проснувшись, вскрикнул Мо Вэйюй. – Что за чертовщина?! Эта самая “чертовщина”, чувствуя, как по его бедрам снова что-то потекло, со злостью швырнул ученика на берег, словно только что выловленную рыбу. – Пришёл в себя?! – У-учитель?! – потирая глаза от воды, проблеял этот пёс в овечьей шкуре. – Ши Мэй… Вы… я… Взгляд Чу Ваньнина стал ледяным. – Что ты там бормочешь? Разве я не говорил тебе быть осторожным? Иллюзорное царство насылает на людей мороки и, судя по всему, в один из таких ты и попал. – Н-но… – слегка нахмурившись, пробормотал юноша. – Это было так реально. Я все ещё чувствую этот сладкий запах и… Чу Ваньнин приподнял одну бровь. Если бы мальчишка сказал ещё хоть одно слово, то встреча с Тяньвэнь ему была бы обеспечена. – Закончил? Мо Вэйюй посмотрел на злого как все демоны преисподней Чу Ваньнина и предусмотрительно поджал хвост. – Да. – Тогда пойдём. Нас ждут дела. Развернувшись, Бессмертный Бэйдоу, мучимый болью в пояснице, ноющей тяжестью внизу живота и жжением между ягодиц, двинулся вперёд с твёрдым намерением поскорее закончить с этим делом, а после – узнать причину, по которой он так легко лёг под своего же ученика. Что-то подсказывало мужчине, что дело было не только в его постыдных чувствах, но и в чем-то очень важном… в том, что он игнорировал до этого дня.