Видеть и знать

Если вы прячетесь в чьем-то шкафу, вот три главных правила: не берите с собой телефон, заранее высморкайтесь. И постарайтесь не дышать. Если вы прячетесь в шкафу Майкрофта Холмса, добавьте к правилам выше вот что: верните кусок листка, который упал, когда вы открыли дверь, на место. Так этот засранец проверяет, что вы заходили в его комнату, где, само собой, было чем поживиться. Тут была трава, тут были презервативы, тут были — иногда — хорошие книги. Разумеется, если знаешь, где искать. Травы и книг поубавилось с тех пор, как Майкрофт стал жить на два дома — на родительский и на свою комнату в Оксбридже. Но презервативов по-прежнему было много. Шерлоку исполнилось семнадцать зимой, и вместо желания ебать все живое, о котором ему постоянно талдычили одноклассники, его обуревала одержимость игрой в шахматы с мальчиком из параллельного класса. Они пересеклись лицом к лицу только пару раз: когда тренер рассовал их в одну команду на футболе — и когда они делили одну парту во время учений. «Это так странно», — сказал мальчик, упираясь Шерлоку локтем в бок. «Проблема школьной стрельбы — это проблема США. Или нет?» Шерлок не сразу ответил — он был занят тем, что показывал своему приятелю Стемфорду, забившемуся под другую парту, средний палец. «Ага, — протянул он, чувствуя, как чужой локоть уже вскрыл ему плоть, но все равно не просил мальчика подвинуться. — Я уверен, что это лейбористы опять мутят воду». Шерлок не знал, кто такие лейбористы — но брат иногда так говорил: лейбористы мутят воду. Мальчик вопросительно поднял брови. «Мой старший брат бы с тобой поспорил, — сказал он. — Ему лейбористы нравятся». «Мориарти, — какой-то учитель зыркнул на этого Мориарти поверх очков. — Тише, Уильям». Так Шерлок узнал, что местного гения и героя его шахматных фантазий звали Уильям Мориарти. А еще — что старший брат Уильяма любил лейбористов. Шерлок вообще много чего знал против своей воли. Самым страшным знанием было то, каким образом его многоуважаемый брат трахал своих сокурсниц. Не подумайте, это не было каким-то открытием. Особенно для ежегодного призера школьных олимпиад по биологии. Это было скорее шокирующе. Вот представьте: у вас есть старший брат, который воспитан так, что никогда в жизни не кладет локти на стол. Вы его за это ненавидите. Кого вообще может ебать, куда вы кладете локти? Мы что, в 19-м веке? А потом вы увидели, как этот ваш брат перегнул девчонку через свой стол и отымел (как говорили в фильмах) так, что со стола попадали рамки с фотографиями, а хлюпающий звук, с которым член исчезал в том, что в учебнике биологии называлось «влагалище», иногда снился Шерлоку в кошмарах. Это вышло случайно: Шерлок зашел за очередным пополнением косяка, когда брат неожиданно приехал, хотя должен был киснуть в Оксбридже еще неделю. Он приехал не один, а с девчонкой. Дальше вы сами знаете. Но началось это все довольно невинно. «Я рада, что ты согласился помочь мне с проектом», — сказала девчонка. Она зашла в комнату за секунду до того, как Шерлок юркнул в шкаф. Шерлок закатил глаза. «Помочь с учебой» — это самый банальный предлог затащить девчонку домой. Но надо признать, у Майкрофта просто не было другого предлога. Родители у них не самые богатые, так что вместо «Роллс Ройса» у Майкрофта был старый отцовский BMW. Что еще любят девчонки? Тех, кто дарит цветы и конфеты? Не смешите. Майкрофт был занудой. Он никогда не дарил маме кулинарные книги на день рождения, потому что считал это банальным. Он бы никогда не подарил девчонке цветы. Странно, но какое-то время они действительно как будто занимались учебой. А потом брат взял девчонку за подбородок, поцеловал, отстранился, что-то сказал — и девчонка согласно кивнула и закрыла глаза. Судя по тому, как она постоянно шептала, он попросил ее быть тише, так как Шерлок должен был в это время спать в другом конце дома. Вот. А дальше вы знаете. Шерлок видел такое не один раз. Ему каждый раз чертовски везло оказываться в этом сраном шкафу. Зато он в деталях узнал, что такое на самом деле «глубокий горловой», как правильно надевать и снимать презерватив — и где надо прикоснуться, чтобы девчонки кричали, сведя ноги. Для каждой такой истории Шерлок придумывал звучное политологическое название, как для серии детективного сериала. «Влажное заседание Палаты лордов». «Маргарет Тэтчер и ее две огромные амбиции». «Большой член Парламента». Он никому об этом не рассказывал. Разве что своему другу Джону. Джон ржал над «влажным заседанием», как конь, согнувшись в три погибели. Но один случай был слишком шокирующим. Шерлок прогуливал школу, сидя дома и изучая механизм действия отравляющих газов, и искал у брата в комнате сборник шахматных задач. И немного травы. Нашел и то, и другое, и решил посидеть в родном шкафу и почитать сборник. Садиться к брату на кровать или — хуже — за его стол после всего увиденного было решительно невозможно. Шерлок не заметил, как его мозг подустал, читая про эффективные шахматные дебюты. Он сполз на пол, в решетчатые двери шкафа проникал вечерний свет, и Шерлок сначала прикрыл глаза, устроился поудобнее на полу. Нашел на полке какой-то объемный, но колючий свитер, прикрыл его футболкой с другой полки. А потом лег и уснул. Проснулся он, когда в прихожей послышались голоса. Шерлок потер глаза. Ну что, бежать, обозначить свое присутствие? Или опять смотреть очередное проникновение политических врагов вглубь территории Великобритании? Но в этот раз что-то было по-другому. Оба голоса были мужскими. Тот, кто пришел с братом, говорил уверенно и немного низко — не так, как говорила бы женщина. Кажется, на сегодня мучения Шерлока отменяются. Брат просто пришел попиздеть с каким-то своим приятелем. Возможно, они напьются и заснут под игру в футбол, и Шерлок сможет улизнуть. Когда брат и его приятель поднимались по лестнице на второй этаж, Шерлок смог разобрать удивительно элитарный выговор. Такой же был и у Майкрофта, правда, слегка подпорченный его средним классом. Притворяться тем, кем он не является — вот главная задача Майкрофта Холмса. — Не надо меня упрекать в симпатиях к ИРА, — дверь открылась, и парень, одетый так, будто сбежал из воскресной школы, переступил порог. Прошел к окну, сунув руки в карманы. Он был высокий, со светлыми волосами и зелеными глазами. Шерлок прищурился в своем шкафу. Что еще? Ах да, он не водил машину, играл в футбол — и любил выпить. — Я не упрекаю, — Майкрофт зашел следом, закрыл за собой дверь, бросил ключи от машины в обычном месте — на тумбочку. — Я осуждаю. А вот в симпатиях к лейбористам я тебя упрекаю. Кажется, они продолжали какой-то разговор, начатый еще в машине брата. — Майкрофт, — парень устало потрогал свой лоб. — Мы это уже все проходили в клубе дебатов. Я против компромиссов, потому что компромиссы ничего не решают. — Быть против компромиссов и поддерживать ИРА — разные вещи. — Брат устало сел на кровать и стал разминать шею. Парень покачался на носках, а потом присел на кровать рядом, как-то удивительно близко. — Все зависит от задачи, которую нужно решить, — глубокомысленным тоном изрек он. — Представь, что кто-нибудь из ИРА взял в заложники того, кто попытался обогнать тебя по обочине сегодня. — О-о, — брат не звучал впечатленным. — Мы снова решаем социальные вопросы внешнеполитическими средствами. — Я тебя сейчас ударю. А парень-то не промах. Завязалась какая-то шутливая потасовка, в ходе которой брат получил легкий удар ногой в голень. — Альберт, ты хочешь поужинать? — брат остановил чужую руку на полпути к своей щеке. Что-то было в этом движении, но Шерлок никак не мог опознать, что именно. — Или выпить? Альберт улыбнулся. — Если ты не против, я побуду здесь. Я первый раз у тебя в комнате. Буду искать компромат и порнофильмы. Какое порно любит президент клуба дебатов? Шерлок еле удержался, чтобы не заржать. Плюсы: Альберт о-о-о-очень многого не знал о брате. Минусы: Шерлок должен был сидеть в шкафу еще какое-то время. — Компромат есть, порнофильмов нет, — резюмировал Майкрофт. — Сейчас вернусь. Когда Альберт остался один, он как будто потерял львиную долю своей уверенности. Он лег на кровать, полежал так, раскинув руки в стороны. А потом свернулся клубком, подтянув под себя ноги. Интересно, подумал Шерлок, он всегда такой?.. Лежать Альберту надоело быстро. Он встал, пооткрывал ящики в столе по очереди. Нашел сигареты и зажигалку. Поставил пепельницу поближе к себе, закурил и стал задумчиво изучать книжную полку. Потом он как будто что-то услышал, полуобернулся. Шерлок замер в своем укрытии. Альберт прищурился, глядя на шкаф. Не вздумай, думал Шерлок. Не вздумай, Альберт. Но положение спас Майкрофт, который принес пиццу, вино и два бокала. «Почему не пиво», — запоздало пронеслось в голове у Шерлока. — У нас вечер имени Муссолини? — сыронизировал Альберт. Взял бутылку вина в руки, покрутил. — О, нет. Это венгерское. Хороший выбор. Шерлок знал, что отец привозил из командировок разное вино. Бутылки копились в винном шкафу, потому никто кроме отца не любил вино. Шерлок окончательно убедился, что Альберт был как минимум очень богат. Он выглядел младше Майкрофта, но то, как он держал бокал, складывал кусочки пиццы пополам и разговаривал — все выдавало в нем человека гораздо выше классом. Что он вообще забыл в компании Майкрофта? «Включите футбол, пожалуйста», — Шерлок был готов молиться, чтобы не пускать в свою голову ни одну догадку. Вместо футбола Альберт и Майкрофт долго обсуждали что-то по учебе, пока ели и пили вино. Потом внезапно заспорили на какую-то тему — что-то про Войну за независимость в США, потом про экзамены Альберта, потом про последние экзамены Майкрофта. Но что-то в этом диалоге было, Шерлок заметил напряжение. Словно они оба игнорировали по-настоящему важную тему. — Ты первый раз позвал меня сюда, — сказал Альберт, и у Шерлока что-то щелкнуло в голове. — Да. Есть разговор. — Брат закурил и с сигаретой во рту вытер руки, прибрал тарелки с пиццей, поставил их на стол. — Я уеду во Францию, когда получу степень. Семейные дела. Взгляд Альберта на мгновение стал совершенно стеклянным. — Надолго, — спросил он, покачал бокал в руке. — Может, навсегда. Шерлок еле-еле сдерживал выдох. Отец работал по всему миру, но чаще — во Франции. Кажется, судьба Майкрофта была решена именно им. Самому Шерлоку было все равно, куда брат поедет — лишь бы глаза не мозолил. Но Альберт выглядел так, как будто хотел заплакать. — Ясно, — сказал он. Одним махом выпил то, что оставалось у него в бокале. — Буду ждать открытку из музея Карнавале. — Альберт, — в голосе брата было столько мягкости, что Шерлок вжался в полки позади себя, уже догадываясь, но не пуская себя в это грустное знание. Была причина, по которой брат в какой-то момент перестал приезжать домой с девчонками. Да и вообще стал приезжать домой реже, предпочитая Оксбридж. Была причина. — Альберт, — передразнил Альберт. Он снова закурил, а потом случилось неизбежное. Альберт сделал затяжку и, не открывая рта, поцеловал брата, выдохнул дым ему в рот. У Шерлока онемели руки. От вида поцелуя двух мужчин в нем проснулось что-то, что спало от вида поцелуев мужчины и женщины, даже от вида секса между мужчиной и женщиной. Мозг Шерлока вертелся где-то вокруг Уильяма Мориарти, и ему захотелось заорать. Но нельзя было. Поцелуй тем временем медленно перерастал во что-то большее. Шерлок заставлял себя отвести взгляд, но не мог. Тело и разум потяжелели, и впервые Шерлок ощутил настоящий стыд. — Останься, — сказал Альберт, только очень тихо. — У меня нет выбора. — Майкрофт обнял голову Альберта руками, ткнулся своим лбом ему в лоб. — Никогда не было. Тогда Альберт толкнул брата в грудь, повалил на кровать, сел сверху и стал целовать так зло, что даже Шерлок испугался за жизнь Майкрофта. Альберт вцепился в воротник чужой рубашки, тряхнул. Брат в ответ только погладил его по рукам, а потом обнял, положил свои руки ему на талию. — Как ты хочешь? — так же тихо спросил Майкрофт. Альберт как будто вышел из транса, перестал сжимать воротник. — Как обычно, — он немного смягчился, но, судя по голосу, все еще злился. Шерлоку почему-то захотелось ободрить его. Сказать — не переживай, найдешь себе такого же зануду. Но был ли на свете такой же зануда, как его брат? «Как обычно» значило, наверное, то, что они уже это делали. И то, что у них были какие-то договоренности. Потому что Майкрофт аккуратно толкнул Альберта на спину. Тот лег и стал расстегивать на себе одежду. Брат не раздевался. Просто смотрел, склонив голову, как Альберт скидывал свои вещи на пол. Разве что помог ему стащить с ног брюки. Они поцеловались еще раз, Майкрофт что-то спросил, но так тихо, что Шерлоку пришлось читать по губам. «Ты уверен?» Альберт быстро кивнул, перевернулся на живот, упираясь коленями в простынь. И Майкрофт поменялся в лице — быстро, словно весь вечер прятал в себе агрессию. Послышался звон — он вытянул из брюк ремень и связал Альберту руки за спиной. Альберт мгновенно покраснел, ткнулся носом в кровать. Шерлок даже из шкафа заметил, что он возбудился. Стоящий член не врет. — Сильнее, — сказал он, и Майкрофт затянул ремень потуже. Шерлок понял, что этой игрой в насилие управлял именно Альберт. Возможно, это даже была его идея. Шерлок не видел брата таким с его девчонками. Но и ему нравилось — это было заметно даже через брюки. Майкрофт грубо заставил Альберта облизать свои пальцы, подтянул его за зад к себе — и стал делать то, на что Шерлок не захотел смотреть, зажмурился. Под веками поползли круги, но Шерлок не захотел открывать глаза. Послышалась возня: брат, кажется, достал из прикроватной тумбочки смазку и презервативы. Вжикнула молния брюк, хрустнула упаковка от презерватива. Спустя долгие-долгие секунды Альберт рвано выдохнул. Потом все затихло, и он раздраженно сказал: — Двигайся. Шерлок приоткрыл один глаз. Майкрофт так и не разделся. Взял Альберта сзади, на вид больно сжав ему бедра, но не двигался. Ждал. — Ты нарушаешь правила, — заметил Альберт. — Не надо. Майкрофт хмыкнул, но все-таки двинулся — резким толчком, заставляя Альберта пройтись коленями по простыне и вскрикнуть. Майкрофт закрыл Альберту рот рукой, потянул на себя, выгибая того дугой. Чем грубее и короче были движения, тем больше Альберт краснел и жмурился, тем глубже брал в рот пальцы Майкрофта. Этот спектакль вряд ли мог продлиться долго, потому что им обоим это слишком нравилось: Майкрофт часто-часто дышал и облизывал губы, а Альберт стонал. Шерлок потерялся среди них и их странных, непонятных ему отношений. Которые должны были кончиться с отъездом брата. Альберт вдруг задрожал всем телом, выпустил чужие пальцы изо рта. Повернул голову и сказал что-то очень неуместное в их игре: — Вместе? Майкрофт кивнул, просунул руку под Альберта. Шерлок уже знал, что он делал. Они действительно чудом кончили вместе: Альберт открыл рот, жмурясь, а Майкрофт сжал зубы и ткнулся лбом Альберту в спину. Шерлок снова закрыл глаза. Щелкнула резинка, снова началась возня. Когда он осмелился посмотреть, эти двое лежали под одеялом. — Уже можно? — Майкрофт держал руку над головой Альберта, который устроился у него на груди. — Можно. И тогда нежность, которая была между ними до секса, вернулась. Брат гладил Альберта по волосам, целовал в нос. Шерлоку почему-то захотелось заплакать, так аккуратно и грустно все это было. Когда они заснули — довольно быстро, учитывая их кардио-тренировку, — Шерлок выскользнул из шкафа и ушел, стараясь обойти скрипучие половицы. Внизу в прихожей Шерлок без капли стыда порылся в сумке брата. Нашел там письмо от отца. В конверт был вложен билет на самолет до города Руан. Шерлок просмотрел письмо, а потом выбросил его в мусорку вместе с билетом, полив остывшим кофе из кофеварки. Это ничего не меняет. Но хотя бы даст отсрочку. А там, кто знает? Может, и Альберт купит себе билет в Руан. Шерлок беззвучно вернулся в свою комнату, и ему стало жаль собственной сентиментальности. Но его переполняли чувства — и он уже знал, к кому и какие. Гудки звучали нудно и повторялись. — Алло? — наконец сказали на том конце провода. — Привет, — Шерлок потер нос. — Это Шерлок Холмс. Ты сидел со мной под партой во время учений. Уильям Мориарти секунду помолчал. — Ах да. — Он как будто листал какие-то заметки, что-то шуршало в трубке. — Вспомнил. Почему ты звонишь мне в три часа ночи, Шерлок Холмс? — Не знаю, — весело сказал Шерлок. — Может, тебе нужна помощь с уроками? Уильям засмеялся так легко и непринужденно, что Шерлок почувствовал себя в раю. — Не уверен. Мне кажется, я справляюсь. — Ну колись, что ты там читаешь. Уильям опять помолчал. — Английский перевод «Химических элементов» Антуана де Лавуазье, — сказал Уильям, и по голосу Шерлок слышал, что он улыбался. — Врешь! — Вру. Но мы все равно можем это обсудить? — Можем. На мгновение все стало таким ясным и правильным — и таким счастливым.