Добро пожаловать в Сити 17

А знаешь, я ведь действительно горжусь тем, что называю Сити 17 своим домом. Да, так говорил доктор Брин с экранов мониторов. Но именно сейчас, спустя столько лет, я понял, что он говорил правду. Ведь в этом городе я родился и вырос. Здесь я прожил всю жизнь, здесь прошло моё детство. Здесь жили все близкие мне люди, мои друзья. Я помню их. Помню своего друга Барни и подружку Аликс. Её отца, дядю Илая. И дядю Айзека, друга и коллегу по работе дяди Илая. Именно с этими людьми я провёл свои самые светлые и счастливые моменты жизни. Помню как мы с Барни и Аликс и другими ребятами любили входить в подъезды и из окна кидать в ГОшников разный мусор, а потом, смеясь убегать. А они со словами "Мятеж! Мятеж! Мятеж!" бежали за нами, достав свои электрошокеры. Но мы не боялись их. Мы как свои пять пальцев знали каждый потаённый уголок в домах и на улицах. Ещё помню как мы играли в гравибол. Дядя Илай дал каждому из нас облегчённую версию грави-пушки. Она не такая тяжёлая, как оригинальная версия, но всё же не каждый ребёнок сможет её поднять. Но мы умели. Мы тренировались. Дядя Илай учил нас. А потом мы придумали игру - гравибол. Разбивались на команды и кидали друг другу грави-пушками отключённую шаровую мину. Задача - попасть в ворота другой команды. А ещё некоторые смельчаки любили совершать вылазки в Цитадель. Они проникали туда тайно и скрытно. Чтобы Альянс не обнаружил их. Я тоже иногда ходил туда с Барни и Аликс. Первые разы бывает страшно. Боишься, что комбайны поймают. Но потом привыкаешь. Особенно когда лазаешь по уже пройденным лазейкам, в которых точно никто тебя не обнаружит. И даже там, в Цитадели, среди огромных железных стен, техники Альянса, в окружении комбайнов, мы открыли для себя новую игру. Она называется "Закрой глаза сталкеру". Мы тихо подходили сзади к сталкеру и закрывали ему забрало на глазах. Он начинает орать, а мы убегали из Цитадели, смеясь. Ох, какую же шумиху поднимали комбайны. Но так ни разу не смогли нас найти. А ещё мы любили кататься на страйдерах. Ждали пока он наклонится к земле, а потом прыгали на его голову. И он так и ходил, не зная, что мы на нём сидим. А ещё таким же образом мы любили кататься на роботе Псе. Пёс - это робот Аликс. Дядя Илай сделал его для неё. Пёс, в отличии от страйдеров, был дружелюбным. И поэтому мы не боялись. Да и он сам не был против этого. Ещё помню как дядя Илай катал нас своём багги по песчаному берегу Сити 17. Правда на берегу было полно муравьиных львов. Он просто кишел ими. Но дядя Илай ловко сбивал их на полном ходу своим багги или же расстреливал их из встроенной в багги тау-пушкой. А потом, когда мы возвращались обратно в дом, дядя Илай объяснял нам, что ни в коем случае нам нельзя ходить на берег одним, что это очень опасно. Сейчас, пока я тебе рассказываю всё это, на моих глазах наворачиваются слёзы. Мне больно вспоминать всё это. Тебе не понять моих чувств. Ведь ты жил в Белой Роще. В этой чёртовой лесистой местности, как проклятый дачник. Ты там постоянно получал тумаки и подзатыльники от дяди Арнольда, которого абсолютно все называли доктором Магнуссоном. Дядя Илай рассказывал нам про него. Что он такой же плохой, как и доктор Брин. Но в отличии от доктора Магнуссона, он хотя бы не прикрывался тем, что пытается спасти мир, а признавал, что он плохой и не скрывал этого. А дядя Арнольд всем судачил о том, что он святой, делает всё во благо человечества, поэтому и орёт на всех, а люди из-за этого думают, что он плохой. Но я-то знаю, что это наглая ложь. Потому что все его ненавидят. Говорят, что он даже не даёт людям принимать пищу и пить чай. Я даже сам видел, как он орал на дядю Илая, когда Аликс налила ему чай, потому что дяде Илаю стало плохо. Я в тот момент просто возненавидел его. Ненавижу его и до сих пор. А ты продолжаешь жить у него и работать на него. Не понимаешь. Ты просто слеп. Разве его побои ничего тебе не показали? Он же тебя в хвост и в гриву гоняет в одну и в другую сторону. И заставляет делать каких-то "магнуссончиков". Это такие устройства, которые якобы позволяют убивать страйдеров с одного выстрела. Бред всё это. Мы в Сити убивали их голыми руками. Ну это самые сильные и ловкие. А я и мои друзья убивали их ещё дедовским способом. Трёх из ракет из базуки хватало для его убийства. Да и что может быть лучше этого способа? Просто дачники из Белой Рощи - выскочки, которые хотят попонтоваться перед нами. Ну и пусть. Мне решительно всё равно. А потом помню, что Сити 17 пришёл в упадок. После того как какой-то недоброжелатель устроил на вершине Цитадели взрыв. И дядя Айзек, захвативший все экраны в городе, сказал, что всё население надо эвакуировать в срочном порядке. После этого я записался добровольцем в ряды Сопротивления. И мы вместе с Аликс и Барни спасали жителей нашего города. Сопровождали их до железнодорожной станции к поездам. Не знаю сколько человек мы тогда спасли, но знаю, что этого ничтожного количества хватило для того, чтобы гордиться тем, что служишь во благо спасения своего любимого города и его жителей. Вместе с последней партией людей на поезд сел и Барни. А мы с Аликс сели на последний поезд. В тот момент, когда поезд тронулся, мы стали лицезреть падение нашего великого города. Слёзы сразу навернулись на глаза. Ведь в тот момент я понял, что светлой жизни пришёл конец, что город, в котором я родился и вырос, скоро будет стёр с лица Земли. Не будет больше тех светлых моментов, проведённых с друзьями. Я уверен, Аликс, чувствовала тоже, что и я. Ведь для неё этот город значит тоже самое, что и для меня. Я заплакал. А потом закрыл глаза и начал рыдать. В этот момент взрывная волна накрыла наш поезд. Очнулся я вагоне поезде, который упал с обрушенного моста. Аликс была жива. Мы решили, что сидеть здесь и горевать нет смысла. Этим ничего не добьёшься. Мы решились идти на отчаянный шаг - идти в Белую Рощу. Аликс сказала, что дядя Илай и дядя Айзек там. Я всем сердцем не хотел туда идти, предчувствовая, что там наш ждёт одно горе и беды. Но Аликс сказала, что это - единственный выход. Тем более идти нам больше некуда. И я нехотя согласился. Так я стал дачником. Тем, которых я ненавидел всю жизнь. Ненавидел больше чем Альянс и доктора Брина. И как только я стал дачником, вся моя жизнь пошла ко дну. В один короткий момент я потерял всё чем я дорожил. Каждый день я слышал оры доктора Магнуссона и терпел от него унижения и издёвки. А ты каждый день смеялся, смотря на это, наслаждаясь тем, что я стал таким же, как ты. Ты ведь об этом мечтал. И теперь радуешься тому, что твоя мечта сбылась. Аликс, дядя Илай и Айзек весь день занимались какими-то делами, по поручению доктора Магнуссона. Они говорили, что они хотят запустить ракету, чтобы закрыть портал Альянса, образовавшийся на месте Цитадели. И на меня перестали обращать внимания. Для них я стал никем, пустым местом. Меня как-будто не существовало для них. И я понял, что это конец. Конец всему. Понял, что прошлое нельзя вернуть, что я устал от всего этого, устал смотреть на наглую рожу доктора Магнуссона, который творил неистовства и трещал без остановки, как пулемёт, всё ворча и ворча по любому поводу. И в один день произошло то, что действительно положило конец всему. Мы с Аликс и с дядей Илаем спустились в ангар, к вертолёту. В этот момент в помещение ворвались два Советника Альянса, устроили заваруху и убили дядю Илая. Убили бы и Аликс, если бы не подоспевший Пёс, который спугнул Советников. Аликс села на колени перед дядей Илаем, обняла его и долго-долго плакала. С тех пор её как-будто подменили. Весь мир для неё перестал существовать. Она полностью ушла в своё горе, от которого так и не смогла оправиться. Так я остался один. Окончательно. С тех событий и со дня смерти дяди Илая прошло 10 лет, а Аликс так ни разу и не улыбнулась. Она теперь всегда ходит опечаленная. И плачет, плачет, плачет. Вся её жизнь сейчас - это только плакать и копить горе по утрате отца в сердце. И всё это приведёте её к безумию. Так я потерял Аликс. Человека, с который я всегда чувствовал себя счастливым и жизнерадостным. Она ушла навсегда и больше не вернётся. От Барни я ничего не слышал ещё с тех пор, как он сел на поезд в Сити 17. Что сейчас с ним? Как бы я хотел сейчас его увидеть и обнять. Вспомнить всё то былое хорошее, что было у нас. Барни тоже ушёл, как и Аликс. Дядя Айзек так и остался в Белой Роще. Он стал нервным и раздражённым от постоянных ссор и пререканий с доктором Магнуссоном. А я остался один. Вот и всё. И сейчас, когда я сижу и вспоминаю всё это, я опять плачу, потому что мне горестно. Я хочу вернуть всё обратно. Я готов на всё, чтобы вернуть всё обратно. Вернуть наш великий город, наш Сити 17. Все те светлые мгновения, все гуляния и весёлое времяпровождение с друзьям и много другое. И сейчас мне остаётся только вспоминать всё это и плакать. И страдать. Вся моя теперешняя жизнь состоит из страданий, мучений и бесконечного потока слёз. Я давно уже смирился с этим. И теперь мне приходится только страдать и плакать. Дядя Илай тоже наверное плачет сейчас от понимания того, что хорошее кануло в лету. Если, конечно, мёртвые умею плакать. Я бы на его месте рыдал. Но и надеялся бы. Надеялся бы на тот миг, когда всё вернётся обратно. Но это лишь надежды. Она давно мертва, как и дядя Илай, мои друзья и моя жизнь. А ты сидишь и смотришь на мои страдания. Сидишь и потираешь руки. И громко злорадно смеёшься, понимая, что ты победил. Можешь гордиться собой. Да, ты победил. 24.09.2017 написано, 12.04.2025 отредактировано и опубликовано