Связанные золотой нитью

      К полукровкам всегда относились отвратительно, не проявляя ни капли эмпатии, но когда ты оказываешься сыном одного из самых влиятельных ингрийцев в мире — десника короля, а после некоторых событий и вовсе его заместителем, то отношение всех вокруг становится настоящим цирком клоунов, а ты — несчастным животным, которое должно терпеть это всё. Алекс привык к фальшивым улыбкам, к гадостям за спиной, а от некоторых лиц и вовсе открытым оскорблениям и, может, даже насилию просто из-за того, что он родился. Конечно, спасибо огромное таá и отцу с братом, которые объясняли про идиотов и среди аристократов и научили его не обращать внимания на такое. Хотя бы стараться. И в отличие от таá, которая к такому обращению была привыкшая и учила его правильно реагировать, отца это злило, и приводило это к нехорошим последствиям. Но сейчас, когда он отдален полностью от семьи и части свиты, которая могла его защитить, вступаться за него никто не мог. Да и Алекс не так уж позволял. Попав в Академию, где остались выжившие Розы, пришлось встретиться со всеми старыми неприятными знакомыми, которые и толики уважения не знали по отношению к тем, кто отличался от них. Это касалось и даже графов соседних государств. К огромному ему сожалению. — Немного даже не верится, что вы, принц, могли как-то связаться с этими двумя… существами, — брошенные слова от обнаруженного ими графа Розы не остались без внимания. Принц, первый обнаруживший бестелесную форму графа, неловко тогда замолчал и, судя по его взгляду, судорожно пытался найти слова, чтобы возразить своему слуге и смягчить обстановку, но его опередила Келли. Как обычно. — Ты ща про меня и Ала? — от ее недовольства атмосфера менялась моментально, и каждую эмоцию от Келли, казалось, можно было почувствовать в воздухе. Граф — Адам — беловласый статный юноша с идеальными чертами лица и розовым цветом глаз, что были присущи его семье, посмотрел с таким отвращением на секунду, что Томас с Алексом были готовы уже хватать Келли за руки, лишь бы та не кинулась с кулаками, но следом он мило улыбнулся и кивнул ей. Бесстрашный. — Уж извините меня, миледи, — искренне извинился он. — Но вы сами понимаете, что в нашем обществе свои законы. В тот день сдерживать девушку Алекс впервые не стал, хоть Томас и старался. На не очень хорошей ноте они все познакомились.

***

— Почему ты промолчал?! Выйдя на улицу, где трава была еще зеленой, а деревья живо колыхались от осеннего ветерка, где местность еще не затронула хворь, Келли после долгих попыток выбить всё «дерьмо» из призрака графа наконец-то возмущенно задала ему вопрос. Алекс только оперся о каменный столб, глянув в чистое небо, на котором плыли облака, скрывая за собой полумесяцы с луной. — Потому что смысла отвечать нет? — ответил он вопросом на вопрос, отчего девушка подвисла. — Как нет? — Келли одним прыжком встала перед ним, возмущенно вглядываясь. — Он буквально нас оскорбил! Вот как вернется в себя, врежу хорошенько, — она ненавистно хмурилась, скалясь от наполняющегося недовольства. Алекс хмыкнул с ухмылкой и кивнул ей. Он правда не видел смысла в споре о том, чего она не понимала, а доносить тому, кто не жил в их реалиях — трудно. Пожав плечами, Алекс глянул назад, вглядываясь в дверь, за которой остался Томас с Адамом, чтобы с ним серьезно поговорить. Они пока что должны были «остыть». Келли все еще возмущенно смотрела на него, ожидая точного ответа, чего-нибудь. — Попробуй не обращать внимания на его слова, — сказал он. — Будет проще. — Проще? Кому? Ему, что он продолжит дальше?! — и снова возмущение. — Это ненормально. Тем более он этот… — она немного сбилась, но цыкнула, махнув рукой. — Кто там, тот самый. Ты понял! Он не имеет право так обращаться к нам. Алекс улыбнулся, согласно кивая. Спорить не было смысла.

***

Когда они обнаружили, что графа видят только они из-за сил дневника, стало не проще. Адам оказался настолько разговорчивым и надоедливым, но и понять было можно. Парень был запечатан в камень на долгие шесть лет при инаугурации и все эти долгие годы проживал в бестелесной форме, которую никто совершенно не замечал. Вот и вымещал все свое одиночество на них троих. Конечно, сначала он больше ошивался с Томасом, со своим будущим королем и одним из чистых ингрийцев. Это было комфортно для него, и понятно почему. Но со временем, пока они проживали в Академии и жили по здешним правилам — страдая — и всё еще изучали местность и местных для решения их главной задачи, Адам стал больше вести разговор с ними. — Значит, в твоем мире нет короля? — он появлялся в их выделенной комнате, не стесняясь, даже когда кто-то из них мог переодеваться, левитируя вокруг них. — Ну, в некоторых странах есть, но больше везде парламент или президенты, — Келли спокойно отвечала, но заметно напрягалась, если Адам оказывался совсем близко к ней. — А кто тогда управляет странами?! Ваши человеки совсем не благословляют высокопоставленного? — вопрос за вопросом шли с его рта, пока он подлетал все ближе к ней. — Чел, мне 15, мне похуй на то, кто управляет страной, — и наконец-то она огрызнулась, давая прекрасно понять, что больше не лезть не стоит. И спасибо, что Адам оказался понятливым, он кивал ей и шустро отлетал, не зная куда себя толком деть. Потому что в первое время он не имел желания начинать разговоры с ним. Алекс и не был против. К нему никто не лез с вопросами и разговорами, не доставал и не пытался активно помочь. А граф был уж очень приставучим. Но со временем, видимо, что-то внутри главы Розы треснуло, потому что внезапное внимание к Алексу было… непривычным. Сначала, когда Алекс подметил странное поведение взрослых на понятные вопросы принца и решил проследить за ними, Адам оказался рядом, желавший помочь. — С чего ты взял, что с господами что-то не так? — он находился за его спиной, перешептываясь. Алекс дернул ушком, косо глянув на него, но не сразу ответил, так как прятался. — Они увиливают от ответов. — Как и все в принципе взрослые, — Адам хмыкнул и положил свои руки на его плечи. И все бы ничего, но Алекс прекрасно почувствовал тяжесть на себе, словно бы за ним был не призрак. Вопроса он не задал, но отдернул того. Они тихо, а точнее уж только Алекс, прошли вслед за двумя мужчинами, но почти сразу их потеряли из виду. Алекс остановился, но быстренько отошел за дерево, чтобы не себя никак не сдать. Адам же был рядом. — Они не похожи на каких-то плохих парней, — проговорил он. — Ага, Голдтриз тоже казался обычным нахалом, а в итоге меня чуть не прикончил, — Алекс фыркнул и осмотрелся по сторонам. Никого не было, они находились тут только вдвоем в небольшом парке. — В тихом омуте… — Омут никогда не был тихим, — парировал он, недовольно глянув на графа. Отступив от ствола дерева, Алекс осторожно вышел из своего укрытия и как ни в чем не бывало пошел к стенам Академии, не обратив внимания на странный взгляд Адама.

***

Со временем Адам стал показывать себя с лучшей стороны, и находиться с ним становилось комфортнее даже для Келли. Она уже без опасений могла что-то высказывать, вести диалог с Адамом и даже шутить. Во многих случаях граф судя по его виду был этому рад. Хотя общаться с Алексом стало легче, он по-прежнему избегал его. Алекс же был не против такого положения вещей, даже радовался, что тот предпочитал общаться с человеком и принцем. Даже когда случился конфликт Келли с ученицами Академии, что те в моменте остригли ее копну волос, Адам сидел рядом, поглаживая плед, под которым Келли закрылась от всех. — Эти девушки поступили отвратительно, но ты… — договорить ему не дал Алекс, махнув рукой прямо сквозь него, взглядом требуя пойти за ним. — Келли надо побыть одной, — проговорил он и ступил к выходу из комнаты. Адам растерянно смотрел то на него, то на Келли. — Н-но… — Она сама выйдет. Дай ей побыть одной, — грубо перейдя субординацию, Алекс четко проговорил каждое слово, указывая на дверь. Адам даже не пискнул, подлетел к нему и покинул комнату, еще оборачиваясь к девушке. Алекс, держа дверь открытой, глянул на кровать, сообщив Келли, что они вернуться через пару часиков. В ответ ему покачалось только одеяло. Покинув жилое крыло, они вновь вышли к тому маленькому парку, где чаще всего отдыхали воспитанники. Сейчас там находились пару-тройку учеников, кто-то из них сидел на траве, читая, кто-то тренировался, а кто-то просто отдыхал после мучительных занятий. Алекс прошел в место, где никого не было, и молча опустился на землю, хватаясь за голову. Наблюдать за чужими эмоциями было сложно и морально больно, особенно зная, что помочь ничем толком не мог. Сжимая пальцы на волосах, Алекс носком туфли стал водить по земле, создавая маленькую ямку. Адам стоял рядом, сложив руки за спиной, и молча смотрел на него. — Почему мы оставили ее одну? — задал Адам вопрос. Алекс вздрогнул от него, совсем позабыв, что повел графа за собой. — Потому что она привыкла успокаиваться сама, — Адам дернул кончиками ушей. — А может ей стоило оказать определенную поддержку? — тон Адама стал неприятно низким, с нотками наездами. Алекс поднял голову, непонимающе глянув на него. Адам от этого насупился. — Она девушка. — И? Хмурость на его лице пропала, сменившись на возмущение. Адам приоткрыл рот, а плечи приподнял. Он подошел ближе. — Она девушка, Алекс! Ей необходима определенная поддержка, если ты не в курсе, — Адам возмущался, взмахивая руками и кружа вокруг. — Она сама просила оставить ее на время. — Но нельзя же так поступать! Алекс раздраженно вздохнул и приподнялся, поправляя белую рубашку. Как же он ненавидел эту форму. Выдыхая и проводя по волосам, растрепав их, глянул на графа с понятливым взглядом. — Адам, что ты от меня хочешь? — Адам от возмущения слегка покраснел, дергая уголками губ. — Ты издеваешься? Мы, как парни, должны были поддержать леди! — и лицо раскраснелось от негодования. Алекс хмуро смотрел на него. — Я не совсем парень, Адам. И он тут же побледнел, отдергиваясь и опуская в смущении уши. — И-извини. — Забей. Пошли найдем Тома, он разберется с этой ситуацией, а Келли что-нибудь возьмем со столовой. Побыть в одиночестве, чтобы успокоиться, не получилось совсем. Алекс ступил дальше, но его остановил Адам, схватив за руку. — Я правда не хотел использовать оскорбления к тебе, — сказал он, так серьезно смотря, будто бы совершил что-то ужасное. Алекс даже не понял. — Мне бы не хотелось, чтобы ты был зол на меня. Алекс кивнул и отдернул руку.

***

Алекс сидел у древа нитей и смотрел на свой безымянный палец, на котором сверкала золотая нить, ведущая к его избраннику. Он не мог понять, о чем думать. В один из осенних дней многие молодые ингрийцы и софти отправлялись к древам, чтобы узнать, кто станет их будущим партнером. Согласно поверьям, на руке того, кто хочет узнать свою судьбу, появлялась золотая нить в том месте, где обычно носят кольцо. Это волокно неизвестной пряжи указывало путь к избраннику или избраннице, и за ним стоило следовать. К сожалению, через сутки нить исчезала, как будто её и не было вовсе, но многие успевали узнать того самого. Это было радостное событие, особенно в Академии, где воспитанники могли отдохнуть и повеселиться. День Созвездий — так был называн этот праздник. Конечно, они не могли упустить возможность повеселиться. Для Келли такие вещи были в новинку и вызывали неподдельный интерес. Именно поэтому они оказались у дерева, и именно поэтому Алекс, как и она, сейчас стоял в замешательстве. — Мы же сделали все, как надо? — Келли стояла рядом, глядя на свою руку. Та же золотая нить была сильно натянута, что говорило о том, что ее суженный был совсем рядом. — Да, — он кратко ответил и наконец-то вздохнул. Поднимать взгляд от своей было страшно. — И че… Нам надо как-то пойти за этой ниткой, да? — она задергала рукой, стараясь отмахнуться от волокна, но та была крепко связана на пальце. — То есть моя судьба в этом мире? — Получается, — Алекс кратко отвечал. Келли с раздражением цокнула языком и, взглянув на него, щелкнула перед его глазами. Было видно, что она смущена и недовольна, хотя и непонятно чем. Алекс зашевелил ушками и только тогда заметил стоящего за ней графа, который все это время с серьезным и хмурым видом смотрел на него. Золотая нить раздваивалась, и одна фантомно была натянута между ними, ярко светясь. Хорошо, что натянутую нить видели только связанные судьбой.

***

После дня Созвездий вокруг всё будто бы перевернулось, и все поголовно стали себя странно вести. И ладно бы, но Алекс точно не ожидал отдаленного поведения от Келли, которая то и дело желала побыть сама с собой, вечно куда-то уходя и общаясь в основном с Сэм и другими девочками, так и еще вечно пропадающий непонятно где Томас сильно отдалился. А Адам, вечно приставший к ним, и вовсе не появлялся! Алекс был готов проклясть тот чертов праздник, потому что быть одному именно в этот период ему совершенно не хотелось. Но вынужденно пришлось. Оставаться в одиночестве ему не в тягость и имелось в привычках еще со времен проживания во дворце, пока все родные были заняты работой и политикой, но почему-то именно сейчас сидеть в закрытой спальне было удушающе неприятно. Его внутри колотило от всего, что до этого произошло. Мысли вихрем проносились в голове то от дня Созвездий до их задачи решить проблему с Розой, то от Келли, Томаса и всех вокруг. По-детски стало обидно, что его оставили без вопросов, но жаловаться он не мог. Да и не умел в таком смысле. — Почему один? — голос Адама вывел из транса, заставив вздрогнуть всем телом, а уши навострить от испуга. Он недовольно глянул на призрака, спиной облокотившегося к окну. Адам сложил руки на груди и слишком уж серьезно смотрел на него. Алекс на момент почувствовал себя семилетним ребенком, провинившимся перед старшими. Опустив уши, он в ответ хмыкнул и отвел взгляд. В их с Келли спальне был беспорядок, и убирать его никто не хотел, а Алекс только сейчас это заметил. — Я задал вам вопрос. — «Вам»? — и тут он глянул на него обратно. От испуга и растерянности не осталось ничего, внутри начало закипать. — С каких пор ты перешел на «уважительный» тон? — Следует сделать также, — Адам хмыкнул и отстранился на окна, медленно вышагивая к сидящему Алексу. — С тех пор, как мы оба кое-что узнали. — Это ни о чем не говорит. Мы можем спокойно забыть это недоразумение и жить дальше, — вновь отмахнувшись, Алекс поднялся, вставая прямо перед графом. Адам был выше на голову и смотреть пришлось вверх, задирая нос. Он смотрел на него непонятно: серьезность граничила с чем-то неясным для Алекса и пугающим. С минуту они играли в гляделки, пока Адам не усмехнулся. — Недоразумение, так? — А ты бы назвал это не так? — наклонив слегка голову набок, Алекс хмыкнул. Чего он от него хотел? Злость внутри закипала, но сдерживать ее было проще простого, а от этого Алекса начинало потряхивать. Адам поджал губы, все еще держа ухмылку на лице, и пожал плечами. — Может и недоразумение, — согласился он, и Алекс уже совсем растерялся. — Все же почему-то Боги решили связать меня — графа Розы, пристанища Молодой Луны и главного ее почитателя — с грязью в виде такого полукровки, как ты. Слова порезали больнее, чем всё, что он слышал раньше в свой адрес. Сделав шаг назад, Алекс с искренним непониманием смотрел на него. Они, вроде, наладили отношения и к нему стали относиться проще, чем к какому-то мусору, что сейчас-то не так?! — Просто мне бы хотелось кое-что уточнить, — Адам продолжил, ступая к нему, не давая никак отстраниться. А потом и вовсе схватил за запястье, когда Алекс попытался отойти. Как работала его чертова бестелесность, было непонятно и пугающе одновременно. Задергав рукой, Алекс пытался отмахнуться, но не получалось. Адам держал крепко и смотрел ему в глаза. В этот же момент и накатила паника, от которой по позвоночнику прошелся удар током, отдаваясь в затылок. Движение сковало, а сердце стало биться намного быстрее, создавая неприятную боль в ребрах. Алекс опустил уши и по всей видимости побледнел, потому что Адам его резко отпустил, наконец, обратив внимание на то, что творил. — Алекс, т-ты чего, я же не… — только тот начал оправдываться, Алекс двинулся с места, сломя голову убегая прочь. По коридору его встречали удивленные взгляды ингрийцев, кто-то даже окликал его, но Алекс не останавливался, спускаясь вниз к выходу на улицу, пока все же не врезался в кого-то, чуть не свалив с ног. К счастью, этим потерпевшим оказался Томас, крепко схвативший его и прижавший к колонне. — Алекс! — и только знакомый голос дал прийти в себя. — Хей-хей, дружище, ты чего? Дергаясь в руках, Алекс остановился. Внезапно ударило удушье, легкие сжало, что он свалился на землю. Его все еще трясло, а в голове ничего толкового не укладывалась. Томас продолжал его держать, давая время на передышку, а сам же присел рядом, следя за каждой его эмоцией. И судя по сжавшимся губам, у Алекса просто было отвратное состояние. — Я-я… извини, я сейчас, — он тяжело дышал, заикался, да еще и дрожал, как осиновый лист. — Что случилось? — отпуская Алекса, Томас осторожно спросил, не отрывая взгляда от него. Сердце все еще просилось выскочить наружу. — Ты тоже, когда пройдешь инаугурацию, возненавидишь меня?! — вопрос Алекс почти что прокричал, так что все, кто находился отдаленно от них, повернулись. Но как же ему было плевать. Томас с непониманием уставился на него и протянул руки обратно, хватая друга. — О чем ты говоришь? — он продолжал осторожно задавать вопросы, пытаясь выяснить причину его поведения. А Алекс тяжело дышал, трясся и оборачивался, словно бы он от кого-то гнался. — Ал, успокойся. Что случилось? Но он не ответил. Раздраженно промычал, оттолкнул Тома и ушел.

***

Тишина и одиночество все же хорошо помогали прийти в себя и успокоиться. Алекс битый час сидел у высохшего почерневшего от хвори озера и сжимался, обнимая колени. В голове совершенно не было ни мыслей, ни злости, ни паники — ничего. Он ощущал только уколами тока горькую обиду. С кем бы он не знакомился, все всё равно обращались к нему без единой толики уважения. И никто никогда не ставил себя на его место. Не желал даже думать, что он мог чувствовать от брошенных слов. Всем было плевать. И возможно даже и близким друзьям. Прикрыв глаза, Алекс ровно задышал, но дернул ушками, напрягаясь. — И тебе не стыдно появляться после сказанного? — он сквозь зубы проговорил, сжимаясь всем телом. — Стыдно, — со спины ответили, и Алекс еле сдержался, чтобы не подняться и не замахнуться. Только вот ударить было невозможным. Он не двигался, сидел в той же позе и даже не отодвинулся, когда рядом присели. — Я не хотел… — О да, ты определенно не хотел назвать меня грязью, да? Очень смешно, Адам, — Алекс огрызнулся и отсел. — Лучше неси свою херню кому-нибудь другому. Или вон, девчонкам, с удовольствием твое дерьмо послушают, еще и расцелуют. Он совершенно не сдерживался в выражениях. Опустив колени и поднявшись, Алекс взмахнул рукой и уже повернулся к нему. — Думаешь, я просто приму и сожру всё сказанное дерьмо? — тыкнув пальцем ему в плечо, Алекс продолжил, а Адам молча слушал. — Ну конечно же, я же какая-то грязь, мусор, никчемный для всего. И можно мне все в лицо сейчас высказывать, папочка же не поможет, а я сожру все с причмокиванием. Такие бы, как ты, хоть раз голову из жопы достали и подумали, что несете. А ты, блять, граф целой страны, идиот! Выдохнув, Алекс резко отодвинулся, снова прижав колени к груди. Опустив уши и отвернув голову, он осознал, что наговорил лишнего перед лицом, занимающим более высокое положение в обществе. Адам молчал, сидя рядом, и, боги, Алекс уже был готов к потоку неприятных слов. Но к его удивлению, тот тихо посмеялся и подсел ближе. — Стало легче? — после смешка Адам серьезно спросил, и Алекс неловко завис, после чего кивнул. Это заставило Адама улыбнуться. — Я хочу принести свои искренние извинения за свои сказанные слова, — он внезапно проговорил, всматриваясь ему в лицо, будто бы выявляя определенные эмоции. Алекс все еще смотрел в сторону, бегая взглядом по всему, что видел, лишь бы не глянуть в ответ. — Принес. Молодец, — Алекс огрызнулся. Все же, чего тот ожидал, что после каких-то жалких извинений радостно побежит его обнимать? Еще чего! — Ты же знаешь, как тяжело так себя вести, когда тебя буквально учили другому? — тихо проговаривая, Адам осторожно протянул руку и дотронулся до его уха. Алекс вздрогнул и недовольно глянул на него. — Это не просто, — продолжал он. — А еще не просто узнать свою судьбу и увидеть его воочию. Его тонкие пальцы осторожно погладили заостренный кончик. Алекс точно завис, с шоком глядя на него и краснея от каждого прикосновения. Адам же делал вид, будто бы ничего странного не происходило и будто бы пару часов назад он, черт возьми, не оскорбил его и не высказал свое точное мнение о нем. — Убери руку. — Твои уши такие длинные, давно это заметил, — он внезапно проговорил, но руку от уха убрал. — Как у крольчат. Алекс замотал головой и отполз. Что вообще происходит… — Ты больной? — Я пытаюсь извиниться за свое поведение! — и наконец-то вернулся привычный Адам. Он подполз к нему, присаживаясь на колени перед ним. — Попытался разбавить обстановку! — Домогаясь до меня?! Ты в курсе, сколько мне лет?! — Алекс заорал в ответ, все полз от него, пачкаясь в углевой хвори. Адам внешне занервничал. — Да я в курсе! Я не настолько старше тебя, — он также воскликнул, а потом оссекся, краснея. — Совсем чуть-чуть старше, но не настолько. Черт, Алекс! Прокричав, Адам замолчал, сидя на коленях. Сложив руки на ногах, он выглядел до отвращения виновато. — Мне правда жаль, — протянул он. — Я не знаю, что на меня нашло… Всё смешалось и валуном свалилось на голову, вызывая неприятную боль. Алекс просто моргнул в ответ и посмотрел по сторонам. Было неловко, но также и давило непонимание. Они молчали, пока Алекс пытался переварить всё произошедшее. — В-возьми свои слова обратно, — с заиканием проговорив, Алекс сел ровнее, все еще неловко смотрел на него. — Мне не впервые такое слышать, но все же. — Я беру свои слова обратно и приношу свои извинения, — Адам поклонился и умоляюще глянул на него. Алекс сходил с ума. — Ладно. Он тихо проговорил и поднялся с земли, отряхиваясь. Адам подскочил следом, левитируя перед ним. Всё происходящее казалось сумасшествием, да и его поведение тоже. Обычно такого он не прощал и не говорил об этом, игнорируя существование обидчика, но чтобы перед ним так извинялись… Бред. — Значит, мы сможем все же поговорить кое о чем? — Адам был совсем близко, от чего Алекс вздрогнул, стараясь отойти. — О чем? — его голос захрипел, и кажется, как только они вернутся в Академию, Алекс закроется в спальне в постели на долгое время, наплевав на помощь ребятам и всему, что можно. — О нашей золотой нити. Определенно спрячется от всех. И как только он глянул на него, из рощи к ним выглянули Келли с Томасом. Оба были запыхавшиеся и взволнованные. Ну точно, Алекс же встретил в невменяемом состоянии Тома и в том же убежал. Только махнув им рукой, его тут же заключила в объятия Келли, чуть не свалив с ног. — Что произошло?! — Тише-тише, — Алекс конечно обнял ее в ответ, подмечая, как теперь она непривычно смотрелась с короткими волосами. — Все в порядке сейчас. Я в порядке. Ребят это не успокоило. Те все же продолжали допрашивать его, а Томас и вовсе визуально искал хоть какие-то отголоски повреждений на нем, еще и с подозрением поглядывая на графа, который виновато стоял в стороне. — Я с Томом кое-что нашли, — после тонны расспросов Келли поделилась находкой. — Мы вас двоих искали столько времени. Пойдемте! Выходя к территории Академии, по которой они шли в активном обсуждении находки, в основном говорила Келли, а Томас что-то тихо добавлял или поддакивал, поспевая за ними. Выглядел он устало. И только ступив к высоким стенам, Келли с Томасом ушли вперед, пока же Алекса остановил Адам. Все это время он шел за ними молча. — Мы все же поговорим? — переспросив, Адам пролетел вперед него. — Да, хорошо, — он кивнул. — Отлично, — Адам улыбнулся и поспешил за избранной и принцем. — Тогда поговорим позже, крольчонок. Сказанное ударило с тем же током, что был до этого, заставив Алекса застыть в ступоре. Только в этот раз ступор был не от неприятных ощущений, а совершенно непонятных для него. — Эй, вы там долго? — Келли оказалась как раз рядом, возвращая его на землю.