Heartbeat

      Ларри смотрел на макушку Филлипа на уроке по художественному искусству, размышляя над его словами, что были обговорены ранее.       — Ларри?       — М? — он отвлекается от рассматривания одноклассника и теперь смотрит Салу в глаза.       — Между вами что-то произошло?       Он намекает на Фила, что очевидно.       — Нет, просто… там очень запутанная история…       — Настолько запутанная, что ты о ней не рассказываешь? — Салли наклоняет голову набок.       — Просто меня кое-кто хотел забрать в свою компанию, Филлип пытался мне помочь. Хотя я даже не знаю, почему он так решился сделать.       — Может… — Салли помолчал некоторое время, — он хотел подружиться с тобой.       — Не знаю. Все это очень странно. — Ларри вновь погрузился в свои размышления. И в то время, как он перевел взгляд в сторону Грибкова, тот словно почувствовал на спине взгляд и обернулся. На лице Филлипа застыло безучастное выражение: особенно это ощущалось в глазах и поджатых губах.       По окончании урока Филлип быстро собрал свои вещи, и прежде чем Ларри успел бы его окликнуть, скрылся за дверью. «Черт».       Сал проследил за тем, как руки парня сжались в кулаки.       — Все в порядке?       Ларри не ответил, лишь вылетелел вслед за Грибковым. Он перехватил его за руку и заставил развернуться к себе.       — Почему?       — Что «почему»? — Фил переспросил его в непонимании, — почему я помог тебе? Просто так, Лар. Я знаю, что ты мне не доверяешь, просто потому, что мы не общались до этого. Но я хотел просто оказаться замеченным… — Филлип опустил взгляд себе под ноги. Господи, что еще нужно доказывать здесь, когда на тебя так давят?       — В каком плане? — Ларри сдержался, чтобы не ударить в стену.       — В дружеском, понятно тебе? — на щеках Филлипа были замечены слезы, отчего внутри у Ларри неприятно сжалось в комок. — Ты же у нас пипец какой недосягаемый. Все время относишься к Салу, как к ребенку, а не как к другу. И носишься за ним везде защищая и окружая заботой… — голос срывается на последнем слове.       — Филлип…       -… пока другие просто мечтают о том же. — Он пожимает плечом.       Не нашлось больше слов, чтобы хоть как-то помогли бы успокоить в этот момент. Ларри тупо стоял рядом и молча смотрел на него. Смотрел на то, как плечи мелко тряслись и слушал, как вырывались едва слышные всхлипы. Наконец, он отмер и просто обнял его, как когда-то обнял его Сал во время одного из расследований по апартаментам.       — Все хорошо. — Только лишь пробормотал высокий парень.       Филлип успокоился спустя пару минут и вытер слезы. Не самый лучший момент для выяснений обстоятельств, поэтому Ларри просто отступил назад и развернулся по направлению кабинета следующего урока. Пока он шел, в его мыслях крутились бесконечным потоком вопросы. Их было целый рой. Они мешали размышлениям и запутывали.       «Святые» были частью какого-то плана. Ларри фыркнул про себя от абсурдности их «звания». Он знал, что они все далеко не такие, как привыкли себя называть.       И еще это странное прошлое Трэвиса наводило жуть. Да кто он такой, чтобы провозглашать себя кем-то вроде вершиной этой безвкусицы?! Ларри явно многого не знал о своем ровеснике и, по совместительству, парне Сала. Да, к сожалению самого Джонсона, правда вскрылась не самым хорошим способом. Сал просто рассказал ему об этом и молча ожидал осуждения. Но как и во многих ситуациях, Ларри просто не мог этого сделать. Он, конечно, был рад, что Сал счастлив. Но не с Трэвисом же.       Постепенно Ларри привыкал к Трэвису. Однако, сам парень его неимоверно бесил.       Сам факт, что Фелпс мог в любом случае защитить своего парня (фу!), невероятно облегчал душу металлиста. Джонсон старался как можно больше проводить время с Эшли, чтобы заглушить мысли об отвращении. Он все же оставался натуралом и мог отрицать данный тип отношений. Эшли смогла разубедить в обратном, что так или иначе Салли остается его сводным братом, другом и родной душой, но никак не врагом.       В конечном счете, блонда (как его называл Ларри про себя) остался в компании и обедал вместе со всеми. Еще непонятным оставалось присутствие Хёрта практически в каждом разговоре. Кто это вообще такой и какое он имеет ко всем отношение.       Если собрать с каждого по одному факту: Хёрт рос в религиозной семье, как и Трэвис. Джонсон это заметил по крестику, что прикреплен к замочку на рюкзаке Хёрта, и убедился в своих размышлениях позднее, когда блонда упоминал об этом. Хёрт основал свою банду с шестого класса и по нынешний день состоит в кругу. Есть еще и Святые, но они появились после того, как Трэвис вернулся в Нокфелл.       Джонсон встретился с Салли после уроков, и готовился уже уйти, как его останавливает за рукав Филлип, передавая ему бумажку и скрываясь снова в толпе.       — Салли, — друг подошел к нему ближе, — если я ринусь за ним для объяснений, останови меня. — В записке были указаны непонятные символы.       — Используй зеркало.       Ларри развернул бумажку и встал напротив зеркала, чтобы прочитать непонятный ему шифр. С каждым прочитанным словом в его душе все больше поселялось чувство тревоги.       «Не доверяй тем, кто рядом. Иногда это не очень хорошие люди». Что это могло означать?       — Блин. — Ларри сдержал ругательство, — Фил в последнее время говорит какими-то загадками.       — Думаю, что он хотел тебя предупредить. — Сал помотал головой. — Я бы не стал игнорировать его слова.       — Почему?       — Потому что такими методиками он не просто спасал Трэвиса, он ограждал от опасностей. И такое случалось не раз. Филлип как-то чувствует, когда кому-то из нас грозит опасность.       — Чем я отличился от вас?       — Пока не могу этого знать.       Перед ними возникает один из Святых.       — Ну что, не передумал насчет своего решения?       — Какого решения?! Я ни за что не стану одним из вас.       — Я так и передам Касу.       Ларри выудил из своей памяти информацию, рассказаную Трэвисом во время одной из прогулок. Кас такой же предводитель, как и Хёрт, только чуть сильнее влиянием. Ему, как и каждому, кто находится в лиге Святых, все сходит с рук практически день в день.       — Да передавай хоть самому Сатане, мне будет все равно. Не трогай меня больше.       — На то твоя воля.       После того, как парень ушел, Сал переглянулся с Ларри.       — А что это… — начал было Сал.       — Не спрашивай.       — Ладно.       В остальные дни было настолько тихо, что Сал начал нервничать. Он не рассказывал об этом Трэвису, а тот не спрашивал и принял это молчание как данность. Если бы захотел, то рассказал, а сейчас нет смысла волноваться.       Фил не подходил к Ларри после того случая, и второй посчитал это благословлением. Эшли не задавала ему вопросов о том, что произошло между ними. А Джонсон не знал, как ответить «ничего и не происходило», при этом не оставаясь в подозрениях.       Все продолжили жить дальше, пока ситуация не обострилась еще больше…