Жулик, улики, три Шастуна

Съемочные площадки всегда были отдельной вселенной со своими порядками и установками. И очевидно на каждом проекте разными. Где-то все шло слаженно с редкими форс-мажорами, в других местах, наоборот, сплошные косяки прерывались редкими моментами, в которые шло все как планировалось. Площадка «Кто тут жулика?» скорее относилась к последним. Хотя лично для Антона все пока шло довольно гладко. Тем более, если учесть, что постоянная суета вплоть до сигнала «Мотор», в целом, были неотъемлемой частью любых съемок. Когда сам воздух словно был пропитан предвкушением, волнением и верой в успешность проекта. Антон работал в такой атмосфере много лет и уже практически не обращал внимание ни на то, что за стенкой постоянно кто-то ходил, что-то таскали и роняли, ни на крики и разговоры работников между собой. Все это было частью одной большой системы, которая со стороны, наверное, была похож на муравейник — хаотичный с виду, но со строго отведенной работой для каждого и понятными лишь изнутри порядками. И в этом всегда был свой кайф, а сегодня и вовсе каждая деталь казалась особенно важной, и в принципе хотелось, чтобы прошло все по высшему разряду. А все потому, что сегодня они впервые снимались почти всей семьей разом. Ваня уже несколько недель радовался так, словно не мог поверить, что его реально взяли гостем в шоу. Он задал им с Арсением миллион вопросов о процессе съемок, хотя сам десятки раз приходил к ним на съемки, сто раз спросил о правилах и кто будет участником их мотора, упросил посмотреть выпуски «Импровизаторов» с ними и постоянно скидывал в семейный чат рандомные факты из разных каналов, в чтение которых ушел с головой. Поэтому на площадку он чуть ли не заставил их приехать одними из первых. Ваня, унаследовав и энергичность Арсения и волнушечность Антона (причем и в прическе, и в поведении), не мог усидеть дома и нервничал до мокрых ладошек. Хоть и тщательно пытался это скрывать. И глядя на эти искренние, почти детские переживания, смешанные с предвкушением, Антон плохо получалось сдерживать теплую отеческую улыбку. Арсений по этому поводу не переставал его подкалывать, но сам при этом строил в эти моменты такие умиленные выражения лица, что Антон не удержался и исподтишка сфоткал его и теперь выжидал наиболее удачный момент, чтобы вкинуть этот козырь и заставить Арсения посмотреть на себя со стороны. Так что на площадку они приехали все на эмоциях. Причем Арсений с Ваней еще и на два часа раньше нужного, потому что оба в один голос изъявили желание присоединиться к Антону, которому как ведущему нужно было приехать в числе первых и успеть перед мотором встретиться с продюсером, выучить все подводки, да и просто войти в рабочий лад и успеть настроиться перед длинным съемочным днем. Но сначала Антон провел своим небольшую экскурсию и показал декорации и съемочную площадку, на которой ни Арсений, ни Ваня еще не были, представил их членам команды, не встречавших их раньше. Других гостей еще не было, и встречались им разве что члены команды, занятые своими делами. Ваня с горящими глазами всем улыбался и кивал невпопад, Арсений, как всегда, держался уверенно и с легкой улыбкой перебрасывался с каждым парой фраз, создавая полное ощущение, что весь мир принадлежал ему. Заглянув во все углы они, наконец, ушли в его гримерку и даже успели выпить втроем по чашке кофе, прежде чем Антона позвали выйти на площадку, там настроить микрофон и обсудить в сотый раз технические моменты. Что заняло немало времени, поэтому когда он вернулся в гримерку, Арсений и Ваня очевидно успели куда-то убежать, ведь сидеть на одном месте они оба долго не умели. Но не успел Антон направиться на их поиски, к нему зашли продюсеры и утянули его в диалог о всех нюансах, подводках, таймингах, рекламных вставках и прочих мелочах, которые по идее были важны, просто углубляться в них было не то чтобы интересно. Особенно когда можно было думать о том, чем занимались его неугомонные и сколько раз уже успели друг друга сфотографировать. Однако к сожалению, без этих обсуждений было никак, поэтому приходилось их терпеть и пытаться вникать, иначе был шанс налажать в кадре. И довольно реальный, потому что волнение перед съемками как обычно зашкаливало, и знание обсуждаемых деталей помогало на камеру действовать машинально. А вот за кулисами его спасали накручивание шагов по гримерке, перекуры, банка энергетика, ну и сильнее всего — присутствие Арсения, который вернулся к нему в гримерку, как раз когда на нем наводили последние штрихи и крепили бутоньерку, минут за двадцать до начала съемок. — Ой, ну посмотрите на него, ну жених, — восторженно протянул Арсений при виде Антона в темно-зеленых брюках и серо-коричневой рубашке, не успев переступить порог. — Что, выйдешь еще раз за меня? — широко улыбнулся Антон, чувствуя, что рядом с Арсением снова дышать сразу стало легче. Хотя с другой стороны, при виде мужа в бежевых брюках и шелковой кремовой рубашке дыхание от красоты спирало. — У тебя у самого тоже вполне себе наряд подходящий. — Если для этого не придется разводиться, я подумаю, — скокетничал Арсений, пробегая кончиками пальцев по его плечам. И вроде все говорилось в шутку, но знакомый блеск в глазах выдавал, что образ пришелся ему по душе. Может, все же стоило подумать о том, чтобы выкупить его после съемок себе. Раз уж Арсений как примагниченный не мог устоять и обхватив его за талию пробрался кончиками пальцев под кромку пояса. Стилистика, тем временем, понимающе пробормотала какую-то отмазку, которую Антон абсолютно пропустил мимо ушей, и практически сбежала из гримерки, тихо прикрыв за собой дверь, после чего Арсений оставил быстрый поцелуй на его губах и потянул его за собой на диван. — Я все еще не понимаю, зачем мне выделили отдельную гримерку, — вздохнул Арсений, вытягивая ноги и скидывая одним движением тапочки. — Может, считают, что мы устали друг от друга за столько лет, — пожал плечами Антон и подозрительно прищурился. — Или пытаются скрыть от меня, что ты жулик. — Я бы на твоем месте лучше на Ваню подумал, — никак не отреагировал внешне на его подозрения Арсений. И либо он не был жуликом, либо очень старался шифроваться. — Он меня в свою гримерку сейчас даже не пустил. — Получается два подозреваемых у меня уже есть, — хмыкнул Антон, на этих словах дверь резко отворилась, и в гримерку вбежал Ваня в пиджаке до середины бедра и с голыми ногами в тапочках, и Антон со смешком добавил. — И вот они все в сборе. — Мне надо с вами поговорить! Это срочно и очень важно, — выпалил Ваня, глядя на них круглыми глазами как у кота из «Шрэка». — Ну, давай поговорим, — расслабленно согласился Арсений, казалось, ни капли не удивленный, и демонстративно оглядел его в головы до пят. — Только сначала скажи, почему ты в трусах? — Так получилось. Я торопился. Не важно! В общем… Короче, давайте на съемке сделаем вид, что мы незнакомы, — протараторил Ваня на одном дыхании и замер в ожидании их ответа. — А, что стесняешься нас, да? — поддел его Антон, не в силах удержаться. Хотя собраться и отбросить собственные переживания на второй план было проще, когда перед ним стоял взволнованный сын с внезапными идеями в стиле Арсения. — Не успел толком стать знаменитостью, а уже зазнался, — вторил Арсений, обмениваясь с Антоном многозначительными ухмылками. — Да, па… Если бы я прямо стеснялся, я бы не согласился сниматься здесь, — обреченно простонал Ваня, хотя подколы его как будто приободрили. Видимо, он больше боялся, что они сразу откажутся или обидятся. — Просто не хочу говорить об этом в телеке, чтобы меня в первую очередь узнали как певца, а не как вашего сына. Полгода назад, после долгих лет занятий музыкой и отчётных концертов, Ваня, наконец, решился начать выкладывать каверы и свои песни в инсту и тикток. Там они довольно быстро завирусились, его «Я — Москва, ты — Питер» попала в ротацию, у него резко прибавилось число подписчиков, налетели желающие набиться ему в менеджеры, появились первые выступления. И вот в свои пятнадцать Ваня стал не только школьником и их сыном, но и начинающим певцом, в их семье стало на одну звезду больше, а при попытках шутить о толпах тринадцатилетних фанаток появилась возможность шутить, что люди путали Шастунов. — Но ведь тебя не из-за нашего родства сюда позвали, — ответил Антон, пытаясь как можно незаметнее толкнуть Арсения в бок, чтобы тот ему помог с поддержкой. У него всегда получалось лучше выражать свою позицию словами, а в этом вопросе они признались абсолютно идентичного мнения. — Да и едва ли оно реально как-то играет против тебя. — Я такого и не говорю, — тяжело вздохнул Ваня, поджав губы. — Просто не хочу пиариться за счет того, что вы мои родители. И чтобы все думали, что это вы меня в шоу-бизнес проталкиваете. Они не первый раз обсуждали этот вопрос, и Ваня не скрывал, что хотел всего добиваться сам. И в целом, они даже поддерживали его в этом. Хотя и не думали, что они так сильно влияли на успех Вани, как тот сам того боялся. То есть, они, конечно, признавали, что их популярность несколько помогла Ване, но при этом оба были уверены, что он бы и без них справился. Разве что, может, чуть более долгим путем. Да и помогла их популярность разве что найти ему первых слушателей. А вот то, что те дальше не прошли мимо и решили слушать его записи и распространять их, некоторые из которых уже прозвали себя его фанатами, считали целиком и полностью заслугой Вани. Как минимум потому что большую часть его аудитории составляли подростки. Всё-таки несмотря на нескончаемые шутки про юных поклонниц импровизации, школьниц они с каждым годом интересовали все меньше, и большая часть аудитории Вани с ними никак не пересекалась. — Вань, люди всегда будут что-то предъявлять и возмущаться, если ты в шоу-бизнесе решишь остаться, — осторожно заметил Арсений, явно пытаясь подобрать правильные слова. — Тебя же в любом случае будут оценивать по таланту. А у тебя его завались. Антон с готовностью закивал в такт его словам. — И лучше забей на всех и вспомни, как ты радовался, когда я сказал, что тебя сюда позвать предложили. — Ну интересно же! Я всю жизнь смотрю, как вы на всякие шоу ходите, а тут уже самому поучаствовать можно, — воскликнул Ваня, и в его глазах вновь начал проглядывать воодушевленный блеск. Но через секунду снова поднял на них упрашивающий взгляд и, вскинув брови, вернулся к корню разговора. — И все-таки, вы согласны, нет? — Ну если ты очень этого хочешь, то согласны, наш сильный и независимый, — согласился Арсений почти без заминки. — Главное, сам об этом не забудь на съемке. — Главное, вспомни о своих стариках, когда тебе будут вручать Грэмми, — со смешком исправил его Антон. — Хорошо. И спасибо, — выдохнул Ваня, а потом на волне эмоций наклонился и крепко сжал их обоих в объятиях. — Люблю вас, вы лучшие! — И мы тебя. Но ты сходи все-таки штаны, надень, — пробормотал Антон ему в плечо. — Такой образ не самый лучший способ сместить внимание. — Ладно, сейчас, — кивнул Ваня и, отстранившись, так же быстро как влетел, вылетел из гримерки, с хлопком закрывая за собой дверь. — Ну вот и все, — вздохнул Арсений. — От нас отказался собственный сын. — Зато если он все-таки решит скакать на съемках в трусах, можно делать вид, что мы с ним незнакомы. — Ага. Только с твоей любовью снимать штаны на сцене, едва ли между вами не заметят семейное сходство. — Кто бы говорил, — прыснул Антон, легонько толкая Арсения в плечо. — А кого я недавно на историях прятал, когда ты решил там стриптиз на сцене устроить? — Это другое, — тут же отмахнулся Арсений. — Тогда мне надоело читать сплетни о том, что я после рождения Насти в форму так и не пришел. — Ну, конечно! В этом году особенно же это обсуждали, спустя три года-то! — звонко рассмеялся Антон, уворачиваясь от тычка в бок. — Я сейчас все твои раздевания перечислю, — пригрозил Арсений, и следующий тычок в бок Антон все-таки пропустил. Напряжение, которое хуже дьявольских силков опутывало его перед началом съемок и усилившееся взволнованным появлением Вани подотпустило, и от внезапной легкости внутри смешки грозились перерасти в истерику. Все же одно присутствие Арсения рядом обычно помогало, а уж подколы и наблюдение за тем, как тот красовался, уже много лет безотказно действовали лучше любого антистресса. Поэтому когда Арсений, плавно поднявшись с дивана, потянулся, как бы разминаясь, из-за чего рубашка задралась и оголила его бока, Антон довольный видом откинулся на спинку дивана и, прикусив губу, принялся наблюдать за тем, как Арсений решил медленно обойти его гримерку и как бы невзначай останавливаться у каждого лежащего листа со сценарными подводками. — Если ты пытаешься найти вопросы, то здесь их нет, — не удержался от замечания Антон спустя пару минут. — А кто сказал, что я их уже не знаю? — обернулся Арсений, хитро глядя на него из-под опущенных ресниц. — Это чистосердечное? — вскинул брови Антон. — Хочешь сказать, ты все-таки жулик? — Не знаю. А я похож на лиса в маске? — задал встречный вопрос Арсений, и у Антона ушло несколько секунд, чтобы понять, что тот говорил про мем из мультика. — Если честно, немного да. — Ну тогда, получается, есть шанс, что я — жулик, — заключил Арсений с абсолютно невинным выражением лица. — Я понял, — многозначительно протянул Антон, пристально глядя на него. Хотя наверняка из ответов он убедился разве что в том, что Арсений очень хотел шифроваться. Тот, поймав его взгляд, лукаво подмигнул и, видимо, решив не размениваться на лишние слова, в два шага вернулся к дивану и уселся к Антону на колени с таким невозмутимым видом, словно все места для сидения в комнате внезапно исчезли, и поцеловал его. Расслабленно, неторопливо, со всей теплотой и нежностью, которая царила между ними, и будто у них было все время в мире. Так как Антон больше всего любил. Поэтому он с лёгким выдохом крепче обнял его за талию, прижимая ближе. И вроде за долгие годы отношений все это давно должно было стать чем-то привычным, но сердце всё равно каждый раз непроизвольно ёкало. Потому что это был Арсений. А с ним иначе не получалось. И когда Арсений все же отстранился и, облизнув свои губы, уже собирался соскочить с его колен, Антон вцепился в него руками, придавливая его обратно к себе, и хрипло возмутился. — И все? — Нам в зал пора выходить, — напомнил Арсений, но через пару мгновений все же поддался немому уговору и, чмокнув его еще раз, пообещал на ухо соблазнительным тоном. — Так что это тебе на удачу. А остальное завтра, когда детей не будет дома. — Ловлю на слове. И только попробуй теперь оказаться жуликом, — пробормотал Антон, вставая следом и хватая с вешалки свой пиджак. — Ну так пойдем, проверишь, — бросил Арсений через плечо и одарил его самой что ни на есть лисьей улыбкой.

***

Когда он вышел на съемочную площадку, в зале уже вовсю играла музыка и все зрительские места были заняты. Участников после надевания петличек задержали за кулисами для последних вводных инструкций, так что Антон вышел первым, поздоровался со всеми и, перебросившись парой слов с командой, развлекающей и объясняющей правила зрителям, подключился к общему разговору. Зал был в бодром расположении духа и встретил его, как обычно, радостно, хоть и без особого ажиотажа. Все-таки его появление было для всех ожидаемым. Зато стоило только показаться Арсению и Ване, и всем понять, что они пришли не как зрители, по залу побежали шепотки и загорелись десятки экранов. Кто-то с задних рядов аж вскрикнул на эмоциях, на что Антон обменялся с Арсением позабавленными взглядами. Не было никаких сомнений, что в сети уже вовсю пищали капслоком о том, что они пришли все вместе и описывали каждое их движение. Ваня, верный своей просьбе, старался делать вид, что они были незнакомы, не подходил поговорить и обходил их чуть ли не за километр. По мнению Антона он немного переигрывал, но сам тоже честно пытался подыгрывать и, давя улыбку, не стал его подкалывать и даже формально поздоровался как с остальными участниками, после чего поспешил занять место за столом. И с последними штрихами по гриму и свету вскоре начался мотор. Он быстро принялся представлять гостей по сценарию — включившую дурочку Аллу Михееву, постоянно хохмившего Романа Постовалова, успевшую смутить его комплиментами еще до мотора Леру Астапову. А вот с Арсением и Ваней, пользуясь тем, что его не заставляли строго придерживаться текста, а с ними и вовсе дали полную свободу действий, он позволил себе пару вольностей. И если с Ваней он пытался убрать отцовскую гордость из тона и говорить как можно нейтральнее и «забыл» объявить его фамилию (хотя об этом он все же предупредил продюсера до начала мотора): — Его первый трек мощно выстрелил в интернете, так что советую всем к нему присмотреться. Начинающий певец и, кто знает, возможно, еще и жулик — Просто Ваня! И с Арсением он тоже не сдерживал себя и даже добавил легкие нотки флирта в голос. — Человек, о котором можно говорить бесконечно. Актёр, импровизатор, инфлюенсер, на мой взгляд, самый обаятельный подозреваемый — Арсений Шастун. После этого он дал возможность команде переброситься парой фраз, обсудить настрой и немного сплотиться, затем быстро объяснил правила игры, которые всем за утро объяснили далеко не один раз, и, наконец, всего лишь через короткую грим-паузу они перешли к первому раунду. И прошел тот весьма живо. После озвученного вопроса почти все включились в обсуждения. Разве что Алла сбивала всех с толку попыткой понять, кто жулик, вместо поиска ответа. Ну и Арсений, судя по его виду, понял ответ секунд за десять, но сначала всех выслушал, выражая все свои мысли на рассуждения за столом мимикой и периодически хмыкая, а потом, когда варианты за столом закончились, как бы невзначай начал проталкивать близкие к правильному ответу ассоциации. Ваня с Лерой поняли, к чему он вел и докрутили этот разгон до правильного ответа, пока он сидел с непринужденным видом и поддакивал их размышлениям. Так вопрос они взяли. На втором вопросе Арсений попытался воспользоваться той же тактикой, но, видимо, никто кроме Антона не понял, к чему он клонил, а он как ведущий не мог озвучить версию, поэтому после ряда переглядок и кивка Антона, когда обсуждение вопроса ушло совсем не туда, Арсений со вздохом все же прямо озвучил свой вариант. И за разгоревшимся выбором окончательного ответа, и спора между Аллой, докапывающейся в этой версии ко всем мелочам, и Арсением, пытающегося не послать ее и отбивающегося от подозрений, было интересно наблюдать. Тем более, Ваню и Арсения посадили через одного от Антона, что ему было очень даже удобно, потому что так они оба были в поле зрения, и ему не приходилось вертеть головой, чтобы видеть их. Все же, как не борись и не пытайся казаться непредвзятым, взгляд все равно постоянно тянулся к ним. Потому что Арсений в формате шоу явно чувствовал себя комфортно и почти без остановки развлекался, между делом шутя и подкалывая всех участников. А Ваня же фыркал и закатывал глаза на его шуточные замечания, совсем как дома, потом ловил себя на этом и натягивал сосредоточенную мину на лицо, которую удерживать долго не получалось. И так по кругу. Так что к первому голосованию Антон не совсем успел оценить остальных игроков и понять, кто реально мог бы быть жуликом, поэтому к обсуждению за столом старался прислушиваться. Но когда не обращал внимание на игру в моменте, все аргументы игроков казались резонными. Рома быстро согласился с правильным ответом? Подозрительно. Алла слишком пытается найти жулика и так отводит подозрения? Лера громко радуется одной из версий еще до озвученного ответа? Конечно, подозрительно. Арсений сначала шутит, а потом вкидывает правильный ход мысли? Ваня готов подключиться к любому разгону вариантов? Тоже явно могут быть жуликами. Еще и по подсказке «Жулик много говорит, когда волнуется» тоже особо понятнее не становилось. Тут все за столом пока болтали наперебой, а Ваню с Арсом точно всегда на нервах было не остановить. Но в итоге большинством проголосовали за Рому, который, недовольно поворчал для приличия на камеру, а потом чуть ли не пол перерыва вместе с Ваней с интересом разглядывал и баловался с врученной ему меткой. Во втором раунде все закрутилось еще сильнее. Видео-вопрос команде достался от Айдара, сводился он к музыкальной тематике, но упомянутый случай в нем был настолько малоизвестным, что сразу ответ сказать никто не мог. Даже Арсений, который хоть и присоединился к обсуждению, еле заметно (а возможно и вовсе только Антону заметно) хмурил брови и, казалось, не знал правильного ответа. Ну или включил актерство, чтобы его не заподозрили. Сам Антон, впрочем, тоже, прочитав ответ, подумал, что из ниоткуда мог бы тоже так сходу не дойти до него. К счастью, за столом было много других музыкантов, а их сын рос любознательным малым и уже в конце обсуждения вдруг, замахав руками, выпалил верный вариант. И то ли от абсолютной уверенности в его тоне, то ли от явной сомнительности остальных озвученных версий, но все участники быстро согласились с его вариантом, и этим обогатили свой банк. В следующем вопросе Арсений с Ромой уперлись в разные варианты и спорили, кто из них был прав, остальные присоединились к разным сторонам, еще и Алла решила, что нужно именно в этот момент предложить свой вариант и, не слушая никого вокруг, его продавливать. К счастью, все ее проигнорировали, и Ваня с Лерой своим напором и неиссякаемой энергией убедили всех остановиться на варианте Арсения. Что в итоге оказалось правильным выбором. Хотя когда они перешли к голосованию против жулика, это скорее сыграло Ване боком. — А вот скажите, уважаемый господин ведущий, — кокетливо протянул Арсений и, откинувшись в кресле, стрельнул в Антона глазами. — Да-да, Арсений? — откликнулся Антон, предчувствуя, что он что-то задумал. — Я ведь могу каждый раунд менять свое мнение касательно жулика, так? Антон кивнул. — Все верно. Тут на губах Арсения растянулась коварная ухмылка и, неторопливо смахнув с лица прядку, он кивнул в сторону Вани. — В таком случае я вот заметил, что юный Иван в этом раунде подозрительно ловко угадывал правильные ответы. Особенно в первом вопросе. Уж не потому ли, что он узнал их заранее? — Почему сразу я-то? Ты на прошлые вопросы тоже отвечал правильно! — мигом возмутился Ваня, подскакивая с места. — И вообще я видел как ты в гримерку ведущего заходил перед съемками! Вот что ты там делал? Не ответы ли пытался найти? — А ты почему возле его гримерки вертелся, совершенно незнакомый мне мальчик? — не моргнув глазом, парировал Арсений и все-таки ввернул подкол за просьбу скрывать их родство. — Я вот поговорить заходил. Ты, если не знал, Антон немного мой муж. — В смысле немного? — шуточно возмутился Антон, прикусив губу, чтобы не присоединиться к тихим смешкам, доносящимся от зрителей, наблюдая за перепалкой и растерянными лицами остальных участников. — Ну достаточно. Не менее пятнадцати лет уже, — отмахнулся Арсений и с ухмылкой добавил. — Вот Ивана тогда точно на свете еще не было. Ваня, закатил глаза на последнее замечание, но вслух реагировать на него не стал, и продолжил напирать. — Но даже если ты зашел просто поговорить, это же не значит, что ты не можешь быть жуликом! — Не значит, — легко согласился Арсений, явно наслаждаясь происходящим. — Только по твоей логике если бы я был жуликом, зачем мне было бы пытаться пользоваться мужем, если бы мне и так выдали все ответы? — В этом он прав, — вмешалась Лера. — Угу, — закивал следом Рома. — Совсем невыгодно так себя палить. — Ну, наверное, — немного сдулся Ваня, но через мгновение прищурился и показал на Арсения указательным пальцем. — Но я все равно за тобой слежу. И очень внимательно. — Так, давайте вернемся к голосованию, — опомнился Антон и хлопнул по столу ладонью. Он своих знал, если их вовремя не остановить, они будут препираться друг к другу часами, уже забыв, с какой темы начали, но продолжая чисто из принципа. — У нас пока один голос против Леры. Арсений, ты против кого голосуешь? — Против Ивана, — сказал Арсений и одарил его таким взглядом, как будто это должно было быть очевидно всем даже без озвучивания. Рома следом, коротко объяснив свои аргументы про быстрые ответы и подозрения по подсказке «жулик при волнении часто роняет предметы из рук» отдал голос против Леры. И Антон по этому раунду, пожалуй, если бы мог, тоже поставил на нее, хотя чисто по подсказке был и с Арсом согласен, потому что дома у Вани и без волнения часто все летало. Но его голос не требовался, а отвечающая следом Лера наоборот настаивала, что жуликом был Рома. Слишком уж подозрительно он пытался в аргументы и логику. — Итак, у нас по одному голосу против Ромы, Вани и Леры, — подвел промежуточный итог Антон и кивнул сыну. — Ваня, против кого голосуешь ты? Ваня коварно ухмыльнулся и скрестил руки на груди. — А можно я сначала тоже задам вопрос, пап?.. — Да, юноша, с которым мы, кажется, были незнакомы, задавай, — согласился Антон, выделяя голосом обращение, и обменялся понимающим взглядом с Арсением. Оба почти не сомневались, что он сам себя сдаст. — Да блин… — стукнулся лбом о стол Ваня, когда до него тоже дошло, что он ляпнул. — Я хотел сказать Антон, конечно. — Подожди, Антон. Ваня — твой сын? — пораженно воскликнула Алла под тихие смешки зрителей. И Антон бы их поддержал, если бы все силы не уходили на поддержку невозмутимого выражения лица и попытки по виду Вани понять, хотел он, чтобы ему дальше подыгрывали или все-таки можно было признать очевидное. Ваня же, поняв, что Антон ждал его сигнала, пожал плечами и с обреченным вздохом кивнул. — Получается так, — подтвердил Антон, уже из последних сил сдерживая улыбку. — А его фамилия Шастун тебе ни о чем не говорит? — поинтересовался Арсений с наигранно невинным выражением лица и склонил голову набок. — Ты серьезно Шастун?! — сделала круглые глаза Алла, повернувшись к покрасневшему до кончиков ушей Ване. — А ты правда думала, он просто Ваня? — фыркнул Арсений, в отличие от остальных даже не пытаясь скрыть веселье. — Ну да?.. — серьезно протянула Алла в ответ, явно пропустив шпильку в свою сторону. — Он же песни вроде просто как Ваня поёт. И Антон его так представил. — Может и я тогда просто Арсений? — Подождите, а все это знали? — проигнорировала она его выпад и обернулась в сторону зрителей. По залу прошла волна шушуканья, хихиканья, согласных возгласов и пара хлопков, и тогда она, видимо, ожидав от них другой реакции, повернулась к остальным игрокам. — Ну я не знал, — легко признался Рома и махнул в сторону Вани рукой. — Хотя вот так смотришь на него, и видно некую схожесть… — А я знала! — воскликнула Лера и хлопнула Ваню по плечу. — Он когда немного помладше был, мы с ним на каких-то ваших съемках пересекались. — А можно это потом из выпуска вырезать же, да? — подал, наконец, голос Ваня и умоляюще посмотрел на Антона. — Вырезать можно, — кивнул в ответ Антон. — Вопрос, станут ли это делать. Ваня скривил губы, а потом бросил взгляд на камеру и резко подскочил с места, обращаясь прямо в нее. — Уважаемые операторы, монтажеры и все кто к причастен к выпуску. Пожалуйста, вырежьте этот разговор из выпуска! — протянул он, умоляюще сложив руки на груди. — Тогда и зрители забудьте эту ситуацию, — добавил Арсений, пригрозив всем пальцем. — Ну и не строчите там об этом в своих соцсетях, — поддержал их Антон, заметив, что некоторые уже подоставали телефоны. — Конечно, — фыркнул Рома. — Там ведь это наверняка до сих пор никто это не заметил. По залу вновь прошла волна не сдерживаемого смеха, и Антон уже хотел было свернуть тему и вернуться к голосованию, но Алла решила еще повозмущаться. — Ну, получатся же, это нечестно! Они так друг друга покрывать могут. — Ты их недооцениваешь, — заключил Антон, криво улыбнувшись и тем самым демонстративно поставив точку в этой теме, развернулся к сыну. — Вань, так ты за кого голос отдаешь? — За Арсения, конечно! — без раздумий и длинных объяснений заявил Ваня, гордо вскинув подбородок, всем видом стараясь показывать, что делал выбор без предвзятости, хотя этим самым скорее производил обратный эффект, и был похож на кота, который только что нашкодил. — Кто бы сомневался, — театрально вздохнул Арсений, испытывая то же впечатление. — Хотя заметь, это не я тебя сдал. Антон все-таки не удержался и прыснул, прикрыв губы ладонью, но не стал настаивать на аргументации выбора от Вани и комментировать замечание Арсения, и просто зачел его голос и перешел к последнему участнику. Алла пустилась в рассуждения, которые Антон слушал вполуха, и в итоге принял ее голос против Арсения. Хотя ему и показалось, что выбор был сделан не на основе игры, а чисто на обнаруженном родстве с Ваней, и выдал Арсению метку, с которой он, конечно, сразу решил сфоткаться. После этого объявили еще один перерыв. Антон решил сходить проветриться, хлопнул Ваню по плечу, проходя мимо за кулисы, и шепнул, что он пошел на перекур, чтобы тот при желании поговорить без зрителей знал куда идти. Но Ваня махнул рукой и, сказав «Да норм все. Что теперь» решил остаться на площадке. Зато Арсений догнал его практически сразу и решил сходить с ним. На улице их встретил промозглый ветер и слишком холодный для весны воздух, весна в этом году к сожалению теплом пока не баловала. Арсений, гордо отказавшийся идти в гримерку за своим пальто, тут же приобнял себя за плечи и Антон, недовольно высказав ему все что думал о подробной дурости, все-таки снял с себя куртку и накинул ему на плечи. Смотреть на него в одной рубашке было холоднее, чем самому стоять в пиджаке. Встав в уголке от входа и справа от Арсения, чтобы дым летел в другую от него сторону, Антон неторопливо курил, периодически стряхивая пепел, а Арсений просто стоял рядом и глубоко дышал с прикрытыми глазами. Они почти не разговаривали, так перекинулись парой слов, а в остальном просто наслаждались тишиной и компанией друг друга. Эти крохи спокойствия всегда были особенно ценны посреди шумных съемочных дней. Но когда сигарета дотлела до фильтра, пришлось торопиться обратно на площадку. Ваня встретил их улыбкой, дал пять Арсению и показал Антону большой палец, видимо, и правда быстро смирившись с неудавшимся планом. И после Антона отвлекли и усадили исправить грим, потому что время поджимало и надо было начинать третий раунд. — А сейчас, моя любимая команда, будет моя любимая часть шоу, — торжественно объявил он, и его губы растянулись в улыбке, когда Арсений тут же начал отбивать пальцами по столу барабанную дробь. — Встречайте, желтый чемоданчик! И когда центр стола разъехался в стороны, и снизу начал подниматься этот самый чемоданчик, реакция гостей Антона не разочаровала. Арсений с Ваней, переглядываясь с ним, звонко рассмеялись, Лера пораженно воскликнула, Рома присвистнул, а Алла пораженно ахнула. — Кайф! — воскликнул Ваня, чуть вытянувшись вперед, когда платформа остановилась на месте. — Роскошно! — вторил Арсений и встретился взглядом с Антоном. — А мы можем себе такой домой купить? — Тебе тоже нравится, да? — переспросил Антон, не сдерживая восторг в голосе. Он вчера во время подготовки полдня наматывал круги вокруг этой конструкции. — Конечно! Я уже даже знаю, что стал бы в нем хранить, — заявил Арсений и многозначительно поиграл бровями. — Да ты бы там сладости от нас с Настюхой прятал, — закатил глаза Ваня со всей подростковой иронией и уверенностью в собственной правоте. — Исключительно, — нарочито серьезно кивнул Арсений, всем видом показывая что он был максимально далек от правды. У Антона тоже были свои догадки, правда совсем в другом русле, но раскрывать перед всеми он их не планировал. Хотя судя по неловким смешкам, раздавшимся в зале, часть аудитории подумала о том же. А это они еще не знали, как в прошлом месяце их дочь стащила из тумбочки в их спальне вишневую смазку и успела ее попробовать. И надо признаться, в моменте было немного смешно, но еще больше неловко, так что после того случая Антон хотел хранить все их игрушки и прочие прелести взрослой жизни за семью замками. Ну или хотя бы одним, но слишком сложным для ловких рук трехлетки. На этом чемоданчике замок правда сняли, но добавить парочку было несложно, а в их темно-синей спальне такой желтый чемоданчик очень хорошо бы вписался. Ваня, к счастью, в тот момент гулял с друзьями и разгонять и просвещать его в эту историю или разгонять при нем эту тему не хотелось, так что, подавив смешок, Антон перешел к реальному вопросу по игре. Вопрос был достаточно простым, еще и по большей части формулировки из области кинематографа, а живя столько лет с актером под одной крышей, Антон успел узнать о многих особенностях и нюансах, так что подходящий ответ быстро пришел в его голову. К тому же, учитывая, что большая часть команды актерствовала, понять правильный ответ им не составило труда. И уже на второй минуте Арсений, Лера и Рома втроем убедили Аллу и Ваню, что другие варианты сюда точно не подходили, и практически хором дали очередной правильный ответ. И Антон с торжествующим выражением лица достал из чемоданчика секундомер и зачитал, что его действительно использовали на съемках для контроля длительности сцен и дублей, и прочие мелочи об универсальности его использования от кухни до космоса. После прощания с чемоданчиком оставался всего один вопрос. Антон непонятно зачем начал волноваться и мысленно скрестил пальцы за команду, искренне желая, чтобы они выбились в лидеры передачи и не дали ни одного неправильного ответа. И, конечно, последний вопрос оказался сложнее предыдущих и гораздо более заковыристым в формулировке. Даже Арсений пробил ответ не сразу. За столом как раз успели обсудить пару вариантов от Вани и Ромы, но быстро поняли, что это было не то. Алла вообще, казалось, решила озвучить все, что летало в ее голове по теме и не очень, Лера хмурилась и краем глаза косилась на Арсения, который, догадавшись, вновь принялся вкидывать приколы и издалека дать команде намеки. Но в этот раз Ваня окончательно забил на попытки выглядеть отстраненно и, считав по лукавой улыбке уверенность Арсения в его версии, начал всех подзуживать вытягивать из него ответ. Арсений под таким напором не стал долго рисоваться и, подавшись вперед, спокойно озвучил свою версию. Антону так хотелось тут же сказать, что все, время закончено называйте окончательный ответ, потому что в его планшете было именно так. Но это было бы не очень профессионально, поэтому он дождался, когда Арсений отбил все сомнения и отразил дурацкие вопросы. И лишь после этого повторил свой вариант лично Антону, чтобы тот его зачел и, выдержав театральную паузу, объявил, что это был абсолютно правильный ответ. Команда на радостях взялась за руки и победно вскинула их в воздух, закидывая комплиментами Арсения, который выглядел донельзя довольным собой. Его глаза блестели, широкая улыбка не сходила с лица, из-за чего на щеках показались ямочки. Антон бы его расцеловал, не снимай их с десяток камер. Но на это будет еще время. А пока нужно было разобраться с финалом, поэтому, быстро прочитав статистику по всей игре, он перешел к последней подсказке, после которой игроки должны были сделать финальный выбор. — Итак, вот вам последняя подсказка, — произнес Антон нарочито серьезным голос, подчеркнув важность момента короткой паузой, и продолжил. — Жулик плохо ориентируется на местности, поэтому в последнем вопросе ему было непросто подсказать правильный ответ, не запутавшись в деталях, — зачитал Антон и поднял взгляд от планшета. — И вот теперь, когда вам известны все факты, давайте голосовать, кто тут жулик. Последняя подсказка окончательно убедила Антона в том, что это был не Арсений. Слишком уж он внимательно играл и искренне вовлекался в процесс для человека, заранее узнавшего все ответы. Да и будь Арсений каждый раз абсолютно уверен в правоте своих версий, он не смотрел бы на него с таким волнением в ожидании вердикта. И даже то, что поначалу еще можно было расценить как желание запутать следы, не выдавая прямо ответы, скорее было желанием почувствовать командный настрой и вовлечь всех игроков в обсуждения. Впрочем, команду в это время преследовали совсем другие мысли. Сначала Алла отдала свой голос против Вани, толкнув длинную речь, о том, что он явно темная лошадка и этим почти убив шансы на то, что диалог о семейном родстве вырежут при монтаже. Ваня вторым отвечать не захотел и попросил сначала дать ему еще послушать чужие аргументы, что сыграло против Арсения, потому что отвечающий следом Рома решил, что он так крыл своего родителя. И хоть и с неким сомнением, но, колеблясь, между Лерой и Арсением все же отдал свой голос за последнего. А дальше настала очередь самого Арсения. — Смотрите, я разбираюсь в людях, и особенно в альфах, — издалека начал он, сначала бросив выразительный взгляд на Антона, а потом снисходительно зыркнув в сторону Ромы, явно недовольный его голосом. — А почему ты решил, что разбираешься в альфах, если ты с одним Антоном уже столько лет? — тут же вскинулась Алла, подозрительно прищурившись. — Так это именно потому что я разбираюсь, дорогуша. Иначе бы не нашел такого, которого не хочется менять, — ухмыльнулся он, и, когда зрители ему зааплодировали, довольный заправил за ухо прядку волос и, насладившись реакцией, продолжил. — Но возвращаясь к нашему вопросу, знала ли, например, ты все ответы? Сомневаюсь. Ходов, которые подталкивали команду к правильным ответам, у тебя я не заметил, — Антон прикусил губу, чтобы не выдать, насколько он обожал, когда Арсений по пунктам все раскладывал и этим затыкал остальных. — Из Вани мог бы выйти отличный жулик, но мне кажется в таком случае он играл бы иначе. Поэтому остаются Лера и Рома, — он выдержал короткую паузу и будто прокрутил все варианты еще раз в голове. — А, выбирая между ними, я, пожалуй, отдам голос против Леры. Она, мне показалось, чаще всего настаивала на выборе правильных ответов. — Получается у нас нет голосов против Аллы, по голосу против Ромы Вани, Леры и два голоса против Арсения, — подвел промежуточный результат Антон и в надежде сохранить интригу повернулся к сыну. — Вань, давай теперь ты отвечай. — Я честно без понятия, кто жулик! — выпалил он с нервным выдохом, поправляя волосы. — Мне сейчас все кажутся подозрительными. И я вроде допускаю, что это может быть Арсений, потому что он реально хитрый. Хотя и умный тоже. Но я его давно знаю, как вскрылось… Поэтому все-таки доверюсь его рассуждениям и проголосую тоже против Леры. — Одобряю, — протянул Арсений и этим чуть сбавил нарастающий градус напряжения. — Потому что говорю вам, это не я. — И у нас остался последний голос, — произнес Антон, хотя было по сути очевидно, кто будет лидером по голосам. — Лера, кто жулик? — Арсений, прости, но, наверное, все-таки против тебя проголосую, — решила она немного виновато. — Очень уж ты запутанную игру вел. По залу прокатился тихий разочарованный рокот, к которому в глубине души Антону немного хотелось присоединиться. — Что же, голосование завершено, — тем не менее объявил он вслух, стараясь выглядеть беспристрастно. — Арсений, ты набрал три голоса, и, получается, команда решила, что ты жулик. Если они правы, весь банк разделите вы вчетвером, а если нет, то все заберет затаившийся жулик. И на этом прошу жулика встать со своего места. После этих слов на площадке приглушили свет, заиграла напряженная музыка и по столу закружили светлые огоньки прожектора и спустя десяток секунд, которые все участники провели обмениваясь пристальными подозрительными взглядами… А потом со стула вдруг с ликующим воскликом подскочила Лера, победно вскидывая кулаки в воздух. — А я говорил, что это не я, — заметил Арсений, как только все поздравили Леру, и Антон произнес прощальную фразу, завершая этим мотор. — Я, если честно, тоже пол игры думал, ты жулик! — признался Антон с легкой усмешкой. — Да с хера ли я-то? — немного обиженно возмутился Арсений. — Ну ты на вопросы странно отвечал, — ворвался в их разговор Ваня, внезапно оказавшись за спиной Антона. — И вел себя подозрительно, — подхватил Антон и дал пять в протянутую сыном ладонь. Арсений, явно пытаясь сдержать улыбку, закатил глаза и проворчал. — Я, может, просто хотел создать интригу тебе в шоу. — Тогда ты идеально справился, — тут же мягким голосом оценил его старания Антон. В конце концов, не привнести изюминку Арсений своим участием не мог. Не зря же выпуски с его участием были любимыми не только у Антона.

***

После ухода с площадки, где они напоследок быстро сфотографировались для общего фото в зале и за кулисами втроем по просьбе Арсения для семейного архива, Антон по традиции прямиком направился на улицу. Ваня, восторженно щебеча о съемках, напросился сходить вместе с ним, а Арсений отмазался необходимостью с кем-то созвониться по поводу рекламы и ушел дожидаться их у Антона в гримерке. А они вышли на тот же уголок и оба достали свои сигареты — Антон чиркнул зажигалкой по своей классической, а Ваня затянулся электронкой с мятным запахом. То что Ваня начал курить, Антон знал уже три месяца как, после того, как спалил с балкона его компанию в углу их подъезда, видимо, думая, что там их было незаметно. И он был не то чтобы очень этому рад и поддерживал это, но ему осуждать это точно было бы лицемерно. Сам начал в его же возрасте. Да и вспоминая, как в свое время отреагировала его мама на его курение, он решил последовать ее примеру и не стал наседать с нотациями. Просто дал знать, что он в курсе, и попросил не злоупотреблять. Ну и еще забрал ту дешевую гадость, которую Ваня взял с одноклассниками и купил ему нормальную одноразку. — А можешь меня тут сфоткать? — внезапно спросил Ваня, кивая в сторону выставленных кейсов для оборудования. — Типа я такая звезда тут. — Давай, звезда, — фыркнул Антон и, зажав между зубов сигарету, взял протянутый телефон. — У меня большой опыт. Позирование, как обычно, затянулось, и пришлось сделать снимки в десятке поз и затаит дыхание, когда Ваня решил встать на самый верх конструкции. Но в отличие от Арсения он хотя бы слушал предупреждения и залезал и спускался аккуратно и без пируэтов, от которых у Антона замирало сердце. Так что обошлось без сложностей, и Ваня, накинув обратно куртку, забрал телефон и, оставшись довольным результатом убрал его в карман, после чего вновь достал электронку и затянулся еще пару раз прежде чем задумчиво добавил: — Ну и раз уж попытки скрывать то, что вы мои родители как-то не складываются, может, снимем еще вместе титкок? — Да без проблем, — согласился Антон, даже не думая. — Скажи только что. — Ладно! — кивнул Ваня, но тут же, задумался и, почесав затылок, добавил. — Но давай как-нибудь потом, я еще сюжет не придумал. — Как скажешь, — кивнул Антон и, потушив окурок и выбросив его урну, поднял на Ваню взгляд. — Идем? Вместе они поднялись на этаж, и в коридоре разошлись в разные стороны — Ваня убежал налево переодеваться в свою гримерку, а Антон свернул вправо и пошел к себе. Арсений, как и обещал, сидел внутри, вытянувшись на диване закинув ноги на рядом стоящий стул, и с неизменно серьезным лицом сидел в телефоне. — И долго мне еще делать вид, что я не знаю о том, что он курит? — хмуро поинтересовался Арсений, оторвавшись от экрана, как только Антон закрыл за собой дверь. — Ну если ты без нотаций обойдешься, можешь хоть сейчас рассказать, — пожал плечами Антон, бросил снятые куртку и пиджак на спинку кресла и плюхнулся рядом на диван. — А так я-то что? Ты сам шифроваться решил. — Потому что я все еще не знаю, как лучше и что говорить, — вздохнул Арсений, потирая переносицу. — Но меня это все больше напрягает. — Да я же ему самую легкую электронку купил, — выдохнул Антон и закинул руку ему на плечо. — А про вред курения ты ему с детства талдычил. Так что смысл начинать скандалы? Он нас все равно нас слушать не будет. Ему же хочется себя взрослым и крутым чувствовать. — Я только из-за этого и не давлю, — буркнул Арсений куда-то ему в плечо. — Но все равно… Мало мне тебя курящего было, а он еще и омега. — Ты сам курил, когда мы познакомились, — напомнил Антон, на что Арсений ткнул его в бок. — Ну ему-то голос надо беречь, раз он певцом стать решил. — Мы же поговорили с его преподшей по вокалу. Она сказала, что попробует повлиять. Вот пусть они там на своем о вреде для голоса между собой говорят. У нее точно в этом опыта больше — И шансов, что Ваня не скажет «что вы в этом понимаете» тоже, — скривил Арсений, изобразив кавычки в воздухе. — Ну вот и не загоняйся лишний раз, — мягко потормошил его Антон, и решил перевести тему. — Лучше скажи, что вы что сейчас делать будете? — Не знаю, — пожал плечами Арсений, поднимая голову. — Вроде собирались вместе погулять. Так что, наверное, пройдемся по магазинам, может, в кафешку какую заглянем… А там уже мелкую с танцев дождемся и поедем домой. — Кайфушники — с легкой завистью протянул Антон. — Не завидуй, — шлепнул его по коленке Арсений. — Мы тебе тоже что-нибудь прикупим. — Ладно. Надеюсь, мы к десяти тут закончим сегодня. Арсений хмыкнул в ответ, явно особо в это не веря. Но от Антона тут мало что зависело, а планировать вернуться домой до полуночи и застать хоть кого-то неспящим было всегда приятнее, чем приходить в темную тихую квартиру и стараться никого не разбудить. В этот момент раздался стук в дверь и звонкий голос Вани. — К вам можно? — Можно, — крикнул Антон, переглядываясь с Арсением. — Я готов, — объявил Ваня, заходя с костюмом в чехле в руках и с рюкзаком за спиной. В своей гримерке он быстро успел переодеться и теперь стоял в джинсах и светло-зеленом худи, которое Антон изначально заказывал для себя, но кажется так и не успел ни одного раза в нем выйти. Потому что сначала его присмотрел Арсений и забрал себе, а через пару месяцев Ваня решил, что ему это худи нужнее и выклянчил его у Арсения себе в гардероб. — Придумал, куда поедем? — спросил Арсений, опустив ноги со стула, на который тут же опустился Ваня и пожал плечами. — Ну, как обычно, что думать-то? — А тикток придумал? — лукаво прищурился Антон. — Да пап, — возмущенно простонал Ваня. — Не доставай, а то я передумаю. — Что за тикток? — тут же поинтересовался Арсений, вскинув брови. — Нам оказали честь и позвали сняться в ролике, — с наигранной важностью поделился Антон, еле удержав на лице серьезную мину, когда Арсений подхватил его настроение и, театрально смахнув слезу, и чуть ли не всхлипнул. — Не может быть. — Все, забудьте, я передумал, — проворчал Ваня, закатив глаза, и бросил косой взгляд на рассмеявшегося Арсения. — Ты переодеваться-то будешь? — А мы что ли торопимся? — изогнул бровь Арсений, совершенно не торопясь никуда вставать. — За что мне это наказание? Короче, я жду тебя на улице, — встал с места Ваня и помахал Антону рукой. — Пап, пока. — Пока, — вторил Антон. — Грим, кстати, не забудь стереть, — крикнул ему в спину Арсений. — А ты ключи от машины у папы забрать не забудь, — донесся ответ уже из коридора. Арсений тяжело вздохнул, посмотрел на Антона с тем знакомым, смиренным выражением лица, в котором после стольких лет совместной жизни можно было прочесть гораздо больше, чем можно было выразить словами. И Антон, чувствуя его настроение, быстро прижался к его губам стараясь без слов выразить поддержку и благодарность за то, что они все это проходили вместе.